II. «Прекрасный Новый Мир»
12 января 2018 г., 20:21
В Министерстве Магии толпился народ. Повсюду слышались вспышки камер. Журналисты, вооружившись камерой и прытко пишущим пером, дрожащими руками торопливо фиксировали происходящее. Всё вокруг охало и гудело. В воздухе царило напряжение, в затравленных глазах отражался страх.
Новый Министр Магии стоял за трибуной и с холодной надменностью оглядывал собравшихся свысока. По его тонким губам тянулась змеиная усмешка, так приводившая в ужас волшебное сообщество. Более менее спокойно себя чувствовали при виде Тёмного Лорда только стоявшая рядом Его свита в лице Северуса Снейпа, Эйвери, Амикуса и Алексы Кэрроу. Остальные, включая прессу, прибыли, словно на казнь, чтобы не столько почтить нового Министра, а сколько уберечь себя от его жестоких репрессий, о которых сейчас как раз и вёл речь лорд Волдеморт.
– … Те из вас, кто примет Мой Новый Мир и будет подчиняться его законам, могут рассчитывать на мою милость и даже возможно расположение, – громко произносил Он. – Волшебное сообщество сотни лет оставалось сокрытым от посторонних глаз, чтя чистоту крови и не позволяя обучать древнему тонкому искусству колдовства недостойных этого ничтожеств, выращенных магглами. Новое правление Магической Британии (и впоследствии, уверен, остальная часть волшебного сообщества) говорит «нет» магглам, грязнокровкам и защищающим их предателям крови!
Лица присутствующих заметно побледнели. Несколько волшебников попытались пробраться к выходу, но обступившие толпу плотным кольцом Пожиратели Смерти в предупреждении направили на них свои волшебные палочки в полной боевой готовности. Напряжение вокруг возросло. Неприметный мужчина в поношенном мешковатом плаще, немного сутулясь, осторожно натянул капюшон на испорченное шрамом от когтей оборотня лицо.
– Я очень не рекомендую оказывать сопротивление моим Пожирателям Смерти, – ядовито улыбнулся Волдеморт. – Уверен, многие из вас осведомлены о нападениях на наши ряды преступниками, именующих себя «Орденом Феникса». Прошу не льститься на их лживые речи. Это преступники и предатели, опозорившие себя, свой род и весь Магический Мир! Эти люди не достойны гордого звания «волшебник»! Если вам известно о месте нахождения «нежелательных лиц», немедленно сообщите об этом Министерству. Их укрывательство карается смертью!
Плечи Люпина напряглись, дрожащие пальцы крепко сжали порт-ключ, пока по-звериному зоркие глаза бегло оглядывали всё вокруг.
– Поэтому склонитесь передо мной! Иначе вас будет ожидать участь вашей, так называемой, Избранной.
Тот-Кого-Нельзя-Называть взмахнул рукой в сторону своей высокой статуи, возведённой сразу после смерти предыдущего Министра, и по залу тут же пронеслись вздохи ужаса. На штыре, изображающим волшебную палочку в руках Волдеморта, было подвешено мёртвое тело Гарри Поттер. Ремус Люпин, подталкивая впереди стоящих, попытался пробраться поближе. Его лицо побледнело. Он просто не мог поверить своим глазам. Волдеморт, казалось, наслаждался произведенным эффектом. Блаженно прикрыв глаза, Он, буквально, втягивал змеиным носом запах всеобщей паники.
– Что ж, Северус, полагаю, твоя информация оказалась ложной, и старикан-Дамблдор в очередной раз просчитался, – негромко обращаясь к своему приближённому, самодовольно протянул Тёмный Лорд. – Я ни коим образом не почувствовал смерть Гарриет Поттер. Ваша с ним теория оказалась неверна.
– Боюсь, Мой Лорд, ошибка действительно произошла, но не эта, – не глядя на него, напряжённо ответствовал Северус Снейп. – Взгляните.
Нахмурившись, Лорд Волдеморт проследил за взглядом шпиона и вспыхнул в припадке ярости.
– Что?! Кто посмел?!
От такого крика во всплеске беспалочковой магии трибуна, за которой стоял Министр Магии, треснула пополам. Снейпу потребовались всё его самообладание, чтобы сдержать удовлетворённую ухмылку и продолжить мрачной тенью стоять рядом со своим Повелителем в благоразумном молчании.
