Развод по-малфоевски

Дальше вечер проходил спокойно до тех пор, пока экран телефона Гермионы снова не мигнул, оповещая о новом сообщении. Пока Диланы и Малфой увлеченно беседовали, она договорилась с Джеймсом о встрече и снова примкнула к клубу любителей поговорить. Что порой особенно нравилось Драко в Гермионе, так то, что она была наивна в отношении близких людей. Она не ждала от них подвоха и часто бывала застана врасплох. И сейчас, он знал, что Гермиона сидела, уверенная, что никто и не заметил, что быстро отправила сообщение, пока у остальных спит бдительность. Что ему нравилось именно сейчас, так это то, что у них с Грейнджер одинаковые телефоны, которые так кстати лежали рядом. Когда подошел официант, Драко встал и забрал ее телефон, технично подвинув свой ближе к ней. Выходя на улицу, он набирал не изменившийся за два года пароль. В сообщениях нашел переписку с Джеймсом. «Завтра в ресторане „Scottʼs“ в семь вечера» Ее ответ гласил: «Ок. До завтра» Ну что ж, придется ему вмешаться. «Извини, Джеймс, не могли бы перенести на шесть вечера? У меня возникли неотложные дела» Ответ пришел практически незамедлительно: «Конечно, без проблем. Жду встречи» «Я тоже. Очень», — подумал Малфой, удаляя свою часть переписки. Он поспешно вернулся к столику и разыграл гамбит: — Гермиона, взял твой телефон по ошибке. Хотя бы фоновые нам надо поменять. Он встретил взгляд с каплей недоверия. Положив телефон в ее протянутую руку, словно специально наладив тактильный контакт, может, и мимолетный, но весомый, — он взял свой со стола и вновь ушел, объясняя важным звонком. Да, Малфою определенно нравилось, что Гермиона Грейнджер наивна к близким людям. Ужин наконец подошел к своему логическому завершению. Диланы ушли первыми. — Мы с вами созвонимся позже, Драко, — сказал Ричард, пожимая на прощание руку Малфоя. — Непременно, — Драко сдержанно кивнул. — Позвольте, — мистер Дилан потянулся к руке Гермионы и мимолетно поцеловал. — У вас прекрасная жена, Драко, берегите ее. — Обязательно, — на этот раз ему не удалось сдержать улыбки. Она и была нужна, но исходила искренне от него. Гермиона кинула мимолетный взгляд на мужа — пока еще мужа — и в который раз удивлялась его способностям к лицемерию. Она… на самом деле она боялась себе признаться, что это может быть нечто другое. Она так упорно продвигалась к разводу, что любой незначительный момент мог просто разрушить все. А этого ей ее же чувство собственного достоинства не простит. Едва чета Диланов скрылась за поворотом, Донна вопросительно посмотрела на мужа: — Тебе они не показались странными? — Показались. Но у всех свои тараканы в голове. А Малфои упали в кресла, сразу же делая приличный глоток вина. Гермиона повернулась к Драко и устало спросила: — Довезешь меня? — Неужели ты снизошла до того, чтобы просить меня о помощи. Обычно ты неплохо справляешься с трансгрессией. — Сегодня я не в том состоянии. Если меня расщепит, думаю, Скорпиус тебе этого не простит. Малфой усмехнулся, качая головой. Они сели в машину. Доехали, как ни странно, без препирательств и колкостей. У Грейнджер было подозрительно хорошее настроение. Настолько хорошее, что она даже пожелала ему со Скорпиусом хорошо провести оставшийся вечер. В голову Малфоя закралось подозрение, что это из-за назначенного свидания с этим треклятым Джеймсом. И ему и невдомек, что этому поспособствовал исключительно он один.

