Its always Snape (Part II)

      Стояла холодная августовская ночь. Заунывно завывал ветер, раскачивая черные жутковато-искривленные деревья, пострадавшие от недавних боевых действий враждующих сторон магического мира. Когда-то уютное, тихое местечко Хогсмид превратилось в пепелище, охраняемое носителями Темной Метки. Едва-едва уцелевшие постройки стояли на выжженой, омытой волшебной кровью земле, поскрипывая в тишине расшатавшимися половицами ступеней.       Пожиратели Смерти патрулировали захваченную деревушку, лениво вышагивая вдоль её окрестностей. Гробовая тишина нагнетала на них скуку. Никто из жителей не смел ни пошевелиться, ни лишний раз вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы выйти из своих домов после комендантского часа, установленного с воцарением Лорда Волдеморта. Однако Его приспешники всё же регулярно дежурили на территории Хогсмида, следя за порядком. Посторонние не должны были проникнуть в земли Темного Лорда.       Эйвери остановился у колодца. Вглядываясь в своё отражение, он с самодовольной ухмылкой провёл пальцем по зубам, выковыривая грязным ногтем застрявший между зубов кусочек мяса, раздражающий его ещё с ужина. Его шестеро товарищей же скучающе обходили дома, насвистывая какую-то приставучую мелодию.       Обычно ночь тянулась медленно, скучно, не происходило ничего. С тех пор, как был захвачен пост Министра Магии, и по всему магическому сообществу пронеслась весть о смерти пропавшей без вести при попытке отстоять Хогвартс Гарриет Лили Поттер, прекратились нападения Ордена Феникса и Сопротивления…       – Петрификус Тоталус!       Эйвери закричал и, схватившись за прожженный заклятием плащ, упал в колодец. Пожиратели Смерти переглянулись и, выхватив палочки, приняли боевую позицию. Было тихо. Темно…       Вдоль Сладкого Королевства вдруг быстро пронеслась худая фигура. Пожиратели атаковали, не скупясь на непростительные. Однако все зелёные лучи пронеслись мимо.       – Проклятие! – выругался Крэбб.       Рядом с ним, коротко вскрикнув, упали замертво еще двое товарищей. На лбу выступил пот.       – Круцио! – Один из Пожирателей выстрелил в кусты.       Послышался истошный продолжительный крик. Пожиратель, не снимая проклятия, с кровожадной улыбкой приблизился к жертве. Симус Финнинган извивался в грязи, вздрагивая всем телом и крича от невыносимой боли. Приспешники Темного Лорда злобно загоготали. Палочка одного из них оказалась наведена на молодого волшебника, заговоренное на роковое третье непростительное…       – Диффиндо! – заклятие угодило в голову Пожирателю, оглушая.       Завязалась перестрелка. Куча красных искр полетело со всех сторон в Пожирателей. Те отбивались непростительными… И даже кого-то убили.       – ТРЕВОГА! – помогая себе Сонорусом, попытался известить Крэбб.       Но не успел… Последние, что он видел, был Меч Годрика Гриффиндора, с размаху опустившийся ему на плечи.

***

      После встречи со Снейпом Гарри Поттер так и не смогла заснуть. Стояла глубокая ночь, близился рассвет, а она продолжала сидеть у костра, отрешенно вглядываясь в огонь и обдумывая произошедшее. Её терзали смешанные чувства. С одной стороны, Снейп, без сомнения, был убийцей Дамблдора (она собственными глазами видела, как он убил директора), а ещё он позволил Беллатрисе Лестрейндж привести её, Гарри Поттер, к Волдеморту. Она чувствовала себя преданной. Маленькой глупой девчонкой, которую просто использовали. То, что произошло в Астрономической Башне, повергло её в шок, образовало в душе съедающую всё изнутри дыру! Ей, казалось, что она потеряла доверие к Северусу навсегда.       Но именно что казалось… Её разум снова окутало сомненье. С одной стороны, Северус Снейп был для неё предателем, а с другой – тем человеком, который снова спас ей жизнь. Гарри не могла отрицать того факта, что декан Слизерина очень много для неё сделал. Он заботился о ней (по-своему, конечно, через крики, ворчания, язвительные замечания, но всё-таки заботился), рисковал своей жизнью ради неё, делал всё ради её безопасности, даже иногда идя наперекор директору. В какой-то момент Гарри даже начало казаться, что мрачный профессор её любит, всё было хорошо.       Всё разрушилось в один миг со смертельным лучом Авады Кедавры, убившим Альбуса Дамблдора. Доброго друга и наставника Гарри. «Девочка-Которая-Выжила» оказалась на коленях перед ногами торжествующего Волдеморта, а Северус Снейп стоял рядом с Ним почётным слугой и доверенным лицом. И, казалось бы, всё стало понятно, все карты раскрыты, верность зельевара, вечно подвергающаяся сомнению, всё же принадлежала Тёмному Лорду, но… Что же из этого было истинной, а что всего лишь маскарадом?       После того ритуала, когда Снейп приручил внутреннего Зверя Поттер, пытаясь спасти её от проклятия должности профессора ЗоТИ, между ними образовалась своего рода крепкая связь. Волшебница чувствовала профессора Зельеварения на каком-то потустороннем уровне, и… Очень многое склоняло Гарриет к тому, что сегодня Северус говорил ей правду. Да, возможно, она глупая гриффиндорка, но слова мужчины действительно звучали очень убедительно. И эти её ощущения, когда она встретила призрачную лань, ещё не зная, чей это Патронус. То чувство защищённости и безопасности, тепла и доверия… Гарри поспешно покачала головой, пытаясь освободиться от наваждения. Как бы оно ни было, она всё же поверит Снейпу и отправиться на поиски Ордена в Хогсмид, однако простить его Поттер была определенно не готова.       Все эти мысли нагоняли на неё тоску. По крайней мере, Меч Гриффиндора, принесенный новым директором Хогвартса, оказался настоящим, и нашему трио удалось уничтожить крестраж. Что ж, уже в этом Снейп определённо её не обманул.       