Багровые оттенки зари

"Что выбрать: мудрость безумия или глупость здравого смысла?" Мигель де Сервантес Сааведра Раннее утро было любимым промежутком времени Элис. Время, когда тьма уходила, передавая бразды правления новому дню. В эту пору не слышались крики, шум дрели, пищание дверей. Только чистый воздух и лёгкий ветер. Она дорожила этими минутами спокойствия, в которые могла привести свои мысли в порядок. А у неё их было много. Даже слишком. Они роились как пчёлы в спутанной светлой шевелюре, неожиданно появляясь и также исчезая. Иногда ей удавалось поймать их, привести в порядок и тогда рождалось то, что другие называли "гением". Она никогда не понимала до конца почему все придают этому такое большое значение. Ей просто нравилось разгадывать загадки – будь то словесные или математические. Часто ей нравился даже не ответ, а сам процесс. Но как бы она ни старалась, одна загадка никак не могла найти своего ответа. Элис потратила на её изучение годы, но не приблизилась настолько, чтобы утверждать что-то окончательно. Однако она была уверена, что решение скоро наступит. Осталось только подождать. Элис надела белоснежный медицинский халат, который был ей почти как вторая кожа, и села за письменный стол, удобно устроившись на слегка поскрипывающем стуле. Затем достала маленький ключ из кармана халата и открыла им небольшую полку в столе, взяв оттуда немного потрёпанную записную книжку и шариковую ручку. Книжка была приятная на ощупь, подлинно кожаная и девственно-чистая внутри. Элис удалось забрать её у одного подопытного две недели назад. Настоящий клад для любителя исписывать тонны бумаг текстом и уравнениями. Однако поставки бумаги не всегда были регулярными, если не сказать, что редкими. Ей приходилось компоновать свои мысли на одной небольшой маркерной доске, стирая и перекрывая старый текст. Она не обладала фотографической памятью, чтобы помнить все слои своих размышлений, а рука часто не поспевала за тем, что творилось в голове. В этой записной книжке она планировала не просто конспектировать мысли по разгадке проекта её жизни, но посвятить человеку, по которому она скучала и которым дорожила больше всего – Питеру. Да, именно этот нескладный мальчишка, с длинными руками и вечно спутанными бронзовыми волосами был её гравитацией. Он вечно ворчал на неё, когда она витала в облаках, но делал это с деликатностью и добротой. Они мало чем были похожи друг на друга. Но именно Питер стал ей самый близким человеком на Земле. Намного ближе, чем её родная тётя. Элис машинально потёрла плечо. Иногда ей снилось, что тётя снова недовольна ею. Тогда та любила "воспитывать" её грубым мужским ремнём. Она не только помнила боль, но и запахи – кожа, пыль, алкоголь, кровь. Элис прекрасно знала, как пахнет её кровь с раннего детства. Она отогнала неприятные воспоминания и вернулась к записной книге. Открыла её первую белоснежную страницу и приготовилась писать: "Дорогой Питер", - её рука слегка задрожала в конце, поэтому буква "р" получилась похожей на несуразную "д", - "Надеюсь, что ты это читаешь, находясь в добром здравии. При самом лучшем раскладе я передам тебе эту записную книжку сама, но, если честно, не уверена, что это когда-либо произойдёт. И всё же, я хочу посвятить её тебе, мой дорогой друг. Мой единственный друг. Я не хочу оправдываться или строить из себя жертву. Мне просто хочется рассказать тебе всё так, как было на самом деле, без прикрас и недосказанности. В годы разлуки я не переставала думать о тебе, а позже о том, что ты мог думать обо мне. Здесь я расскажу тебе о своей жизни за эти прошедшие семнадцать лет. И о том почему я нахожусь там, где сейчас и делаю то, что делаю. Надеюсь, что ты меня поймёшь и простишь." Элис отвлеклась на секунду, чтобы почесать шею. Кожа под массивным металлическим ошейником нередко зудилась, а пальцем достать до отдалённых участков не всегда получалось, так что шариковая ручка на время превратилась в инструмент для удовлетворительного почёсывания. После нескольких манипуляций зуд прекратился. Элис блаженно выдохнула и продолжила использовать ручку в её первоначальном назначении. Она писала быстро, усиленно вдавливаясь в лист бумаги так, что на следующих пяти листах можно было прочитать следы от предыдущих предложений. Почерк был совсем не каллиграфическим, буквы скакали то вверх, то вниз. Но по её письму можно было узнать человека страстного и целеустремлённого. Элис начала с того самого момента, когда они с Питером расстались, много лет назад. Тогда, как и обещал вампир Джек, тот перевёз её за океан в Англию по поддельному паспорту. Путешествие, на удивление, было спокойным. Её молчаливый спутник был холоден, но не лишён сострадания – убеждался, чтобы она чувствовала себя сытой и согретой. Когда они прилетели в Оксфорд, их встречала пара средних лет – невысокий мужчина с блестящей лысиной и очками в толстой оправе. Рядом с ним была высокая тёмнокожая женщина с вьющимися кудрями. Почти такими же, как у Элис. Это была её будущая семья – Чандлеры. Элис отчётливо помнила, как её приёмная мать села на