Камень из легенды.

Утром меня разбудил совершенно реальный и громкий вопль: - Есть! Нашёл! Получилось! Я подскочил и огляделся. Все вроде было на месте. Лена всё так же спала на своей койке. Её не потревожил даже крик Макса. Теперь, когда я был уверен, что местные сюда не придут, меня беспокоили только русалки и киборги. Ну, может, еще какая нечисть. Но за ночь никто не распознал нашу капсулу, как летательный аппарат, и не ломился в нашу дверь. Я подошёл к панели управления, пытаясь понять причину такой бурной радости с утра. Учёный стоял около экрана – нет, не стоял, аж приплясывал от нетерпения - и таращился на какую-то мигающую красную точку. Услышав шаги, он повернулся и посмотрел на меня немного ошалело. - Кристалл! – радостно объявил он, указывая на экран. - Да? – я, конечно, обрадовался, но всё же не видел в этом причин будить нормальных людей такими криками, - Где? Вот эта точка? - Да, - вся его радостная ошалелость пропала в одно мгновение, - Но сигнал очень слабый. А это значит, что он либо хорошо спрятан, например, закопан, либо, что намного хуже, расколот. Камень имеет энергию и ценность, только до тех пор, пока цел. В расколотом виде он годится только на поддельные бриллианты. - Мы пойдём искать его? - Чем скорее, тем лучше! Но тут в дверь что-то заскреблось. Максим направился ко входу. Но прежде, чем он успел что-либо сделать, дверь приоткрылась, и в машину, спокойно, будто к себе домой, вошла старушка. У меня отвисла челюсть. Это была та самая знахарка, которая рассказала нам, как отыскать камень. Пилот посторонился и немного успокоился. Старушка вежливо кивнула нам и прошла в жилую часть, туда, где лежала Лена. Постояла рядом, посмотрела и с сожалением покачала головой. Потом вернулась к нам, села в кресло пилота и улыбнулась. - Ну что, воины? Упустили камень? - Уже нашли, - спокойно, но с ноткой недовольства ответил Макс. - А вот в том и дело, что не нашли ещё, - таинственным голосом проговорила старушка, поднимая к потолку тонкий сухой палец. - Это как? – недоумённо спросил я. - А так, - живо откликнулась та, - что вашего камня пока и нет вовсе. Мне безумно захотелось перебить её и задать ещё пару вопросов, но меня держала вежливость. Знахарка поудобнее устроилась в кресле и продолжила: - А появится он на Ивана Купала, когда папоротник зацветёт. Теперь уже мой товарищ недоумённо прищурился, но промолчал. - Пойдёте к полуночи в лесную чащу, очертите вокруг себя круг. Сядете внутрь него и после того сидите, не шевелитесь, что бы вокруг не происходило. Будут вас чудища лесные пугать, но вы сидите. А как увидите, что цветок появился, так вместе с ним и камень появится. Хватайте его и бегите прочь, не то убьёт вас нежить. Она встала и направилась к двери. Но на пороге обернулась, будто что-то вспомнила. - И ещё – ведьмы бойтесь. Есть тут ведьма в ближнем селе, людям головы морочит. Ей самой тот камень нужен, худые дела творить. Любые обличья принимает, любого провести может. А способ узнать её есть: не может она прямо в глаза человеку смотреть, отворачивается, и отражение человека у неё в глазах перевёрнуто. С этими словами она вышла, и дверь за ней закрылась сама. Макс помолчал немного, затем повернулся ко мне. - А ночь на Ивана Купала – это когда? Я достал из рюкзака Ленину книжечку и заглянул туда. - 7 июля по старому стилю. Надо перевести на современное время. - Нет, зачем? Мы ведь в мифологии, значит тут и время по старому стилю, - он щёлкнул какой-то кнопкой на экране и взглянул на календарь, - 7 июля – это завтра. Ничего не поделаешь, придется идти. Нам надо как-то вернуть камень. До следующего вечера ничего не произошло, вокруг капсулы было тихо, и мы, предвидя бессонную ночь, использовали это время, чтобы выспаться. Только Максиму приходилось вставать, чтобы продлить сон Лены. Незадолго до полуночи мы, перейдя реку вброд, прокрались к лесу. На том берегу, где осталась наша капсула, развлекался народ, в разгаре были пляски, песни и прыжки через костёр. К нашей стоянке они не подходили, и я ещё раз убедился, что слава у этого места была нехорошая. Нашим указателем был крохотный навигатор, который нёс Максим. Он не был приколот к рукаву, теперь это было небольшое кольцо на пальце Макса. Навигатор заменял нам и фонарик, так как мы боялись, что при свете настоящего фонаря