Однако на этом странности не заканчивались. Как только Гарри Поттер взмахом меча уничтожила проклятую Чашу, то встретилась взглядами со своими друзьями. Рон и Гермиона смотрели на неё с ужасом. Крестраж оказывал мощное сопротивление, показывая различные образы, пытался надавить волшебникам на больные места. Это его разумеется не спасло, но эффект определённый возымело. Гарри не знала, что увидели её друзья, однако Гермиона, стойко сдерживая слёзы, гордо вздёрнула подбородок и поспешно удалилась в свою палатку. Рон остановить подругу даже не попытался. Она по-прежнему не желала с ним разговаривать.       Не улучшило ситуацию и внезапное исчезновение Меча Годрика Гриффиндора сразу после победы над крестражем. Гарри была наслышана о своевольном характере артефакта и его способности появляться и исчезать, когда и где ему вздумается, поэтому старалась особого значения этому не придавать. Она лишь надеялась, что меч не попадёт в руки Пожирателей Смерти.       – Не спится?       Кто-то плюхнулся рядом с ней возле костра, и волшебница вздрогнула, схватившись за палочку Беллатрисы.       – Успокойся, Гарри, это всего лишь я, – приподняв руки в сдающемся жесте, неловко произнёс Рон Уизли.       Узнав в пришельце своего друга, Гарри Поттер облегчённо выдохнула и опустила палочку.       – Извини, я не хотел пугать тебя, – взлохматив рыжую челку, виновато проговорил он.       – О, Рон, нет – это ничего. Всё в порядке, – нервно улыбнулась Гарри и опустила усталый взгляд в костер. – Я просто ушла слишком глубоко в свои мысли.       – Поэтому я и сомневаюсь, что ты в порядке. – Рон неуклюже поерзал на грубом, неудобном бревне и участливо посмотрел на подругу. – Всё о Снейпе думаешь, я прав?       Услышав этот вопрос, девушка почувствовала, как напряглась спина и участился пульс. Но она всё же взяла себя в руки, не желая выдавать себя старому другу.       – Мне нет до него дела, – с излишним старанием тормаша веткой несчастные угольки, подчеркнуто сдержанно произнесла Поттер. – Снейп всегда был язвой и травил меня с первого моего дня в Хогвартсе. У меня нет к нему ни доверия, ни даже и капли уважения, но за неимением альтернатив его информацию о Хогсмиде и Ордене стоит проверить.       – Брось, дружище, не нужно делать из меня дурака, – состроил кислую мину Уизли. – Я знаю о ваших отношениях со Снейпом. Гермиона мне давно рассказала.       Поттер отвлеклась от своего занятия и уставилась на друга, в удивлении разинув рот. Она чувствовала себя крайне неловко. Конечно, Уизли никогда не отличался тактичностью, но такая прямота ее поразила.       – Об этом вообще никто не должен был знать, – очнувшись от шока, ворчливо пробормотала Гарри. – И Гермионе я это ещё припомню.       – Это не только Гермиона. Я тоже не тупой, Гарри, – несколько обиженно произнес гриффиндорец. – Я – аврор, в конце концов! По долгу службы мне приходилось патрулировать замок, и я не раз замечал, как ты ночью возвращалась из слизеринских подземелий, либо, наоборот, уходила вечером, а возвращалась под утро. Гермиона только подтвердила то, в направлении чего я даже думать не хотел. Мне Малфоя по горло хватило!       – Поэтому я и хотела сохранить это в тайне, – терпеливо говорила волшебница. – Тем более, от тебя. Я знаю, ты ненавидишь Снейпа. Я не хотела, чтобы ты лишний раз нервничал.       – Да не ненавидел я его, – устало отмахнулся Рон Уизли и, завидев удивление подруги, поспешил пояснить, хоть и делал это с крайним недовольством, будто бы жевал склизскую жабу. – Да, конечно, Снейп мрачный, временами злобный скользкий тип, и вообще он слишком (!) слизеринец! И я не отказываюсь от своих слов по поводу того, что Снейп – самый настоящий Ужас Подземелий! Мерлин, в этой своей черной мантии он похож на огромную летучую мышь! Но... – аврор вздохнул, видимо, не слишком желая признавать то, что собирался сказать, – мне действительно казалось, что он на нашей стороне. Нет, не так! На твоей стороне.       – Прости? – недоверчиво посмотрела на него Гарри Поттер.       Рон встретился с ней взглядом и ворчливо продолжил:       – Снейп – не самый приятный для меня человек. Мы многого от него натерпелись пока учились в Школе. Но, должен признать, он очень много делал для твоей безопасности. Квирелл, та змея в Дуэльном клубе, Визжащая хижина, Святочный бал, Финал Турнира, Малфой-мэнор… Всё это время Снейп тебя защищал. Не был бы он еще при этом такой желчной ядовитой змеёй… – не сдержал недовольного комментария рыжий, но почти сразу же вернул себе спокойствие. – Так или иначе, я предпочитал игнорировать то, как изменилось отношение Снейпа к тебе. Меня такие перемены пугали. Пусть они были и в лучшую сторону.       – Что же тогда изменилось?       Волшебница во внимании вглядывалась в лицо Рона. Тот, недовольно поджав губы, молчал. Он будто тщательно переваривал свои последующие слова.       – Всё изменилось в в тот день, когда ты обратилась в Зверя, – наконец, ответил Уизли. – Я видел, как он смотрел на тебя. Снейп, как потом объяснил Дамблдор, отправился в твое сознание за тобой, зная, что проклятие может его убить. И знаешь что? Он даже не раздумывал. Вот тогда-то я всё и понял, – подытожил гриффиндорец. – Честно, я был не в восторге. Гермиона соврать не даст. Но… к тому времени у меня уже было к Снейпу уважение. Из-за того, что он делал для тебя. Поэтому я, скрепя зубами, был готов его потерпеть. Не так уж это в последние годы было сложно. До тех пор пока Снейп не…       Гарриет спешно подняла руку, перебивая его. Они оба знали, что он пытался сказать. До тех пор пока Снейп их не предал.       – Ненавижу себя за это, но до той ночи в Хогвартсе я уже было решил, что Снейпу можно доверять, – нервно усмехнулся аврор. – Он мне даже начинал нравиться.       – Чего уже об этом рассуждать, – устало покачав головой, пробормотала Поттер. – Его поступок не изменить. Да и потом сейчас наша главная проблема не Снейп.       – Тот-Кого-Нельзя-Называть, – согласно кивнул он.       – Именно. Сейчас наша задача – уничтожить крестражи. Нужно отправиться в Хогсмид как можно скорее, – решительно заявила “Девочка-Которая-Выжила”. – Возможно, Змея – не последний крестраж.       – Так ты веришь Снейпу? – удивленно уставился на нее Рон Уизли.       Гарри задумалась. По правде говоря, она и сама пока для себя ничего не решила. Снейп много лет был двойным шпионом, и ложь уже давно стало его профессией. При желании он мог обмануть не только Золотое Трио, но и весь Орден Феникса или Пожирателей Смерти.       Но, несмотря на всю ту боль, которая прожигала грудную клетку волшебницы, интуиция подсказывала Поттер, что Северус ей не солгал.       – В его словах есть смысл, – отвечала Гарри. – К тому же, устраивать ловушку в Хогсмиде ему не зачем. Снейп знает наше местонахождение. Если бы он хотел отдать нас Сам-Знаешь-Кому, то сюда бы уже явились Пожиратели Смерти.       – Может быть, ты и права, но я бы не стал слепо верить словам предателя, – всё ещё сомневался Рон.       – А мы и не будем, – чуть улыбнувшись, передёрнула плечами она. – У нас осталась мантия-невидимка. Если это все-таки подстава Снейпа, у нас будет шанс невидимыми выйти за пределы Хогсмида и трансгресировать в безопасное место. Ещё раз им меня в плен не взять!       – А вот такой настрой мне нравится больше, – одобрительно улыбнулся друг. – В тебе столько решимости!       – Боюсь, у меня нет выбора, – слабо улыбнулась Гарри Поттер. – Сам-Знаешь-Кто занял министерское кресло, Хогвартс захвачен Пожирателями Смерти. Из-за моего бездействия и так пострадало много людей, и плен мне не оправдание. Раз все так верят в Пророчество, в то, что моя судьба победить Тёмного Лорда… – С её губ сорвался обреченный вздох. – Что ж, мне пора бы уже принять свою судьбу.       В глазах друга отразилось целая гамма эмоций от восхищения и одобрения до… чего-то ещё, что всегда в некоторой степени присутствовало в младшем из братьев Уизли. Это не укрылось от взгляда гриффиндорки.       – Что такое? – обеспокоенно спросила Гарриет.       – Знаешь, Гарри, я тебе даже немного завидую, – сквозь мягкую улыбку неожиданно признался Рон. – У тебя есть предназначение, и тебе суждено стать настоящим героем. А я… Ну посмотри на меня. Я ж неудачник. – Будто для убедительности молодой человек поднялся с бревна и, выпрямившись в полный рост, уныло развёл руками. – Во мне нет столько решимости, да и храбрости во мне немного наскребётся. А ты – Избранная, каждый ребёнок знает о тебе! Во мне же нет ничего особенного. Я шестой ребенок в семье. Каждый из моих братьев лучше меня, буквально, во всём. – Уизли мотнул головой, сбрасывая с себя унылые мысли, и, привычно улыбнувшись, положил ладонь подруге на плечо. – Но тобой я горжусь. И я уверен, что ты со всем справишься.       – Спасибо, конечно, Рон, но… – Гарри, несколько опешив, убрала его ладонь со своего плеча и, взяв друга за руку, усадила на прежнее место рядом с собой. – Я всё ещё не понимаю, почему ты мне завидуешь. У тебя есть семья – замечательная семья! – которая любит и заботится о тебе, верные друзья. Ты осуществил свою давнюю мечту и стал аврором, при этом не неся персональную ответственность перед всем Магическом Миром. И Гермиона... Я прекрасно вижу, что между вами двумя уже давно не просто дружба. Просто поговори с ней, наконец, и всё у вас будет хорошо! А у меня что? Да у меня нет ничего, кроме этой пресловутой избранности! – сорвавшись на эмоции, воскликнула Поттер. – Мои родители мертвы; возможно, по Пророчеству Кентавров я вскоре стану мировым злом и разделю правление с Тёмным Лордом; мои опекуны меня ненавидели; мой крёстный – человек, который мог стать моей семьёй – убит по моей вине; а моего наставника, человека, практически заменившего мне отца, убил единственный мужчина, которого я когда-либо любила!       “Девочка-Которая-Выжила” оборвала свой поток эмоций и, тяжело дыша, закрыла лицо руками, стараясь успокоиться. Рон Уизли с минуту сидел как истукан, не зная, что и делать. Он не был таким человеком, который открыто признавал свои привязанности, да и с девушками как такового опыта не было, а уж девичьи слёзы так вообще выбивали его из колеи. Слова так и не пришли, поэтому молодой аврор не нашёл ничего лучше, кроме как обнять свою названную сестру.       – Тебе действительно нечему завидовать, Рон, – судорожно выдохнула Поттер. – Это я должна тебе завидовать. Я бы отдала всё что угодно за спокойную жизнь.       – Прости, дружище, я – дурак, – неуклюже пробормотал он.       – Ты – не дурак. И не неудачник, – мягко возразила волшебница. – Ты – герой. Даже больший, чем я, хотя я себя таковой и не считаю. Серьезно, тебе было всего одиннадцать, а ты принёс себя в жертву заколдованным шахматам! Я уже не говорю о других наших злоключениях. Ты и Гермиона всегда были рядом со мной. Не каждый взрослый пошёл бы на такое, а ты был совсем ребёнком. Да что уж там! Дадли до сих пор писался в штаны от маггловских фильмов-ужасов, а ты отправился со мной в Тайную комнату сражаться с Василиском!       Гриффиндорец не сдержал смеха на замечание о Дурсл-младшем и, приободрившись, решительно подскочил на ноги:       – Ну что ж! Раз уж мы начали это вместе, то и закончим вместе. Мы с Гермионой останемся с тобой до конца. У Пожирателей и у Сама-Знаешь-Кого нет шансов.       Гарри Поттер, казалось, заразилась позитивом Рона и насмешливо улыбнулась, благодарная тем, что у неё такие замечательные друзья.       – Только сначала поговорю с Гермионой. Права ты. Давно пора было уже это сделать.

