Горько-сладкая трагедия

Рокки ехала в машине, смеясь над тихими причитаниями Ноа. Он комментировал все, что попадалось ему на глаза сквозь лобовое стекло автомобиля. ОʼНилл поджимала губы, сдерживая смешки, кряхтела в кулачок, чтобы не засмеяться в голос, отворачивалась к окну, пряча улыбку. Но Фостер замечал, именно поэтому продолжал нелепое комментирование кустов, мусорных баков и кошек, снующих у обочины. Смех у Рокки приглушенный, но приятный с немного хриплыми нотками. А еще ОʼНилл косится на телефон с каким-то чересчур взволнованным лицом. Это настораживало Фостера. — Ждешь важного звонка? — спрашивает он, привлекая внимание блондинки. Та отводит взгляд к окну и нервно прикусывает губу. — Скорее, надеюсь, что этого звонка не будет. Ноа хмурится от такого заявления и кидает на девушку короткий недоуменный взгляд, но ОʼНилл предпочитает его игнорировать и снова устремляет взгляд в окно. Больше не смеется, только нервно кусает губы и пальцы, сжимающие телефон. Фостеру не хочется отвозить ее домой. Не то, чтобы ему жалко было топлива, или времени на то, чтобы преодолеть парочку кварталов, уйдет слишком много. Просто Рокки выглядит растеряно и немного напугано. Взирает на вид из окна своими вечно печальными голубыми глазками, подернутыми дымкой глубокой задумчивости. ОʼНилл хочется накрыть пледом, всучить ей чашку какао со сливками и говорить ей что-то позитивное и воодушевляющие часами напролет. Лишь бы она перестала сутулиться, утыкаясь в свои гаджеты, грустно и поддельно улыбаться, а так же отвечать какими-то странными предложениями, которым нужно искать толкование в фолиантах авторства самой Рокки. Ноа останавливается у своего дома, вытаскивает ключи из зажигания и выходит из машины. Затем джентельменски открывает перед дамой дверь, на что она хмурится и недоуменно глядит на Фостера. — Это не мой дом, — резко произносит она, не сдвигаясь с нагретого кресла. — Ясное дело, потому что это мой дом. А ты побудешь моим гостем, — Ноа улыбается и облокачивается на дверь автомобиля. — Мне нужно домой. Ты ведь вызвался меня подвезти, а сам подвез лишь себя, — девчонка хмурится. — Слушай, ОʼНилл, перестань быть такой букой и просто посиди у меня часок. У меня появилась идея для подкаста, которую если сейчас же не исполнить в жизнь, то она забудется. Ты же знаешь эти заскоки вдохновения! Просто посиди у меня дома и все. Рокки прикрывает глаза, взвешивая все за и против. Убийца, угрозы, предупреждения о ее скорой смерти или час нахождения в покоях Фостера, слушая его подкаст и рассматривая какие-нибудь журнальчики из его коллекции. ОʼНилл в шоке от самой себя, потому что она выбирает второе. Чокнутая. Дома у Ноа пахнет свежими цветами. Свет проникает в каждый уголок этажа, а с кухни доносятся приятные ароматы. Фостер предупреждает маму о своем приходе и поспешно тянет Рокки наверх, во избежание неловких разговоров с матерью. Парень заталкивает ОʼНилл в комнату и та сразу подмечает отсутствия запаха цветов и света. Темная комната с плотными шторами и высокими полками, заваленными дисками, комиксами и книгами. У Фостера пыльно, но уютно и атмосферно. Рокки присаживается на угол кровати, задумчиво вертит телефон в руке, а потом выключает его с ожесточением на лице. Смартфон летит в сумку, а ОʼНилл откидывается на спину, прикрывая глаза. Ноа ухмыляется, глядя на ее действия. Бросает толстовку в сторону и начинает расставлять оборудование, которые его друзья по его же просьбе ранее убрали в коробки и запихнули в шкаф. — Поможешь мне восстановить доску? — бросает Фостер через плечо, привлекая внимание Рокель. — Позволишь мне прикоснуться к святому святых? — ухмыляется девушка, — Какая честь, мистер Фостер. Ноа смеется, проверяя микрофон и усаживаясь на стул, чтобы начать подкаст, но перед этим бросает. — Будешь рассказывать об этом своим внукам. Ну, если повезет выжить в этой мясорубке. А пока… Раз, два, Три. Меня зовут Ноа Фостер и в эфире «Морг». Девушка улыбается и замолкает, начиная оглядывать помещение. Ноа в это время рассказывает о том, как сам оказался жертвой, почитает память Зои и высказывает свое мнение по поводу улик, которые нашли на его же доске Эмма, Киран и Одри. ОʼНилл рассматривает пестрые обложки комиксов и даже листает парочку, улыбаясь шуточкам героев. Рассматривает коллекцию кинофильмов, большую часть из