магия не сработает. Мы заходили всё дальше в лес. Ничего страшного пока не происходило, разве что где-то в глубине чащи стали раздаваться шаги и какой-то хруст. Казалось, прошло несколько лет, прежде чем мой проводник остановился. - Это здесь, - проговорил он, - надо чертить круг. Я осмотрелся. Папоротника здесь не было, разве что какой-то полузадушенный кустик. Но именно это место указал прибор. По настоянию Макса, круг мы начертили с помощью ножа – он ссылался на какие-то кошачьи поверья. Особо препираться по этому поводу у нас времени не было – была уже почти полночь. Мы сели в очерченный круг и стали ждать. Я посчитал, что до полуночи осталось пять минут. Если бы я знал, что это были за пять минут… В одно мгновение мир будто провалился в сплошной мрак. Мне показалось, что земля подо мной качается, хотя краем сознания я и понимал, что мне это только кажется. Поднялся страшный ветер. Нам в лицо летели сухие листья, но мы сидели, не шевелясь, как и велела нам знахарка. Дальше – больше. Из лесу послышались завывания, сначала тихие и заунывные, но с каждой секундой они становились всё громче и страшнее. К нам начали медленно подползать неясные силуэты. Они кружились вокруг и выли. Страшные, когтистые, мохнатые, а иногда перепончатые лапы царапали границу круга, пытаясь проникнуть внутрь. Внезапно стало очень холодно. Но на пилота, казалось, не действовал ни страх, ни холод, ни чудовища. Он сидел неподвижно, пристально вглядываясь в чахлый кустик. Вдруг из середины папоротника в одну секунду поднялся тонкий зелёный стебель, на его верхушке появился странный светящийся шар. На цветок это не было похоже. А в следующую секунду Максим, задыхаясь от страха и волнения, держал в руках цветок…или что там ещё. Я не видел ни цвета, ни формы этого «цветка» – он весь сиял, его «лепестки» отваливались и моментально сгорали, не оставляя даже пепла. В руках учёного оставалась только сердцевина, которая затвердевала, становилась прозрачной, но не переставала сиять. За моей спиной послышался яростный визг. Обернувшись, я увидел, что один из силуэтов встал на задние ноги, готовясь обрушиться мне на голову. Максим с камнем уже был довольно далеко, но подгоняемый чудовищами, я быстро его нагнал. В ночном небе засверкали молнии, на землю упали первые капли дождя. Начиналась гроза. Испуганные громом и молнией, преследователи на мгновение застыли, но затем бросились за нами с удвоенной силой. - У кошек в народе говорят, - на бегу проговорил Макс, - что когда гроза начинается, боги молниями истребляют зло. - Ага, - отозвался я, - у нас тоже…Нас боги, сейчас, похоже, перепутали со злом! Мы бежали очень долго и очень быстро. Я всегда поддерживал себя в хорошей физической форме, а теперь едва мог дышать. Макс был сильнее меня, но и он начал сдавать позиции. Неожиданно он споткнулся, упал, выронил кристалл из рук и покатился, перекувырнувшись через голову. Я на лету подхватил камень, добежал до Макса, рывком поднял его, и мы побежали дальше. Мы пробежали несколько метров, и тут сзади послышался визг нежити и треск разряда. На секунду обернувшись, я увидел, что на том месте, где только что лежал Максим, теперь лежит поражённый молнией монстрик – из тех неясных силуэтов. Сам учёный не оборачивался, но, похоже, понял, чего только что избежал. Мы выбежали к берегу заросшему камышом, местные жители нас не заметили. Но веселье вдруг прекратилось, послышались испуганные крики, люди бросились к деревне. Я снова обернулся. Чудовищ видно не было – они всё ещё блуждали по лесу. А вот небо было страшным. По нему буграми перекатывались облака, в глубине которых неоново - синими огнями переливались молнии. И мне показалось, что в облаках я вижу лицо с сурово нахмуренными бровями. С трудом найдя брод, и уже не опасаясь, что нас увидит кто-нибудь из жителей деревни, мы припустили к капсуле. Ещё немного – и мы в безопасности. Максим потянул дверь, но её, как назло, заклинило. Неопределённая нежить уже подбежала к тому берегу реки и остановилась, примериваясь, как бы удобнее прыгнуть. Дверь, наконец, поддалась. Но тут самый смелый «силуэт» напружинил лапы, сжался и прыгнул. Прыжок его был впечатляющим. Он приземлился всего в метре от нас, морда его не была чёткой, и сам он весь подрагивал по краям, но я видел, как он скалился, словно