Глава 17. Ад только начинается.
18 декабря 2020 г., 15:05
Себастьян открыл маленькую синюю коробочку и встал на колено.
— Ты выйдешь за меня?
Перед глазами все поплыло, в ушах зазвенело. Ощущение, что в голову прилетел молоток. Юля переступила с ноги на ногу, прикрыла рот руками. Веки опустились сами по себе. По щеке скользнула слеза.
— Да, — девушка закивала, — да, да, да.
Это было единственное слово, которое она смогла выговорить. Демон надел кольцо на безымянный палец и обнял госпожу. Он несильно покружил ее, пряча грустные глаза в кудрявых волосах. Момент был радостный, но никак не для них двоих. Они оба понимали, что ничего хорошего не случится.
Родственники радовались больше. Правда, как оказалось, дед знал о том, что Себастьян собирался сделать предложение. Они вместе выбирали кольцо. Исаева взглянула на дедушку, как на предателя, но к счастью тот не заметил этого взгляда. Мужчины крепко жали руку Михаэлиса, поздравляя с таким шагом. Владислава Петровна обняла пару и поцеловала каждого в макушку на благословение. Они с Юлей переглянулись и заметили нотки грусти в улыбках — все было понятно.
Исаева отвернулась от дворецкого, укрываясь одеялом полностью. Она не хотела смотреть на него, не хотела видеть его и слышать его. Но он находился рядом. Себастьян неотрывно смотрел на девушку и ждал, когда она выговорит все. Ждать пришлось недолго.
— Что ты наделал, Себастьян? — тихо спросила она. — Ты понимаешь, что это такая же метка, как и пентаграмма. Мало того, что мы связаны контрактом, так еще и свадьба.
— Это не так страшно.
Его спокойствие выводило еще больше. Госпожа повернулась к нему. Даже в темноте Михаэлис разглядел красные от слез глаза.
— Ты с ума сошел? Ладно, хорошо, предложение, свадьба — это все прекрасно, но… Но что будет, если я тебя не полюблю? Что будет, если я влюблюсь в другого человека, а он полюбит меня? Что ты будешь делать в этом случае?
Он не нашел ничего лучше, как обнять госпожу. Руки схватились за ткань футболки на спине, сжали ее. Себастьян понимал, что это не лучшее развитие событий, но другого выхода не видел.
***
Кожа руля сжалась от мужских рук. Темнота за окнами автомобиля расслабляла глаза, но не голову. Михаэлис скрипел зубами и едва ли не рычал. С утра на него посыпалась гора дел. Не успел он выйти с каникул, как появились проблемы. Администрация школы требовала непонятный отчет, составления более подробного учебного плана, а еще аттестацию некоторых учеников. Деготь в бочку с медом добавляла пробка, в которой машина стояла уже десять минут. Они опаздывали. — Странно, что тебя выводит именно это, — вздохнула госпожа. Она со скучным видом смотрела в экран телефона, ожидая ответа от одноклассников. — Напоминаю, что мы опаздываем. — На твой же урок. Демон грозно выдохнул со словами «Вот именно». Юля активно пыталась не обращать внимание на злость молодого человека, получалось плохо. Доставать еще больше его не захотелось. Девушка крутила на пальце кольцо, полученное в подарок. События недавних дней с трудом вылезали из головы. Сначала поцелуй, затем предложение. Если после первого ощущался прилив чего-то воздушного, то второе вызвало неприязнь. Казалось, что все будущее перечеркнули красным фломастером и написали за нее. Себастьян волновался об этом меньше. Он и без того обязывался провести всю жизнь с Исаевой, поэтому большой проблемы в своем поступке не видел. Перед отъездом родственников Демон дал обещание, что женится на Юле только после окончания учебы в университете. Девушка мало как отреагировала на слова. Себастьян не стал ее доставать — опустошенные глаза говорили сами за себя. Зайдя в школу, Юля поняла, что день пойдет наперекосяк. Причиной этих мыслей стал Анисимов. Ученица прошла мимо него в гардероб. Она чувствовала, как взгляд преподавателя впивался в спину. В голове крутилась мольба, чтобы Максим Михайлович не ожидал ее возле выхода. Все оказалось хуже: он сам пришел в гардероб. Мужская рука дотронулась до кудрявых волос. Исаева вздрогнула обернувшись. — Почему не здороваемся с преподавателями? — спросил мужчина. — Почему преследуем меня на каждом углу? — с таким