корточки, посмотрела блестящими глазами на неё и прошепала: - Всё будет хорошо, дорогая. Теперь ты в безопасности. Первые месяцы и правда были потрясающими. В окружении Чандлеров спокойно приняли новость о приёмной девочке. Элис наконец-то почувствовала любовь, заботу и уважение, которое ей так не хватало в стае. Только иногда она тихо всхлипывала ночами в кровати, скучая по Питеру. Чандлеры прекрасно знали, что она оборотень, но ни разу не поднимали эту тему. Элис тоже не горела желанием подчёркивать свою инаковость. Но что Чандлеры точно поощряли – это её любовь к знаниям. Университетские профессора понимали, как раскрыть потенциал приёмной дочери на всё сто процентов и потакали ей. Элис чувствовала себя на своём месте. Она могла читать дни напролёт, решать сложные формулы, и никто не смотрел на неё с сомнением и неприязнью. Дни сменялись неделями, пока однажды её отец не пришёл домой весь запыхавшийся, отряхивая капли дождя с плеч. - Мэри! – Окликнул он жену, находящуюся на кухне и безмятежно моющей посуду. – Срочно включай новости! Та послушно повиновалась и включила телевизор на кухне. Элис сидела в гостиной, почитывая биографию Чарльза Дарвина. Она сразу ощутила прилив адреналина в крови родителей. Что-то было не так. Элис вскочила со стула и направилась на кухню, слыша крики и вопли вперемешку с комментариями ведущего. На экране показывались зацензуренные кадры массовых убийств прохожих. Бледный мужчина с чёрными волосами и серыми глазами провозглашал новую эру, в которой вампиры становятся высшей расой. - Это всё-таки случилось, Говард. Мы должны как можно раньше связаться со штабом, - сказала миссис Чандлер с небольшой дрожью в голосе. Её муж кивнул и быстро зашагал на чердак. - Что происходит? – Спросила Элис, глядя в чёрные глаза матери. - Я не буду врать тебе, дорогая – положение в мире не очень благоприятное. Нам придётся позвонить кое-куда, чтобы нас забрали в безопасное место. Иди в комнату и собери самое необходимое. Мимо Элис прошёл мистер Чандлер с чёрным пыльным чемоданом, расположив его на столе, методично введя шестизначный код. Послышались звонкие щелчки. Внутри чемодана располагалась целая аппаратура для связи. Девочка уже видела подобное в шпионских фильмах. - Элис иди в комнату и собери вещи, пожалуйста, - повторила мать, но более настойчиво. Та повиновалась. Всё равно её слух оборотня позволял слышать то, что происходило на кухне. Пальцы Говарда ловко настроили радиоприёмник. Спустя пять секунд послышался треск. - Кодовое слово? – Послышался мужской голос с противоположного конца трубки. - Чаша Гигеи. Элис прекрасно знала, что это символ медицины. - Цвет? – Продолжил незнакомый голос. - Чёрный, - траурным голосом отозвался отец. - Места на Мэри и Говарда Чандлер? - Вообще-то ещё на Элис Чандлер. Это наша дочь. - Ждите машину в течение часа. Звонок прекратился. Родители спешно пошли в свою комнату упаковывать вещи. Через полчаса все собрались внизу, по паре чемоданов в каждой руке. - Куда мы едем? – Поинтересовалась Элис, не терпя гробовой тишины. - В защищённое место, - миссис Чандлер повернулась к Элис и грустно улыбнулась. – Не бойся, мы там будем в безопасности. - Мэри, там будут тесты крови. Элис может… - С ней всё будет в порядке, Говард, - отрезала его жена. – Эти тесты придумали мы с тобой. И определяют только вампиров. Они не рассчитаны на выявление других видов. Элис не получила должного ответа, но не решалась расспрашивать родителей. Вскоре подъехала чёрная машина, на которой они отправились в неизвестном направлении. Ещё час они ехали по дороге с гудящими машинами. Совсем рядом горела пара знаковых зданий города. Пожарная машина не могла доехать из-за пробок, что только усугубляло пожар, перебрасывающийся на соседние дома. Люди истошно кричали, пока полицейские с дубинками пытались их утихомирить. Машину, на которой они ехали, ни разу не остановили. Как будто знак на кузове был тайным знаком, открывающим перед ними двери. Выехав на окраину города, машина свернула на узкую дорогу и вырулила в поле, где находился вертолёт. Пассажиры вышли из машины и направились прямиком к нему. Пилот спросил ещё раз кодовое слово, и услышав правильный ответ, впустил Чандлеров внутрь вертолёта. Для Элис, у которой слух был намного чувствительнее, звук лопастей казался невыносимо громким. Миссис Чандлер поспешила надеть шумоподавляющие наушники сначала на дочь. Вертолёт взмыл вверх, рассекая ночное небо над Оксфордом. Это был последний раз, когда Элис видела его. Дом, к которому она ещё не успела привыкнуть, казался небольшим островком в потоке быстростекающих каплей дождя. Её ждала ещё большая неизвестность, чем на моменте отъезда из Америки. Через несколько часов Элис увидела горы, через которые пробивался рассвет. К пику одной из них вертолёт и направил свой путь. Казалось, что они вот-вот врежутся и разобьются, но чем ближе они подлетали, чем отчётливее была виден небольшой вход, с посадочной площадкой внутри. Вертолёт плавно сел, лопасти заглохли. Крупная металлическая дверь, находящаяся напротив, открылась, и