А я не могла в него не влюбиться...

      — Ради всего святого скажите, что вы не собираетесь все это брать с собой?       Магнус перегнулся через стол, рассматривая оружие, которое вынес Алек, когда все собрались внизу. Я стояла рядом с Саймоном, который сочувственно держал меня за плечи.       — Ты надеешься на свою магию, а мы на свое оружие. Я объяснил? — довольно холодно спросил Алек, отчего Магнус сразу поежился и отошел от стола.       Изабель как всегда была с хлыстом, Алеку пришлось отложить лук, и взять клинок как сделала я, после чего он нанес на них несколько рун и, вуаля, клинок появится под моим пиджаком, как только понадобится мне.       Мы тратим еще несколько минут, чтобы обсудить все детали и утвердить план.       — Ваша задача, просто развлекаться. Танцуйте, пейте, веселитесь. Будете сидеть и угрюмо подпирать голову, Виктория не даст Роберту свое согласие и тогда я в полном дерьме.       Алек устало вздыхает, а Саймон осторожно окликает Магнуса.       — Ты уверен, что уговоришь Роберта?       Магнус, смерив его тяжелым взглядом, даже не счел нужным отвечать.       — Понял. Не дурак, — отступил Саймон, а я в очередной раз подумала о том, что вечер будет тяжелым.       Изабель, кокетливо обняв Саймона за талию, обернулась к нам.       — Пора выдвигаться.       В машине мы ехали в гнетущей тишине. Ну, вернее Саймон и Магнус, явно нервничая, трещали почти без умолку, а мы с Алеком мрачно смотрели на дорогу перед собой. Мне кажется, каждый из нас морально настраивал себя на то, что непременно произойдет. Учитывая, какие не простые отношения между нами были, это было нормальной реакцией.       Как только мы вышли из машины, Изабель сразу обвилась вокруг довольного Саймона, а мне пришлось успокаивать себя тем, что надежда все равно только на них.       — Клэри, ты сегодня девушка Алека, так что будь добра, обними своего парня.       Магнус, в привычном ему шутливом тоне, дает мне этот совет, и толкает Алека в спину, подталкивая его ко мне.       Глубоко вдохнув, я протягиваю к нему руку и обнимаю его за талию. Подшучивание друзей относительно нашей пары уже успели за время дороги надоесть и ему и мне. Алек кладет свою руку мне на плечо и, будь я проклята в этот момент, но это был самый счастливый момент за все эти дни.       — Алек, милый, Клэри не кусается. Ты же мужчина, прояви инициативу, видишь, девушка стесняется.       Я готова была убить Магнуса в этот момент, как и смеющихся Изабель с Саймоном. Алек послушно прижал меня к себе, вовремя не дав мне открыть рот… Никто даже не понимал, что в этот момент происходит внутри меня. Никто не слышал, как бешено стучит сердце, как поднимается кровь к заблаговременно припудренным щекам, снизив оттенок смущения. Я чувствовала его так близко, что начинала терять контроль над ситуацией. Вообще. Саймон как-то странно на меня посмотрел, но Изабель благополучно вернула его взгляд на себя, за что я мысленно поблагодарила ее.       Мы с Алеком встали позади Магнуса и Саймона с Изабель. Мне даже не нужно было стараться, улыбка сама собой расплылась до ушей. Адреналин ударил в кровь, вернув мне болтливость и горящие глаза, а страх перед клубом полного разной нежити отступил, потому что рядом с Алеком я ничего не боялась. До безрассудства.       Мы довольно быстро прошли фейс-контроль, и моя улыбка стала еще шире, когда Алек притянул меня ближе к себе, когда мы проходили «мимо охраны». Клуб был довольно большим и чертовски роскошным. Здесь все было пропитано пафосом и жаждой веселья.       — Не дурно, — восторженно откликнулась Изабель, подмигнув нам. Мы с Алеком в унисон покачали головой глядя на беззаботных Саймона и Изабель. Последняя явно чувствовала себя в такой обстановке, как дома.       Мы шли за Магнусом через толпу, и от этого все слишком тесно были прижаты друг к другу, но когда моей головы коснулись губы Алека, я разве что не споткнулась от неожиданности и обдавшей меня волны жара.       — Если тебе будет … неприятно, просто дай мне знать, хорошо?       Подняв голову, просто качаю головой. Как он далек от истины. Но этот заботливый и волнующийся Алек снова тронул меня. Все было бы проще, если бы мы чаще говорили друг с другом о том, что важно.       — Если тебе будет легче, можешь представлять на моем месте Джейса, — все еще напряженно прошептал парень, видимо, проявляя ко мне свою снисходительность, отчего я окончательно убедилась в том, что он волнуется не меньше меня за наше общение.       — Это был паршивый совет, Алек, — фыркаю я, — Последнее, что я хочу сейчас представлять рядом с собой это Джейс. Или ты предлагаешь мне сказать тебе, что ты можешь представлять вместо меня Магнуса? Не слишком ли это усложнит ситуацию?       Парень улавливает иронию и, широко улыбнувшись, качает головой.       — Перестань думать, что мне неприятно. И не заставляй меня говорить, что я чувствую обратное.       Поздно понимаю, что сказала последнюю фразу вслух, Алек тоже молчит, и я уже собираюсь извиниться и взять свои слова обратно, поэтому инстинктивно отодвигаюсь, но Алек притягивает меня за талию обратно к себе.       — Я рад это слышать.       