же тоном прозвучал вопрос. Анисимов улыбнулся. Рука скользнула по затылку, переместилась на шею сзади, после — вперед. Юлия перехватила запястье, когда пальцы надавили на кожу. — Когда же ты поймешь, что ты мне не безразлична? — прошипел мужчина. — Когда же Вы поймете, что приставать к несовершеннолетним — незаконно? — соврав, ответила Исаева. — Извините, я Вам не помешал? Злой тон стоящего неподалеку Михаэлиса заставил Максима Михайловича отойти от девушки. Глаза той выражали благодарность. Себастьян посмотрел на часы на руке. — Во-первых, Юлия опаздывает на урок именно из-за Вас, Максим Михайлович, — учитель движением руки подозвал Юлю к себе. — А во-вторых, не смейте прикасаться к девушке, если она того не желает. Не смейте домогаться ее и трогать в местах, куда только Ваши руки могут дотянуться, — янтарные глаза на секунду сверкнули алым. — Я надеюсь, что Вы меня услышали. — Услышал, — сквозь зубы проговорил Анисимов. На лестнице между вторым и третьим этажом Себастьян остановился. Он глубоко вдохнул через нос. Исаева вздрогнула, ожидая неприятность. Однако ее лишь слегка подтолкнули вперед. Демон сдерживал в себе ярость всеми силами. Ему явно не хотелось разгромить, как минимум, лестничный пролет, поэтому оставалось терпеть. Разговор с одиннадцатым классом о каникулах немного отвлек от негативных эмоций. Далее тема сменилась экзаменами и интенсивной подготовкой к ним. Каждый выражал свое мнение, и госпожа не оставалась в стороне. Хотя слушать ее в какой-то степени было слишком привычно и временами занудно. Все же контрагенты виделись дома каждый день. На перемене между двумя уроками литературы на ногах Юли вальяжно разлеглась подруга. Девушка не имела ничего против. Они стали играть в камень-ножницы-бумагу, параллельно обсуждая изменение в расписании. Вдруг Ивкова схватила девичью руку. Она ткнула пальцем в кольцо. — Что это? — Сань, ты вроде не слепая, — Юля посмеялась, — это кольцо. — Я вижу. Откуда оно у тебя? — Бабушка с дедушкой подарили. — А почему на безымянном пальце? — Потому что только на него подошло. — Эх, так неинтересно. Александра отпустила руку, грустно вздыхая. Исаева в это время закусила губу. Взгляд метнулся на Себастьяна, который сидел, уткнувшись носом в журнал, но все прекрасно слышал и ухмылялся. «Ты скотина», — пришло ему сообщение через несколько секунд. «Ненавижу твои выходки», — гласила вторая фраза, вдобавок к которой прислали смайлик, показывающий язык. Молодой человек посмеялся в кулак. — Пойдем в субботу гулять? — предложил Вася, отвлекая одноклассницу от переписки. — В эту? — Да. Господин Михаэлис, пойдете с нами? Демон с удивлением взглянул на парня. Такого предложения он не ожидал услышать. Юля незаметно и медленно отрицательно помотала головой — «Не смей». — Да, почему бы и нет. Раздался стук об стол — девушка потерла руку. «Я случайно, — ответила она на вопросительный взгляд друзей, а про себя подумала, — точно скотина».***
— Почему ты постоянно лезешь, куда не надо? Зачем ты, мать твою, соглашаешься на все это? Зачем, Себастьян, зачем?! Юля ходила по дому и кричала на дворецкого. Он неимоверно вывел ее из себя, согласившись на прогулку. Себастьян не совсем понимал причину гнева. С одной стороны, ему хотелось лучше узнать поведение госпожи с друзьями на улице, с другой — провести время весело: все же это его человеческая жизнь, а тем более — в компании молодежи, чье нынешнее мышление и поведение отличались от мышления и поведения молодежи предыдущих веков. — Ты и так испортил мне жизнь своим предложением, связав нас, помимо контракта, еще браком. Ты думаешь, что делаешь, а? — Я не понимаю, почему ты злишься, — он оставил ее, взяв за плечи. — Я хочу хоть чуть-чуть свободы от тебя, — она взяла его лицо в свои руки. — Слышишь? — Да, но прошу, послушай меня, — Демон повторил ее действия. — Я делаю это не во вред тебе. Пойми мой интерес к людской жизни. Ты не вечна, души не находятся по щелчку пальцев, а поколение сменяется поколением. Дай мне провести время с вами. Я не буду мешать тебе, не буду упрекать и ругать. Просто дай увидеть и услышать. Хорошо? Голос Себастьяна