Элис увидела, как к ним подходит мужчина в белом халате и пара охранников с ружьями. Её родители натянули улыбки. - Мистер и миссис Чандлер, добро пожаловать на базу "Уроборос", - сказал мужчина с безупречным британским акцентом и пожал родителям руку. – А что это за прелестное создание? Мужчина наклонился и протянул Элис руку. - Меня зовут Элис, - та ничуть не испугалась и решительно пожала мужчине в ответ. - Вот это дух! А меня Чарльз Сингх. Будем знакомы, юная леди, - он улыбнулся, обнажив ровные белые зубы. Затем вся группа направилась к металлической двери. Сингх пробил восьмизначный код, и повёл группу вглубь базы. Внутри было светло и чисто. Даже стерильно. Некоторых бы напугала такое помещение, без окон с электрическим светом, но, на удивление, Элис чувствовала себя комфортно. Они поехали на лифте вниз. Когда Сингх открыл вторую тяжёлую дверь, группу встретила женщина с каким-то небольшим аппаратом. - Закатайте рукава, пожалуйста, - спокойно попросила та. Чандлеры повиновались, и женщина начала светить им аппаратом на руку. Элис догадалась, что это был ультрафиолет. Будь она вампиром, её бы сразу вычислили, но, к счастью, оборотни не боялись солнца. - Проходите. Родители Элис едва слышно выдохнули, сжав ладони дочери ещё крепче. База была мало чем похожа уютный дом. Скорее на многокомнатный комплекс с кучей лабораторий. По сути, это и была одна большая многоэтажная лаборатория. Данное место предназначалось для защиты светлых умов Британии и предоставления безопасного жилья на случай разных катаклизмов, в том числе ядерной войны. Элис знала, что её приёмные родители были профессорами Оксфорда, но не подозревала, что те давно работали на правительство в качестве специалистов по биоинженерии. Чарльз Сингх был заведующим этой базы – смуглый британец средних лет с индийскими корнями. Многие прочили ему Нобелевскую премию в области медицины, но удача всё никак не поворачивалась к нему лицом. Если бы он знал, что скоро его имя будут прославлять и проклинать одновременно – он бы сильно удивился. Элис повезло оказаться в правильном месте, времени и окружении – для её острого ума база, полная лучшими специалистами в области науки, была подобна раю на земле. А точнее под землёй. Её и так пытливый ум имел самую благоприятную среду для развития, а страх быть раскрытой в качестве оборотня сводился к минимуму из-за неопытности людей в обнаружении отличных видов. Большое влиянии её родителей, которые умело подтасовывали результаты тестов крови и делали всё возможное, чтобы Элис не подвергалась изучению. Она ходила среди людей, но определённо выделялась на фоне других. Особенно детей её возраста. Многие специалисты на базе приезжали с детьми, но Элис так и не нашла среди них друзей. Ей было интереснее находиться в уединении или общаться со взрослыми. Обучение происходило концентрированно, поэтому Элис спустя всего лишь год могла похвастаться знаниями студента последнего курса Оксфорда. Вскоре её тягу к знаниям отметили и направили в нужное русло. Так она стала самым юным лаборантом доктора Сингха. Её учитель был страстным человеком, настоящим исследователем в области медицины, который ничуть не испугался новости о существовании вампиров, а напротив, стал жадно изучать их природу. Выходить на поверхность и тем более рисковать приводить на базу живых вампиров строго запрещалось. Поэтому Сингх довольствовался лишь небольшими образцами ткани, кости и крови, которые доставляли ему военные. Одной из приоритетных задач базы было создание биологического оружия против вампиров. Россия уже активно ввела в свои ряды таблетки от гипноза, и от Сингха ждали не меньшее. Каждый раз Элис слышала, как её учитель ругается с военной охраной, объясняя, что для тестов нужен живой образец. И не просто один, а несколько. Он был даже готов проводить испытания за пределами базы, чтобы не подвергать остальных опасности, но правительство отказывало ему в этом. Наверное, они опасались того, что его могут переманить другие страны. Спустя некоторое время Сингх опустил руки и испытания забуксовали. Вести с поверхности приходили противоречивыми, но было ясно, что человечество могло проиграть в любой день. Разве могли люди действительно противостоять столь могущественным бессмертным существам с более развитыми технологиями? Элис тоже потихоньку начала уставать от холодных стен и электрического света. Она вспоминала запах леса, треск костра и смех мальчишки с бронзовыми волосами. Однако она также помнила запах алкоголя, старой кожи и пыли. И крики своей тётки с разными проклятиями. Нет, хоть под землёй и было уныло, она ни за что бы не променяла это на ещё одну ночь в том трейлере. Она чувствовала себя прекрасно среди людей. И часто ей казалось, что сама стала человеком, пока не наступало полнолуние. В эти дни она запиралась в комнате, ссылаясь на сильную боль во время менструации, и вводила себе лошадиную дозу успокоительного, которое ей доставали Чандлеры. Её природа просилась наружу, чтобы она обратилась в волка и бегала по лесам, но Элис было противно от самой мысли