Камень из легенды.

Рассказывает Максим. Я открыл глаза. Сознание вернулось ко мне почти тут же. Более того, я словно бы его и не терял. Разум кипел, как и в храме, казалось, что я сейчас не выдержу и провалюсь во тьму снова, и на этот раз не выберусь. Тем не менее, я справился с нахлынувшими чувствами и огляделся. Я находился в корабле, под панелью управления, и хотя меня радовало знакомая обстановка, что-то было не так. И понял – капсула падает! Я пулей выскочил из-под панели, в этот момент аппарат тряхнуло, и я скатился назад. Подгоняемый страхом, я вцепился в кресло, надеясь, что оно закреплено. Оно выдержало, но принялось кататься туда-сюда по направляющим. Пытаясь остановить это беспорядочное движение, я схватился за ближайший рычаг, и тут же корабль, не переставая падать, заметался, как пьяная ласточка. Теперь, уже осознанно, я потянул нужный рычаг. Капсула дёрнулась и остановилась. Я уверенно встал на ноги и отпихнул мешавшее кресло. Хороший пилот может управлять кораблём и без него. Ему всё равно, стоит он или сидит, болен, устал или в коме. Кресло откатилось по направляющим в угол и застряло там. Я крутанул руль, дёрнул рычаги. Корабль начал движение, но не так чётко и легко, как всегда, руль внезапно стал тяжёлым, а команды, задаваемые мной компьютеру, часто не приходили в исполнение. Приборы путались в показаниях, кругом были грозовые облака, но я чувствовал: причина в другом. В чем-то очень неприятном. Надо выбираться отсюда. - Давай же, железка! Не могу поверить, что такую развалину послали для спасения мира! – шипел я, пытаясь развернуть машину. С одной стороны, глупо бежать незнамо от чего. С другой – я привык верить внутреннему голосу, который оказывался прав чаще, чем я. Неожиданно раздался страшный грохот. И я едва не ослеп от сильнейшей вспышки света. Боги разгневались и послали грозу на мою голову? А ведь я ещё ничего и не сделал…повторный раскат грома невероятной силы заставил меня вспомнить об управлении. Я повёл корабль туда, где только что погасла вспышка, предположив, что снаряды дважды в одно место не попадают. За мной остался гул и противный электрический треск. Внезапно я понял, что гул и треск не остались позади, а следуют за мной по пятам. И догоняют. Мне ничего не оставалось, как задать капсуле максимальную скорость. Треск словно бы отстал. Но через пару секунд корабль ударился о что-то невидимое. Какая-то странная жидкая субстанция растекалась по стеклу, напоминая трещины. Уклониться от неё на такой скорости было невозможно. Отказало рулевое управление, а полупрозрачное нечто только крепче охватило машину. Затем выключился двигатель. Нет, не сломался, а именно тихо выключился. Аппарат теперь летел в потоке странной жидкости, послушно следуя за ней. В управлении не было никакого смысла. Корабль вдруг со страшной силой швырнуло в сторону, я налетел на стену, чудом устояв на ногах. Затем выбило дверь, и в капсулу вихрем что-то влетело. Когда я увидел, что, а вернее, кто заглянул ко мне в гости, я понял: прятаться бессмысленно. Наклоняясь, чтобы не зацепить головой потолок, посередине комнаты стоял огромный воин в доспехах и в боевой раскраске. В руках у него поблёскивали четыре стрелы, а на груди висело небольшое зеркало, почти незаметное из-за сгущающихся вокруг него клубов чёрного дыма. Что-то подсказывало мне, что на этот аксессуар лучше не засматриваться. Лицо воина неуловимо менялось каждую секунду. Единственным, что оставалось неизменным, были глаза, словно бы сканирующие всё помещение. Наконец, пугающий взгляд остановился на мне. В следующую секунду он бросился на меня. Я успел увернуться. - Кетцалькоатль! – зашипел воин, явно обращаясь ко мне. – Ты ответишь за то, что уничтожил мой мир и сбросил меня в океан! Тогда я ещё не знал о богах, встреченных Леной во время её испытания. Я понятия не имел ни о мире, ни об океане, но попытался прояснить обстановку. - Я не Кетцалькоатль! – ответил я, отступая в сторону жилой части. Тескатлипока (а вы уже поняли, что это был он) на мгновение остановился в растерянности, затем, видимо, прояснил кое-что для себя. - Значит, ты его посланник! Или человек, созданный им! Или не человек! В тебе что-то не то! От тебя лучше избавиться! Вот тебе и логика ацтеков! Я скользнул в жилую