Reclamation

Трандуил с гордостью осмотрел свою армию. Его войска были сильны. И наконец время пришло. Ужасный дракон Смауг был убит, и пришло время вернуть драгоценности Гириона, наследие его народа. Решение было принято быстро. Новость о свержении Смауга разнеслась словно огонь, и вскоре иные вооруженные силы направятся к горе. Сокровища могут стать утерянными для его людей навсегда. Не материальная ценность драгоценностей питала страстное желание Короля вернуть их назад, а скорее символическое значение, что было в них сокрыто. Эти драгоценные камни по праву принадлежали ненаглядным залам Лесного Королевства, и Король намеревался стать тем, кто вернет их домой. Слухи о разрушениях, учиненных последним из великих драконов, также поставили Трандуила перед дилеммой. Он знал, каково это — гореть. Он знал, какие страдания может принести единственный дракон людям. Но он не желал бросать души Озерного Города на произвол в то время, когда они в них нуждаются. На самом деле, именно отвага одного из жителей Озерного Города смогла принести конец правлению Смауга над Одинокой Горой и всеми сокровищами, которые там хранились. Эта попытка потребовала сотрудничества всего лесного народа Трандуила. Фермеры, целители и солдаты должны работать, как один механизм, чтобы достичь общую цель. Король просил многого, но эльфы Лихолесья подошли к делу со всеми своими умениями и упорством, несмотря на краткие сроки. Проезжая мимо телег, нагруженных в помощь людям Озерного Города, его взгляд зацепился за выбивающуюся из толпы эллет. Она была одета в черное с ног до головы. Ее облик и стойка были больше похожи на воина, нежели на фермера или одного из целителей, стоявших рядом. Она возвышалась почти на целую голову над ними, а возле бедра был закреплен меч в ножнах. Ее голова была склонена в почтении, но глаза восхищенно скользили по оленю, на котором восседал Трандуил. Она выглядела пораженной животным. К удивлению Короля, их взгляды встретились. На мгновение ему показалось, будто он нырнул в глубочайший омут. Эльфийка немедленно отвела глаза, покрываясь румянцем. В другой день Трандуила бы позабавила эта ситуация, но сейчас было не время. Но все же, он знал, что где-то уже видел ее, делая пометку у себя в голове удовлетворить любопытство, когда будет подходящее время. Король вел свои армии под покровом тьмы. Им предстоял длинный путь. Трандуил приказал открыть ворота. На рассвете они встретят осажденных людей Озерного Города со всем нужным подкреплением. Если понадобится, эльфы примут удар немногочисленных сил группы гномов, бдящих над сокровищами Эребора. Его армия была готова забрать то, что принадлежало им.