превращения. Чтобы утихомирить внутреннего зверя, она позволяла себе превращаться частично – так, чтобы не потерять человеческий разум и контролировать свои действия. Её приемная мать всегда находилась рядом, держала за руку, успокаивала как могла, но никогда не задерживала взгляд на животных частях тела. Кражу лекарств заметили, когда Говард однажды забыл подправить отчёт при новой поставке. Началось расследование, базу переворачивали вверх дном. Было лишь вопросом времени, когда бы ампулы и таблетки нашли у Элис, так что мистер и миссис Чандлер решили взять всю вину на себя. Списать всё на наркотическую зависимость и стресс. Сингх не купился. В военное время наказание за такое преступление была смерть, но родители Элис были слишком ценны для продолжения исследований. Однако сама Элис была лишь умной перспективной девушкой, а теперь ещё и с клеймом наркозависимой. Её бы разлучили с родителями и отправили на передовую, где она могла бы продержаться месяц, может и больше. Если бы только она не воспользовалась той частью себя, которую хотела скрыть. Элис обратилась на месте, вызвав шок у окружающих. Она почувствовала животную силу, ярость и облегчение. Кровь кипела в её венах, ей хотелось бежать и не оглядываться, но она подавила в себе это. Затем Элис заставила себя превратиться обратно в человека. Охрана уже наставила на неё оружие, чувствовала, как на её лбу и груди пестрели красные точки. Элис, будучи полностью обнажённой, подняла руки и медленно встала, глядя в глаза доктору Сингху, полные ужаса и любопытства. - Я могу это контролировать. Я вам не угроза. Она знала на что шла. Амбиции Сингха не позволили бы ему убить возможность для изучения неизвестного вида. Она станет подопытной. Его любимым питомцем, которого Сингх пожелает приручить. Теперь она не просто умная не по годам девушка – она уникальный образец. Так Элис выиграет себе месяцы. Первое время Элис держали в клетке, предназначенной для вампиров. Она охотно шла на контакт, делилась информацией, сдавала кровь, слюну, яд. Даже спинной мозг. Боль Элис переносила спокойно, потому что уже привыкла к ней с детства. Сингх снова попросил прислать ему живых подопытных вампиров, ссылаясь на успешный опыт с Элис, но вместо этого ему прислали контейнер с образцом древнего вампира. Что-то было особенным в этом экземпляре. Будто бы ключ спасению человечества. Говорили, что его привезли с Америки, окольными путями, в ходе которых погибло много людей. Сингх подозревал, что он не единственный, кто получил экземпляр. И намерен был в этой схватке выйти победителем. Время шло. Элис, как и планировала, сближалась с Сингхом. Он всё больше и больше доверял ей свои тайны, потому что никто на базе не мог понять его страсть к сверхъестественному лучше, чем один из его представителей. Сингх показал ей свои часть своей работы, как и ранее показывал результаты исследований её крови. Ему нужен был "свежий взгляд". А ей нужны были головоломки. Просматривая формулы и цифры, в голове Элис что-то щёлкнуло. - Вы пробовали анализировать реакцию данного образца на мою кровь? Я вижу яд, но он скорее уничтожает клетки, делая образец непригодным. Однако кровь оборотня менее агрессивный раздражитель. - Да, я перепробовал всё. Не работает. - И Вы её нагревали до нужной температуры? Её собеседник натянуто улыбнулся, забрал папку и вышел. А уже спустя час вбежал в комнату с скрипучей тележкой, на которой поместил микроскоп. Он вплотную подкатил тележку, чтобы окуляр был внутри клетки и Элис не пришлось бы обжигаться о решетку. - Ты видишь то же, что и я? – Сингх был явно на взводе. Элис прислонилась к окуляру. - Я не вижу ничего необычного, - с ноткой разочарования сказала она. - Именно. Это реакция образца с твоей кровью. Это невозможно. Кровь вампира должна была свернуться. Но она как будто "поглотила" кровь Элис. Сингх предложил ей ассистировать ему. Приходилось работать в кандалах, но это было лучше, чем ничего. Они тайно работали вдвоём сутками напролёт, чтобы разобрать этот феномен. Бесконечные тесты, расчёты, споры. Вскоре выяснилось, что гибридная кровь превосходит по показателям и кровь вампира, и кровь оборотня. Более того, она не токсична для человеческой крови. И как предполагал Сингх, в теории может помочь в лечении многих болезней, в том числе и рака. Но нужно было намного больше ресурсов и специалистов, чем есть сейчас на базе. И теперь правительство его точно послушает. "Сверхчеловек", "Следующая ступень эволюции", "Суперсолдаты", "Бессмертие" – такие заголовки пестрели в массовых СМИ. Сингх добился своего, он стал чуть ли не самым важным человеком на Земле. По случайному стечению обстоятельств у него было то, чего не было у конкурентов – недостающий компонент в создании универсальной сыворотки. И он относился к Элис как к королеве, до тех пор, пока они не нашли способ синтезировать гибридную кровь. Все тактично умолчали откуда они взяли эту технологию, потому что иначе никто бы не захотел прививаться "оружием" врагов. Элис была в безопасности на базе, теперь никто не мог причинить ей вреда. Ей даже