гипнотизировал медленно, но метко. Госпожа согласилась кивнув. Где-то в глубине мозга поселилась мысль, что надо чаще отказываться от предложений дворецкого. Однако она растворилась так же быстро, как и появилась. В назначенную субботу на назначенном месте встретились пять одноклассников и один Демон. Первыми на место встречи явились Саша и Вася, потом подтянулись остальные. Не хватало только Кирилла. — Где он? — спросила Исаева, переминаясь с ноги на ногу. — Сказал, что опаздывает, — ответил Ярослав. — Он в последнее время вообще забывчивым стал. А еще какой-то… Не знаю, как правильно сказать. Копошится много. — Влюбился что ли? — предположила девушка. — Разве что в тебя. — Вообще-то не в нее, — прозвучал голос одноклассника. Все обернулись к парню, кинулись приветствовать его. С Михаэлисом они обменялись рукопожатиями. Компания двинулась прямо по тротуару. — Так ты все же влюбился, — продолжила начатое Ирина. — Рассказывай. — Вроде главный шиппер — Саня, а спрашиваешь ты, — ухмыльнулся Кирилл. — Я шипперю только Юлю с Себастьяном, — девушка ойкнула и исправилась, — извините, с профессором Михаэлисом. — Можете называть меня по имени, но только за пределами школы. Друзья одобрили разрешение и продолжили разговор. Михаэлис наблюдал, с каким интересом и завистью Юля смотрит на друга. Из обсуждения он узнал, что раньше Кириллу нравилась его госпожа. Тронутая нота всей этой песни вызвала неловкую паузу. — Кирилл, как зовут даму твоего сердца? — сам спросил Себастьян. — Алина. — Красивая? — снова прилетел вопрос от него. — Для меня она красивая, умная, спокойная, вообще не человек, а просто солнышко. Себастьян, Вы представляете, какая она необыкновенная? Глаза Кирилла выдавали все истинные чувства. Для Демона он выглядел ребенком, который впервые увидел красивую бабочку. Молодой человек, улыбнувшись, покачал головой из стороны в сторону. — Нет, я не представляю. Он на секунду взглянул на Исаеву, смотревшую на друга с теплой улыбкой. Уголки губ опустились, когда контрагенты встретились взглядами, однако тепло от девушки не ушло. Компания продолжила идти прямо. Мимо мчались машины, проходили люди. Иногда места на дороге не хватало, и либо кто-то вставал в сугроб, либо все выстраивались в ряд. При очередной такой ситуации парни переглянулись. Раздались девичьи возгласы — Себастьян обернулся. Все девушки лежали в снегу и кидали в одноклассников рассыпчатые снежки. Данная картина вызвала у преподавателя смешок, который превратился в смех. В голову прилетел хрупкий снежок — смех затих. Саша дала Юле пять. Они пошептались и хихикнули, глядя на молодого человека. Ребячество утихло ненадолго. Ирина заметила лед где-то в сторонке и потащила всех за собой. Исаева не обратила внимания: разговор с Кириллом о его возлюбленной отвлекал от всего. Ее настолько воодушевило радостное и сияющее лицо друга, что она не заметила, как ступила на оледенелую поверхность. Нога поехала вперед и взметнулась вверх. Юля приготовилась к боли в спине, зажмурившись, однако не почувствовала ничего, кроме крепких рук. Открыв глаза, она увидела лицо Себастьяна, который наклонился слишком низко к ее лицу. Молодой человек только-только хотел поставить госпожу на ноги, но толчок по лопаткам помешал это сделать, и они с девушкой упали на дорогу. Михаэлис едва слышно зашипел то ли от боли, то ли от злости. Он перевел взгляд на лежащую под ним Юлю. Та закрывала рукой губы. Изначально в голове возникло непонимание, зачем она это делает, но спустя время он понял: девушка не хотела, чтобы их губы соприкоснулись. Себастьян с пониманием кивнул. Контрагенты поднялись на ноги и отряхнулись. Выяснить, кто толкнул Демона, не составило большого труда: Саша выдавала себя тихим смехом. Подруга смерила ее недовольным взглядом. — Тебе бы пора усмирить свой пыл свести нас, — сказала она, поправляя шапку, — это невозможно. Смирись. На последнем слове Юля бросила на Ивкову взгляд, от которого у всех друзей прошлись мурашки по спине. Больших мурашек добавило точно такое же выражение глаз стоящего рядом Себастьяна.***