После того, как Магнус представил нас Роберту и Виктории и скрылся с этим вампиром в кабинете, мы остались под присмотром взбалмошной и раскрепощенной Виктории, которая каждого из нас прожгла взглядом. Не сложно было предугадать, что с Изабель они «подружатся», и вот, спустя полчаса, все втрое зажигают на танцполе, пока мы с Алеком сидим в ВИП-ложе, и выбираем себе коктейли. Так как Алек вообще ничего не смыслил в этих напитках, я делаю заказ сама, и теперь рассказываю ему все что знаю об этих напитках, приводя в пример случаи, когда Саймон перебирал с одним из них, и мне приходилось отрезвлять его самыми разными способами. Алек улыбался, а я, возбужденная от того, что он близко, буквально не могла заткнуться. Но это устраивало нас обоих. Алек все еще обнимал меня за плечи, а я все время наклонялась к нему, чтобы перекричать громкую музыку. Поэтому я на всю жизнь запомнила запах его туалетной воды, который будет мучить меня в моих снах своим напоминанием.       Нашу идиллию нарушает Виктория, бесцеремонно усевшаяся напротив нас, обнажив свое левое бедро из-за широкого разреза на платье. Даже Изабель по сравнению с ней выглядела монашкой. Я поняла, почему Виктория перешла к нам, так как Саймон и Изабель уже неистово целовались, забыв, где находятся. Не скрою, я даже ей позавидовала. Виктория игриво осмотрела нас и весело спросила:       — Ну, что, ребятки, развлекаетесь?       Я интуитивно сплела свои пальцы с пальцами Алека, который замер ровно на две секунды, после чего широко улыбнулась ей.       — Изучаем ваш бар.       Виктория понимающе хмыкает, и начинает рассказывать какие-то истории о том, сколько коктейлей она пробовала и чем это все заканчивалось. Я, понятное дело, нервничаю от того, что эта без башенная фейри сидит напротив нас и наверняка не без причины. Я не сразу поняла, почему Алек стал обнимать меня и каждый раз, когда смеялся над шуткой Виктории, наклонялся ко мне. Потом до меня дошло, что он делает грязную работу за нас двоих, понимая, что я впала в коматозное состояние. Отвратительно было то, что Виктория была полностью очарована им, и начинала позволять себе то, что не должна делать в присутствии его «девушки». О, если она хотела проверить меня на ревность, а теперь я поняла, что этого она и добивалась, то у нее получилось. Внутри меня взыграло упрямое: «Алек мой!». Когда она очередной раз склонилась к флирту, я взяла дело в свои руки. Завела разговор, втянув в него Викторию, попутно обвивая Алека руками, и в какой-то момент осмелилась запустить пальцы в его волосы. О, я была просто в ударе. Я реально кайфовала, наплевав на то, чем это может закончиться для меня. Изабель была права. Сегодня я собираюсь взять максимум.       Виктория наблюдала за нами с улыбкой, но я видела, что она что-то анализирует в голове. Вскоре к нам вернулись Саймон с Изабель, и, двинув тост, мы распили по коктейлю. Алек стал податливым материалом. Он делал мне комплименты, целовал в макушку, обнимал и буквально заигрывал. Еще через полчаса Виктория и Изабель вытащили меня на танцпол, и мне пришлось извиваться рядом с ними, пока Саймон и Алек переводили дух.       Но когда Виктория, взяв меня за руку, отвела меня к барной стойке, я напряглась, как и все мои друзья. Все понимали, что сейчас она начнет прощупывать почву, а это означало только одно: мы с Алеком заставили ее усомниться. А это было плохо для Магнуса.       — Как давно ты встречаешься с Алеком?       Девушка села на барный стул, и похлопала по соседнему пустому стулу рядом с собой. Мне пришлось последовать ее примеру.       — Где-то около полугода.       Виктория заливисто смеется и наклоняется ко мне.       — Он очень сексуальный.       О боже, я и без тебя это знаю.       Сдержавшись, чтобы не закатить глаза, я упорно старалась включить режим «актрисы».       — Но вы довольно сдержанны рядом друг с другом.       Девушка склоняет голову и изучающе смотрит мне прямо в глаза. Мне приходится врать не подготовившись.       — У меня строгое воспитание. Да и у него тоже. Иногда это мешает.       Воспитание, ну да. Пожалуй это единственное, что не вызывало у нас сложностей.       Виктория удивляет меня, когда понимающе хмыкает.       — Да уж, не поспорю.       После чего снова наклоняется ко мне и задает еще пару вопросов, на которые я довольно успешно вру. Когда расследование сменяет уже непринужденная девичья болтовня, меня обвивают мужские руки и мягкие губы Алека касаются моей щеки.       — Я соскучился.       О боже. Виктория, у которой был восторг от этой фразы, противно завизжала, да и я бы ее поддержала, если бы мой визг смотрелся уместно в такой ситуации.       Повернувшись к нему, я осторожно обвила руками его шею, но когда поняла, что Алек не напрягается, уже уверенно обняла его наконец-то уткнувшись в его шею.       Определенно лучший день в моей жизни.       — Мы просто посекретничали, — пропищала Виктория, где-то над нами, и мне пришлось оторваться. Но я замерла, когда наши лица оказались в сантиметре друг от друга. Алек смотрел на меня с той теплотой, которую я всегда ждала. Так мягко, глубоко, проникновенно. На эту минуту я почувствовала себя самой желанной и красивой. Сама поверила в то, что происходит, забыв про жестокую реальность.       Алек не отстранился, а ласково отодвинул непослушную прядь у лица, заправив ее за ухо. И снова все вокруг нас пропало для меня. Шум, Виктория, музыка. Не было ничего кроме этого искрящего напряжения. Мы словно целую вечность смотрели друг другу в глаза, и Алек продолжал держать руку у моего лица, как и я свою, обвив его за шею.       — Клэри, — тяжело сглотнул Алек, и я сделала тоже самое.       — Алек.