Больше, чем любовь

День выдался солнечным. Три ассасина покинули Масиаф ещё на рассвете, отправившись в Иерусалим. Они проделали весь путь верхом и сейчас находились у входа в Храм Соломона. Малик, натягивая перчатки, с сомнением покачал головой, продолжив прерванный разговор: -И всё же мне не нравится твой план. Альтаир закатил глаза. -Малик, перестань нервничать! Если я сказал, что всё будет хорошо, значит, так и будет. -Иногда мне кажется, что ты слишком самоуверен. Кадар, ты что думаешь? -Я думаю, что пора уже входить, - ответил третий мужчина, забираясь на стену. Его примеру последовали два других ассасина. Внутри храма спиной к ним стоял одинокий охранник. Альтаир бесшумно спрыгнул и прикончил его. Малик слишком поздно одёрнул друга. -Что ты сделал? Он же был невиновен! -Нам не нужны свидетели. -Ты нарушил Кредо! -Кредо следуют только неуверенные в себе и собственных силах, - раздражённо парировал Альтаир. Малика захлестнула волна негодования. -Да ты…как ты смеешь так говорить? -Малик, остынь, потом с ним разберёмся, - с этими словами Кадар положил руку на плечо брата. Альтаира, казалось, не интересовали слова товарищей. Он пошёл дальше. Вскоре убийцы оказались на верху зала, в котором находился Робер со своими рыцарями. -Вот он! -Альтаир, подожди… -Зачем? Он уже у нас в руках! Альтаир спрыгнул в зал, обнаружив своё присутствие. Робер повернулся к нему лицом. -Ассасин? Зачем ты пришёл сюда? Что тебе нужно? -Твоя жизнь, - сурово сказал мужчина и кинулся на рыцаря со скрытым клинком. К его удивлению, тамплиер поймал его руку, при этом рассмеявшись. -Глупец! Неужели ты думаешь, что я так просто позволю прикончить себя? …Ясмин лежала на кровати и читала книгу. Благодаря тому, что её воспитывали как ассасина, она получила неплохое образование и научилась читать. Немногие женщины могли этим похвастать. От чтения её отвлёк шум во дворе. Её ноге уже было лучше, поэтому она без особых проблем встала и вышла посмотреть, что там творится. Поначалу она ничего не поняла – на улице находилась толпа ассасинов, что-то оживлённо обсуждающих. Но из этой толпы отделился один, с окровавленным рукавом, тяжело ковылявший к крепости. В этом человеке Ясмин признала Малика. Она с ужасом бросилась к нему. -Малик! Что с тобой? Что произошло? -Мы упустили Робера. Его люди напали на нас. Кадар…его больше нет, - обречённо проговорил мужчина. Ясмин смотрела на него расширенными глазами. -А Альтаир? -Жив. К сожалению, - сплюнул Малик. – Эта скотина бросила нас на растерзание тамплиерам. -Что? -Он напал на Робера, но тот его остановил. Тогда он сбежал, оставив нас один на один с этими тварями. Мне удалось вырваться, но, кажется, они пошли по моему следу. Боже, неужели я приведу их в Масиаф? - отчаянно застонал Малик. -Что с твоей рукой? – спросила девушка, глядя на рукав парня, который насквозь пропитался кровью. -Ещё не знаю, не это сейчас главное. Твой напарник, должно быть, уже докладывает Аль-Муалиму о том, как он героически пытался спасти нас, но у него ничего не вышло. Я пойду, внесу в его рассказ свои коррективы. А ты скажи остальным, чтобы были готовы к нападению, - сказал Малик, глядя в глаза девушке. Она кивнула. Малик поковылял дальше, к нему тут же подскочили несколько ассасинов, чтобы оказать помощь. Ясмин была ошарашена. Она не верила в то, что Альтаир мог так поступить. Да, она уже успела его невзлюбить, да, он был ужасно гордым, но она бы никогда не поверила в то, что он окажется таким подлецом. Девушка попыталась отогнать от себя эти несвоевременные мысли и побежала передавать слова Малика другим воинам. Уже через пару минут тамплиеры ворвались в посёлок и принялись убивать мирных жителей. Ясмин не осталась в стороне, она схватила первую попавшуюся саблю и встала вместе с другими на защиту Масиафа. Завидев рядом с собой Альтаира, пришедшего из крепости и тоже обнажившего клинок, она лишь смерила его уничижительным взглядом. Блестящая сталь оружия легко проходила сквозь тела рыцарей, достаточно было найти незащищённый бронёй участок плоти. Белое одеяние девушки было забрызгано кровью сверху донизу. Внезапно раздался звук горна. Ясмин на мгновение обернулась на крепость, со стороны которой звучал горн, и тут же продолжила битву. Перед ней как будто из-под земли вырос Альтаир, рассёкший череп её врага. -Ты что, глухая? Иди в крепость! Ясмин ничего не ответила, а только развернулась в другую сторону. -Ясмин! -Я не желаю разговаривать с предателем! Ассасин схватил её за плечи и резко развернул к себе. -Я не стану спрашивать, кто