Танцы на стеклах

Пока ковыляла в ужасно неудобных туфлях по улице, Тлен очень много думала. Если разобраться, то жизнь у нее так себе, словно фильм в переводе гоблина: вроде грустно, драматично, рыдать хочется, а в голове сидит обезьянка и хлопает в бубенчики. Плакать хочется, но отчего-то только ржется. Туфли на два размера меньше дико жмут. Они даже не ее. Обувь Аньки погрызла какая-то чудовищная собака, пока она развлекала чужих детей. После обеда в офис заглянул заказчик и в конце разговора пожаловался на то, что один из аниматоров в его ивент-агентстве внезапно заболел, из-за чего праздник для маленьких мажористых спиногрызов срывается. Тлен покивала головой, а потом не успела опомниться, как оказалась в закрытом поселке. В платье принцессы и c париком на голове. Вокруг носились дети и пони. Туфли на пару размером меньше чудовищно жали. Ноги уже орали от усталости и боли, а детишки требовали хлеба и зрелищ. Хотелось пошутить. Очень злобно и откровенно, но приходилось изображать принцессу. Душевная доброта обернулась для нее бесконечным мазохизмом. Полчаса она пряталась от детей в кустах, потом приглянулась к ним повнимательнее и поняла: это конопля. Аккуратно выстриженные кусты конопли, полутораметровые, высаженные на участке. Видимо, садовник очень постарался. Вспомнилась сказка про садовника и розу. Сказка для взрослых. Про отношения, в которых есть садовник и роза. Только садовник Тлен, видимо, в каком-то диком запое. Вздохнув, девушка вылезла из кустов. Ее уже потеряли. Развлекаться самостоятельно дети сами не желали. Когда праздник жизни закончился, Тлен довезли до центра города. И она поковыляла обратно на работу. Ноги болели, ей было безумно жаль себя. Проходя мимо продавщицы мороженого, она ненадолго остановилась. Потом опомнилась: какое мороженое вообще. Денег на мороженое нет, есть только на водку. Хотелось домой. Прийти и сразу лечь спать не раздеваясь. Мечтать о доме она могла сколько угодно, идти нужно было все равно на работу. Заместитель генерального позвонил(впервые!) и попросил подойти. - Анна, чем вы сейчас заняты? Изо всех сил симулирую душевное здоровье. Подумываю о том, чтобы на ближайших выходных заглянуть в секс-шоп и приобрести кляп, потому что нестерпимо хотелось орать. Постоянно. Безостановочно. - Мероприятие закончилось. Уже восемь часов вечера и я иду домой, - выдохнула она в трубку. А что случилось? Соскучились? Хотелось сказать какую-нибудь дерзость. Может, ее после этого уволят. Ну сколько можно. - Подойдите в офис. Прямо сейчас. Я вас жду. - А я жду только старости, - ответила она коротким гудкам. Опять трубку положил, не дождавшись ответа. Собачонка она что ли? По первому приказу прибежать. Может, у нее вообще другие планы были. Прийти домой, нареветься и побухать. Потом уснуть в обнимку c котом. Заместитель гендиректора ее не сильно ждал. Был занят общением c Вербовой. Уже давно ходили слухи об их романе. Тлен, мягко говоря, было наплевать. Пусть хоть c ксеноморфом трахается, ее это абсолютно не касалось. Правда, она ожидала, что Анастасия Андреевна уйдет, однако она осталась. - Анна, наконец-то вы подошли. Мы вас ждем. Присаживайтесь. Какие туфли у вас очаровательные, розовенькие… Его интонация насторожила. Закрались щекотливые подозрения. Взгляды Вербовой и Горелова ей тоже не понравились – хитрые, подозрительные, как будто задумали что-то. Ну уж нет, ребята, на жмж я не согласна. Не было такого в трудовом договоре. Не было. Она смотрела в упор на Горелова, он что-то ей c энтузиазмом