которых занимают ужасы, некоторые даже интригуют ее своим описанием. Так Рокки и бродит по комнате, пока Ноа разглагольствует в микрофон. Фостер, к слову, часто поглядывал на кружащуюся межу его хлама девушку и тихо улыбался, не прекращая говорить о возможных личностях, скрывающихся за маской. Ноа имел талант говорить об одном, думая о чем-то совершенно другом. Что-то вроде «КРОВЬ- КИШКИ-СМЕРТЬ-УБИЙСТВА», а в голове в это время «Она всегда такая любопытная или ей просто скучно? Она в этих очках похожа на маленькую черепашку. Эй, милочка, не поцарапай эту коллекционную фигурку!». Ноа наконец прощается и отправляет запись. Вот только экран резко зарябил, выскочили пестрые окна с эмблемой черепа, а Фостер понимает, что попал. Рокки подлетает к нему, видя изменение в лице новоиспеченного друга, и тут же начинает лихорадочно бегать вокруг, размахивая руками. Максимум ОʼНилл в компьютерах — это выложить пост в блоге, скачать музыку, создать документ в ворде или заскринить пост на тамблере. Программирование и прочая белиберда подобного типа были для Рокки чем-то фантастическим. Тем, с чем она обычно обращалась к соседу-программисту, который делал все, что нужно за домашнее кокосовое печенье. — ОʼНилл, не мельтеши тут! — прикрикивает Ноа, пытаясь исправить ситуацию, но видео выкладывается, а всем его подписчикам тут же приходит рассылка. Ноа нажимает на плэй и тут же видит нарезку, где убийства сваливают на Одри и Эмму. Там и запись Одри рядом с трупом Джейка, и слова Эммы о ее сновидениях, где она убивает своих друзей. Все смонтировано против них, даже Ноа на одну секунду убедился в их виновности, но потом откинул эту идею, прекрасно зная своих подруг. Чего не скажешь о Рокки, которая свела брови к переносице и уставилась в экран, не мигая. Ноа, заметив заинтересованность девушки, тут же захлопывает ноутбук. ОʼНилл косится на одноклассника, предполагая, что и он может быть в этом замешен. — Это все ложь и монтаж. Все слова и действия вырваны из контекста. Они жертвы, а не убийцы, — начинает успокаивать девушку Ноа, но она дергается и отлетает в другой угол комнаты. — Не знаю, Фостер, выглядит все довольно реалистично. Особенно Одри у трупа Джейка. Даже интересно, какой «контекст» у этого момента, — девушка садится на кровать, обнимая рюкзак, ладонь натыкается на телефон в боковом кармане, — Точно, тогда можно объяснить и смс. Одри просто ревновала и поэтому угрожала… — Рокки, какие смс? — Ноа подлетает к девушке, садясь перед ней на корточки и хватая ее за трясущиеся запястья. Блондинка медленно достает телефон и включает гаджет. Открывает сообщения и протягивает сотовый Фостеру, на лице которого замешательство. — И ты молчала? — спрашивает он, возвращая телефон обладательнице. — Если ты не заметил, там было сказано держаться от тебя подальше! — огрызается девушка, — Что теперь я и собираюсь сделать! Рокки вскакивает с кровати и несется к двери, но Ноа не смеет отпустить ее сейчас одну. Черт, да ей же какой-то псих угрожает! Фостер аккуратно берет ее за руку, чтобы не напугать сильнее и усаживает обратно на кровать. Нужно разбудить в этой девочке логику. — ОʼНилл, ты собственными глазами видела, что видео выложил не я. Меня хакнули и выложили этот монтаж от моего имени. То есть, уже совершили преступление. Причем этот кто-то знал о моей аудитории, знал, что мне поверят. В видео присутствуют моменты с Одри, где она с трупом. Джейк уже был мертв на тот момент, а так же была установлена камера… — Похоже на то, что убийца заманил туда Одри, чтобы специально это заснять, — шепчет Рокки, а Ноа слегка улыбается, понимая, что все-таки сможет переубедить девушку. — Именно, Одри хотели выставить виноватой, а она пыталась избежать этого. Эмма говорила о своих снах, и это было записано, а после наложено на картинку. Об этом она говорила только с нашей психологичкой. — То есть, ты считаешь, что она убийца? — возмущается ОʼНилл. — Просто предполагаю. Если разобраться и знать нюансы, о которых оповещены только несколько человек, сразу становится понятно, что кто-то хочет обвинить во всем моих друзей и задумал это очень давно, собирая информацию. — Так или иначе, я не верю им, — серьезно говорит Рокки и снова хочет уйти, даже подходит к двери и хватается за ручку. — Я думал, что убедил тебя! — восклицает Ноа, вскакивая. — Я верю тебе, но не им.