***

Пока Гермиона собиралась, Джеймс уже в ожидании чуда сидел за столиком №8 в ресторане «Scottʼs». Когда на входе показался Драко Малфой собственной персоной, Риверс заерзал на стуле. Это было вполне ожидаемо, ведь все знали, что Малфои разводятся, и он лишь поэтому пригласил ее. Поэтому сидеть в одном зале с Драко Джеймсу не казалось приятной перспективой. Однако Малфой сел именно напротив него, за столик №8. — Здравствуйте, Джеймс, — начал Малфой. — Здравствуйте, — потерянно произнес собеседник. — Сейчас ведь… — Нет, Гермиона подойдет, как вы и условились, к семи. Я решил взять бразды правления в свои руки, так сказать, — холодная, даже устрашающая улыбка проступила на губах. — Я не думаю, что стоит соблюдать формальности в данной ситуации. Ты претендуешь на мое место, а… — Я бы не сказал, что я… — запротестовал Риверс, с виноватым смешком. Малфой кинул на него ледяной взгляд, прокашлялся и продолжил: — В общем, обойдемся без демагогий. Я даю тебе эти деньги, и ты забываешь о существовании Гермионы Грейнджер. Драко протягивает чек с написанной на нем суммой, и у Джеймса невольно округляются глаза. Он снова издает смешок, на этот раз нервный, и вкрадчиво спрашивает: — Зачем вам это? — Я заинтересован, скажем так. Ну и как приятный бонус, я за одно проверяю, достоин ли ее кандидат, — Малфой говорил небрежно, словно обсуждал какую-то неурядицу, каких полно в жизни. — А что если я откажусь? — С одной стороны, это похвально, — Малфой недобро усмехнулся. — С другой —чистой воды идиотизм, — предвидя вопрос он пояснил: — Потому что потом я с тобой буду разговаривать совсем по-другому. Поверь, в таких обстоятельствах ты будешь согласен и просто тихо уйти из поля зрения. Но методика устрашения всегда остается планом Б, — на этот раз он дергает бровями и широко улыбается, но, пожалуй, от этого Риверсу становится только хуже. — А это — неплохой шанс заработать шальные деньги. Соглашайся, — сейчас у Драко был такой тон, словно он просто приглашал сыграть в какую-то игру, или в худшем случае, согласиться на авантюру. Он был позитивен, а все потому, что Малфой видел, что Джеймс Риверс почти сломлен и его ответ — это лишь вопрос секунд. — Я согласен, — понурив голову отвечает Джеймс. К сожалению, многие в Лондоне не понаслышке знали, что Драко Малфой держит слово всегда. — Что нужно делать? — Мудрое решение. Сегодня вы проводите обычный вечер, просто потом ты пропадаешь с поля зрения, либо можешь что-нибудь наплести — это на твое усмотрение. А чек оставь себе. Приятного вечера, — издевательски подмигнув, Малфой буквально испаряется из зала с победной улыбкой на лице. Ужин и впрямь проходит хорошо, если не считать, что кислая мина Джеймса то и дело проступала на лице. Хотя надо отдать должное, при таком раскладе он держался вполне бодро и позитивно. После окончания вечера они попрощались, и Джеймс и словом не обмолвился. Он действительно решил просто пропасть со всех радаров, как и советовал Малфой.

***

Самое интересное началось в четверг, когда Гермиона открыла папку с документами по разводу, привезенную водителем в среду, когда тот завозил Скорпиуса. У нее глаза на лоб полезли, когда Грейнджер увидела, что теперь просит Малфой. Не сказав ни слова, она помчалась к нему в офис. Припарковавшись у здания, на котором было название компании «D.L.M» — ни больше ни меньше дань Драко себе любимому, Гермиона вышла и, силой хлопнув дверью, направилась внутрь. Зайдя в лифт, она нетерпеливо притопывала ногой. Звучала, показавшаяся отвратной музыка нирваны, которая, казалось, лишь тормозила кабину. И наконец, когда лифт остановился на последнем этаже, она практически выбежала оттуда. При виде нее Минди вскочила со своего места, пища что-то бессвязное про занятость мистера Малфоя. Гермиона едва сдержала себя, чтобы не обозвать ее тупой курицей и отучить ее так противно говорить раз и навсегда, и остановилась лишь на: — Ничего, перенесут. Она врывается в кабинет, злая как собака. Малфой действительно был занят. Рядом с ним стояли четыре-пять человек — Гермионе было не до пересчета. — Вышли все, — рявкнула она, вставая рядом с его рабочим столом. Работники посмотрели на нее, потом на босса. Драко едва заметно кивнул им, и они испарились. — Не стоит орать на моих подчиненных, Грейнджер, — сказал Драко, пристально глядя на Гермиону. — Что такого стряслось, что ты так стремглав принеслась сюда? — Какого черта ты вытворяешь? — она кидает папку на стол, раскрывает на нужной странице. — Объясни мне, будь добр, что это за чертовщина? Малфой деланно смотрит туда, куда она указывает пальцем. — Здесь написано, что я претендую на большее количество часов со Скорпиусом, все вполне очевидно. Я посоветовался со своими юристами, и они сказали, что в сложившейся ситуации, я вполне могу просить подобное. Гермиона хмурится. — Какая, мать твою, ситуация? — шипит она. — Ты устраиваешь свою личную жизнь. Она щурится. — Это что, месть за Джеймса? Если так, то ты зашел слишком далеко. Я, заметь, несмотря на все, не настаивала на единоличной опеке, а ты поднимаешь все с ног на голову. Был один безобидный ужин… — Два, — резонно поправляет Драко. Гермиона вздыхает. Судорожно, устало. Она устала от выяснения отношений, которые ни к чему не приводят. Они просто цапаются вновь и вновь, а сил у нее на это уже нет. — Чего ты хочешь? Давай наконец решим все и двадцать четвертого раз и навсегда поставим точку в этой истории. — Я хочу все того же — понять, с чего ты вдруг приняла такое решение. — Малфой, мы оба знаем, по крайней мере, ты должен об этом хотя бы догадываться, а иначе ты последняя свинья. Я не хочу этого озвучивать, потому что это омерзительно. Если тебя это успокоит, во имя наших репутаций, мы не будем это ворошить. Лондон — маленький город, когда дело касается слухов. Оставим так. Папка остается у тебя, и я все-таки надеюсь, что у тебя хватит совести привести документацию в надлежащий вид. До встречи. Она тихо уходит, а Малфой откидывается на спинку кресла и прикрывает глаза. Все утекает слишком быстро, но у него есть еще одна попытка.