ухмылялся. Я потянулся к камню. Мне хотелось потрогать его гладкую поверхность и почувствовать энергию артефакта. Судя по тому, как пилот сжимал кристалл в руке, он хотел того же. И как оказалось, не зря. Лицо в облаках чуть шевельнулось и исчезло, а из воздуха возник огромный огненный шар, направился к нам, двигаясь, как пьяный шмель. «Шаровая молния», - подумал я, и это было последнее, о чём я успел подумать. Огненный шар ударил в камень, всё вокруг вспыхнуло. Послышался визг удирающей нежити. Нас вбросило в аппарат. Волна страшного жара вихрем прокатилась по аппарату, вылетела из него, пронеслась по поляне, вода в реке забурлила, как будто закипела. А затем всё стихло. Когда ко мне вернулась способность соображать, я увидел, что по полу разбросаны мелкие, чуть больше песчинок, осколки, годные, как говорил Макс, только на поддельные бриллианты. Максим тоже открыл глаза и встал, цепляясь за панель управления, затем он просто сел на неё, не в силах доползти до кресла. Его взгляд был прикован к светящимся песчинкам. Я стоял рядом и тоже смотрел. Кажется, теперь сестру нельзя спасти… Вдруг от осколков пополз свет. Именно пополз, как живое существо. Этот синий свет напоминал электрический разряд, и он на удивление быстро распространялся. В нём было что-то от стрел, которыми в нас швырял киборг из болота. А свет уже оплёл всю панель управления и полз дальше по потолку. Мне показалось, что корабль сейчас взорвётся, и бросился в жилую часть корабля, туда, где лежала Лена. Но не успел – новая вспышка осветила корабль и отхлынула назад. Синий луч прошил мою сестру насквозь вместе с койкой и, ещё раз сверкнув напоследок, потёк к тому месту, откуда появился. Никаких видимых травм на Лене не было. Луч просто прошёл через неё, не оставив следов. Я был уверен, что странный свет убил сестру, и решил позвать Макса, чтобы он определил, действительно ли она мертва, обернулся, чтобы позвать его, и услышал: - Что происходит? Лена сидела на койке и недоумённо смотрела на меня и синие всполохи на стенах. Но хоть я и обрадовался тому, что Лена, наконец, пришла в себя, я не был абсолютно уверен, что мы в безопасности. Мне казалось, что нам всем лучше держаться вместе и по возможности рядом с осколками кристалла, хотя Максим и говорил, что теперь они ни на что не годны. - Ты встать можешь? – спросил я. Она встала и уверенно пошла за мной. Это меня удивило и обрадовало. Мы подошли к россыпи осколков кристалла. То, что мы увидели, привело нас в изумление. Посреди комнаты крутился синий вихрь, подхвативший сияющие пылинки кристалла. Он то разбрасывал их по полу, отчего казалось, что под ногами течёт река, то подбрасывал их к потолку, превращая его в карту звёздного неба. По стенкам капсулы стучал дождь. В проёме неплотно закрытой двери всё ещё сверкали молнии, свет их странно отражался в глазах Макса, казалось, что осколки этого сияния дробятся и переливаются в его глазах, заставляя их светиться. Как ни заворожило меня это зрелище, я всё-таки перевёл взгляд на Лену. С её глазами ничего похожего не происходило. А осколки, подхваченные вихрем, слипались, спаивались вместе и снова превращались в единый камень, который, в конце концов, упал в руку Макса. Я не увидел, куда он убрал его, но был уверен, что теперь-то он уж точно никому не отдаст артефакт. Оставшуюся часть ночи мы проболтали с Леной. Она внимательно слушала наш рассказ, лишь изредка задавая вопросы. Когда сестра рассказала нам миф о славянском боге Свароге, который сотворил землю из вод океана и о Семаргле – боге огня, мы поняли, с кем нам пришлось сражаться. Ещё она рассказала нам, что когда-то давно видела картинку, где Семаргл изображён в виде страшного всадника. Испугалась, когда услышала об упавшем в бездну камне, о киборге, его стрелах и о том, как мы отправились в лес за цветком. Увлёкшись обсуждением славянских легенд, мы пришли к выводу, что Лена стала жертвой нечаянного проклятия нашей матери, не слишком следившей за своими словами. Под конец сестра спросила: - А почему когда молния попала в того чудика, мы не нарушили запрета не убивать? - Во-первых, потому что убили его не мы, а молния. Во-вторых, судя по их мифам, этих чудиков бог грома истребляет пачками, - откликнулся Макс, - главное, что мы живы, и кристалл наш. Пора двигаться дальше. На