– Как вы могли это допустить?! – схватив Эйвери за грудки, в бешенстве вопрошал Волдеморт. – Кто позволил Поттер сбежать?!
Ремус Люпин раздавил в кулаке порт-ключ и, прежде чем исчезнуть, растянулся в улыбке. Иллюзия развеялась, и оказалось, что вместо «Девочки-Которая-Выжила» на штыре висела Беллатриса Лестрейндж. Эта была страшная картина, однако она же вселила в сердца волшебников надежду. Гарриет Поттер, погибель Тёмного Лорда, была всё ещё жива.
***
Несколько часов назад… Поражённое непростительным проклятием тело Беллатрисы Лестрейндж распласталось на каменном полу. Безжизненное, застывшее в безумной гримасе лицо, казалось, всё ещё с насмешкой было обращено к своей убийце. Поняв, что именно произошло, Гарри Поттер чуть отшатнулась от трупа, чувствуя, что задыхается. «Я применила третье непростительное заклятие…» – стучала в голове шокирующая мысль. – «Я убила Беллатрису Лестрейндж!» Гнев отступил, а разум прояснился в осознании, что она только что убила человека. С головой на неё нахлынул шок. Руки задрожали. Кое-как Гарри оторвала от страшного зрелища потемневший взгляд и встретилась взглядами с не менее ошарашенным Драко Малфоем. «Ты должна бежать, пока тебя не обнаружили», – отправил ей направленную мысль Драко. – «С двумя Пожирателями ты справилась, но не думаю, что у тебя сейчас хватит сил защититься, если их будет больше». «Я убила её, Малфой…» – не отводя от него огромных глаз, полных шока, тихо произнесла гриффиндорка. «Я знаю», – не в силах подавить в себе испуг сглотнул он. – «Я в ужасе не меньше, чем ты». «Я не успела ничего понять… Не знаю, как и…» «Это сейчас неважно, ясно?» – скосив затравленный взгляд в сторону всё ещё лежащего без сознания Крэбба старшего, перебил её Малфой и, наконец, убедившись, что свидетелей нет, протянул ей флакон с зельем. – «Вот. Держи, как и договаривались. Тем более, прядь волос Беллы у тебя теперь тоже есть. Всё для удачного побега». «А что теперь будешь делать ты?» – нахмурилась Поттер. «Очевидно, дрожать от страха и надеяться, что Тёмный Лорд не додумается обвинить в произошедшем меня и запытать до смерти!» – дёргано съязвил слизеринец, пытаясь унять дрожь в голосе. Но девушка никак не отреагировала на его саркастичное замечание: «Может, пойдёшь со мной? Тебе действительно опасно здесь оставаться». «Я не могу», – отрицательно покачал головой Драко Малфой. – «У них всё ещё моя мать. Я не оставлю её одну». «Мы и её спасём!» – горячо убеждала его Гарриет. – «Орден Феникса сможет её защитить. Вас обоих!» «Орден что-то мог пока был жив Дамблдор, но сейчас он мёртв!» – ощетинился молодой Пожиратель Смерти и, завидев, как вздрогнула Поттер при упоминании смерти своего наставника, тихо буркнул. – «Прости, Поттер, но я говорю то, что вижу. Без старика Орден слаб. И без шпиона тоже…» «Он заплатит!» – яростно вспыхнула она. – «Дорого заплатит… Клянусь! Я убью его!» Драко хотел было что-то возразить, как вдруг из-под завалов показался внезапно пришедший в сознание Крэбб. Слизеринцы переглянулись, и Малфой, нервно сглотнув, направил волшебную палочку на Поттер. «Беги», – слабо проговорил Драко и, вытерев ладонью взмокший от напряжения лоб, нервно усмехнулся. – «Только сделай всё понатуральнее. Я всё-таки хотел бы пережить твой побег». Старший Крэбб поднялся на ноги, отряхиваясь от пыли, и едва достал волшебную палочку, как Гарри Поттер резко обернулась и стремительно атаковала. Пожиратель Смерти отлетел в сторону и, протаранив головой каменную стену, рухнул без сознания. Аристократ несдержанно поморщился. Даже на вид это было определённо очень больно. Убедившись, что Крэбб очнётся нескоро, Гарри неуверенно обернулась на свою бывшую школьную немезиду. «Я не забуду этого, Малфой», – тихой мыслью произнесла она и медленно подняла на него