А я не могла в него не влюбиться...

      — Ребята, давайте не усложнять и без того не простую ситуацию.       Голос Изабель доносится до меня как через слой ваты, так как я все еще в шоке от услышанного.       — Ты? — я недоверчиво поднимаю брови, переводя пальцем с него на меня. — Со мной?       Алек резко выгибает бровь, всем своим видом выражая раздражение и ненависть к той ситуации, в которой мы оказались.       — Ага. Прикинь.       Ирония в его голосе на этот раз не злит, а смущает.       Поджав губы, отворачиваюсь от него, бросая на Изабель взгляд, молящий о помощи. Та все еще не отрывает внимательного взгляда от брата. Магнус же поворачивается ко мне.       — Клэри, Изабель, как минимум, его сестра и ты сама видишь, как сильно они похожи. Им обоим будет комфортнее, если они разделятся. Изабель будет приглядывать за Саймоном, а Алек за тобой. Это самый оптимальный вариант.       Изабель нервно фыркает, и вскоре ее предистерическое состояние доходит и до меня. Изабель снова усмехается, наплевав на едва сдерживающегося Алека, и к своему ужасу, я подхватываю ее. Мы начинаем смеяться. Заливисто, громко и истерично.       Когда истерический смех проходит, и я утираю мокрые от смеха глаза под сочувствующим взглядом Магнуса, Алек молча ставит нам на стол два стакана воды.       — Закончили?       Ледяной тон Алека сразу приводит меня в чувство и остаток вечера, пока ребята обсуждают план, я сижу в немом ужасе.       Алек всем видом дает понять, как ему это не нравится, и что последнее, что он хочет, это снова нянчиться со мной. Магнус подозрительно смолк, и всякий раз, как я ловлю на себе его задумчивый взгляд, я мысленно молюсь, чтобы ребята передумали и перегруппировались. Но этого не происходит.       Я и Алек.       Как пара.       Я уже предвкушаю этот день, когда Алек либо полностью уничтожит меня своим пренебрежением к тому, что я буду с ним, или уничтожит тем, что позволит мне делать эту грязную работу. В первом случае я погибну от унижения и обиды, во втором — от того, что мои чувства и потайные желания, погубят меня раньше первого.       Расходимся спустя пару часов. Алек со стальным взглядом покидает нас первым, Изабель, сочувственно нам кивнув, выходит вслед за братом, и это хорошо, потому что она единственная, кто в состоянии сейчас успокоить Алека. Который мало того что вляпался в это грязное дело из-за своего «псевдо-лучшего друга-парня», так еще обязан скрывать эту вылазку от начальства, и в очередной раз прикрывать наши задницы. Причем в одиночку, так как Джейса среди нас нет, да и на Магнуса тоже вряд ли стоит надеяться.       Магнус задумчиво смотрит в окно, и что-то мне мешает уйти вслед за Лайтвудами. Магнус был добр ко мне, и я чувствовала к нему тоже самое. Сейчас ему было одиноко, и я не знала как выразить ему свою поддержку, кроме того как не уйти вслед за ними.       Я неловко опускаюсь рядом с ним, и вызываю у него грустную улыбку, когда кладу руку на его плечо, выражая свою поддержку.       — Магнус, мы справимся. Не переживай.       Парень, опустив голову, качает головой.       — Я знаю, что вы справитесь, Клэри, — мягко говорит маг, после чего с грустной улыбкой поднимается и обнимает меня.       А когда отстраняется и осторожно убирает с моего лица рыжие прядки непослушных волос, объясняет, что его гложет.       — Я переживаю из-за того, с чем справиться придется мне, Клэри.       И когда я остаюсь одна в этой комнате, наедине со своими страхами и чувством вины, я понимаю, что Магнус, говорил о чем-то большем. О чем-то, что касается его и Алека.       А теперь, возможно, и меня.       — Я так и думала, что ты не спишь.       Изабель осторожно проскальзывает в мою комнату и забирается ко мне в кровать. Я в своей спортивной фланелевой пижаме кажусь нелепым ребенком рядом с Изабель, которая одета в роскошную атласную ночнушку, обнажающую все, что она привыкла открывать миру.       — У меня завтра тяжелый день, — стону я, подложив нам под спины подушки, чтобы мы могли сидеть в кровати. — Просто посочувствуй мне.       Изабель улыбается, в то время как мое лицо мрачнее тучи.       — Да брось, это будет весело.       — Ага. Особенно Алеку.       Я так и не смогла заснуть после того как вернулась в свою комнату. Как только я закрывала глаза, я представляла себе искаженное отвращением лицо Алека, когда он берет меня за руку. Или когда ему приходится обнять меня. Об остальном я даже боялась подумать. Какая пара понравится Виктории больше? Сексуальная и роскошная Изабель, заигрывающая с ничего не имеющим против этого Саймоном, или хмурый Алек, подозрительно осматривающий всех вокруг, и раздраженно переводящий взгляд на меня, бледную и нервную.       Я уже вижу, как нас с ним выпроваживают из клуба.       — Иззи, — я поворачиваюсь к девушке, которая обнимает меня за плечи с уже раздражающей меня улыбкой. — Я боюсь. И нервничаю. И все еще считаю это плохой идеей.       — Успокойся, Клэри. Мой брат умеет вести себя на людях и, как правило, девушки на него очень хорошо реагируют. Вы справитесь.       Ага. На него еще парни вроде Магнуса хорошо реагируют.       Закатываю глаза, и снова хмуро подбираю руками одеяло.       