Кракен и иной

Алерон развернулся к Родрику и сказал: — Мне больно видеть тебя в железном доспехе, пусть и достаточно хорошем, у нас нет лишнего ледяного, однако всё же кое-что есть… С этими словами он вытащил из-за спины меч и передал его Старку, добавив: — Этот меч выкован одним из малоизвестных морозных жрецов прошлого специально для этого дня, он должен был быть оружием, что пронзит сердце Илеона и положит тем самым конец существованию Стены, но он так и остался невостребованным до сегодняшнего дня. Возьми его, пусть это будет мой дар на твоё будущее правление. Полуиной с удивлением принял дар и вытащил его из ножен. Безупречный материал, называемый для краткости льдом, но на самом деле бывший чем-то куда более странным и непонятным, блестел на солнечном или лунном свету. Великолепная работа, которая могла быть сделана только в одном месте и надпись на скроте, гласящая: «Оружие, данное богами». Принц ночи присвистнул, глядя на меч, и потом сказал: — Я назову его «Клинок Отчаяния». Затем, повесив ножны на пояс и вложив в них клинок, спросил: — Чем обязан такому королевскому подарку? И сколько я за него должен? Алерон ответил: — Сколько должен? Нисколько, я не жадный и положение полководца в армии меня очень даже устраивает. А то отдашь во владение какой-нибудь замок на юге и вот тебе, целая куча проблем: крестьян надо убедить не приносить жертвы тебе, соседей не нападать и тому подобное. Хотя, если найдётся лишний, я не против, после того как меня спутали с Королём Ночи, мне явно полагается замок, для солидности так сказать. Родрик лишь улыбнулся в ответ и вышел на улицу… Родрик посмотрел на раскинувшийся внизу лагерь: он и около трёх сотен всадников расположились возле правого склона холма, на самом холме встали Упыри и сотня Иных в пешем строю для контроля действий нежити. На левом склоне холма расположился Алерон и шесть сотен лучших воинов в пешем строю. Они были почти готовы к атаке. По плану на лагерь должен был налететь Скакмат, чтобы внести путаницу в их ряды, затем Упыри должны были накинуться на отвлечённых врагов прямиком в лоб, дабы совсем лишить тех возможности адекватно реагировать в бою. Далее в бой вступали сами Иные, которые должны были закончить эту бойню атакой с флангов. Он был готов к битве… Над лагерем стоял шум, столь привычный для него. Воздух был пропитан кровью и дымом. Вольный Народ штурмовал Стену, не считаясь ни с чем. Они гибли сотнями, если не тысячами, но не прекращали эти попытки. Манс был уверен в их победе, Дозор не смог бы стоять вечно, у них не было столько сил. Однако во время штурма оказалось, что у братьев ночи есть силы… Насколько же сильно Король-За-Стеной был удивлён, когда вместе со стрелами в его орду полетели куски льда, а внезапно налетевшая буря испортила им штурм, заслоняя обзор и мешая наступать. Было в этой буре что-то непонятное, таинственное и неправильное, её будто кто-то вызвал специально, и вдобавок, это бедствие нисколько не мешало дозорным. Затем стало холодать. Всё напоминало о том, что Ходоки близко, и Манс выслал разведчиков, чтобы они следили за тылами и флангами армии. Но они не нашли никого. Буря прекратилась так же внезапно, как и началась. Манс приказал прекратить атаку и начать убирать трупы. Он решил собрать делегацию и выехать к Стене, если дозорные выдержали одну атаку, не факт, что у них есть силы на новую. Но этого не случилось. На лагерь обрушился странный шум, напоминавший хлюпанье крыльев. Налётчик аккуратно посмотрел на улицу, над лагерем быстро пронеслась огромная и непонятная тень, дохнувшая холодом, вниз… Дракон носился над лагерем, то обрушая вниз ледяное дыхание, то налетал на врага, убивая его лапами и могучими крыльями, потом он вновь с огромной скоростью поднимался вверх, обгоняя летящие вслед за ним стрелы, а те из них, что достигали цели, бессильно отскакивали от него. Весь лагерь уже стоял на ушах и почти не замечал ничего другого. Теперь пришла очередь Упырей. Орда сорвалась с места с громкими криками и устремилась вниз, постепенно набирая скорость, за ними длинными белыми тенями следовали Иные. В сторону орды полетели небольшие залпы