Твой ангел-хранитель

На следующий день Антонио спал долго. Но снилось ему что-то не очень приятное. Он все время ворочался, постанывал во сне и сжимался в клубочек. Когда Ловино вошел в гостиную, зевая и потягиваясь на ходу, он удивленно остановился, заслышав негромкий болезненный стон. Нахмурившись, он подошел к дивану и перегнулся через спинку. Глядя на искаженное страданием лицо испанца, Варгас еще пару минут вглядывался в него, покачивая головой. Затем обогнул диван, присел в ногах и несильно потряс Тони за плечо.  — Эй, Карьедо. Проснись уже, идиот. Тот лишь сильнее сжался, втягивая голову в плечи и вздрогнув. Ловино зашипел и сильнее затряс Антонио. Наконец, тяжело дыша ртом, Тони очнулся, переводя невероятно испуганный взгляд на раздраженного итальянца.  — Тебе кошмар снился, — буркнул он в ответ на вопросительный взгляд Тони. — Вот я и пришел. Не смотреть же, как ты мучаешься. Приятного мало, знаешь, когда ты стонешь на весь дом.  — Ха-ха, да, наверное, это было или страшно, или сексуально, — рассмеялся Антонио, уже немного пришедший в себя, что заставило Ловино покраснеть. Юноша резко ткнул испанца в бок и встал, отворачиваясь от него и уходя в сторону двери.  — Надо же… — Тони откинулся на подушку, тяжко выдыхая и приложив тыльную сторону ладони ко лбу. Несмотря на то, что он старался изображать веселого и беззаботного, но на душе до сих пор стоял страх. Кошмары не отпускают быстро, особенно если они связаны с дорогими людьми. Вот и Антонио не был исключением. Впрочем, что смысл предаваться беспочвенным тревогам из-за банального кошмара? Верно, смысла нет. Тони решил не беспокоиться из-за подобной мелочи. Он встал, застелил постель и направился в ванную, привести себя в порядок. Когда Антонио вернулся в гостиную, Ловино уже был там. Он сидел за столом и преспокойненько попивал чай. Решив составить ему компанию, Тони заварил себе кофе, чтобы окончательно взбодриться, сделал пару бутербродов и сел за стол напротив. Итальянец взглянул на него, но тут же отвел взгляд. Он ощущал странное чувство, по отношению к Тони. Почему-то особенно ярко вспомнился вчерашний вечер, то, как они шли по улице, держась за руки. И если вчера он избегал думать о произошедшем, то сейчас мысли снова нахлынули. Странное чувство. Ловино никогда еще не испытывал ничего подобного. Он вспомнил ощущение теплой, немного шершавой ладони испанца. И вздохнул.  — Что-то не так? — поинтересовался Тони, все это время разглядывавший Ловино.  — Нет, все нормально, — ответил Варгас, покосившись на Антонио. Он уже совершенно не понимал, что чувствует к загадочному испанцу, его эмоции были непривычные и это вызывало смятение. Впервые итальянец не знал, как ему себя вести. Поднявшись из-за стола, Ловино быстро прошел в кухню, стараясь не смотреть на Тони, вымыл чашку и удалился к себе. Ему нужно было подумать, а где может лучше думаться, как не в небольшой уютной лоджии?