специально выдавали необходимые лекарства, и ей больше не надо было их красть. Она выбрала свободу славе, хотя заслуживала столько же наград и восхвалений, сколько и Сингх, ведь именно её кровь помогла создать эту сыворотку. Но никто бы не стал отдавать лавры оборотню. Она урывками слышала новости, что расстановка сил в мире действительно изменилась. Оказалось, что сыворотка действительно делала из людей суперсолдат, но действовала только на определённую группу крови с определённым резус-фактором. Особенно положительно она влияла на детей. Ей не особо нравилось слышать новости про Сингха. Он давно покинул базу. Всё, о чём думала Элис – это решение новой загадки. Она давно поняла, что если людям можно стать ближе к вампирам и оборотням, то и ей можно стать ближе к людям. Больше никаких косых взглядов, боли при полнолунии и принадлежности к стае. Она может стать той, кем она давно желала. Пара лет прошли незаметно и жизнь Элис снова перевернулась, когда к ней подошли родители и сообщили, что доктор Сингх мёртв. Смерть произошла при загадочных обстоятельствах. Говорят, что это было связано с учащёнными случаями бесплодия после введения сыворотки. Якобы группа радикалов нашла его и пристрелила за нарушение божьего промысла. Элис с трудом верила в это. Скорее всего его убили союзники, чтобы он не смог рассказать чего-то лишнего. Она продолжала свои исследования, но запрет на живых испытуемых сильно тормозил процесс. Элис почти отчаялась, хотела всё бросить, пока однажды к ним на базу не пришёл Гаррет Смит. - Кто вы такой? – Спросила Элис у мужчины военной выправки, который опирался на трость и смотрел на неё холодными глазами. - Я – Бог. А ты моя Ева. Вопрос в том – хочешь ли ты остаться в райском саду или вкусить запретный плод? Позже Элис выяснила, что это именно от него Сингх получил тот загадочный образец. И Смит знал, что её кровь дала жизнь сыворотке, которая помогла людям и обрекла их на медленное вымирание. Она работала бок о бок с Сингхом и была в курсе всего, над чем он работал. У Элис не было выбора, когда Смит предложил ей вернуться с ним в Америку и поработать над созданием лекарства. Она чувствовала, что этот военный из тех людей, которому не следует говорить слово "нет". Однако он может дать ей всё необходимое, включая живых подопытных. Но за эту возможность ей придётся продать свою душу. Смит ошибся – никакой он не Бог. Прощание с родителями было коротким и эмоциональным. Элис пришлось сделать вид, что она только рада покинуть эту подземную тюрьму. На самом деле внешний мир её пугал сильнее. Она пересилила себя, села в самолёт к Смиту и встретилась лицом к лицу с неизвестностью. Первое время адаптация проходила болезненно. Все чувства Элис и так обострены в виду её природы, но после долгих лет на базе, они буквально взревели. Она сама предложила Смиту сделать ошейник, чтобы ненароком никого не задеть. Это было компромиссное решение, при котором ей не стали бы надевать кандалы и запирать в полнолуние. Элис продолжала денно и нощно работать. Любой другой уже бы умер от переутомления, но силы оборотня делали из неё настоящего трудоголика. Спустя пару месяцев Смит принёс ей дневники доктора Гриффиса. Он не дал ей их сразу, потому что "проверял на вшивость". Дневники действительно помогли. Элис осознала, что она была похожа на своего предшественника по духу. Но исследования Гриффиса базировались на идее гуманизма, которые никак не могли быть реализованы в военное время. Прочтя дневники до конца, Элис поняла две вещи: первое – загадочный образец принадлежал его дочери, Элизабет Картер. Второе – ей придётся навредить многим вампирам и оборотням, чтобы докопаться до истины. Все последующий год Элис теряла частички своей человечности. Если она когда-то сможет избавиться от своей животной сущности, то это будет лишь оболочка её прежней. Она каждый раз ставила под сомнение свои собственные убеждения, когда в очередной раз брала крови у испытуемого, подвергала его тестам, пыткам и всевозможным лишениям. Сложнее всего было работать с оборотнями. Они до конца не верили, что она предавала их этим мучениям по собственной воле. Иногда она смотрела в зеркало и видела в отражении не себя, а свою тётю. Может они и не так различны, как она думала ранее. От этой мысли ей становилось плохо. "Я делаю это для общего блага" – успокаивала она себя. "И я делаю это для себя". Однажды в лагерь приехал спецотряд, в котором Элис увидела Кейт. Высокую блондинку спортивного телосложения с тёплыми зелёными глазами. Кейт всегда была в центре внимания, быстро становилась душой компании. Она была немного грубой, но честной. Никогда ни перед кем не заискивала, зачастую получая выговоры за своё поведение. Элис нравились такие люди, потому что в Кейт было всё то, чего ей самой не хватало. Они виделись каждый день, но почти не здоровались. Элис сразу поняла, что у Кейт неприязнь к нелюдям, и не хотела её провоцировать. Решимость Элис в продолжении исследований поколебалась, когда к ней в лабораторию привели девочку и мальчика. Они были обычными людьми, более