***

      Стены Хогвартса сотряс оглушающий вопль. Зелёное пламя камина вспыхнуло адским столбом, ударяя в потолок директорского кабинета. Обычно дерзкий Эйвери аж поёжился от такого крика Господина. Нынешний директор Хогвартса Снейп едва не вылил себе на ногу последний образец зелья, над которым работал в своей лаборатории последнии месяцы. Хоть Тёмный Лорд не присутствовал в замке лично, а разговаривал с прислужниками через каминную сеть со своего министерского кресла, его гнев был настолько силён, что ощущался даже из Министерства Магии.       – Я ЧТО, ОГЛОХ?!!! – сорвался на яростный крик Волдеморт.       Перепуганного Эйвери подхватило магической волной и отбросило прочь от разъярённого камина, с силой ударив спиной об директорский стол. Со стола тут же посыпались книги и свитки, отоварив тяжёлыми корешками и без того побитого Пожирателя Смерти по голове. Северус Снейп скривился в недовольстве.       “Проклятье!” – выругался про себя зельевар. –“Если из-за этого тупоголового Эйвери мне придется потратить драгоценное время на то, чтобы заново перелистывать все эти книги в поисках нужных страниц, и затянуть своё исследование, я лично освежую этого недомерка!”       Тем не менее, Северус был сейчас не единственным, кто жаждал крови незадачливого Пожирателя Смерти.       – Возможно, я ослышался, или ты действительно хочешь сказать, что этой ночью жалкие ошмётки Сопротивления перебили весь патруль, кроме тебя??? – едва сдерживая новую вспышку ярости, вопрошал лорд Волдеморт.       – Но, мой лорд, я бы не назвал их “ошмётками”, – потирая ушибленные затылок, попытался возразить Эйвери. – Там был целый отряд, а нас только шестеро. Я выжил только потому, что свалился в колодец, и в ходе битвы про меня просто забыли.       – Хочешь сказать, что Сопротивление разрастается? – холодно поинтересовался Тот-Кого-Нельзя-Называть, скрывая вкрадчивые нотки.       – Они стали действовать смелее и стремительнее, Повелитель, – ответил провинившийся. – Я бы даже сказал, что они обнаглели! Потеряли всякий страх перед нами. Похоже, что новость о том, что Гарриет Поттер жива обнадёжило и только разожгло Сопротивление.       – МОЛЧАТЬ!!!       От такого страшного крика у Пожирателей Смерти по спинам пробежался холодок. Их Повелитель был в ярости. Сопротивление давно путалось у него под ногами, но раньше всё это больше было похоже на зудение над ухом назойливой мухи – прихлопнуть раз плюнуть, но даже жаль затрачивать свою энергию на столь незначительную неприятность. Теперь же Сопротивление начало набирать мощь. Они нападали всё чаще и всё больше приносили новому Министру Магии неприятностей.       Сопротивление утратило страх перед Его последователями – Пожирателями Смерти – а это уже делало их птицами совершенно иного полёта. Сопротивление перестало быть горсткой перепуганных до смерти посредственных волшебников. Они встали на одну ступень с Орденом Феникса – организацией, которая многие годы была занозой в планах Тёмного Лорда. Среди предателей появилась надежда, а этого Тот-Кого-Нельзя-Называть совершенно не желал.       – Что ж, мы поумерим их пыл, – ядовито улыбнулся лорд Волдеморт и смерил презрительным взглядом всё ещё валяющегося на полу Эйвери. – Собирай отряд! Сегодня ночью вами покомандует моя Нагайна!