***

Антонио было скучно. Ловино не выходил из своей комнаты, а сам испанец не знал, чем себя занять. Пробовал включить телевизор, однако это ничего не дало: телевидение почему-то именно сегодня не транслировало ничего годного. Вовсе отчаявшись, Тони просто стоял у большого окна, глядя на улицу, на спешащих куда-то людей и пытался вспомнить свою прошлую жизнь. Была ли у него цель в жизни? Чем он занимался? Любил ли он кого-то? Эти вопросы вертелись в голове с самого его прибытия в Италию, но Антонио не знал на них ответа. Точнее, не помнил. Он даже не помнил, когда жил. Мужчина мог бы еще долго предаваться размышлениям, но из задумчивости его вывел дверной звонок. Антонио вздрогнул и обернулся, но делать ничего не спешил: квартира все-таки не его. Да и потом, может итальянец кого-то ждет? Но открывать Варгас не вышел. Звонок повторился, и Тони решил, что все же нужно открыть и поинтересоваться, что привело незваных гостей. Выйдя в коридор, Антонио приоткрыл дверь. За дверью стоял высокий, статный мужчина в идеально выглаженном костюме. Короткие светлые волосы педантично зачесаны назад, а голубые глаза цепко посмотрели на испанца, отчего Тони застыл, позабыв то, что хотел сказать. Он не мог выговорить ни слова, пока мужчина, явно не дождавшись реакции, слегка склонил голову.  — Прошу прощения, но не могли бы Вы позвать Феличиано?  — П-простите?.. — Антонио недоуменно нахмурился, а потом до него дошло.  — Феличиано Варгаса. Он живет здесь, — блондин или не обратил внимания, или не придал значения заторможенности Тони, который сейчас мысленно ругал себя за нерасторопность. Но ответить он уже не успел.  — Его здесь нет сейчас, — раздался недовольный голос за спиной испанца. Резко обернувшись, Антонио увидел вышедшего в коридор Ловино, который стоял, скрестив руки на груди и хмуро уставившись на пришедшего.  — Здравствуй, Ловино, — все так же спокойно отозвался мужчина, проигнорировав недружелюбный тон. — А где твой брат?  — Уехал в Рим, к родителям, — Варгас поджал губы. — Должен был знать, если вы все еще общаетесь, — последнее слово он практически прошипел.  — Он ничего подобного не говорил, — блондин задумчиво покачал головой, но сошедшиеся на переносице брови выдавали разочарование. — Не понимаю…  — Узнал? Все. Теперь проваливай, — Ловино подошел к Антонио и взял его под руку. — Ты прекрасно знаешь, картофелина, что здесь тебе не очень рады.  — Лови… — начал Тони. Но итальянец не дал ему договорить, зажав рот рукой и практически отпихнув назад.  — И я был бы очень рад, если бы ты навсегда забыл дорогу сюда. Мужчина еще несколько секунд внимательно смотрел на Ловино, а затем кивнул, словно не заметил выпада в свою сторону.  — Что ж, спасибо за информацию. Я пойду.  — Вот и иди, — громко фыркнув, Варгас захлопнул дверь прямо перед его носом. Снаружи послышались размеренные удаляющиеся шаги.  — Что это было, Ловино? — возмутился Тони.  — Ой, тебе-то что? — огрызнулся итальянец, собираясь вновь уйти к себе, но Антонио не был настроен просто так его отпускать и схватил за плечо.  — Объясни.  — Не твое чертово дело, — зашипел юноша, вырываясь, и почти бегом ретировался к себе. Только Тони не был настроен на так просто сдаваться и поэтому последовал за ним. Ловино сидел на стуле у рабочего стола, спиной к двери, но, по-видимому, услышал тихий скрип двери, потому что негромко хмыкнул.  — Что тебе нужно?  — Я хочу поговорить.  — А я нет. Как жаль, что наши желания не совпадают.  — Ловино.  — Да что?! — Варгас резко развернулся лицом к испанцу и раздраженно дернул плечом.  — Кто был этот человек? — Тони старался быть максимально спокойным и говорить дружелюбно, чтобы не наткнуться на дополнительный поток ругательств.  — Зачем тебе это? — Ловино хмуро посмотрел на него.  — Просто ты так говорил с ним… Почему ты к нему так относишься? — мужчина прошел вглубь комнаты и сел на кровать, не разрывая зрительного контакта. Итальянец некоторое время смотрел на Тони, сжимая губы, и словно решался на что-то, а затем отвел взгляд.  — Он встречается с моим братом. Антонио сначала открыл, собираясь что-то сказать, но потом закрыл и вместо этого внимательно пригляделся к Ловино. Тот все еще хмурился, но на его лице появился отпечаток тревоги и чего-то еще…  — Ты ревнуешь?  — С чего ты взял?! — вновь вспылил Варгас, но тут же стушевался, глубоко вздыхая и поворачиваясь снова к испанцу. — Просто брат — единственный, кто у меня есть…  — И ты не хочешь, чтобы он принадлежал кому-то еще, — резюмировал Тони, слегка кивая. — Я понимаю. Но ведь он не вещь, он такой же человек, которому нужна любовь.  — Да будто я этого не понимаю… Не говори со мной, как с ребенком, — Ловино скрестил руки на груди. — Я не могу понять, что он нашел в этом немце. Он ведь такой… такой…  — Какой же?  — Странный, — будто в подтверждение своих слов, кивнул юноша. — Он вечно такой. Ходит в выглаженных костюмчиках, словно желает произвести впечатление. Говорит вечно так, будто находится на собрании. И его одеколон раздражает. Тони слушал внимательно, мысленно усмехаясь. Как ребенок, ей-богу.  — Они познакомились буквально на улице. Этот Людвиг едва не сбил моего братца своей машиной. А потом принялся таскать его по больницам, чтобы удостовериться, что все в порядке. И в качестве извинения, как он сказал, потом пригласил в ресторан. Оказалось, что он глава какой-то крупной строительной компании, что ли. Уж не знаю как, но Феличиано не прекратил с ним общаться и через какое-то время он приходит ко мне и заявляет: «Братик, я влюбился». Во что там можно влюбиться? Но уж точно не в деньги, его родители и так не нуждаются ни в чем, да и Фели не такой, я знаю… Антонио не перебивал, лишь наблюдая за тем, как меняется во время рассказа лицо Ловино. На его лице отражалась грусть и одиночество. На секунду испанце показалось, что он начинает понимать чувства парня и его отношение к этому человеку. Тяжело вздохнув, Ловино опустил голову и Тони слабо улыбнулся. Он встал, подошел к итальянцу и сел перед ним на корточки, заглядывая в глаза и положив одну руку ему на колено.  — А может стоит довериться брату? Варгас посмотрел на него, во взгляде сквозило недоумение.  — Довериться?  — Да. Он наверняка знает, что делает.  — Но Фели такой наивный…  — Ты не сможешь сберечь его от всего. А вдруг это и правда его судьба? Ловино вновь вздохнул, прикрывая глаза. Антонио, почувствовав незримую перемену в настроении парня, решил, что сейчас ему стоит побыть наедине со своими мыслями и чувствами. Он встал, напоследок не удержавшись и невесомо проведя ладонью по волосам бывшего подопечного, и вышел из комнаты, бесшумно закрывая за собой дверь.