волшебную палочку. – «Я вернусь за вами, обещаю». «Просто…» – Драко Малфой презрительно скривился, а затем, подавив в себе язвительный пыл, устало улыбнулся. – «Просто скажи Джинни, что я – не предатель, и мои чувства к ней не изменились. А теперь – беги!» Гриффиндорка молча кивнула и одним мощным заклинанием отправила его в нокаут. Обменявшись одеждой с Беллатрисой Лестрейндж (что было одним из самых неприятных занятий в её жизни), Поттер добавила в дурно пахнущее зелье кудрявый локон Пожирательницы и, дождавшись, когда тот полностью истлеет в жидкости, сделала большой глоток. Зелье сработало, и уже через минуту Гарри обратилась в Беллатрису. Под личиной Лестрейндж ей, не вызывая подозрений, удалось пройти мимо Пожирателей Смерти. Дважды волшебнице, казалось, что она была близка к провалу. Всё же нарочно свихнувшийся долгим заточением в Азкабане рассудок не изобразишь… Место это действительно страшное, а ещё ужаснее его охрана – дементоры. Но, к её удаче, Гарри Поттер без приключений выбралась за пределы замка и аппарировала.***
Пока Волдеморт зверствовал в Министерстве Магии и с высоты своего министерского кресла требовал рубить головы, Северус Снейп как временный «хозяин» замка по приказу своего Повелителя должен был выяснить, как произошло так, что Гарри Поттер сбежала. Известно было одно: Драко Малфой в сопровождении тётушки Беллы оказался в подземельях в соответствии со своей обязанностью, поэтому Крэбб, охранявший ценную пленницу Повелителя, без вопросов пропустил обоих. В результате Беллатриса Лестрейндж мертва, Крэбб без сознания лежит в Больничном Крыле с сотрясением, Поттер сбежала, а побитый Драко Малфой сейчас сидит напротив нового Директора Хогвартса с широко раскрытыми глазами и безуспешно пытается скрыть свой страх. – Расскажи мне, что произошло, Драко, – сложив руки на столе в задумчивом жесте, монотонно попросил Снейп. – Я как обычно спустился в подземелье. С завтраком. Вы же знаете, Тёмный Лорд велел не морить Поттер голодом, – дрожащим голосом рассказывал тот. – Тётя Белла пошла со мной. Вдруг Поттер каким-то образом смогла освободиться… Произошёл взрыв. Белла погибла. Поттер сбежала. – И каким же таким образом Поттер смогла освободиться? – медлительно протягивая слова, тихо осведомился легиллемент. – У неё ведь не было волшебной палочки, верно? Драко вздрогнул, почувствовав, как крёстный легонько коснулся его разума, и вопросительно уставился на него. Однако Снейп с напускной невинностью продолжал смотреть ему в глаза. Блондин сглотнул. – Конечно же, нет. Откуда? Это был бесконтрольный всплеск магии. – Такой силы? – с сомнением приподнял бровь декан Слизерина. – Откуда у ослабленной моими зельями волшебницы такая мощь, что всплеск магии пусть и бесконтрольный смог взорвать кандалы и убить Лестрейндж? Даже если всё действительно так, что-то должно было подобный всплеск спровоцировать. Малфой нервно заёрзал и отвёл взгляд в сторону. Северусу это не понравилось, и он, оперившись ладонями в стол, слегка приподнялся в напряжении. – Скажи мне, Драко, – произнёс зельевар так громко, что Драко, вздрогнув, невольно снова посмотрел ему в глаза, – что именно Беллатриса Лестрейндж делала в подземелье? Думается мне, она что-то подозрительно зачастила в темницу Поттер. Молодой Пожиратель Смерти замялся, а Снейп продолжал с невозмутимостью удава, готовившегося заглотнуть кролика на обед, пристально смотреть ему глаза. Не разрывая зрительного контакта, профессор вдруг увидел в его сознании смазанную картинку: Поттер, безвольно подвешенную на цепях, её пустой безразличный ко всему взгляду, маниакально улыбающаяся Беллатриса и её визгливое «Круцио!», зелёным светом озарившее видение. Северус слегка качнул головой, возвращаясь в реальность, и, едва сдерживая гнев, сквозь