того – детьми. Элис не понимала какую игру задумал Смит. - Просто повтори процесс обращения. Ты ведь это уже делала ранее, - холодно заметил генерал, когда она без спросу ворвалась в его кабинет. За такую выходку её могли убить. - Это дети, генерал. Вы хотите подвергнуть опасности молодое поколение, которое уже считается последним в вашем виде. - Если эти дети помогут вернуть способность людей к репродукции, то цель оправдывает средства. Элис не поверила своим ушам. - Я не буду этого делать. Не заставляйте меня. Только не это, - решительно произнесла она. Смит нажал на пульт и Элис впервые ощутила боль от электричества по всему телу. После долгого ношения ей казалось, что ошейник был просто аксессуаром, однако бившись в конвульсиях на полу Смита она поняла, что больше никогда не употребит слово "аксессуар". Повторять Смиту не пришлось. Элис хорошо усвоила этот урок. Смелость приносит ей лишь новые страдания. Она обратила детей, а затем пошла заглушать муки совести в алкоголе. В соседней палатке что-то активно праздновали, поэтому утащить бутылку виски оказалось не так трудно. Элис уселась на деревянный ящик, в котором сегодня привезли новую партию автоматов и лёгким движением руки открыла бутылку. Краем глаза она увидела, что к ней подсела Кейт. - Можно? – Кейт кивнула на бутылку. - Сколько тебе лет? - Это важно? Мир рушится, а ты боишься споить двадцатилетнюю девушку? - Туше. Элис передала Кейт виски, а затем они какое-то время молча распивали её. - Ты не боишься общаться со мной? Если генерал узнает… - Не узнает. А если и да, то что с того? Я одна из лучших его солдат, а ты замученная ботанка в ошейнике. Бить тебя не входит в мои приоритеты. Элис выдержала паузу. Ей нужно было кому-то сознаться в грехах. - Сегодня я обратила двух маленьких детей в вампиров. Я знаю, что мир требует жертв, но это неправильно. Не такой ценой. - Они были мертвы с рождения, - спокойно сказала Кейт. - Что? - Эти дети. Они родились во время войны и не знают каково было жить до неё. Они не посетят Диснейленд, не попробуют кислые драже, от которых язык красится в радужные цвета. Никогда не попросят родителей об очередной игрушке по их любимому мультику. Они лишь фантомы в оболочке детей, которых учат куда прятаться при бомбардировке и что можно съесть при отсутствии припасов. Но мы знаем, что потеряли. Поэтому в нас есть эта надежда, что всё встанет на свои места. Взрослые выиграют войну, не дети. Элис стало тошно от этих слов. - Прости. Я хотела приободрить тебя, но не вышло, - голос Кейт казался искренним. Элис хотелось как-то отшутиться, но она никогда не была хороша в разрядке гнетущей атмосферы. Она открыла рот, но не успела сказать и слова, потому что её губы соприкоснулись с губами Кейт. Это было так неожиданно, что она буквально оцепенела. Кейт это заметила и мягко отстранилась. - Хорошо, я поняла тебя. Не стоит смотреть на меня так, будто я тебя насилую. - Нет, я… - Начала было Элис, но Кейт уже резко встала и зашла внутрь палатки. Странное дело, но Элис действительно смогла отвлечь мысли от опытов. Она раньше никогда не думала о своих потребностях в романтических и сексуальных отношениях. Это просто не было чем-то значимым в её жизни. Только в ночь Красной луны она была готова прыгнуть в этот омут, потому что считала это своим долгом. Не потому что она этого хотела. Питер прекрасно это понимал, поэтому помог ей сбежать. Она ни разу не фантазировала на эту тему, не хотела, чтобы к ней прикасались. Но с Кейт это было чем-то другим. И она хотела бы узнать почему… Ещё одна головоломка в её жизни. На следующий день Кейт покинула лагерь. А Элис готовилась к очередному переезду. Кейт вернулась в лагерь спустя две недели. С простреленной ногой и лихорадкой. Элис вызвалась выхаживать её. На суперсолдате раны действительно заживали быстрее. Когда Кейт проснулась, то попросила обезболивающее. Элис выполнила её просьбу. Та беззаботно улыбнулась после укола и уснула. Для Элис эта улыбка показалась самой прекрасной на свете. Им было приятно проводить время вместе. Кейт травила ей военные байки, Элис рассказывала, как продвигается поиск лекарства. Когда Кейт встала на ноги и снова отправилась на задание, Элис поймала себя на том, что действительно по ней скучает. В середине подобных размышлений её вызвал Смит и спросил, как продвигается работа. А затем дал ей новое поручение – разработать такую сыворотку, которая бы стерилизовала вампиров и оборотней. - Если мы не сможем найти лекарство, то должен быть план Б. Элис не знала, что ответить. Это было похоже на ритуальное самоубийство. Хотела бы она вернуться во времени, не дать раскрыть себя как оборотня. А может быть и раньше. Если бы она согласилась стать эстральной Лупой Питера, то он бы смог о ней позаботиться. Она жила бы как обычный оборотень и не последовала своей мечте о великих свершениях. Возможно, она бы начала пить как её тетя и срывать злость на Питере, но не стала бы причиной надвигающегося Апокалипсиса. Трудности создания лекарства заключались в том, что у неё отсутствовал изначальный образец. И ей