Изабель, в конце концов, удается вытащить меня на кухню, когда она понимает, что я накручиваю себя чересчур сильно.       Хуже всего, что на кухне мы сталкиваемся именно с тем, кого я бы сейчас предпочла не видеть до завтрашнего вечера.       — Алек?       Я как парализованная застыла в проходе, не сразу различив в полумраке Алека. Изабель включила свет, и передо мной, во всей своей красе, предстал обнаженный по пояс Алек, сидящий за столиком, и лениво подпирающий свою голову рукой.       — Не спится?       Спокойный тон Алека отвлек меня от разглядывания его плеч и вытатуированных рун. Это что-то новенькое. Вернулся тот Алек, который больше не держал меня на расстоянии.       — Как и тебе.       Алек облокотился о спинку стула, и вперил в меня какой-то насмешливый взгляд. Опять же. Это был добрый посыл, без унижения и скрытого раздражения. Алек больше не злился.       — У меня завтра трудный день. Могла бы и посочувствовать мне.       Изабель, улыбнувшись, подошла и села возле брата, который похлопал рукой по соседнему стулу, якобы приглашая меня.       — Ты не поверишь, но эту фразу Клэри около часа назад адресовала мне. Видите, вы уже говорите почти как влюбленная пара. Это так мило. Я уверенна, вы справитесь.       Теперь оба смотрят на меня и мне приходится заткнуть подальше свою истерику и сесть рядом с ними. Реплику Изабель я, конечно, встречаю с укором, а вот Алек удивляет меня тем, что реагирует на ее слова какой-то до боли мягкой улыбкой. Чувствуя поднимающуюся тоску и панику одновременно, устремляю взгляд в стол.       — Переживаешь?       Алек явно обращался ко мне, так как самой спокойной среди нас была Изабель, поэтому, не поднимая взгляда, хмуро киваю.       — Мы облажаемся.       Изабель заботливо касается моей руки.       — Клэри…       Но Изабель перебивает Алек, наклонившийся ко мне через стол и медленно поднявший палец в мою сторону. Не скрою, я готовилась встретить очередную нотацию от Алека, в которой он употребит слова «маленькая девочка» и «примитивная».       — Я собираюсь вытащить Магнуса из этого дерьма, — спокойно начал парень, медленно проговаривая каждое слово, что добавляло моменту некоторую напряженность, — И не дать моей сестре и твоему «примитивному» другу, от которого она без ума, впутаться в неприятности из-за того же Магнуса. Поэтому, если думаешь, что облажаешься, рекомендую резко сменить тактику, чтобы не расстроить меня, как сделал это Магнус.       Изабель, осторожно коснувшись брата, отводит его руку подальше от меня и он уже спокойно, без твердости в голосе и скрытой усталости от того, что снова оказался втянут во что-то неприятное вместе со мной, наклонив голову, по-доброму выдавливает из себя редкую улыбку.       — Ты ведь чертов оптимист, Клэри. Не лишай меня лицезреть в тебе это качество. Пожалуйста.       И я, черт возьми, просто растаяла в этот момент. Алек впервые признал, что ему что-то во мне нравится, пусть это и был мой оптимизм, так часто раздражающий его. Но сейчас Алек был таким ... теплым. Его голубые глаза снова улыбались мне без тени иронии или усталости. Что-то в наших с ним отношениях определенно менялось.       И я не могу не принять его отношение. Я улыбаюсь ему. Искренне. Как улыбалась только Саймону.       Алек довольно кивает, и уже с каким-то весельем отклоняется обратно на спинку стула.       — И, конечно, мне будет намного проще изображать твоего парня, если ты выспишься и вернешь себе свою болтливость и восторженную улыбку.       Я молча осушаю стакан воды.       — Все равно это какая-то паршивая ситуация. Таких у нас еще не было.       Лайтвуды с иронией хмыкают.       — Нам стоит радоваться тому, что мы всего лишь посетим вечеринку в качестве пар, — замечает Изабель, — В худшем случае нам пришлось бы пережениться или что посложнее.       Я фыркаю, а Алек тихо смеется.       — Я завязал со свадьбами на некоторое время. Не хотелось бы закрыть глаза и на этот свой принцип.       Мы с Изабель улыбаемся, и осушаем еще по стакану с прохладной водой.       — Тебе вечно достается больше всех, братец.       Алек, улыбаясь, качает головой.       — Я иду наравне с «примитивной».       Фыркнув, вытягиваю руку вперед и толкаю Алека в плечо, что вызывает у него усмешку. Было странно, как много он улыбался в эту ночь. После всего, во что он ввязался. И мне было приятно быть частью этого. Видеть его таким. И моя кличка сказанная таким мягким и теплым тоном совсем меня не задела. Наоборот. Заставила улыбнуться в ответ. Впервые.       Провожу с ними на кухне еще около двадцати минут, после чего ссылаюсь на долгожданную сонливость. План бегства не удается, поскольку Алек встает вслед за мной.       — Иззи?       — Я останусь. Идите.       Мне ничего не остается, как выйти из кухни, игнорируя хитрый взгляд Изабель. Мы с Алеком молча поднимаемся до нашего этажа, и я трачу все силы на то, чтобы не оглядываться на него, и не мучить себя открывающимся видом на шикарное тело этого парня.       — Спокойной ночи, Клэри.       Я все-таки оборачиваюсь, и когда ловлю его взгляд, что-то внутри меня снова трескается. Эта мягкость в его взгляде снова выбивает у меня землю из-под ног.       — Спокойной ночи, Алек.       И я искренне улыбаюсь ему.       Но что самое прекрасное, он улыбается мне в ответ.