скрежет зубов озвучил свою догадку крестнику: – Она ведь пытала её, не так ли? Пытала, несмотря на прямой приказ Тёмного Лорда! – Да, так и было… – сглотнул Драко Малфой, на всякий случай установив в своей голове щиты. – Я говорил ей, но она не слушала. – Что ж, – взяв себя в руки, вернулся к допросу Пожиратель Смерти, – всё это, конечно, очень любопытно, но куда интереснее иное. Когда Поттер освободилась… – Снейп выдержал паузу и, криво ухмыльнувшись, надавил на ментальные щиты бывшего ученика с утроенной силой. – Почему ты ничего не сделал, чтобы помешать ей сбежать? Драко поморщился от боли, почувствовав атаку на своё сознание. Его охватил животный страх. Он с силой закусил губу, отчаянно пытаясь укрепить свои щиты и не дать человеку, ставшему Правой рукой Волдеморта, добраться до компрометирующих его воспоминаний. Северус почувствовал это и устало улыбнулся. – Не глупи, Драко, – пробираясь через его барьеры, покачал головой шпион. – Ты хороший ученик и добился определённых успехов в окклюменции, но недостаточных, чтобы справиться с природным легиллементом. Я намного сильнее тебя. Лучше сдайся и открой разум добровольно – мне не хочется причинять тебе боль. – Это вторжение в частную жизнь! – раскрасневшись от адских усилий, возмущённо пропыхтел Малфой. – Ты не имеешь права! – Прекрати этот детский сад, – скривился в недовольстве Северус Снейп. – Ты не думал, что внезапный побег Поттер и тот факт, что пострадали все, кроме тебя, слегка подозрительны? Если эти воспоминания увидит кто-то кроме меня, к примеру, Тёмный Лорд, тебе конец. Поэтому не будь идиотом! С этими словами мужчина легко сломал щиты своего крестника и утонул в прорвавшихся из-под замка тайных воспоминаниях. – …Гааарриии…Гарри, дорогая, взгляни на меня. – Оставь её… Не надо… – Нет уж, тётя Белла пришла поиграть! Вспыхнувшие гневом зелёные глаза уставились на перепуганного Драко… а затем вдруг смягчились. «Мне жаль, что тебе всё же пришлось стать Пожирателем Смерти…» – после очередной пытки вдруг телепатически обратилась к нему Гарри. – «Я знаю, ты не хотел этого. Я слышала, что ты сказал Дамблдору о своей матери в тот день… Я была слишком ослеплена своим гневом… Но сейчас я понимаю. У тебя не было выбора». «Но у тебя есть». «Я уже ничего не могу…» – проваливаясь в забытье, возразила она. «Поттер, соберись уже!» – спустя неделю её заточения не выдержал Драко. – «Мне надоело смотреть, как ты сереешь. Белла пытает тебя, а ты даже слова сказать не можешь! Неужели наша Избранная «Золотая Девочка» хочет умереть в каком-то загнивающем подземелье?!» «Я – не Избранная, Малфой». «Как бы я ни ненавидел это признавать, Избранная. И ты сама прекрасно это знаешь. Или ты забыла о шаре с Пророчеством о тебе и Сама-Знаешь-О-Ком из Отдела Тайн?» «А ты сам прекрасно знаешь, что Прорицания Трелони всегда отличались горячечным бредом», – без эмоционально буркнула Гарри Поттер. «Ты всё ещё из-за Снейпа так убиваешься?» – презрительно скривился Малфой. – «Может, уже закончишь загонять себя в могилу и всех нас заодно, безвмешательно откачиваясь здесь на цепях?» «Да что ты можешь знать об этом?!» – гневно ощетинилась она. «Всё, Поттер… Я знал о вас всё…» «Это правда??? Волдеморт стал Министром Магии?!» – на следующий день Поттер заговорила с ним сама и казалась уже куда живее. «Не называй его по имени», – вздрогнув, мысленно попросил её Драко Малфой. – «Но да, это так. Он убил Скримджера и занял его место». «О, Мерлин…» «Может, перестанешь вздыхать и сделаешь что-нибудь? Это ты же у нас по пророчествам укротительница Тёмных Лордов», – саркастично заметил он. «А что я могу против Него?!» – взбеленилась волшебница. – «Тем более, сидя на цепи! Думаешь, я сама не понимаю, что Его НЕОБХОДИМО остановить?! Я даже из подземелий выйти не смогу