V. В подземельях со Снейпом.
31 августа 2016 г., 12:08
– И что Вы натворили на этот раз, Поттер? – невозмутимо спросил Снейп.
Гарри Поттер неловко топталась на месте, пожёвывая нижнюю губу. На этот раз. Звучало немного обидно, хотя не согласиться с этим было нельзя. В этом году у «Девочки-Которая-Выжила» действительно было слишком много задержаний. До Фреда и Джорджа ей, конечно, всё ещё было далеко, но, по крайней мере, личный рекорд был побит. Разумеется, не без помощи профессора Амбридж.
– Вы хотели меня видеть, профессор? – высунув голову из-за приоткрытой двери, вежливо заговорила Гарри.
– Да-да, – закивала она, поманив её пальчиком. – Проходите, мисс Поттер. Присаживайтесь.
Девушка подчинилась и уселась на указанное место – в кресле напротив стола профессора ЗОТИ.
– Чаю? – держа в руках маленький розовый чайник, мило предложила Долорес Амбридж.
– Нет, спасибо, – медлительно ответила Поттер, подозрительно косясь на неё – получить вместе с чаем дозу сыворотки правды заманчивым не казалось.
Похоже, предположение гриффиндорки было верным, потому что генеральный инспектор вдруг недовольно поджала губы и резко изменилась в лице.
– Хорошо, перейдём сразу к делу, – словно на допросе, серьёзно заявила Амбридж. – Почему Вы напали на Драко Малфоя?
– Что? Нет, я…
– И почему он не хочет ничего рассказывать об этом?
– Я не…
– Вы его запугали? – обвинительно вопрошала женщина в розовом. – Угрожали?
– Да нет же! – беспомощно возразила Гарриет.
– Мы же уже обсуждали: Вы не должны лгать, – фальшиво улыбнулась Долорес Амбридж. – Возможно, нам стоит повторить наши занятия?
Вздрогнув, Гарри неосознанно спрятала левую руку за спину, на которой всё ещё бледно виднелась вырезанная надпись.
«Нет. Всё что угодно, только не снова это».
– Но, к сожалению, Совет Попечителей такой способ наказания не одобряет, – невинно опустив глаза, печально протянула заместитель Министра и сурово велела. – Отправляйтесь в подземелья Слизерина. Уверена, профессор Снейп придумает для Вас не менее суровое наказание.
И вот теперь Гарри Поттер, опустив голову, стояла напротив Северуса Снейпа, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Он сидел за своим столом и, сложив руки перед собой, оценивающе разглядывал её, без сомнения, симпатично украшенное ссадинами и синяками лицо. Да уж, дуэль вышла славная… Волшебница понятия не имела, что, по мнению Амбридж, должен был сделать с ней за это Снейп, но про себя решила: лучше в тёмном подземелье с деканом Слизерина, чем в розовом кабинете с фанатичной жабой.
–Я думаю, Вы и сами знаете, сэр, – слабо пожав единственным здоровым плечом, проговорила Гарри. – Меня к Вам направила профессор Амбридж. Наверняка, она уже уведомила Вас из-за чего.
– Амбридж, – проворчал Северус и, стремительно поднявшись из-за стола, прошёл в свою лабораторию. – Я когда-нибудь от Вас избавлюсь?
Девушка какое-то время простояла на своём месте, а затем, устало вздохнув, неуверенно прошла за ним. Профессор склонился над котлом с каким-то зельем, сосредоточенно что-то добавляя и помешивая. Поттер, может, и не была гением Зельеварения, как например загадочный Принц-полукровка, но она с абсолютной уверенностью определила, что зелье было оборотным и, судя по консистенции, варилось уже две недели. Гарриет только надеялась, что оно предназначалось для Ордена Феникса, а не для Пожирателей Смерти.
– В чём была причина Вашей дуэли с мистером Малфоем? – словно спиной почувствовав её присутствие, монотонно осведомился Северус Снейп.
– Почему бы Вам не спросить об этом своего крестника, сэр? – с интересом наблюдая за его сосредоточенными плавными движениями, безразлично отозвалась гриффиндорка.