говорил, а она пропускала все мимо ушей. Почему-то он напомнил ей Ипполита из «Иронии судьбы», такой же весь серьезный, надежный, но отчего-то она была уверена, что по вечерам он забирается в ванну в пальто и радуется тому, что тепленькая пошла. - Так что вы думаете насчет моей идеи? Оба смотрят на нее и явно чего-то ждут, а Тлен сидит, тупо уставившись на свои розовые туфли. Что ответить, если она все прослушала? Юрий Андреевич, вы неплохо смотритесь в ванной, особенно в пальто. Чертова фантазия, чертова невнимательность. Ну и что им от нее надо? Сколько можно пялиться. - А знаете, отличная идея, я вам скажу! На что только что согласилась? А непонятно. Может, ее увольняют. Ну и к черту. Оказалось, что все гораздо проще и прозаичнее. Сотрудница уезжает в длительную командировку, ее нужно заменить. Совмещать будет, конечно, довольно сложно, но определенные плюсы тоже имелись. Из кабинета Тлен буквально выползла, и поспешила снять c ног тошнотворно-розовые туфли. Достало все. Хотелось позвонить Тумановой и рассказать обо всем. Поплакаться в жилетку. Потом посмеяться вместе. Тлен достала телефон, несколько секунд смотрела на экран, тяжело вздохнула и засунула обратно в карман. До ее проблем никому нет дела. Никто никому нахрен не нужен. А Ритка, ну что Ритка? У нее уже давно другая жизнь, в которой они пересекаются совсем редко. - Аня, ты еще здесь? Замечательно. Вербова вышла из кабинета бесшумно и застала Тлен врасплох: наполовину обутую, стоящую как цапля на одной ноге. - У меня к тебе есть одна просьба. В моем отделе не кури в форточку, когда все сотрудники расходятся на обед. Все-таки существуют правила противопожарной безопасности, окей? Ну прямо какое-то всевидящее око Саурона. Не спрятаться, не скрыться. Снисходительные интонации в чужом голосе Тлен немного раздразнили. Вербова явно была не в духе и отыгрывалась на Аньке, но не на ту напала. Авторитетов Тлен не признавала. - Офис у нас, к счастью, не соломенный, а я не Ниф-Ниф из сказки про трех поросят. - То есть я правильно понимаю, что правила для тебя не писаны? - Нет таких правил! - Есть. И ты их не соблюдаешь. Или у тебя девиз такой по жизни: нарушай правила, прощай быстро, целуй медленно… - слова звучали довольно издевательски. - Жри строительную пену, спи в костюме пчелы. Вербова резко замолчала. Очень странно взглянула на девушку, отчего та почувствовала себя неуютно. - Боже, да не смотрите вы так на меня. Я нормальная, честно. Тлен ожидала какой угодно реакции, но точно не той, которую получила: Вербова заулыбалась. Чем сбила c толку совершенно. Что смешного? Даже обидно немного было, но в основном приятно. Анька сняла и вторую туфлю тоже и пошла к выходу, тихо-тихо попрощавшись. - Курить в окошко я все равно тебе запрещаю. - Я больше не буду, - не оборачиваясь и запредельно серьезно. Пошутили и хватит. Шутила она, на самом деле, из последних сил. И маска вечно веселой девушки – всего лишь маска. Фамилия отражает всю суть, которую за двадцать четыре года едва ли кто-либо сумел рассмотреть. Никто и не пытался. А хотелось. Сказать хотя бы мысленно: «Разглядите меня среди всей этой мишуры. Я не клоун, я живая, правда. Я тоже иногда плачу, мне бывает больно. Веселая, говорите? Может, я Бродским по вечерам зачитываюсь.»

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря, дорогой, уважаемый, милая, но неважно даже кто, ибо черт лица… черт побери, не вспомнить и не разобрать, потому что и в помине было ни черт, ни лица, - ничего и любви не было тоже.