без палочки». «Тебе нужен побег». «Ты достал Оборотное зелье?» – спустя ещё несколько дней взволнованно спросила Гарри. «Крёстного не так-то просто обворовать», – отрицательно покачал головой Драко. – «Он целыми днями сидит в своём классе за какими-то исследованиями. Я даже подобраться к нему не могу!» «Исследованиями?» «Ну да… Что-то связанное с …» – Пытаясь вспомнить, блондин поморщился, усиленно перебирая слова. – «Хритажами? Кро… Круст…» «Крестражами?» – удивлённо уставившись на него, переспросила гриффиндорка. Тот кивнул. – «Почему? Зачем ему это?» «Не знаю, да и какая разница, чем одержим Северус?» – отмахнулся от неё как от назойливой мухи Малфой. – «Сейчас нам нужно вытащить тебя отсюда». «Немедленно, Малфой. Немедленно!» – с напором произнесла Поттер. – «Я видела в «Пророке», что Кэрроу назначали преподавателями ЗоТИ. Я не позволю Пожирателям Смерти пытать детей!» «Хорошо, я тебя понял. Постараюсь добыть зелье сегодня же». «Пожалуйста, Драко», – тихо проговорила она. – «Я не смогу выбраться сама. Я слишком слаба сейчас для этого. Я даже не уверена, что всё ещё могу колдовать». «Думаю, это из-за Снейпа», – сообщил слизеринец. – «Я слышал, что он подливает тебе зелье в еду, чтобы ослабить твои магические силы. Тёмный Лорд очень не хочет, чтобы ты сбежала». «Тогда я больше не буду есть». «Ты должна бежать, пока тебя не обнаружили», – отправил ей направленную мысль Драко. «Я не забуду этого, Малфой…» «… Беги!» Мощное заклинание Поттер поразила молодого человека, и он рухнул без сознания. Северус выскользнул из водоворота воспоминаний и коротко тряхнул головой, пытаясь уложить в своём сознании увиденное. Он медлительно поднял голову, находясь всё ещё в некоторой растерянности, и встретился взглядами с затравленно смотрящим на него Драко Малфоем. Придя в себя, молодой человек, осознав, что его обман раскрыт, гневно ощетинился, пытаясь скрыть накативший ужас. – Ну и что теперь? Что ты на это скажешь? – Гордо приподняв подбородок, он пытался выглядеть вызывающе, но надломленный, дрожащий голос выдавал его страх перед неизвестностью своей судьбы. – Приговоришь к смерти собственного крестника, рассказав всё, что видел, Тёмному Лорду? Продашь меня, так же как и продал Поттер? – Нет, – выйдя из-за стола, устало покачал головой декан Слизерина. – Я скажу тебе «спасибо». Драко пораженно вытаращился на мужчину и быстро выскользнул из кресла, за которым сидел, отшатнувшись от него. Снейп между тем неторопливо приближался к нему. – Ты сделал то, – со вздохом продолжал он, – чего я, к сожалению, в своём положении сделать не смог в полной мере. Действий, предпринятых мной, оказалось недостаточно. А вот твои пришлись очень кстати. – Я не понимаю… – не отрывая от него напряженного взгляда, пробормотал Малфой. – То есть ты…? Блондин запнулся и, нервно сглотнув, замолчал, когда крёстный вплотную остановился напротив него. До хитрого слизеринского ума начало доходить осознание. – Я не продавал и не предавал её… – тихо заверил Северус Снейп и невесело усмехнулся. – Я, может быть, только ей по-настоящему и верен. Поэтому вынужден поступать так, как должно, даже если мне это не нравится. Опустив голову, Драко Малфой молча закивал, а затем вдруг снова обратил вопросительный взгляд на него: – И что нам теперь с этим делать? – Мне, Драко. Ты уже подверг себя излишней опасности. Более тебе вмешиваться не стоит. – Тон шпиона не терпел возражений, а обычно мрачное невозмутимое лицо вдруг приобрело извиняющееся выражение. – Надеюсь, ты меня поймёшь. Драко открыл было рот, чтобы что-то возразить, как вдруг появившаяся из ниоткуда волшебная палочка оказалась приставлена к его виску. – Обливиэйт. Молодого волшебника ослепила яркая вспышка, и когда он, проморгавшись, уже открыл глаза, то снова увидел