— Повторим? — шепчет на ухо Вася, отчего Исаева вздрагивает. — Ты о чем? — О прогулке. Весело же было. Друг приобнял ее за плечи и пошатал из стороны в сторону. — Нет, не повторим. — Почему? Ты злишься на Сашу? Вася выглядел грустным. Лицо Юли было таким же. — Да не то что бы. Просто это в какой-то степени уже надоело. Постоянно одно и то же: Юля и Себастьян, Юля и Себастьян. Мы с ним не будем вместе. Так ведь, Себастьян? — заметив, как учитель русского проходит мимо, задала вопрос Исаева. — Что? — удивленно спросил он, но по выражению лиц учеников все понял. — Да, все верно. — Ну, я же сказала. Девушка отвернулась от Демона, скрывая еще больше погрустневшее лицо. В какой-то степени и почему-то неожиданно ей стало безумно обидно, что Себастьян ответил положительно. Перекинувшись с Себастьяном еще парой фраз, они разошлись по своим кабинетам. Исаева договорилась подождать дворецкого, который должен был задержаться, после окончания уроков, чтобы вместе поехать домой. Ожидание было самым большим испытанием для Юлии. Оно равнялось потраченным нервам, скуке и невозможностью заняться своими делами. Казалось бы, она находилась в школе, можно сделать домашнее задание. Но Исаева сделала все уже давно и сейчас просто ходила по пустым коридорам школы. Запястье обвила чья-то рука, вторая — живот, перед этим на рот наклеили скотч. Девушка брыкалась, пытаясь отбиться от — как она уже поняла — мужчины. Но руки обездвижены скотчем, а ноги тащились по полу, как мешок с картошкой. Юлю затащили в туалет, посадили на раковину, вдавливая спину в холодный кафель. — Вот ты и попалась, красотка, — выдохнул в лицо Анисимов. — Недолго от меня бегала, попалась. Исаева нахмурилась, сделала движение ногой в сторону преподавателя, но тот сжал бедро так, что в полоску клейкой ленты вырвался болезненный стон. Задевая языком мочку уха, мужчина прошептал: «Скоро ты будешь стонать от удовольствия». Ученица отрицательно замотала головой. Губы Анисимова впивались в кожу на шее, кусали и оттягивали, спускаясь ниже. Пальцы одной его руки расстегивали пуговицы на блузке. Вторая рука двинулась вверх по бедру. Юля сильнее замычала, просовывая язык между губ, чтобы оторвать скотч. Пальцы коснулись пряжки ремня. Слезы потекли по щекам, смачивая ленту. Молния не успела опуститься до конца вниз — Юля тихо-тихо прошептала имя Себастьяна. Дверь с грохотом ударилась о стену. На пороге стоял разъяренный Демон. Глаза сверкнули алым. Михаэлис одним движением руки оттащил Анисимова от госпожи, ударяя его головой о стену. Он схватил мужчину за горло. Рука замахнулась, чтобы нанести удар, но жалкий всхлип со стороны раковины остановил ее. Себастьян выпустил воздух из носа, оставляя преподавателя лежащим на полу, забрал Юлю и ушел прочь. Дома Себастьян набрал теплую ванну. Девушка рыдала все время с момента выхода за пределы школьных дверей. Разум, как и глаза, покрылся пеленой. Никогда в жизни она не испытывала такого страха, как в тот момент. Никогда прикосновения мужчины не приносили такого адского дискомфорта. Первое время после случившегося руки Михаэлиса не доставляли каких-то проблем, однако, когда он хотел поднять ее, Юля снова заплакала. Молодой человек не знал, что делать. Сквозь слезы Исаева рассказала, где Анисимов трогал и что делал. Слова давались нелегко. Себастьян видел, как вздрагивает девичье тело при каждом воспоминании. — Могу ли я позвонить Саше и позвать ее к нам? — госпожа кивнула. — Хорошо. Мне объяснить всю ситуацию по телефону или лично? Девушка показала один палец, что означало рассказать по телефону. Прижав подушки к ушам, она качалась из стороны в сторону. В голову не лезло ничего, кроме блондинистых волос и грубых прикосновений, которые ощущались даже сейчас, когда она сидела на кровати под одеялом и никакая опасность не угрожала. Александра примчалась довольно быстро. Она сразу залетела в комнату к подруге, сбросив верхнюю одежду на пол в прихожей. Демон даже не успел разозлиться на действия, важнее было состояние Исаевой. Себастьян подал чай и печенье девушкам. Саша обнимала плачущую Юлю, гладила по голове и обещала, что они расправятся с Максимом Михайловичем. Последняя лишь кивала в ответ.