Профессор Зельеварения хмыкнул:
– Мой крестник, мисс Поттер, невероятно упрямый молодой человек. Профессор Амбридж сообщила, что не смогла добиться от него никаких внятных объяснений. Итак, Драко сейчас в больничном крыле, Вы – здесь, поэтому я спрашиваю Вас.
– Не думаю, что я могу что-то добавить к его словам, профессор, – горделиво приподняв подбородок, ответила Гарри Поттер.
Упрямая, самодовольная, глупая девчонка, – раздражённо процедил Северус, наконец, обернувшись. – Вы двое хотя бы на секунду подумали своим маленьким мозгом, что творите? Я рад, что Вы с мистером Малфоем, наконец, сумели прийти к соглашению, хотя бы в своём упрямом стремлении держать рты на замке, но вам стоило подумать об этом до того, как вы додумались устроить магическую дуэль в Зале Славы! К вашему счастью, вы оба легко отделались. Вы хоть понимаете, что могли серьёзно покалечить друг друга или даже убить? Магическая дуэль – это не детская забава!
– Я с Вами полностью согласна, сэр, – подтверждающе кивнула Поттер и не сдержала усмешки. – Однако Вас, Сириуса и моего отца это почему-то вообще не волновало.
Мужчина удивлённо моргнул.
– Что?
– Мистер Филч рассказал нам, профессор, что вы трое отбывали у него наказания, намывая Зал Славы, больше, чем я, Малфой и близнецы Уизли вместе взятые, – позабавившись его реакцией, улыбалась от уха до уха Гарри.
С каждым её новым словом его лицо вытягивалось в недоумении, теряя привычную каменную маску и хладнокровие. Брови стремительно поползли на лоб, а в чёрных глазах читалось неописуемое удивление.
– Мистер Филч не мог вам такого рассказать, – недоверчиво прищурился Снейп.
– По-вашему, я всё выдумала, сэр? – невинно уточнила гриффиндорка, уже едва сдерживая смех. – Вообще-то он сказал ещё кое-что, но мне не хотелось бы, чтобы Вы потом извели бедного старика.
– Что вы с ним сделали? – хмуро спросил он. – Подлили ему Веритасерум?
– Так он сказал правду? – насмешливо прыснув, удивилась Поттер. – Вы всегда были таким строгим и придирчивым профессором, что я думала, что Вы за всю свою учёбу в Хогвартсе ни одного правила не нарушили, кроме, пожалуй, незаконного чтения фолиантов из Запретной Секции. А Вы, сэр, как оказалось, в хулиганстве и от Мародёров не отставали.
– У Вашего факультета много лишних баллов, Поттер? – с деланным спокойствием поинтересовался сквозь зубы Северус Снейп. – Полагаете, минус двадцать баллов будет достаточно?
Девушка смогла только молча кивнуть, потому что все силы ушли на то, чтобы в голос не рассмеяться. Слизеринцы в последнее время её определённо удивляли.
– На самом деле никакого Веритасерума, конечно же, у нас не было, – прочистив горло, неловко заговорила Гарриет. – Просто мистер Филч очень заинтересовался одним из товаров близнецов Уизли, когда заставил меня и Драко вывернуть карманы.
– Вы с мистером Малфоем дали мистеру Филчу болтательные батончики? – удивлённо приподнял бровь декан Слизерина.
– Не специально, – махнула рукой волшебница и нахмурилась во внезапном осознании. – Стоп. Как Вы догадались?
– Мне известна рецептура большей части работ близнецов Уизли и соответственно их свойства, – наслаждаясь её неведением, самодовольно скрестил руки на груди Северус. – Иногда я находил некоторые ошибки в их, должен признать, талантливо разработанных формулах, когда они меня об этом просили. Разумеется, при условии, что не увижу ни одно из их изобретений в своих подземельях.
– Однако мой интерес к Зельям Вы никогда не поддерживали, профессор, – улыбнувшись такому объяснению, мягко упрекнула его Гарри Поттер. – Между прочим, экзаменационная комиссия посчитала, что у меня есть природный талант.