Северуса, на этот раз несколько выжидающе смотрящего на него. – Прошу прощения, Драко. – За что? – не понял тот. Губы зельевара тронула слабая, но удовлетворенная ухмылка: – За то, что отнял твоё время. Как я понимаю, тебе ничего неизвестно о побеге Гарриет Поттер. – Побеге? Что? – непонимающе нахмурился Драко Малфой. – Лёгкая амнезия, – убрав руки за спину, резюмировал Снейп. – При таком ударе по голове это неудивительно. Отдыхай, Драко, у меня больше нет к тебе вопросов. Малфой, всё ещё в хмуром непонимании глядя на Северуса, неуверенно кивнул и неспешно удалился. Как только дверь за ним закрылась, новый директор Хогвартса снял заглушающие чары и устало опустился в кресло. Как он и предполагал, сбежать Гарри помог Драко. Снейп беспокоился за своего крестника и понимал, что если уж он пришёл к такому выводу, то вполне мог об этом же подумать и Тёмный Лорд. Но теперь благодаря чарам забвения, Ему даже при всём своём могуществе не удастся увидеть ничего «преступного» в воспоминаниях Малфоя. Даже сам молодой Пожиратель Смерти не вспомнит, что сделал. Северус понятия не имел, где теперь находилась Гарри Поттер, но очень надеялся, что сейчас она была в большей безопасности, чем здесь. В конце концов, теперь у неё была фора, чтобы скрыться от Пожирателей Смерти. Не зря ведь он наложил иллюзию на бездыханное тело Беллатрисы Лестрейндж, выдав её за Поттер. Главное, чтобы теперь она не попалась, в очередной раз наделав глупостей.***
Сгущались сумерки. Деревянные колеса подпрыгнули на камнях и, сотрясая повозку, поехали дальше. Укрываясь плащами, гоблины ехали по лесной тропинке, с тихим ворчанием косясь на похрапывающего сзади Пожирателя Смерти, приставленного в сопровождающие. – Могли бы дать сопровождение и побольше, – прокряхтел гоблин, хлестнув лошадей, чтобы ехали быстрее. – Раз уж им так важна эта вещичка, а не одного бесполезного хропалыгу. – Дурак ты, Дуклан, – мерзко хихикнул второй гоблин. – Это чтобы внимания не привлекать. Нового Министра Магии хоть и боятся, но особой любовью к нему так и не прониклись. Всегда найдется тот, кто захотел бы спутать ему карты. – То Дамблдор, то Тёмные Лорды… – не переставал ворчать Дуклан. – Чем им всем этот горшок пригляделся? Честным людям нечего разъезжать по лесу ночью. – Ты-то у нас честный! – хохотнул пожилой гоблин, едва не подавившись табаком. – Да и не человек вовсе – это я так! Просто напоминаю. Ничего, не ворчи, на переправе нас встретят егеря, если тебе так спокойно будет. – У меня всё ещё плохое предчувствие… Но не успел он договорить, как вдруг колесо вспыхнуло синим пламенем и, отвалившись от повозки, покатилось прочь. Повозка с грохотом остановилась, врезавшись в землю. Гоблины, скинув капюшоны, панически заозирались по сторонам. Проснувшийся Пожиратель Смерти с храпком подскочил на повозке, но не успел он достать волшебную палочку, как оказался повержен Ступефаем. Паника гоблинов усилилась. Вдруг из ниоткуда на дороге появились две таинственные фигуры в длинных чёрных плащах. На голову были накинуты капюшоны, тень от которых скрывала лица. Незнакомцы держали повозку на прицелах волшебных палочек в полной боевой готовности. Вдруг тот, что покрупнее, переглянулся с товарищем и целенаправленно зашагал к трём гоблинам. – Пощадите! – взвизгнул самый молодой гоблин. – Всё, что угодно, только не убивайте! Самый пожилой, напротив, казалось, потерял дар речи. Продолжая попыхивать трубку, он в ужасе таращился на незнакомцев. – Да отдайте им, наконец, этот дурацкий ночной горшок! – не выдержал ворчливый Дуклан и, покопавшись в повозке, бросил подошедшему к ним волшебнику какой-то мешок. Незнакомец легко поймал мешок и, заглянув в него, удовлетворённо кивнул. Он обернулся на своего товарища, и они, не произнося ни слова аппарировали.