***

Остаток дня Тони провел, бесцельно шатаясь по улицам. Он хотел дать Ловино время на раздумья, поэтому ушел из дома, вернувшись только под вечер, когда солнце понемногу начало клониться к закату. Захлопнув дверь, Антонио принялся расшнуровывать обувь, как в коридоре появился итальянец. Он с привычной хмурой миной наблюдал за мужчиной, а затем выдал, когда Тони наконец справился с ботинками и выпрямился:  — Ты где шлялся? Я уж думал, не потерялся ли. Испанец не мог не улыбнуться, услышав эти слова.  — Волновался что ли?  — Нет, просто я не мог сесть ужинать без тебя. Тони засмеялся, шагнув вперед и размашистым движением взъерошив волосы парня. Последний ту же с шипением отскочил, приглаживая растрепанные пряди.  — Эй!  — Ну не злись, я просто и так слишком много хлопот тебе доставляю, — Карьедо виновато улыбнулся, заводя руку за голову.  — Вот и не заставлял бы меня ждать, — с этими словами Ловино, все еще недовольно ворча себе под нос, удалился на кухню. А Тони, не в силах сдержать улыбки, последовал за ним. Ужин прошел тихо. Испанец лишь время от времени косился на притихшего Ловино, который рассеянно ковырял вилкой в своей тарелке. И когда они уже заканчивали трапезу, Варгас резко выдал, все так же не поднимая голову:  — Наверное, ты прав. От неожиданности Антонио аж поперхнулся.  — Ты о чем?  — О нашем утреннем разговоре.  — А-а… — ничего более вразумительного у Тони не вышло, он просто совершенно не был готов к такому повороту событий.  — Ты прав, Фели не моя собственность, он вполне взрослый, чтобы самому решать, что для него лучше. Я постараюсь изменить свое мнение на счет… — тут Ловино кашлянул и замолчал, так и не договорив. Тони решил не давить на него, тем более, что он и так все прекрасно понял.  — Я так рад. Ловино хмыкнул и встал из-за стола, забирая почти пустую тарелку и выкидывая остатки содержимого в урну. Пока он ее мыл, повернувшись спиной, Антонио наблюдал за ним, радуясь тому, что вся эта ситуация вот так разрешилось. И думал, насколько же он влюблен в этого ворчливого и загадочного итальянца.