– У Вас природный талант только к созданию неприятностей, Поттер, и Ваше состояние тому доказательство, – хмыкнул профессор Зельеварения и вернулся к своему зелью. – А сейчас отправляйтесь в больничное крыло. Я не выдержу весь вечер лицезреть Вашу глупую улыбку.
– Но моя отработка… – опешила она.
– Никуда не денется, – закончил за неё Снейп. – Придёте завтра. Всё равно с травмированной рукой от Вас не будет никакой пользы. Пусть сначала Вами займётся мадам Помфри.
– Спасибо, сэр, – неуверенно проговорила Гарри. – Так я могу идти?
Он коротко кивнул, помешивая варящееся в котле оборотное зелье и периодически бросая взгляд на песочные часы. Уже собравшаяся уходить «Девочка-Которая-Выжила» вдруг замерла в дверях и, задумчиво посмотрев на сосредоточенного мужчину, неторопливо приблизилась к нему, остановившись за спиной.
– Кстати, профессор, я так и не поблагодарила Вас за... – Поттер недоговорила, многозначительно коснувшись старинного кольца на своём пальце. – Вы были не обязаны мне что-то дарить.
Северус Снейп бросил короткий взгляд через плечо на её руку и снова сосредоточил своё внимание на оборотном зелье, постепенно добавляя крылья златоглазок. Значения её благодарности профессор не придал. Он ещё в первый день заметил, что она его носит.
– Это не подарок, – острым взглядом наблюдая за реакцией зелья, холодно ответил Северус. – Кольцо зачаровано на защиту от Империуса. Если Вы решили опрометчиво лезть на рожон наперекор Ордену и директору, Вас всё равно никто не сможет остановить. Так что я подумал, что оно может Вам пригодиться.
– И всё равно, – медленно кивнула гриффиндорка, – спасибо.
Гарриет бросила на него последний благодарный взгляд и вышла из лаборатории, направляясь в больничное крыло к мадам Помфри. Когда она ушла, декан Слизерина вздохнул и, устало вдавив пальцы в переносицу, на мгновение прикрыл глаза. Защита Гарри Поттер было делом не из лёгких и очень выматывающим.
– Не за что, Поттер, – едва слышно пробормотал в пустоту Снейп.
***
На следующий день об инциденте в Зале Славы знал весь Хогвартс. Конечно, глупо было надеяться, что их с Драко помятые лица никто не заметит, но всё же Гарри Поттер всегда удивлялась, как быстро распространяются новости по школе. Хуже всего было то, что сегодня практически все уроки Гриффиндора были сдвоены со Слизерином. Профессора были недовольны поведением старых недругов и не переминули об этом во всеуслышание заявить. Например, на Трансфигурации. – Вы оба поступили скверно, – после долгой нравоучительной речи подвела итог профессор МакГонагалл. – И, мисс Поттер, я надеюсь, впредь Вы будете вести себя осмотрительнее, а не выставите себя и весь факультет Гриффиндор плоховоспитанными, малосоображающими грубиянами. Строго поправив свои очки, демонстративно хмыкнула декан Гриффиндора. Гарри опустила голову, чувствуя, как стремительно краснеет. Со стороны Слизерина послышались тихие смешки. Она обернулась, поймав взгляд дуэлянта. Драко Малфой самодовольно откинулся на стуле, скрестив руки на груди, и издевательски ухмылялся. Змеи – что с них взять? Однако веселиться ему тоже пришлось недолго. После того, как профессор Снейп повторно перечислил степени идиотизма, которыми, очевидно, страдала Поттер, раз додумалась развязать дуэль, а затем перевёл пугающий ледяной взгляд на своего крестника, уже едва сдерживающего смех. – Что же касается Вас, мистер Малфой, – монотонно заговорил декан Слизерина, который и без своих двух самых «любимых студентов» был явно не в духе, – я разочарован. Об идиотизме Поттер мне известно уже семь лет, Вам же очень долго и весьма талантливо удавалось скрывать сей непростительный факт от меня. Надеюсь, это не заразно. Мне не нужно сборище идиотов