приходилось искать иголку в стоге сена. Могут потребоваться десятилетия, прежде чем она найдёт ответ. Однако у человечества не было столько времени. Найти способ стерилизации вампиров и оборотней было проще. Оборотни почти ничем не отличались от людей, поэтому им подходило хирургическое вмешательство. Проблема заключалась в том, что быстрая регенерация увеличивала бы время операции и дальнейший послеоперационный период. С вампирами было сложнее. У них был целый ритуал, часть которого основывалась на химическом процессе, а другая на духовном единении. Элис не могла скептически относиться к магической части обращения, так как её вид издревле верил в систему семейной реинкарнации. Когда ты по желанию можешь превращаться в волка, то тебе ничего не кажется невозможным. Элис не могла контролировать то, что не видит, однако химическое обращение остановить возможно. Вскоре в подопытных она перестала видеть личностей, только средства к достижению цели. Труднее всего было работать с собственным видом, потому что она прекрасно понимала, что они чувствуют. Их взгляды, полные ненависти, и проклятия, сыпавшиеся на неё, вскоре превратились в шум стройки, который она слышала каждый день в лагере. Слёзы и мольбы о помощи больше не трогали её. Она стала жёстче, напористее, научилась добиваться желаемого от людей. Элис давала слабину только рядом с Кейт. Её подруга была как уличная кошка – приходила, когда хотела, иногда давала себя гладить, но чаще шипела и сторонилась. Но когда это были простые разговоры, в которых они не смотрелись врагами, то Элис чувствовала себя по-настоящему счастливой. Сначала Элис сама давала Кейт анальгетики, потому что та каждый раз приходила в лагерь полуживой. Потом Кейт просила всё больше и больше, а Элис боялась ей отказать. Особенно после обворожительной улыбки, лёгкого кокетства и благодарных поцелуев. Когда она-таки сказала ей "Нет", то обнаружила, что Кейт начала красть лекарства у неё под носом. Какое-то время она закрывала на это глаза, потому что внимание подруги ей было дороже, чем её репутация. Но любому терпению приходит конец. После очередной ссоры стало понятно, что их отношения больше не будут прежними. Когда Кейт уходила из лагеря, Элис чувствовала, что может больше никогда её не увидеть. Она не сможет послушать очередные похабные шутки, не услышит громкий смех, не почувствует запах её загорелой кожи. Элис останется наедине со своими мыслями, головоломками и большой опустошённостью. Работа всегда была и будет её единственным наркотиком, так что Элис решила в этот раз отдаться ему полностью. И эта одержимость позволила ей сделать то, что хотел от неё Смит – уравнять шансы. В момент, когда Элис отчаялась найти лекарство, в лагерь вернулась Кейт с древним вампиров в клетке. Но это был не просто какой-то вампир, это был тот самый образец. Элизабет Картер, чудом оказавшаяся в живых и доставленная прямиком к ней. Наконец-то Элис сможет узнать ответ на загадку. Настроение её было чудесным, мысли роились с бешеной скоростью, перебирая варианты. Она не видела перед собой личность, только источник её будущих успехов. И так было бы и дальше, если бы с уст этой девушки не сорвалось имя Питера и "эстральная Лупа". Элис поплохело. Она отступила назад, пытаясь удержаться на ногах. Питер не стал бы кому попало рассказывать о ней. Элизабет с ним общалась. Возможно, дружила. - Он где-то тут, рядом? Питер был с тобой? - Да, он обещал найти тебя и других заключённых оборотней в этом лагере. И если ты поможешь мне выбраться… Это плохо. Очень плохо. - Ему не стоит сюда приходить. Нет, только не он! Элис пугала даже не перспектива того, что его поймают или убьют. Она боялась, что он увидит, чем она занималась все эти годы. Что он узнает правду, от которой ему станет противно её видеть. Она больше не та маленькая девочка в ситцевом платье, грызущая карандаши. Она не может потерять ещё и Питера. Элис сжимала кожаный ежедневник в кармане халата, пока Элизабет выводили из палатки. Она уже несколько недель писала свои мемуары, чтобы найти в этом потоке смертей, формул и сожалений причину, оправдывающую её существование. Но так и не нашла ответ. Сомнения терзали её ровно до того момента, пока она не увидела ужас в глазах Элизабет во время стерилизации. Она больше не загадочный образец, она существо из плоти и крови. Эта девушка понятия не имела как её кровь повлияла на мир, как она изменила жизнь Элис. Она одновременно восхваляла и ненавидела её за это. Элизабет точно не заслуживала всех этих мучений, равно как и другие её подопытные. Элис взяла образец крови Элизабет и взглянула в микроскоп, не поверив своим глазам. Она сделала это, разгадала загадку, мучавшую её годами. Всё встало на места, пазл сложился. Ей нужно лишь записать свои мысли в блокнот и передать эти сведения в нужные руки. Смит не должен узнать об этом. Поток мыслей прервался, когда она увидела полку с ампулами, в которых только утром было на три штуки больше. Кейт… После мучительного разговора с Кейт, когда она забрала её пропуск и оставила запертой в своей