***

      Едва рассвело Гарри, Рон и Гермиона в спешном порядке собрали лагерь и отправились в Хогсмид. Магглорождённая ведьма была всё ещё слаба от губительного влияния крестража, поэтому было решено пока воздержаться от трансгрессии и проделать путь через лес пешком – нужно было беречь еще не восстановившиеся магические силы.       Путь был не из лёгких. Ровные тропинки тёмной чащи сменялись крутыми горками и обрывами, ручьями и болотами, а об торчащие из-под земли корни деревьев можно было и вовсе ноги переломать. Радовало молодую волшебницу только одно – Рон и Гермиона, казалось, не только помирились и помогали друг другу в походе, но и, украдкой поглядывая на подругу, держались за руки.       Уже стемнело, когда троица добралась до Хогсмида. Выглядела когда-то приветливая деревенька зловеще. С их последнего визита здесь многое изменилось. Теперь это место больше походило на пепелище, чем на мирное поселение.       Здесь было подозрительно тихо. Рон и Гермиона рассказывали, что Хогсмид находится под постоянным контролем Пожирателей Смерти, но сейчас на тёмных улочках не было видно ни одного приспешника Тёмного Лорда. Ни Пожирателей, ни егерей.       – Что-то не так, – шёпотом озвучила общую мысль Гермиона Грейнджер. – Не может быть, чтобы прилежащую к Хогвартсу территорию оставили без охраны.       – Может, Снейп всё-таки надул нас? – нахмурившись, буркнул Уизли. – Опять.       Гарри поочередно оглядела своих друзей и, сжав губы в плотную линию, решительно произнесла:       – Приготовьте палочки. Возможно, нам придётся обороняться.       Снимать скрывающую их мантию-невидимку она пока не спешила. Если Снейп действительно подстроил для них ловушку, выдавать себя раньше времени было бы самоубийственным шагом. В идеале нужно было прочесать всю деревню, при этом оставшись инкогнито.       Однако у волшебной палочки Беллатрисы Лестрейндж были явно другие планы. Сжатая в кулаке Гарри палочка вспыхнула, освещая пространство вокруг себя ярким светом. Зелёные глаза в ужасе округлились.       “Нет-нет-нет… Прошу, только не сейчас. Нет!”       Вокруг палочки поднялся вихрь, срывая спасательную мантию-невидимку. С громким хлопком в небо взмыл фейерверк зелёных искр. Рон и Гермиона ошарашенно уставились на взбунтовавшуюся против новой хозяйки волшебную палочку.       – Воу, какой приятный сюрприз!       Друзья резко обернулись на лилейный голос, раздавшийся за их спинами. В следующую секунду вокруг них один за другим из чёрного вихря материализовалось одиннадцать Пожирателей Смерти. Гриффиндорцы оказались окружены.       – Что я вижу? Сама Гарриет Поттер и её верные друзья пришли нас навестить! – всплеснув руками, глумливо улыбался чрезвычайно довольный собой Эйвери. – Признаться, я ожидал кое-кого другого. Но ваше появление просто подарок судьбы! Тёмный Лорд будет очень доволен.       Пожиратели Смерти противно загоготали. Эйвери, чувствуя своё превосходство, всё ещё позёрствовал и слегка поигрывал лезвием, будто напоминания о их прошлых совместных деньках в плену. Это Гарри начинало бесить. Рону Уизли даже показалось, что в стёклах её круглых очков отражались языки пламени. По пальцам с виду сдержанной Гермионы с треском пробежались разряды тока, и она тут же атаковала стихийной магией, выбив из круга двоих стоящих друг напротив друга Пожирателей.       – Прости, приятель, но этому не бывать, – хмыкнул Рон. – Ступефай!       Поток магии ударил ухмыляющегося Эйвери в поддых, и мужчина, подавившись воздухом, упал на землю. Тут же у всех Пожирателей палочки как у одного вспыхнули зелёным пламенем, в угрозе направленные на разбушевавшуюся троицу. Грейнджер незамедлительно выставила щит, заключая себя и друзей в огромный защитный шар-барьер.       – Ридуссемпра! – решительно выкрикнула Поттер.       Но вдруг вспыхнувший на конце палочки правильный голубой огонёк сменился грязно-жёлтым и вместо того, чтобы атаковать силы зла мощным потоком магии, выбросил на Пожирателей дождь из слизней. Волшебники оторопело уставились на доселе невиданное сопливо-слизистое проклятие. Приспешники Реддла закрылись руками от врезающихся в них с огромной скоростью мерзких текущих слизней, не скрывая своего отвращения. Один из Пожирателей выкатил ошалевшие глаза и, тыча пальцем в, так называемую, “Надежду Магического Мира – будущую погибель Тёмного Лорда”, которая умудрилась вызвать вместо стандартного боевого заклятия Ридуссемпра дождь из слизней, дико загоготал!       ...За что тут же получил по голове мощным ударом слизня от своего же с ног до головы покрытого слизью соратника.       – Глупые авроры! – отряхнувшись, презрительно сплюнул уже успевший подняться на ноги Эйвери. – Вам против нас не выстоять. Вы попались в капкан. Ты, Поттер, отправишься с нами поздороваться со своей старой доброй клеткой. А твои друзья… Что ж, они не нужны Тёмному Лорду, но уверен, что предатель крови и грязнокровка станут отличной закуской для любимицы Повелителя.       Рона аж передёрнуло, когда он услышал справа от себя знакомое шипение. Гермиона тоже затравленно заозиралась по сторонам, но, старательно сурово нахмурившись, на всякий случай укрепила щиты. Ладонь Гарри судорожно дёрнулась и легла на раскалившийся шрам в виде молнии, голову разрывал тихий, звучащий на грани шёпота парселтанг.       “Как же я голодна…”, – свистел в голове ледяной шёпот. – “Убить… Хочу плоти… Убить!”       