в классе. Хватает и двоих. Драко был готов провалиться под этим взглядом. Гриффиндорцы, не сговариваясь, заулыбались. Все знали, что Северус Снейп очень редко наказывал своих слизеринцев, сейчас же он казался очень раздражённым. Профессор смерил дуэлянтов последним уничтожающим взглядом и вернулся к своему столу, возвращаясь к теме урока. Гарриет обернулась на задние парты и мстительно ухмыльнулась, подсмеиваясь вместе с сидящим рядом Роном над Малфоем. Тот презрительно скривился, пробормотав в их адрес что-то обидное, и отвернулся, всё ещё с шоком и вселенской обидой поглядывая на своего крёстного отца. Когда закончился урок, все как один облегчённо выдохнули. Снейп язвил и придирался ко всем подряд как никогда. Даже Малфою уже второй раз за день досталось, а это было уже за гранью фантастики. Неразлучная троица зашагала к дверям усталая и вымотанная. Даже у всезнающей Гермионы Грейнджер разболелась голова от нападок профессора Зельеварения. – Какая мантикора его укусила? – косясь в сторону профессорского стола, тихо восклицал Рон Уизли. – Он, конечно, всегда злой, но сегодня просто зверствует! – Дурак ты, Уизли, – фыркнул Драко Малфой, одиноко шедшей за их спинами. – Я бы посмотрел, как бы ты себя вёл, попади в тебя столько проклятий, сколько в него. – Проклятья? – Гарри Поттер резко притормозила и обернулась да так, что тот едва не налетел на неё. – О чём ты говоришь? Слизеринец невесело усмехнулся: – Для тебя же не секрет, что он – Пожиратель Смерти, вот и подумай мозгами. Моя мать пишет, что отец тоже вернулся с очередного рейда с Сама-Знаешь-Кем, и, по её словам, в него попало много заклинаний. Для них это сейчас обычное дело. Волшебница нервно сглотнула, перекинувшись подозрительными взглядами с Роном и Гермионой. Значит, они были правы. Пожиратели Смерти действительно набирали сторонников, и некоторые из претендентов оказывали сопротивление. – У Снейпа вообще нервная работа, – хмыкнув, продолжал Драко. – Шпион всё-таки. Я понятию не имею, на чьей он стороне, и, если честно, даже знать этого не хочу, но отец сказал, что когда Снейп прошлым летом вернулся к Пожирателям Смерти, Сами-Знаете-Кто так пытал его Круциатусом, что все думали, что Он его убьёт. Пока Снейп как-то не доказал Ему свою преданность. Отец не рассказывал кровавых подробностей, но сказал, что сейчас Сами-Знаете-Кто доверяет Снейпу больше, чем кому-либо. Гарри покачнулась, ощутив приступ тошноты. Она не понаслышке знала, что такое Круциатус, и даже представить боялась, что делал со Снейпом Волдеморт, если считал его предателем. Пока Снейп как-то не доказал Ему свою преданность. Отец не рассказывал кровавых подробностей, но сказал, что сейчас Сами-Знаете-Кто доверяет Снейпу больше, чем кому-либо. Слова Малфоя эхом звенели в голове. Это звучало пугающе. Как профессор доказал Тёмному Лорду свою преданность? Даже думать об этом не хотелось. Сомнения по поводу того, так уж лм сильно верен Дамблдору Северус Снейп, Поттер тоже принципиально прогоняла из своей головы, ещё не до конца забыв свою прошлогоднюю оплошность. Что бы это ни было, по крайней мере, Снейп жив и всё ещё может передавать информацию для Ордена Феникса. – А теперь уйдите с дороги! – нетерпеливо потребовал блондин. – Не хватало ещё, чтобы меня кто-нибудь с вами тремя увидел. С этими словами Драко Малфой грубо растолкал их и вышел в коридор догонять свой змеиный факультет. Избранная поморщилась, потирая повреждённую руку, Гермиона аж рот открыла от возмущения, но а Рон просто разозлился. – Хорёк, – враждебно глядя в удаляющуюся спину аристократа, буркнул он. – Сам у тебя помощи просил, а сейчас ведёт себя как самодовольный кретин. Гарриет слабо усмехнулась. Ну, а что Рон