***

Любуясь красотой ночного неба, Элореан с легкостью поспевала за повозками. Армия окружила кольцом гражданское население, путешествуя под светом растущей луны. Король ехал в самой первой линии. Его длинные волосы были разбросан, словно серебристые лучи, по широким прямым плечам, освещаемые лунным светом. Процессия следовала за ним быстрым темпом, углубляясь в ночь. Когда рассвет протянул свои цветные пальцы через небо, они достигли Одинокой Горы. Армия заняла свои позиции прямо перед входом в Эребор. Элореан и остальные жители ждали приказов Короля. Она внимательно наблюдала, как разделяются ряды воинов, создавая идеальный горизонтальный коридор. Устало выглядящий мужчина прошел через него, его лицо выглядело пораженным. Когда он прошел мимо последних двух солдат в ряду, к нему подъехал Король Трандуил, чтобы поприветствовать. Элореан не могла слышать, о чем они говорили, но ее внимание было полностью сосредоточено на Трандуиле, ожидая легкого кивка, который бы означал, что повозкам пора двигаться. Сигнал был подан без промедления. Команда была выполнена мгновенно, длинный караван телег направился к Королю. Измученные люди Озерного Города сходились к ним, на их лицах читался интерес и благодарность. Целители начали доставать из телег провизию, протягивая ее копошившимся вокруг людям. Некоторых из лекарей сразу же потащили за руки отчаявшиеся люди, которые больше всего хотели спасти тех, кого они любили. Элореан не была готова к тому, что она увидела, когда зашла в лазарет, где находились раненые. Страшнее всего были ожоги. Звуки боли начали окружать ее, и эльфийка поспешила найти в сумке успокаивающие настойки. — Всегда облегчай боль, прежде чем начинаешь работу, — говорила ее мама. Лекари были по природе своей очень чувствительными. Наверное, самым сложным было найти баланс между интуитивным состраданием и чистым разумом, логичными действиями. В конце концов, целью было вылечить пациента, а не впадать в печаль. Было так много раненых людей, так много боли. Элореан приходилось подавлять в себе желание выбежать наружу на свежий воздух. Элореан проработала весь день до самой ночи вместе с другими лекарями. Она даже не обращала внимания на доходящие слухи. Но новость о том, что маг Гэндальф Серый прибыл давала ей проблеск надежды. Она видела его мельком, когда копалась в одной из телег, пытаясь найти еще снотворного. Страдания людей, за которыми она ухаживала, были ужасны, а их запасы лишь истощались. Позже она вновь увидела Гэндальфа, в этот раз у шатра Короля, который служил ему домом во время путешествия. Когда Элореан не смогла найти больше лекарств, способных облегчить боль пациентов, Элореан решила, что пора что-то делать. Она знала, что Король приказал загрузить несколько бочек лучшего вина Лихолесья в его личную повозку. Эллет нуждалась в одной из этих бочек, чтобы помочь обожженным людям отдохнуть этой ночью. Элореан не придавала особого значения своему внешнему виду, пока личная стража Короля не окинула ее неодобрительным взглядом, когда эльфийка приблизилась. Она провела рукой по волосам, а затем сообщила страже, что ей необходимо поговорить с Королем. — По какому делу? — резко спросил один из них. — Мы нуждаемся в помощи со стороны Короля, чтобы выполнить его же приказ, — ответила Элореан, ее голос звучал намного увереннее, чем она себя чувствовала. — Жди здесь, — скомандовал стражник, ступая в шатер Трандуила. Элореан казалось, что она ждет уже час. Она переминалась с ноги на ногу, пытаясь отвлечься от сомнений, что закрались в ее разум, и желания сломя голову убежать и спрятаться где-то в темноте. Она еще никогда не просила аудиенции с Королем. — Король Трандуил увидится с тобой сейчас, — резкое объявление стражника оборвало ее мысли, наполняя разум чувством страха. Элореан вспомнила маленького мальчика, который рыдал в страданиях у кровати мертвой матери. С возобновленным рвением она расправила плечи, подняла выше голову и ступила в шатер Трандуила через золотые занавеси. Первое, что Элореан увидела, была спина Короля. Трандуил медленно повернулся к ней, его неудовольствие из-за того, что его прервали, было очевидно. Его взгляд ястребом устремился на эльфийку. Затем что-то произошло, и в помещение будто что-то сверкнуло. Его лицо смягчилось. Элореан замерла. Впервые в жизни она не могла вымолвить ни слова. Король был намного более устрашающим вблизи, чем на расстоянии. Несмотря на вынужденную обстановку и их изнуряющую кампанию, Трандуил выглядел безупречно. Он был облачен в прекрасную мантию, а зачесанных волосах красовался филигранный венец. Голубой, или скорее белый драгоценный камень покоился на его лбу. Но этот камень был блеклым в сравнении с цветом его пронзительных глаз. Трандуил нарушил затянувшуюся тишину. — У тебя есть просьба, — проговорил он, больше констатируя факт, нежели задавая вопрос. Его голос звучал сдержанно, но властно. Элореан вновь вспомнила ужасные картины и звуки страданий, и заставила себя говорить от их имени. — Милорд, — она почтительно склонила голову, — наши запасы снотворного истощены. Мы нуждаемся в бочке вина из ваших запасов. Трандуил смотрел ей в глаза, и вскоре она отвела взгляд в пол. — Ты заботишься об этих людях? — недоверчиво спросил он. Понадобилось некоторое время, прежде чем Элореан смогла снова взять себя в руки. Боковым зрением она заметила изношенный серый плащ мага, и вдруг поняла, что прервала встречу намного более важную для Короля. Нежели просьба, которую она произносила от имени жителей Озерного Города. — Милорд, — снова заговорила эльфийка, — нашим приказом было помогать людям, разве не так? Произнеся эти слова, Элореан сразу же пожалела о них. Они звучали больше как вызов, а не просьба. Подняв взгляд, она увидела мага Гэндальфа, который одной рукой придерживал курительную трубку у рта. Он одобряюще глянул на Элореан, а затем повернулся к Трандуилу. Гэндальф наклонил голову набок, смотря на Короля и будто говоря ему, что эта девчонка права. Трандуил снова бросил взгляд на Элореан, но она не смогла прочитать выражение его лица. Она знала, что он уже прочитал ее всю, обращая внимание на ее неподобающую одежду, незаплетенные, неопрятные волосы и ее дерзость просить вино из личных запасов Короля во время встречи, которая была намного более важна, нежели все, что она могла донести до его сведения. Но к облегчению и немому удивлению эллет Трандуил призвал стражу и приказал отправить бочку вина туда, куда прикажет Элореан немедленно. Стражники поклонились и придержали занавесь для Элореан, приглашая ее наружу. Даже не глядя на Короля, она поняла, что с ней прощаются. Подходя к выходу, она обернулась. — Благодарю вас, милорд, — серьезно произнесла она, а затем вышла. Трандуил метнул взгляд на эллет, которую уже отпустили, бросая на нее заинтересованный взгляд, а затем коротко кивнул, будто отвечая ей.