лаборатории, Элис поняла, что дороги назад нет. Сейчас ей нужно быть не просто смелой. Ей нужно быть безумной. Она ворвалась в кабинет Смита, забрала ключ безопасности, который он хранил в сейфе. Смиту казалось, что Элис никак не могла увидеть код, но забыл, насколько у неё острый слух. Он также надеялась обнаружить там пульт, которым управляли её ошейником, но было глупо предполагать, что Смит будет держать его в сейфе, когда удобнее носить с собой. Взяв ключ безопасности, она направилась прямиком в палатку управления. Двое охранников опешили, увидев её внутри. Однако этих секунд хватило, что Элис смогла запульнуть ручку в череп одному из них, а второму скрутить шею. Они всегда обращались к ней как к монстру. Сегодня она это не отрицала. Элис взяла ключ Смита и вставила его в маленькую замочную скважину, которая мягко провернулась. Послышался писк. Это означало, что защитная маскировка лагеря спала. Теперь вампиры и оборотни смогут обнаружить лагерь. Затем она нажала на соседний рычаг, который открыл главные ворота. Но для пущего эффекта ей надо было сделать ещё кое-что. Она глубоко вздохнула и нажала на кнопки, открывающие клетки своих испытуемых. Если это не безумие, то что? Начался хаос. Послышались крики и выстрелы. Элис взяла пистолет охранника для самообороны, хотя толком не стреляла из огнестрела. Максимум в детстве по пустым бутылкам. Элис плавно двигалась ко входу, прикидывала свои шансы. Она может повалить двух, может трёх людей, если ей повезёт не словить пулю. Но она не была солдатом, так что шансы невелики. Позади себя она услышала треск и тут же обернулась. Перед ней стоял худой мужчина в лохмотьях, с животным оскалом. - Отступница! К нему присоединись ещё пара оборотней. - Ты поплатишься за содеянное. Предки ни за что не примут тебя. Элис закричала. Но не потому, что испугалась, а чтобы привлечь внимание. Это сработало. Солдаты Смита начали атаковать оборотней. Они бы не тронули её, так как считали, что она на их стороне. Началась потасовка. Элис направилась к выходу и со всех ног побежала со склона. Она понятия не имела куда направиться, но явно подальше от лагеря. Если ей попадутся люди, она докажет, что является одной из людей Смита. Если же вампиры или оборотни, то представится перебежчицей или подопытной. Она лишь надеялась, что радиус действия пульта не такой большой. Через некоторое время она почувствовала, как за ней кто-то гонится. Точно не человек. Она добралась до низины, открытого пространства. Обернулась и сняла предохранитель с пистолета. - Не приближайся, иначе я выстрелю, - её рука дрожала. Фигура в тени притормозила. - Элис? У неё перехватило дыхание. К ней приближался крупный мужчина, будто высеченный из скалы. Солнце ещё не взошло, но она подозревала, что днём у него волосы будут отливать бронзовым цветом. Сомнения отпали, когда она почувствовала запах. Его запах. - Питер? Питер! Она закричала что есть мочи его имя и подалась вперёд, бросив пистолет на землю. Он побежал к ней навстречу. Спустя секунду они уже обнимали друг друга, слёзы катились по щеках у обоих. - Я думала, что больше никогда тебя не увижу. Прости, меня, пожалуйста. - За что? Это я должен извиняться, что ты оказалась в плену. Элис замерла. - Я не была в плену, - с надломом в голосе сказала она. Послышался хруст. Из кустов вышла Кейт с пультом в руке. Наверняка она услышала их, когда Элис истошно кричала имя. - Грёбаная сука, - ядовито произнесла Кейт. – Из-за тебя мы все умрём. - Благодаря мне, у нас есть шанс на выживание. Хочешь убить того, кто знает формулу лекарства? - Мне плевать на лекарство. Ты предала нас, ты предала меня! Питер целился в грудь Кейт. Элис подошла к ней поближе. - Всё кончено, Кейт! Просто сдавайся! - Не хочу этого делать, но ты знаешь, что у меня нет выбора. На секунду Элис показалось, что Кейт сомневается. У неё есть шанс переубедить её. - Выбор есть всегда, просто ты делаешь неправильный. Ты можешь нажать на пульт, но тогда Питер убьёт тебя, ты это понимаешь? - Я не хочу никого убивать. Давайте все успокоимся и разойдёмся с миром. Питер был самим собой даже спустя столько лет. Приятно знать. Элис приблизилась ещё ближе. Кейт колебалась, она видела это. Они встретились взглядами, но в глазах Кейт пропало сомнение. В них остался только холод. - Охотники не терпят предательств. Я тем более. Прощай, Элис. Элис почувствовала нестерпимую боль по всему телу. Затем услышала выстрел. Ноги подкосились, однако не успела она коснуться земли, как Питер её подхватил. Он что-то кричал, но Элис не могла расслышать его. Ей было больно. Очень больно. Всё тело билось в конвульсиях. Она едва нащупала ежедневник в своём кармане. Что бы кто ни говорил, Питер умный парень. Он поймёт её записи. В глазах потемнело, боль начала уходить. "Наконец-то" – подумала Элис и ушла в небытие. Жизнь Элис могла сложиться миллионом других способов. Но война внесла свои коррективы. О некоторых вещах она сожалела, о других нет. Элис мечтала раскрыть тайны вселенной, и, пожалуй, ближе всех подобралась к разгадке. Это знание немного облегчило её смерть.