ожидал? Крепкой дружбы и ежеминутной благодарности? Нет, гриффиндорка даже ни секунду не думала подобное о Малфое. Он и так её достаточно удивил. – Так Малфой даже ничего не сказал? – весь прошлый вечер поражался Уизли. – Не свалил всю вину на тебя? – Нет, – разглядывая свою перебинтованную руку, насмешливо ответила Гарри Поттер. – А ты уверена, что это был Малфой? – недоверчиво нахмурился рыжий. – Может, ты его с кем-то перепутала? – Не думаю, – хмыкнула она. – Поверь мне, так сильно я мало кого хотела избить. – Но ведь должна быть причина, – задумчиво проговорила Грейнджер. – Вряд ли Малфой сделал бы это просто так. – Ты права, – согласно кивнула Гарри. – Ему нужна моя помощь. – Обойдётся, – фыркнул Рон Уизли, скрестив руки на груди. – Рон… – неодобрительно протянула Гермиона Грейнлжер. – Если Гарри согласилась, значит это что-то серьёзное. – Очень, – мрачно пробормотала «Девочка-Которая-Выжила». – Люциус хочет, чтобы он стал Пожирателем Смерти. – Чего? – аж задохнулся от удивления парень. – Это же смешно. Какой из Малфоя Пожиратель Смерти? – А ему самому совсем не до смеха, – отозвалась Поттер. – Малфой не хочет этого. Он в шоке и очень напуган. – Я не думаю, что, когда придёт время, его кто-то будет о чём-то спрашивать, – высказала свои опасения Гермиона. Рон какое-то время отмалчивался, сосредоточенно хмурясь, и устало спросил: – И что ты будешь делать? – Помогу ему, если всё-таки придётся, – передернула плечами Гарри. – Я недолюбливаю Малфоя, но даже ему такой судьбы ни за что бы не пожелала. Друзья согласно закивали, а Гарриет, позже вспоминая этот разговор, криво улыбнулась. Кто бы ей самой помог…***
Она медленно ползла по холодному полу Отдела Тайн. Извивалась, быстро скользила. Каждой чешуйкой она чувствовала прикосновение гладкой поверхности. Одно лишь желание, лишь один приказ. Убить… Было темно. Гарри даже почти ничего не видела, кроме маленького шарика света, торчащего из волшебной палочки. И снова это желание. Жажда крови и убийств. Изо рта вырвалось предвкушающее шипение. Артур Уизли медленно обернулся и даже не успел испугаться. Она бросилась на него. Вгрызалась в человеческую плоть. Целилась в глотку, чтобы проткнуть её своими ядовитыми клыками. Но волшебник сопротивлялся, отчаянно уворачиваясь и закрываясь руками. Последний удар в грудь, и мистер Уизли упал без сознания, а Гарри Поттер с криком проснулась. – Гарри! – взволнованно трясла её за плечи Гермиона. – Что с тобой? Гарри! Перепуганная Миневра МакГонагалл привела всё ещё потерянную студентку в кабинет директора. Гарри жадно вглядывалась в фигуру старика, которого уже так давно не видела. Но Альбус Дамблдор даже не смотрел в её сторону, стоя спиной к ней, и с деловитой отстранённостью расспрашивал о том, что произошло. Артура Уизли спасли чудом. Если бы не её предупреждение, отец Рона, вероятно, умер бы от потери крови. Директор продолжал расхаживать по-своему кабинету, раздавая какие-то распоряжения предыдущим директорам, наблюдающим за ними с картин. Поттер вдруг почувствовала лютую злобу и ненависть. Хотелось вцепиться в горло Дамблдора точно так же, как и этому предателю крови Уизли. Только в этот раз она доведёт всё до конца. «Замолчи, глупый старикашка» , – злобно шипел на парселтанге внутренний голос. – «Ты – глупец, Дамблдор». Гарриет боролась с пугающими ощущениями и, встряхнув головой, гневно прокричала, не выдержав: – Да посмотрите же Вы на меня! Альбус Дамблдор вздрогнул и, наконец, обернулся. Тяжело и часто дыша, волшебница умоляюще вглядывалась в его глаза, будто спрашивая: «Что со мной происходит?»***