*** От беспрестанного сидения за компьютером затекали ноги и слезились глаза. Месье Шилов знал толк в извращениях. Свои требования он формулировал настолько туманно и заковыристо, что приходилось уточнять смысл каждого предложения. Буквально. Писать на почту, скайп, звонить ему и переспрашивать. Приходилось объяснять, что не все так просто, как он себе представляет. Разбираться в чужих фантазиях – дело крайне затруднительное, неблагодарное. А потом еще и крайней оказываться. - Знаете, чего вы требуете? Чтобы я вам сделала волшебную кнопочку, на которую можно жамкнуть и все будет хорошо. Но так не бывает! Магия вне Хогвартса запрещена, - Тлен закусила нижнюю губу. Не орать, не повышать голос. Хотя хотелось уже проклясть, да так, чтобы до самой смерти волосы на зубах росли. Анька прикрыла трубку рукой. - Что-то я вас совсем плохо слышу. Проблемы со связью. Я вам перезвоню. Тлен кинула трубку, от чего сидящая рядом девушка вздрогнула. - Снова Шилов? Допек? - Общение c ним – это, блин, даже хуже чем «Гарри Поттер» в переводе Спивак. Наверное, ему не понравится, но однажды я начну называть его мистер Жукпук, - нервно хохотнув, Тлен вскочила со стула и убежала на кухню. Ей было весело, но как-то истерично. Перезванивать сейчас вообще не вариант: она будет хохотать в трубку, потом Шилов разозлится и будет жаловаться на нее. Идиот несчастный. Дурилка целлюлоидная. Просто глупый маленький мальчик, нужно быть к нему терпимее. Глупый и маленький. Ну что c него взять? Вроде и правда стало чуть легче. За кухонным столом Анастасия Андреевна мирно беседовала о чем-то c Мариной. А, казалось, вот совсем недавно Марина рыдала из-за нее в туалете. Анька присела рядом со своим кофе, но не успела сделать и глотка, как телефон зазвонил. «Мистер Жукпук» высветилось на экране. Тлен спокойно отключила звук. И c довольным видом наблюдала за тем, как мистер названивает ей минут пять. - Кого это ты так оригинально назвала? – Вербова заинтересованно поглядывала на Анькин мобильный, - любимый клиент? - О да, мой любимчик. Мой заторможенный Шилов. Мася, солнышко и зайчик, каких поискать. - Я вот подумала, как было бы здорово, если бы при поступлении в университет не пришлось бы самим делать выбор. Вместо нас это делала бы распределительная шляпа. Здорово же? – Марина мечтательно улыбнулась. Как всегда милая и солнечная, она в этой компании была немного лишней. - В таком случае Шилов бы окончил факультет «Мудаки», специальность «Конченные». Тлен кривовато усмехнулась. Марина рассмеялась, смущенно прикрывая ладошкой рот. Скромная, миленькая девочка, неудивительно что Вербова так легко довела ее до слез. Все-таки Анастасия Андреевна довольно стервозная. Связываться c ней себе дороже. Хотя чем черт не шутит. А вдруг внутри скрывается сотня таких вот лапушек Марин? Вдруг она мягонькая как свежий хлебушек? Нежная, как филе куриное. На уме одна еда. - Я никогда не позволяю своим сотрудникам игнорировать звонки клиентов, - Вербова вновь вошла в привычную для себя роль. Сейчас начнется «какая ты безответственная, еще и в окошко куришь». - Как хорошо, что вы не мой руководитель, не правда ли? Вербова очень сдержанно улыбнулась. - Пока не твой, так правильнее. - В смысле? - Ну а как ты думаешь, почему я присутствовала при вчерашнем разговоре c Гореловым? - Скажите, что вы шутите, пожалуйста, - Тлен поняла, что сморозила, и поторопилась замолчать, но было уже слегка поздно. - Аня… Вербова хмурится, отчего Аньке хочется скукожиться и вообще раствориться. Она ведь пошутила. Вот и дошутилась. Хиханьки-хаханьки, а человек-то обиделся. - Боже, простите, я совсем не то имела в виду, - взгляд из наглого эволюционирует в молящий. - Нет. Анастасия Андреевна и правда обиделась. Хотя причин нет. Безобидная шутка. Да и Тлен уже вся испереживалась: десять раз извинилась. А ведь ей даже не за что извиняться. Анька идет за ней хвостом до самого выхода. Вербова замирает у двери. Ну невозможно это все. - Аня, прекрати извиняться. - Но вы меня не желаете прощать. - Давно простила. - Вы обижаетесь. - Ну что же ты славная какая, не обижаюсь я, - выдыхает, хватаясь ладонью за дверной косяк. Тлен испытующе на нее смотрит – не доверяет. Иногда пристальный затянувшийся взгляд превращается в нечто большее. И это уже выглядит странно. Пора завязывать. Вечером в гости неожиданно заявляется Туманова. Они снова сидят вдвоем на кухне: Ритка на стуле, а Анька как всегда на подоконнике. Рядом лежит Бегемот, которому Тлен уже несколько месяцев безуспешно подыскивает невесту. Но, кажется, она никогда не устроит личную жизнь своего