огненных стрел, на которые Упыри не обратили внимания. Наконец, живые трупы ворвались в лагерь и набросились на дикарей. Мгновенно послышались крики, звон оружия, мольбы о пощади. Однако смятение было недолгим, вскоре одичалые сомкнули ряды, и начали оказывать сопротивление нежити. Две волны набрасывались друг на друга, тела падали, растерзанные Упырями, живые трупы горели или были разрублены на куски. В беспорядочные ряды трупов ворвались великаны, верхом на мамонтах, и дикари начали окружать врага. Орда дикарей уже взорвалась победными криками. Но нежить расступилась, пропуская вперёд своих хозяев, и ряды вольного люда дрогнули. Старк наблюдал за этой битвой внимательно, ожидая нужного момента, и он наконец-то наступил. Принц ночи выхватил Клинок Отчаяния и скомандовал атаковать, фланги двинулись в бой. А в самой гуще битвы воины Иных начали свою атаку. Под их натиском дикари падали десятками, если не сотнями, они не могли даже поцарапать врага. Мамонты сходили с ума от одного их присутствия и начинали топтать своих же. В это время Родрик и его отряд ворвались в лагерь с правого фланга как ураган, удержать который не мог никто. Их ледяные клинки и копья легко рубили, протыкали врагов, их отряд топтал дикарей, и под их ударом подобие строя растаяло на глазах. Но они продолжали держаться, отказываясь просто так сдаться. И хоть теперь против них воевали вся тысяча Иных и орда Упырей, вольные люди продолжали стоять, более того они вновь собрали силы в кулак. Вперёд выступили великаны и ворвались в ряды нежити, топча и круша её. А мертвецы в свою очередь набрасывались на гигантов, как собаки на кабанов, тем самым замедляя их. Однако долго это не продолжилось, из строя Иных вышла сотня лучников, они медленно наложили свои чудные стрелы на тетивы, медленно прицелились и синхронно выстрелили. Эти стрелы были куда более опаснее, чем обычные стрелы людей, поэтому сразу несколько великанов упали на колени, и потом их добили Иные, остальные гиганты начали бежать сквозь ряды дикарей, оставляя в нём большой кровавый след. Теперь-то дикари целиком и полностью утратили надежду даже не на победу, а на саму возможность выжить. Их подобие строя начало дрожать и распадаться, а сами они развернулись и побежали прочь. Алерон приказал своим воинам: — Наплюйте на простых смертных, мне они не нужны, ведите ко мне вождей, остальных убивайте, если будут мешать! Почти вся орда дикарей уже убежала до самого конца лагеря, кроме нескольких отрядов глупых смельчаков, которые атаковали Родрика и его всадников, несмотря на полное поражение всей армии. Впереди такого отряда скакали какая-то уродливая женщина и знаменосец с собачьей головой на копье. Она и Старк сшиблись в быстрой атаке, женщина целила копьём полуиному в глаз, но тот просто взмахнул клинком, который разрубил не только само копьё, но и отсёк ей всё, что было выше живота. Кровь хлынула бешеным красным потоком, а обезображенное тело рухнуло на землю… Когда битва кончилась, Родрик узнал, что дозорные ближе к концу битвы ударили в тыл, и поэтому ему не надо было долго искать Джона Сноу. Они встретились в центре уже бывшего лагеря одичалых. Вместе со Сноу он встретил и толстого дозорного Сэма, которого он не так давно видел за Стеной. Родрик проигнорировал удивлённый взгляд со стороны Сэма и, обратившись к Джону, сказал: — Мы помогли разбить дикарей, теперь, как ты понимаешь, мне нужно, чтобы эта армия была пропущена за Стену. Сэм сказал заместо Джона: — Боюсь, это невозможно, на Стену наложены очень сильные чары, даже наши самые старые братья не знают, как их преодолеть. Старк равнодушно покачав головой, сказал: — У Стены нет каких-то особо сложных заклятий для того, чтобы не пускать Иных за неё, достаточно, чтобы один из дозорных открыл врата для армии. Джон в ответ пустился в небольшое рассуждение: — Если ты знаешь такое о Стене, значит то, что Сэм рассказал мне о тебе и том, кто ты, правда. Странно, что ты так выглядишь, это больше похоже на то, что ты потомок Старка и Таргариена, но довольно рассуждений, я пропущу твою армию, хотя бы потому, что ты единственный, кто сейчас может отомстить за Старков…