Пожиратели посторонились прочь, нарушая плотно сомкнутый ряд, и во внутрь круга, поблёскивая чешуёй, вползла огромная Змея. Гермиона нервно сглотнула, потеряв контроль над щитами. Рон, не отрывая взгляд от огромных змеиных глаз, сжал ладонь магглорождённой волшебницы, выставив дрожащую в руке палочку в обороне. Гарри же пришла в не меньший ужас. Она должна была что-то сделать! Совладать с проклятой палочкой, хотя бы отбросить эту плотоядную Змею подальше.       Едва сдерживая страх, Гарри Поттер сделала неуверенный шаг вперёд навстречу Нагайне и под ошарашенные взгляды друзей направила палочку на неё. Змея же даже не шевельнулась. Казалось, она была заинтригована.       Но едва Гарри попыталась произнести заклинание, как с её губ сорвался крик. Палочка внезапно вспыхнула адским огнем, опалив ладонь хозяйки. Пальцы волшебницы разжались, и строптивая палочка упала на жженую траву. Эйвери издевательски захохотал.       – Твоя палочка тебя не слушается, Поттер! Так что теперь? Ты безоружна, драться не можешь. Хотя знаешь, я даже немного огорчен – ты всегда была неплохим противником. Итак, что же мы имеем? – продолжал глумиться он. – Ты беспомощна, твои друзья без пяти минут трупы, Снейп тебя продал, Дамблдор мёртв, и тебе совершенно некуда бежать. Ну так кто же тебе теперь поможет, дорогуша? Кто?       Вдруг что-то с металлическим стуком прилетело ему в спину. Эйвери непонимающе нахмурился, как вдруг всё его тело начало стремительно покрываться льдом. Пожиратель Смерти истошно закричал и тут же разлетелся на сотни ледяных осколков. Пленники и их пленившие тупо уставились на горстку ледяной пыли, тут же развеянной по округе ветром, не понимая, что только что произошло.       – Какого х…???       И тут со всех сторон полетели искры. Ступефай влетел в спину одному Пожирателю Смерти, вырубая его. Потом еще одного. И ещё одного. Покинув свои укрытия, шесть членов Сопротивления появились будто из ниоткуда и атаковали ещё не отошедших от шока Пожирателей Смерти.       Воспользовавшись моментом, Гарри мощным ударом ноги в колено толкнула стоящего рядом с ней Пожирателя в Змею. Послышался мучительный визг, когда ядовитые клыки вонзились в плоть темного мага, разрывая его. Рон брезгливо поморщился, вытирая тыльной стороной ладони прилетевшую в глаз каплю крови.       – Фу, какой грязный приём, Поттер! – послышалось со стороны насмешливое замечание.       – Блейз???       – Авада Кедавра!       Гермиона Грейнджер поспешно выставила защитные чары, спасая от смертельного заклятия балоболившего Забини и прикрывающего его спину Дина Томаса. Рон Уизли же стремительным Импедимента отправил атаковавшего мерзавца в полёт. Спасённый от смерти Томас благодарственно отсалютовал старому приятелю.       Ошарашенная Гарриет, едва не забывая моргать, стояла на месте не в силах пошевелиться и лишь наблюдала за происходящим. Здесь были не только Дин и Забини. Так или иначе ей была знакома вся шестерка.       – Круцио!       – Экспульсо!       Джинни Уизли одним взмахом палочки швырнула Пожирателя Смерти, попутно сбивая им с ног противника Луны Лавгуд.       – Экспелиармус!       – Авада…       – Ступефай!       – Круцио!       – А как тебе такое, чёрный плащик? Бомбарда! – взорвал землю у Пожирателя под ногами Симус Финниган.       Поттер и обернуться не успела, как с оставшимися на ногах пятью Пожирателями было уже покончено.       “Убить грязнокровку! Убить!”       Гарри резко обернулась. Нагайна из-за спины ползла к магглорождённой волшебнице.       – Гермиона, нет! Сзади! – закричала “Девочка-Которая-Выжила” и бросилась на помощь.       Грейнджер обернулась и, увидев разинувшую огромную пасть Змею, отшатнулась сперепугу и упала, выронив волшебную палочку. Она вся съёжилась под угрожающе нависшей тенью и закрылась руками. Нагайна выпрямилась, готовая напасть, как вдруг холодное лезвие со всего размаху опустилось на неё, срубая голову.       Бегущая на помощь Гарри Поттер резко притормозила, со стоном схватившись за голову. Уши закладывал какой-то потусторонний шёпот, перед глазами стоял столб ядовито-зелёного света. Шрам пылал острой болью. Кто-то ковырялся в её мозгах.       Девушка всхлипнула и дрожащей обожженной ладонью зажала молнию на лбу. Она почувствовала гнев. Ярость. Отчаяние. Страх. Всё вместе! Ей понадобилась секунда, чтобы понять, что эти эмоции принадлежат не ей.       Сознание вздрогнуло от оглушающего неистового вопля. Между сжатых на лбу пальцев просочилась кровь. Густая капля скользнула на нос. Лорд Волдеморт почувствовал, что ещё один его крестраж уничтожен.       Поттер тут же распахнула глаза и, уперев руки в колени, согнулась пополам, судорожно и часто дыша. Она даже не сразу смогла увидеть хоть что-то вокруг, кроме выжженной травы, просто пытаясь прийти в себя.       Но тут к ней начала приближаться чья-то тень, затем показались ботинки, позже Гарриет увидела вошедший в землю Меч Гриффиндора, на который опирался остановившийся напротив неё незнакомец.       – Гарри, ты в порядке? – На плечо участливо опустилась чья-то тёплая ладонь.       Волшебница тут же задрала голову вверх. Она мгновенно узнала этот голос.       – Невилл? О, Мерлин! Невилл! – радостно воскликнула Гарри, обнимая молодого аврора.       Лонгботтом улыбнулся и охотно обнял старую подругу в ответ. После недолгих объятий гриффиндорка отстранилась от него и оглядела приветливо улыбающихся Джинни, Луну, Дина, Симуса и Блейза.       – Так, ребят… – несколько неловко начала Поттер. – Я, конечно, благодарна вам за спасение и очень рада вас всех видеть, но…       – У нас тут возникло к вам несколько вопросов, – закончила за неё Гермиона, скосив напряжённый взгляд на окровавленный Меч в руках Невилла. –       Особенно к тебе, сестренка! – взмахнул указательным пальцем в сторону рыжеволосой колдуньи Рон Уизли. – Разве ты не должна быть в безопасном месте рядом с родителями?       – Ты уничтожаешь крестражи, а я помогаю Сопротивлению, – скрестив руки на груди, встала в защитную позу Джинни. – Не одним же Гарри и Ордену Феникса сражаться с Сам-Знаешь-Кем!       – Так вы и есть Сопротивление? – обратила вопросительный взгляд на Невилла Гарри.       – Лишь его малая часть, – кивнул тот. – Прошу вас, мы ответим на все ваши вопросы, но сейчас нам нужно поскорее убираться отсюда в штаб.       “Штаб? Так Северус не соврал”. – От этих мыслей на душе у Гарри потеплело.       – Прошу за мной, – убрав меч за спину, скомандовал Невилл и стремительно зашагал вперёд, скрываясь между сгоревших построек.       Остальные члены Сопротивления без возражений последовали следом, словно за своим негласным командиром. Рон, взяв Гермиону за руку, поспешил за сестрой. Гарри в удивлении переглянулась с немного притормозившим Блейзом. Слизеринец только криво ухмыльнулся, передёрнув плечами, и девушка, кивнув, последовала за остальными.       Друзья со всей быстротой и осторожностью обходили старые дома Хогсмида, пока не остановились у одного из них, наиболее знакомого, а затем обошли его, зайдя с чёрного хода. Невилл Лонгботтом взобрался на высокое крыльцо “Кабаньей головы” и трижды условно постучал в дверь, находящуюся почти на уровне второго этажа. Мгновение спустя дверь распахнулась, впуская ночных гостей внутрь.       – Ну что ж, Гарри, Гермиона, Рон, – когда они все оказались в безопасности, улыбчиво заговорил Невилл, – познакомьтесь с Главой Сопротивления.       – Ой, Лонгботтом, кончай метать козье дерьмо! – скривился прикрывший за собой тяжёлую дверь старый волшебник. – Я – не мой брат, и в титулах не нуждаюсь.       – Всё такой же ворчливый, да, Аберфорт? – едва сдерживая улыбку, подразнила старика Гарри Поттер.       – А ты всё такая же низкорослая, да, карликовый галчонок? – прогромыхал младший Дамблдор, смерив её насмешливым взглядом.       Улыбка Поттер расплылась по губам, став едва ли не шире, чем талия старшего волшебника.       – Ну хватит сиять как начищенный котёл! Идите сюда, – проворчал Аберфорт и, смягчившись, сгрёб в охапку потерянную троицу.       Но хватило его не надолго.       – Ладно, хватит телячьих нежностей! – отодвинул от себя молодых волшебников Дамблдор. – Как вас вообще занесло в Хогсмид?       – Пока ты не ушёл в крики и ворчливые нравоучения, может, откроешь нам проход? Мы устали, – перебил его язвительный Забини.       – Это можно, – поглаживая бороду, кивнул старый волшебник.       Аберфорт приблизился к портрету красивой молодой девушки – к своей сестре, по его же словам, и ласково улыбнулся.       – Ариана, будь добра.       Девушка кивнула и начала медленно удаляться по нарисованной тропинки вглубь картины, пока не исчез даже её размытый силуэт, а затем за портретом вдруг распахнулась потайная дверь.       – Омерлинеть… – только и смог выдавить из себя пораженный Рон.       – Эй-эй! Ты куда поскакал, горный козлёнок? – гаркнул на Блейза, пытавшегося было улизнуть в тайный проход, младший Дамблдор. – Амулет-то верни! Или думаешь, твой декан будет в восторге, если ты ещё кого-нибудь обратишь в ледяную мозаику?       – Да ладно тебе, Аберфорт, – неохотно вложил в старческую морщинистую ладонь треугольный амулет слизеринец. – Я же не дурак и умею с ним обращаться. Видел, как я “охладил” Эйвери?        – Дурак-то ты не дурак, но это амулет, заряженный темной магией, – ворчливо отчитывал мальчишку тот. – И я бы предпочел, чтобы эта штука по-прежнему оставалась у Снейпа. Желательно в самом дальнем ящичке стола... Где-нибудь на дне Чёрного Озера.       – Как скажешь, – нырнув в тайный проход, махнул рукой на прощание Забини.       – Погодите, профессор Снейп? – дёрнула старика за рукав в попытке привлечь к себе внимание Гермиона. – Откуда у вас амулет, принадлежащий профессору Снейпу?       – Откуда-откуда… Ваш профессор-то сам и отдал, – как само собой разумеющееся ответствовал Аберфорт. – На хранение, так сказать. У тёмного чародея много подобного опасного барахла.       – Это Снейп-то и отдал? Сам?! – недоверчиво воскликнул Уизли, переглянувшись с не менее удивленными подругами.       – Снейп много, чего нам отдал, – подсадив Луну Лавгуд к тайному проходу, подтвердил Невилл. – Зелья, ценные сведения о перемещениях Сами-Знаете-Кого. Даже Выручай-комната, в которой мы схоронились, зачарована им так, что никто не может сюда попасть, кроме членов Сопротивления.       – То есть вы хотите сказать, что он на нашей стороне? – не желая обнадеживать внезапно ожившую Гарри, осторожно уточнила Грейнджер.       – А я-то думал, что ему нельзя доверять, и, указав нам на Хогсмид, он пытался заманить нас в ловушку, – задумчиво взлохматил копну волос Рон.       – Так это Снейп вас сюда послал, – отметил для себя Аберфорт Дамблдор. – С чего бы ему нельзя доверять?       – Как это “с чего бы”?! – возмутился рыжий. – Он ведь убил Дамблдора! Твоего брата, между прочим.       Аберфорт оторвался от созерцания звездного неба, рассыпавшегося за окном, и посмотрел на молодого человека как на идиота:       – Спасибо за новость – я в курсе, что Альбус мой брат. Или что ты думал? Что я прожил всю жизнь, думая, что он – мой однофамилец?       Рон понурил голову и покраснел так, что мог представлять собой воплощение флага львиного факультета.       – Что же касается убийства, то здесь всё не так просто, как вам кажется.       – Аберфорт, Северус убил его, – покачав головой, сипло произнесла Гарри Поттер. – Я своими глазами видела, как он проклял Дамблдора третьим непростительным.       Старик тяжело вздохнул и, сцепив руки за спиной, вдруг как-то отрешенно заговорил:       – Знаешь, я утратил к Альбусу всю ту братскую любовь, которая у меня была, после смерти Арианы. Но, как бы то ни было, я должен признать, что мой брат чёртов гений! Ему удалось обмануть всех: Сами-Знаете-Кого, Пожирателей Смерти, Министерство и даже свою протеже.       – Но я не понимаю...       – Твои глаза тебя не обманули, – снисходительно пояснял Дамблдор, – Снейп действительно убил моего брата. Но по его же, Альбуса, собственной просьбе.       И тут Гарри почувствовала, как в груди что-то ёкнуло. Ошарашенные зелёные глаза молчаливо требовали объяснений.       – Мой брат был на грани смерти. Один из крестражей, кольцо Мраксов, уж очень не хотел уничтожаться, и одарил напоследок Альбуса проклятием, – продолжал волшебник. – Ему оставалось жить от силы год, а Северусу нужно было укрепить своё положение в глазах Тёмного Лорда, а заодно уберечь Малфоя-младшего от беды. Поэтому Альбус приказал Снейпу убить его. – Аберфорт несдержанно хмыкнул. – Мой братец настолько стремился избавить мир от очередного Тёмного Лорда ради всеобщего блага, что даже поставил на кон собственную жизнь.       – Но почему Дамблдор мне ничего не сказал? – едва сдерживала дрожь в голосе Поттер.       – Об этом вообще никто не знал кроме меня, Минервы МакГонагалл, Снейпа и самого Альбуса. Да и если бы тебе всё было известно с самого начала, разве ты бы позволила подобному произойти? Мой брат отдал приказ, а Северус хоть и сопротивлялся, но выполнил его.       – То есть Северус… – Гарриет всхлипнула. Поперёк горла будто встал вязкий ком, не дающий произнести ни слова. – Северус… Он не…?       – Не виновен, да, – интуитивно поняв её вопрос, кивнул младший Дамблдор. – Северус никакой не предатель.       Волшебница почувствовала, как с грохотом в пропасть свалился огромный камень с её души. Северус не лгал ей. У него просто не осталось выбора. И он не продавал её. На глаза навернулись слёзы. Гермиона попыталась было увести подругу в Выручай-комнату, в которую их с Роном уже был готов проводить Невилл, но Поттер не унималась.       – Почему он мне не сказал? – шмыгнув носом, старательно спокойно расспрашивала она. – Он ведь слышал мой голос тогда в Астрономической башне. Зачем позволил Беллатрисе связать меня?       – Вероятно, он просто не мог защитить тебя на глазах у Пожирателей, не погубив при этом вас обоих, – предположил Аберфорт. – Но, думаю, об этом тебе лучше спросить его самого. Утри слёзы, дитя. А то совсем ослепнешь и вместо очков придется носить по два телескопа.       Гарри прыснула в слабом смешке и, смахнув слезинки, улыбнулась старику.       – Ну вот уже лучше, – ласково погладил её огромной ладонью по голове он.       – Пойдём, Гарри, – взяла подругу за руку Гермиона. – Думаю, мистеру Дамблдору, как и всем нам, нужен отдых.       – Вы трое идите, а я бы предпочёл ещё немного потрепаться с Поттер, – махнул рукой Дамблдор.       Рон и Гермиона вопросительно посмотрели на Гарри. Та кивнула им, подтверждая, что всё в порядке, и Невилл, передёрнув плечами, повёл друзей по тайному проходу в Выручай-комнату. Как только потайная дверь захлопнулась, Аберфорт уселся за стол и в приглашающем жесте указал волшебнице на свободный стул напротив него. Гарри послушно уселась на указанное место и внимательно посмотрела на старика, ожидая, когда он соберётся с мыслями и заговорит.       – Поттер, – вздохнув, наконец, заговорил Аберфорт Дамблдор, – я, полагаю, тебе известно, что крестражей у Сама-Знаешь-Кого больше, чем мы с моим братом изначально предполагали?       – Да, конечно, – кивнула она. – Помимо диадемы, кольца, дневника и амулета, мы уже уничтожили Чашу. Сегодня ночью Невилл зарубил Нагайну – она тоже была Его крестражем.       – Эта огромная Змея? – скривился волшебник.       – Она самая, – подтвердила Поттер. – Северус указал на неё и оказался прав. Но он также предположил, что Змея может быть не последним крестражем.       – Снейп прав и здесь, – кивнул Аберфорт. – Любимица Реддла действительно не последний крестраж.       – У Вас есть мысли, куда ещё Том мог заключить часть своей души?       Старик болезненно зажмурился и, опустив голову, обречённо вздохнул. Гарри нахмурилась и обеспокоенно сжала его морщинистую ладонь.       – Аберфорт? Всё в порядке?       – Дитя, я должен тебе кое-что рассказать, – виновато произнёс тот. – Кое-что очень важное. Конечно, мой братец бросил это бремя на плечи Северуса. Старый дурак! – одарил своего брата нелестным эпитетом Дамблдор. – Но не думаю, что Северус найдет на это в себе силы. Мальчишка уже достаточно натерпелся. Не хочу, чтобы он ещё мучился тем, как рассказать тебе подобные вещи.       – Что Вы хотите мне рассказать, Аберфорт? – настороженно спросила гриффиндорка. – Причём здесь Северус и Ваш брат?       Аберфорт нервно сглотнул. В этот момент он второй раз в жизни проклял своего брата. Даже у него, пожившего своё, грубого старого волшебника язык не поворачивался произнести такие страшные слова. А Альбус ещё требовал это от замученного мальчишки Северуса? Это же всё равно, что огласить смертный приговор!       – Последний крестраж Тёмного Лорда – это ты, Гарри.