тебе это сказал, но если ты сию же минуту не вернёшься, я оставлю тебя им на растерзание! -Как Малика и Кадара? – с достоинством спросила девушка, сдерживая подступившие слёзы. Альтаир немного сбавил пыл, однако взгляд его не подобрел. -Ясмин, - сдержанно начал он. -Хорошо, но только потому, что я не хочу, чтобы мой отец оплакивал мой труп! – с этими словами девушка побежала к крепости. Ассасин облегчённо выдохнул и продолжил сражение, отступая к базе. Внутри неё он встретил ассасина, сказавшего ему подниматься на башню, дабы выполнить план Аль-Муалима и заставить рыцарей отступить. -Верни то, что тебе не принадлежит! – кричал Робер, сидя верхом на бронированном коне. -Оно тебе тоже не принадлежит, Робер, - спокойно отвечал Аль-Муалим. -Ладно, старик, не хочешь по-хорошему – будет по-плохому! Захватчики хотели было уже начать атаку, как откуда-то сверху на них покатились брёвна, сбивавшие их с ног и давившие их. В стане врага началась паника, лошади испуганно заржали. Конь Робера встал на дыбы, и всадник недовольно закричал: -Отступаем, отступаем! …Когда всё закончилось, Альтаира вызвал на свой суд Аль-Муалим. -Ты преступил Кредо, ты посчитал себя выше него, ты бросил своих товарищей умирать, ты привёл домой врага. Достоин ли ты зваться ассасином? – вопрошал наставник. Альтаир стоял с гордо поднятой головой, сдерживаемый несколькими собратьями. -Раз я так поступил, значит, так было нужно. -Твоя гордыня тебя же и погубила, - сокрушённо покачал головой старик и вонзил в тело мужчины кинжал. В толпе, наблюдавшей за действом, вздрогнул лишь только один человек – Ясмин. Хоть она и ненавидела его теперь уже всей душой, но не желала ему смерти. Не желала ему мстить. Она хотела лишь того, чтобы он осознал свою ошибку, раскаялся и страдал от этого осознания. Когда народ разошёлся, она пошла в кабинет к Аль-Муалиму. -Отец! Зачем ты это сделал? -Что? -Убил Ла-Ахада! -Убил? – Аль-Муалим рассмеялся. – Нет, девочка моя, я и не думал его убивать. Я всего лишь хочу наказать его и усмирить его гордыню. Когда он очнётся, он будет разжалован до ученика. Ему придётся пройти весь свой путь заново, дабы осознать свои прегрешения. Ясмин всё ещё плохо понимала, что происходит. -Ты хочешь сказать, что он жив? -Именно так. Я дам ему несколько заданий, чтобы он вернул себе статус мастера. Кстати, вы по-прежнему остаётесь напарниками. Девушка почувствовала облегчение. Он жив. И он снова ученик. От осознания этого Ясмин испытала какое-то злорадное удовлетворение. -А что с рукой Малика? – спохватилась она, вспомнив про окровавленный рукав ассасина. Аль-Муалим вздохнул. -Изрублена в хлам. Пришлось её ампутировать. Не ходи пока к нему, он ещё не в состоянии разговаривать. Ясмин кивнула, попрощалась с отцом и вышла. Она совсем забыла про свою голень: повязка развязалась и теперь волочилась по земле грязная от крови и пыли. Только сейчас блондинка увидела, что рана открылась, и, поморщившись от боли, пошла к лекарю. …Пока врач бинтовал девушке ногу, она с жалостью смотрела на Малика, который спал на кушетке с перевязанной культёй – вечным напоминанием о предательстве его лучшего друга. В этот момент девушку снова захватила волна негодования. «Бедный парень», - думала она. «Ему теперь придётся забыть о заданиях. Да и вообще вся жизнь теперь будет перевёрнута с ног на голову. И всё из-за этого…» Лекарь закончил перевязку, и Ясмин встала. Развернувшись в сторону двери, она увидела Альтаира, держащегося за косяк. -Ясмин, - хрипло сказал он. -Чего тебе? – презрительно спросила девушка. -Я пришёл к Малику, - ответил мужчина и, пошатываясь, прошёл к койке друга. Девушка следила за ним взглядом. Альтаир несколько секунд смотрел на дремлющего товарища, а потом тихо спросил: -Это из-за меня? -И у тебя хватает наглости спрашивать? -Я не знал, что так получится. -Ну, конечно, ты надеялся, что он вообще оттуда не выйдет! -Не издевайся надо мной, - Альтаир развернулся к девушке. В его глазах читалась усталость. –Мне и так сейчас нелегко. -А ему каково? Мужчина вздохнул. -Аль-Муалим разжаловал меня в ученики. Теперь даже ты выше меня по рангу. -То есть, тебя только это волнует? – вспылила девушка. Она не могла понять, как ему могло быть настолько плевать на то, что он сделал. Он молчал. Ясмин тоже. Она развернулась, чтобы выйти. Альтаир сказал ей вдогонку: -Почему ты считаешь предателем меня, а не Джамаля, который открыл ворота тамплиерам и впустил их в Масиаф? -Если ты правда не можешь этого понять, мне тебя жаль, - сказала Ясмин, даже не посмотрев в его сторону.