Мир на части

— Поразительно. Старик погладил свою длинную бороду, внимательно глядя на знакомую c виду девушку, что сидела перед ним. В его глазах что-то замерцало, а сам он растянул губы в легкой улыбке. Сперва он взглянул на Драко, потом на Гарри и Рона и сказал как бы между прочим: — Это не Гермиона Грейнджер. Рон, который тут же обрел озадаченный вид, проговорил: — Что? Но, сэр, она выглядит точь-в-точь как Гермиона. Профессор Дамблдор кивнул. — В самом деле, мистер Уизли. Я имел в виду, что это не та Гермиона Грейнджер, которую вы знали и любили. Она не, как вы это назвали, восстала из мертвых. — Я не понимаю, — сказал Рон, качая головой. — Я понимаю, — негромко проговорил Гарри. Взгляды каждого обратились к нему. — Она… — Из другого мира, — закончил за него Дамблдор. — Удивительно. Поистине удивительно. Драко с любопытством взглянул на старика. Ему снова удалось во всем разобраться. Гермиона окинула Дамблдора похожим взглядом. — Я знал ведьм и колдунов, которые путешествовали в другие измерения, но я никогда еще не встречал столь юных, — продолжил Дамблдор. — Как вы это сделали, мисс Грейнджер? Гермиона стала казаться неловкой, когда внимание всех в комнате устремилось к ней. — З-заклинанием. С помощью заклинания. — Хмм, — задумчиво пробормотал Дамблдор. — И какое именно заклинание перенесло вас в наш мир? — Я… — Голос Гермионы смолк. Казалось, она была не уверена в том, что сказать, или как именно сказать это. — Ну, я не знала, что в конце концов окажусь здесь. То заклинание — оно не было точным. В смысле, я не могла точно указать, где должна оказаться в конце своего путешествия. Насколько мне было известно, я могла попасть в заброшенный мир или мир, которым правят великаны. Мне правда было неоткуда знать. Дамблдор покачал головой. — Какая причина могла заставить молодую девушку подвергнуть себя такому риску? Гермиона опустила голову. — Я… я была помечена смертью. Глаза Драко чуть расширились. Она ему этого не говорила. Почему она не сказала ему это, когда он спросил, почему она покинула свой собственный мир? — Я несколько месяцев скрывалась от Пожирателей смерти. Кажется, они решили убить меня. Так твердо решили, вообще-то, что я могла либо покинуть свой мир, либо дать им схватить меня. Можете назвать меня сумасшедшей, но я выбрала первый вариант. Даже окажись я в ужасном мире, это было бы не так страшно, как-то, что собирались сделать со мной Пожиратели смерти. Рон, сидевший с разинутым ртом на протяжении всего разговора, спросил: — Почему они хотят убить тебя? Гермиона фыркнула. — Потому что я близкий друг Гарри Поттера. Драко затаил дыхание. Он взглянул на Гарри, чье лицо теперь исказило болезненное выражение. На какую-то секунду в комнате повисла тишина, пока каждый медленно переваривал историю девушки. Наконец, Гермиона заговорила снова: — Они — Пожиратели — сделали меня своей мишенью, потому что я близка с Гарри. Они решили, что через меня смогут с легкостью добраться до него. Решили, что если убьют меня, то это его уничтожит. Решили, что он станет слабым, что будет легче им манипулировать, я полагаю. — С чего ты взяла, что они за тобой охотятся? — спросил Гарри. — Я не знал, что для Пожирателей смерти в порядке вещей посылать своим жертвам предупреждение, прежде чем на них нападать. Гермиона опустила взгляд в пол, потом медленно подняла руку к вырезу своей блузки и слегка потянула вниз, показывая уродливый шрам, располагавшийся несколькими дюймами ниже ее ключицы — близко к тому месту, где было ее сердце. Драко быстро отвел взгляд. Возможно, эта девушка не была той Гермионой, которую он знал, но зато выглядела в точности как она, поэтому вид этого шрама вызвал слишком много плохих воспоминаний. — Полагаю, это можно назвать моим предупреждением, — тихо проговорила она, отпуская свою блузку и приглаживая ткань. — Это мой сувенир с первого раза, когда они попытались меня убить. — Как ты от них спаслась? — прошептал Рон. Это явно произвело на него такой же сильный эффект, как и на Драко. Гермиона подняла взгляд. — Профессор Дамблдор спас меня. — Она взглянула на старика и улыбнулась ему; по ее щеке потекла слеза. — Он случайно наткнулся на нас, когда Пожиратели смерти на меня напали, и спас мне жизнь. А после этого наложил на меня кое-какие защитные чары, которые отразили бы все будущие атаки, но…но они нашли способ их обойти, и продолжали попытки причинить мне вред. Они даже пришли за моими родителями. Вы можете в это поверить? Они пришли в маггловский район, чтобы убить моих родителей. — И…они это сделали? — робко спросил Рон. Казалось, он был единственным из всех, кто после всего этого был в состоянии говорить. — К счастью, нет, — ответила