следующий день мы проверяли системы и снимали маскировку. Вернее, мы с Леной только снимали маскировку – большего пилот нам не доверил. Вскоре всё было готово. Мы сели в кресла, приготовились лететь, но тут в дверь постучали. - Кто это? – недоумённо спросила сестра, - ваша старушка пришла попрощаться? - Не знаю, - Максим подошёл к двери и открыл её. На пороге действительно стояла старушка. Но не знахарка, а какая-то другая, сутулая, с крючковатым носом. Взгляд её, казалось был направлен не на собеседника, а сквозь него. Она расплылась в улыбке, обнажив ряд неровных, сильно сточенных зубов. - Здравствуй, милок. - Здравствуй, бабушка, - Макс приветливо кивнул ей. Он вроде бы не проявлял никакой враждебности к гостье, но встал в проходе так, чтобы пройти было как можно труднее. Невероятно худой, он каким-то образом занял собой весь дверной проём. Я вспомнил нашего недавно умершего кота, который при средних кошачьих размерах умудрялся просачиваться в самые узкие щели, но в то же время располагаться на пороге комнаты так, что нельзя было пройти мимо, не задев его. - А я тут слышала, - начала собеседница, глядя на него, но словно не видя, - что вы тут камешек раздобыли красивый, светится…вот бы посмотреть. - От кого же слышала? – спросил Макс, переходя на такой же ласковый тон. - От соседки, - быстро ответила та. - Это от той, которая, себя не помня, от грозы с берега убегала? Что она видела, кроме пяток бегущих впереди? - Ай-яй-яй, нехорошо так со старшими, - проговорила она, укоризненно качая головой, - я же ведь к вам по-доброму… В её голосе послышалось что-то нехорошее. Максим тоже это почувствовал и медленно, даже как-то лениво, отступил на пару шагов, давая ровно столько места, сколько было нужно, чтобы пройти. Бабушка с недовольным лицом протиснулась мимо него, но тут же увидела нас и снова расплылась в улыбке. - Здравствуйте…да вас тут много…и девушка какая хорошенькая…как же тебя зовут, милая? - Позже познакомимся. Вам ведь камень нужен, - я изумлённо наблюдал, как учёный просто протягивает ей кристалл. Он что, с ума сошёл? От нас прячет, а ей отдать решил? Старуха протянула руку, тронула камень…и тут же цепкие пальцы сжали её запястье. - Окаянный! – взвыла она. – Что за бес в тебя вселился? - А это ты мне расскажи, - прошипел Максим. – Ты же ведьма. Старуха выкрутилась, шипя и плюясь, как разозлённая кошка. - А ты мне не сделаешь ничего! Не сможешь меня убить! А проклятие, если понадобится, я вашей девице и второй раз верну! Меня словно вышибло из кресла. В следующую секунду я уже прижимал её к полу, а Макс навис над ней, пристально глядя в глаза. Она отворачивалась, жмурилась, но он не отпускал её. Я видел, что наше отражение в её глазах перевёрнуто. - Так это была ты? Ты её утащила? – спросил я. - Я! – закричала она. – Да! Я! - А ну, дайте-ка, я посмотрю! – рядом оказалась и Лена, - Хочется ей в глаза взглянуть! - Боюсь, ты не сможешь, - ответил пилот, - она не может смотреть в глаза человеку, - И обращаясь к ведьме, продолжил, - а если ты так хорохоришься, если знаешь, что я тебе ничего не сделаю, так что ж ты честно мне в глаза не посмотришь? Хоть знала бы, с кем связалась! Старуха выкрутилась из наших рук и метнулась к выходу. Мы бросились за ней. У самого выхода она остановилась и проговорила, обращаясь только к учёному: - Ты помни, я-то уйду. А они-то ещё не угомонились, - проговорив эти слова, она исчезла, как сквозь землю провалилась. - Кто там не угомонился? – спросил я. - Неважно. Важно то, что наш корабль теперь без маскировки. Если он ещё тут постоит, то нас ещё и не такие личности навестят. Прошло всего несколько минут – а мы уже взлетели под самый купол неба. И вновь Максим испытывает наши нервы безумной манерой вождения. Мы вылетели из-под купола и понеслись всё дальше и дальше в космос. На пульте мигали лампочки, вокруг было темно. Аппарат направлялся к новой цели. Вдруг Макс забеспокоился. - Что случилось? - Нас затягивает куда-то. В какую-то светящуюся штуку. Но приборы говорят, что… Но что говорили приборы, нам узнать не удалось. Корабль снова рванулся вперёд, снова всё вокруг озарила яркая вспышка, но в этот раз я успел зажмуриться. А когда открыл глаза, никакой рыбы и плоской земли под нами не было. Была огромная синяя планета с зелёными пятнами материков – наша Земля.