– Видимо, существует связь между сознанием Тёмного Лорда и Вашим, – стоя к ученице спиной, хладнокровно пояснял Северус Снейп. Гарри Поттер сидела в лаборатории профессора Зельеварения, внимательно следя за его действиями, и, казалось, боялась его объяснений. Девушка всё ещё была растеряна и шокирована. Мысль о том, что по ночам она может разделять с Волдемортом разум, ужасала её. – Догадывается ли он об этой связи? Пока неизвестно. Молитесь, чтобы он оставался в неведении. – Хотите сказать, если Он узнает об этом, то… – Гарри нервно сглотнула. – Он сможет читать мои мысли? – Читать? – хмыкнул Пожиратель Смерти, внезапно обернувшись. – Контролировать. Путать. В прошлом Ему доставляло особое наслаждение проникать в сознание своих жертв и порождать мучительные видения, доводившие их до безумия. С каждым новым словом Северус медленно приближался, а «Девочка-Которая-Выжила» чувствовала, как стынет кровь. Осознание того, что именно может сделать с ней Тёмный Лорд, уже сводило с ума. – Лишь насладившись агонией, до последней капли, – пугающе растягивал слова декан Слизерина, – лишь заставив их, буквально, молить о смерти, Он, наконец-то, убивал их. Поттер вздрогнула и растерянно заморгала, пытаясь справиться со своим внезапно нахлынувшим страхом. Она даже не сразу заметила, что Снейп продолжил говорить. – При правильном использовании сила Оклюменции защитит Вас от проникновения или влияния, – разъяснил он. – И как же Вы собираетесь научить меня этому? – невесело усмехнулась Гарриет. – Всё очень просто, Поттер. Я проникаю в Ваше сознание, а Вы пытаетесь сопротивляться. Легиллименс! – направил волшебную палочку на неё Северус Снейп. Гриффиндорка вскрикнула, почувствовав грубое, постороннее внедрение в свой разум. И это было очень неприятно. Воспоминания проносились перед глазами, словно на маггловской киноплёнке. Встреча с Роном и Гермионой после борьбы с Квиреллом и чувство радости, штаб-квартира Ордена Феникса и улыбающийся Сириус, первый урок Зельеварения и родившаяся злоба. Отряд Дамблдора, Волдеморт и ощущение ледяного ужаса, высасывающие из неё все соки дементроры… Или это просто присутствие Северуса в её голове? Дверь в чулан со скрипом медленно распахнулась. Маленькая Гарри вздрогнула и, вздёрнув голову, затравленно посмотрела на появившегося на пороге мужчину. Это был первый раз, когда юной волшебнице удалось так сильно разозлить дядю Вернона, что тот пришёл к ней с ремнём. Самое первое и очень жестокое наказание за проявление ещё неконтролируемого волшебства. От одного только появления Дурсля в чулане глаза обожгли слёзы. Это было последнее, что Поттер хотела бы, чтобы увидел её профессор. Она понятия не имела, как ей это удалось, но они вылетели из её сознания прежде, чем началось её настоящее избиение Верноном Дурслем, и теперь Гарриет, часто дыша, затравленно смотрела на стоящего напротив с волшебной палочкой в руках Снейпа. – Соберитесь, Поттер, – велел он. – Сосредоточьтесь! Вы реагируете очень медленно и даже практически не пытаетесь сопротивляться. – Я стараюсь! – вымученно воскликнула волшебница. – Знаете ли, очень трудно сосредоточиться, когда кто-то роется в твоей голове. – Я не вижу никакого старания, – пока ещё терпеливо процедил Северус Снейп. – Если продолжите в таком же духе, то так ничему и не научитесь. – А нет другого способа научиться Оклюменции? – не слишком надеясь, спросила Гарри Поттер и обхватила пухнущую от боли голову. – Мне вообще не нравится идея Вашего присутствия в моём сознании. Вы же видите все мои мысли и воспоминания! – Не знаю, чего Вы так не хотите, чтобы я увидел, но меня не волнуют Ваши воспоминания, – резко отозвался декан Слизерина. – Хотите, чтобы личное оставалось личным – защищайтесь. Снейп взмахнул волшебной палочкой, и Гарри мученически застонала, почувствовав новую атаку на своё сознание.