Гермиона. — Но они сожгли их дом — мой дом — дотла. По счастливой случайности моих родителей в тот момент не было дома, но мы лишились всего. Именно после того случая я начала осознавать, что дело было уже не в Гарри Поттере. Эти Пожиратели смерти не могли признать тот факт, что меня от них спасли, и решили закончить начатое. Теперь они хотели убить меня не из-за Гарри — они просто хотели, чтобы я умерла. — На секунду она замолчала, а потом добавила. — Вот почему я отправилась сюда. Вот почему покинула свой мир. Они бы продолжили преследовать меня…моих друзей и семью. Мне пришлось уйти. Драко смотрел на то, как из глаз Гермионы сочатся слезы, и боролся с неожиданным порывом сжать ее в объятиях — сказать ей, что все будет в порядке. Она выглядела разбитой и испуганной, и единственным его желанием вдруг стало помочь ей. — Это неприятно, — проговорил Дамблдор. — Что ж, будьте уверены, что здесь вы будете в безопасности до поры до времени. Есть ли вероятность, что ваше заклинание могут отследить? Гермиона покачала головой. — Нет, сэр. Я предприняла дополнительные меры предосторожности. Никто не сможет выследить меня в этом мире. Правда, к несчастью…я не смогу найти путь домой. Это был единственный способ, который мог гарантировать мне безопасность, где бы я в итоге не оказалась. Дамблдор кивнул. — Я так и предполагал. — Он медленно поднялся со стула. — Я думаю, будет лучше, если вы останетесь в пределах этих комнат до конца этой недели. Будет лучше, если никто — за исключением каждого, кто сейчас находится в этой комнате — пока не будет знать об этом. Разумеется, я также извещу об этом сотрудников. В понедельник я обращусь к учащимся во время завтрака. — Он остановился и повернулся, чтобы по очереди взглянуть на Драко, Гарри и Рона. — Я подозреваю, вы все умеете хранить секреты? Трое мальчишек кивнули. — Что ж, очень хорошо. Мисс Грейнджер, добро пожаловать в наш мир. — Благодарю вас, сэр, — вежливо сказала она. Старик одарил ее ласковой улыбкой, а потом точно так же наградил ею каждого из мальчиков. — Увидимся в понедельник. — И с этими словами он ушел. В комнате снова воцарилось неловкое молчание. Казалось, у Рона в конце концов кончился весь запас слов, а Гарри словно хотел сказать так много всего, но не мог решить, с чего именно начать. Поэтому он, наконец, произнес: — Я-я должен идти. Рон моргнул. — Что? Гарри, но — Гермиона… — Рон, можешь остаться, если хочешь, но я просто…не могу находиться здесь прямо сейчас. — А как насчет того, чтобы вам обоим уйти? — проговорил Драко, стараясь, чтобы голос звучал как можно более грубо. — Уверен, Грейнджер хочет какое-то время побыть одна и отдохнуть. У нее был довольно волнительный день. Так что если вы оба будете так любезны и уберетесь отсюда, я буду очень вам признателен. Рон метнул в него свирепый взгляд, но Гарри лишь продолжал прожигать взглядом пол. — Ладно, — сказал Рон. — Но учти, что мы еще вернемся. — Он повернулся к Гермионе и вытянул руку. — Гермиона, было приятно…познакомиться с тобой? Гермиона слабо улыбнулась и тряхнула головой. — Взаимно. Рон опустил руку на плечо Гарри. — Идем, Гарри. Гарри кивнул и еще раз окинул мимолетным взглядом Гермиону, после чего вышел вслед за Роном из гостиной. Когда они ушли, Гермиона испустила некий звук, который показался Драко похожим на вздох облегчения. — Думаю, Гарри меня ненавидит, — проговорила она, выглядя слегка удивленной. — Ненавидит тебя? — переспросил Драко. — Нет. Не думаю, что он тебя ненавидит. Я бы сказал, что ты немного выбила его из колеи. Но это вполне понятно. Глаза Гермионы метнулись к Драко. — А тебя я выбила из колеи? — Честно? — сказал Драко. — Да, выбила. — Оу, — протянула Гермиона, опуская глаза. Драко скрестил руки на груди. — Тебя беспокоит, что Поттер так отреагировал? Гермиона пожала плечами. — А должно? — Ну, даже не знаю. Думаю, все зависит от того, насколько близка ты была с ним в твоем мире. — Драко замолк и подозрительно сузил глаза. — О, прошу тебя, только не говори мне, что вы двое были…близки. — Последнее слово он произнес с вызовом в голосе. Какую-то секунду Гермиона смотрела на него пустым взглядом, но потом вдруг взорвалась смехом. — Я? И Гарри Поттер? Близки в этом плане? О, нет-нет-нет. Господи, нет. С чего бы вдруг? Они были…близки здесь? Этот вопрос задел больное место, но Драко удалось это скрыть. — Нет, они были просто друзья. Но…не знаю. Думаю, Грейнджер что-то испытывала к Поттеру. — Хах, подумал он про себя, это преуменьшение. — Оу, но только не в моем мире. Мы с Гарри были исключительно просто друзьями — и ничего больше. — Ну, тогда ты нашла хотя бы одну вещь, которая отличается от твоего мира. Гермиона