котика. Видимо, у них это семейное. Карма неудачная, может, что-то еще. Тлен гладит огромного пушистого кота по голове. Ей так жаль его. Твоя принцесса в другом замке, Марио. Смирись. Ты пришел не туда. Туманова молча пьет свой чай, а у Тлен он уже давно остыл. Зеленоватая жидкость плещется на дне кружки. Сегодня в конце рабочего дня коллега предложила выпить бутылку вина, которую случайно обнаружила в одной из полок своего рабочего стола. -Ань, вина хочешь? – спросила Лариса. Тлен сидела, c трудом сдерживая слезы. Хочет и даже очень. - Нет. Мало того, что весь день ничего не ела, так еще и на нее накричал по телефону неадекватный клиент. Он был настолько взбешен, что казалось, будто их разговор слышит весь отдел. Аня крепилась, долго крепилась, а потом терпение ее подвело. Накричать на человека она не могла себе позволить, но злость была. Глаза против ее воли наполнились слезами. Сентиментальная хрень. Черт, черт побери. К черту всё, к черту всех. И еще эти сочувствующие взгляды со всех сторон. Она сидела, подперев голову руками, глубоко дышала, пытаясь успокоиться. Телефон завибрировал: на электронную почту пришло письмо. От кого: Verbann Можешь курить в окошко. Сегодня разрешаю. Какое великодушие, просто царский подарок. Тлен морщится, глядя в конец офиса. Вербова сидит в наушниках, даже не обращая на нее внимания. Плакать больше не хочется – хочется обнять. - Рит… - Да? - Ударь меня, не о многом ведь прошу – всего пару пощечин. Кажется, я начинаю влюбляться. Туманова кусает губу, сдерживая улыбку. Ты уверена? Тлен прячет глаза. Отворачивается к окну, делая вид, что в комнате она совсем одна. Да не влюбилась она, нет. Невозможно. Показалось. Не бывает так. Нет, нет, нет. Она против. Всей душой против. Да и в кого… И что делать теперь? Вокруг ходить и влюбленными глазками хлопать? На свидание пригласить? Что вы делаете сегодня вечером? Может быть, сходим куда-нибудь, выпьем кофе или вина, или… Ну и дура она. А Вербова и правда классная. И, кажется, она флиртует. Дружеский флирт? Определенно да. Надо выпить и отвлечься. Посплетничать о Пальцеве, который c утра огорошил известием о предстоящей свадьбе. Сообщил так, как бы между прочим. Женится, заведет щенка, потом детей, отрастит животик. И все, прощайте совместные идиотские выходные. Прощай веселый институтский Пальцев, который на первом собрании квнщиков убил всех наповал. - Расскажите о себе. Специальность, на которой учитесь, еще что-нибудь. - Я би! – заорал он самый первый. Удивленные взгляды и смешки. - Моя специальность в смысле. БИ – безопасность информации, - объяснил он как ни в чем не бывало. В команду его, разумеется, взяли. Учебу он, разумеется, совсем забросил. Стал менеджером по продажам. Дурацкий Пальцев. Кто теперь будет напиваться каждую пятницу, кого теперь транспортировать домой в состоянии алкогольной комы? Разве что Бегемота, но кошачье вино пока не изобрели. Тлен снова не спит всю ночь, ворочается c боку на бок. Смотрит в темноту. Глаза закрываются, они устали, вот только сна нет. На работу она приходит вся заспанная и уже уставшая. Кофе, как можно больше кофе, а еще ириски-похитительницы пломб. Сисадмин снова жжет. Создал текстовый документ под названием «Прочти меня», где написал – «если вы в этом разделе не нашли то, что тут было когда-то, то паникуйте или обратитесь в тех. отдел». Вербова весь день не появляется в офисе, отчего Тлен становится раздражительной. А когда Анастасия Андреевна приходит, то Анька испытывает облегчение. И хочется сказать, что ее очень не хватало. Но нельзя так говорить, абсолютно неоправданно и так странно. - Пойдем покурим. Тлен никак не реагирует на предложение, продолжает сидеть и коматозно смотреть на монитор. Медленно поворачивает голову к Вербовой, ожидающей от нее хоть какой-нибудь реакции. - Вы хотите пойти курить вместе со мной? - Нет. Хочу курить вместе c Блоком Александром, но предлагаю тебе. Люблю нелогичной быть. Тлен закатывает глаза. Выразительно. Напоказ. А Вербова стоит и ждет ее. Ждет, пока медлительная, совершенно коматозная Тлен сообразит подняться со стула. Вот только Анька продолжает сидеть и недоумевать. Тлен называет себя мысленно заторможенной блондинкой, отечественной версией шерифа Свон. Она не тупая, правда, просто не выспалась. Да и неожиданно это все. Пойдем, просто пойдем. Неужели так сложно взять и пойти? Тлен, ты идиотка, знаешь об этом? Внутренний монолог наконец прерывается. Она встает, абсолютно не понимая, зачем и куда собирается. Да хоть на край света, если он будет недалеко от офиса. Сладенькие клиенты ждать не будут.