улыбнулась. — Полагаю, так. Драко прокашлялся. — Что ж, — сказал он, поднимаясь с кресла. — Тебе и правда нужно немного отдохнуть. Не стесняйся, можешь спокойно поспать на диване. Гермиона чуть нахмурила брови. — На диване? Я думала о том, что, возможно, я могла бы поспать в комнате Гермионы. Он надеялся, что она этого не предложит. По правде говоря, он не мог смириться с мыслью о том, чтобы кто-то спал в той комнате. Спальня Гермионы оставалась почти нетронутой с того самого дня, как она умерла — за исключением тех нескольких раз, когда он туда заходил, — и он хотел бы, чтобы она оставалась в том же виде. Тем не менее, Дамблдор все равно очень скоро назначит новую старосту девочек, и эта девушка переедет со всеми своими вещами, а последние остатки воспоминаний о Гермионе навсегда перейдут к ее родителям. Если было невозможно, чтобы спальня Гермионы навсегда осталась нетронутой, подумал он, то кому лучше остаться в той комнате, как не ее близнецу из параллельной вселенной? — Да, конечно, — пробормотал он. — Чувствуй себя как дома. Гермиона зевнула. — Спасибо тебе большое за все. В смысле, спасибо, что я не настолько выбила тебя из колеи, чтобы ты выгнал меня отсюда или что-нибудь такое. — Она замолчала, а потом сказала. — Знаешь, впервые за долгое время я чувствую себя в безопасности. — Хорошо, — проговорил Драко. — Я рад. А теперь, если ты меня извинишь, я, пожалуй, ненадолго отойду, чтобы ты отдохнула немного. Думаешь, с тобой все будет в порядке, пока ты будешь здесь одна? Гермиона кивнула. — Конечно. — Что ж, тогда ладно, — сказал Драко, избегая сталкиваться с ней взглядом. Он вдруг почувствовал то, что Гарри, должно быть, ощущал несколько минут назад. Эмоции от вида живой и здоровой Гермионы — даже если на самом деле это была не она, — были слишком подавляющими. Ему нужно было время, чтобы все переварить. Ему нужно было время, чтобы проветрить мозги. — Я вернусь позже, — пробормотал он, направляясь к портретному проему. — Постой, Малфой? — позвала она его. — Перед тем, как ты уйдешь, я хотела спросить… как я… в смысле, как она умерла? Вопрос заставил его остановиться на полпути. Какую-то секунду он стоял неподвижно, повернувшись к ней спиной, а потом закрыл глаза. Он знал, что рано или поздно она задаст этот вопрос, но надеялся, что она задаст его позже, и что сейчас спросит о чем-нибудь другом. Он предпочитал не думать о том, как она умерла, и каждый день изо всех сил старался прогонять это воспоминание из своей головы, пока оно не возвращалось снова. После долгой паузы он проговорил негромко: — Ее убили. — Он обернулся и взглянул на нее. — Пожиратель смерти. Потому что она была близка с Гарри Поттером. Глаза Гермины чуть расширились. — О, — тихо выдавила она. — Да, так что… подозреваю, поэтому Дамблдор так быстро разрешил тебе здесь остаться. Очевидно, твоя история всех задела за живое. По крайней мере, я бы не удивился, если бы Дамблдор смотрел на это как на некий второй шанс для него. Как на…не знаю. Ему не удалось спасти Гермиону. Так что теперь он может хотя бы попытаться спасти тебя. Гермиона одарила его слабой улыбкой. — Мне повезло. — Да, — пробормотал Драко. — Тебе повезло. Он не мог не почувствовать, что это было немного несправедливо. Эту девушку здесь будут защищать. Черт возьми — ее защищали даже в ее прежнем мире. А где была защита их Гермионы, когда она в ней нуждалась? Почему жизнь их Гермионы не спасли? Он вдруг осознал, что буравит девушку напротив злым взглядом. — Не покидай это помещение, — грубо сказал он. — Ни при каких обстоятельствах не открывай дверь, поняла? Гермиона кивнула. Она либо не заметила злость в его голосе, либо предпочла ее проигнорировать. — Куда ты идешь? — Я уже сказал. Мне просто…нужно отойти на какое-то время. Это ненадолго. — Ладно, — тихо проговорила она. — Тогда, полагаю, увидимся позже? Драко не ответил ей перед тем, как уйти. Он просто схватил свой пиджак и шарф в серебристо-зеленую полоску и как можно быстрее пронесся через портретный проем. В секунду, когда его ноги коснулись пола коридора, он испустил всхлип — но лишь один. Это было все, что бы он себе позволил. Он быстро вернул себе самообладание и натянул на лицо свое фирменное выражение надменности и безразличия. Он не обратил внимания на всадника на портрете, охранявшего гостиную, который спросил, все ли с ним порядке, и зашагал по коридору. Видеть эту девушку, которая выглядела в точности как Гермиона, сейчас было для него слишком. Это навевало слишком много воспоминаний и вызывало в нем слишком много противоречивых эмоций. Он разберется со всей этой ситуацией позже. Но в данный момент единственное, чего он хотел — это забыть обо всем.