часть и захлопнул дверь. Проём не позволял ацтекскому богу протиснуться в него, ему пришлось бы ломать дверь. А до этого у меня есть немного времени. А вот интересно, зачем? На что я рассчитывал? Наверное, я тогда просто испугался. Вдруг на внутренней стороне воротника отчаянно запищал передатчик. Раздражённо запустив пальцы под металлическую пластину, я вынул пищащий прибор, предназначавшийся для связи с теми, кто отправил меня в путешествие. Но до сих пор он молчал. Не хватало, чтобы он выдал меня сейчас! Я пытался отключить передатчик, но он продолжал выть, и я нажал кнопку связи. Грохот за дверью усилился. Божок слышал звук, и понимал, где я. В передатчике захрипел голос: - Это ты? Что происходит в корабле, герой?! «Тимур!» - едва не крикнул я, но говорить нельзя. Но друг, услышав моё неровное дыхание, видимо, понял всё сам. - Не отвечай, просто слушай. Восстановилась связь, и мы видим, что на месте пилота никого, брат с сестрой испарились, а какой-то громила в перьях выламывает дверь в жилую часть. Ты за дверью? - Да, за дверью, и он слышит меня… ацтеки нам устроили конец света…нас разбросало… - Ты слушай! – вместо помощи голос в передатчике решил поднять мой боевой дух. – Ты забыл, чему тебя учили? Или ты так размяк, снова живя с людьми? Ты – воин, забыл? - Я… - Прекрати мямлить! Ты не девушка! Да что там, девушки и то тверже себя ведут. А точно ли я разговариваю со своим другом? Я помню, что мой друг, едва слыша про опасность и несправедливость, мчался впереди других, стремился защитить других. А что бы сказал твой учитель? Он бы удавился!... Я встал и сделал несколько шагов к двери. Удары чуть ослабли, но и дверь тоже немного расшаталась. - …Он всегда выделял тебя из всех! Столько вложил в тебя! Как ты можешь теперь прятаться! Защити корабль!... Похоже, я действительно изменился, живя с людьми. Не размяк, а именно изменился. Только коты вместо реальной помощи способны завести монолог, который нельзя остановить. Продолжая слушать вполуха, сделал несколько шагов. Последнее предложение нескончаемой речи окончательно вывело меня из себя. - Я вижу тебя с экрана! Сейчас же выходи и бейся, как ты умеешь! Я знаю, как ты силён на самом деле! - Хорошо-хорошо! Тебе удался твой аутотренинг! – промурлыкал я себе под нос и вышиб дверь. Тескатлипока даже отступил, удивлённый таким настроем. Затем он пакостно заулыбался. - Что, смертный нашёл в себе силы биться с богом? - Просто хорошо искал, - ответил я и подошёл как можно ближе к панели управления. На ней появился новый экран, которого раньше не было. Воин подошёл ближе и с усмешкой оглядел меня. - Ты безоружен. - Да, - спокойно ответил я. - Как же ты будешь сражаться? - Не знаю. - Неосмотрительно, - пожал плечами противник и, полагая, что со мной не будет особых хлопот, достал нож, но ударить не успел. Я дотронулся до него и парализовал его руку. Бог, не бог, разница только в силе воздействия. А вот силы-то я и не рассчитал. Не до конца парализованный бог едва не полоснул меня по лицу. Я увернулся и отбежал. Тескатлипока сканировал меня злобным взглядом. Его рука постепенно обретала способность двигаться. - Это всё, на что ты способен? – насмешливо спросил он. - Нет, - ответил я и почувствовал, как от пальцев правой руки по всему телу распространяется яркий белый свет. Он укрывал меня, разгоняя полумрак комнаты. Ацтек в ужасе вытаращился на меня. - Смертный… - прохрипел он. - Вроде того, - кивнул я. – Но живучий. Я выбросил вперёд руку. В следующую секунду раздробленный потоком света клинок осыпался на пол капсулы. Несколько секунд противник ошеломлённо смотрел на меня. Я в безумной ярости хлестал его сияющими лучами, а он отступал, но не уходил. - А ты ещё-то приёмы знаешь? – проскрипел передатчик. – Скольким приёмам боя тебя учили? Я отвлекся на голос, и это дало богу шанс опомниться. Он успел достать стрелы, зеркало у него на груди задымилось ещё сильнее. Не успел я опомниться, как первая стрела уже летела мне в грудь. Я бросился ей навстречу. Раздался тихий звон. Воздух на мгновение словно застыл, и я, падая, схватил её. Я попытался сломать стрелу, но не тут-то было. К тому же противник навалился на меня, пытаясь отобрать стрелу и добить меня. Я, пытаясь сломать наконечник, воткнул острие в пол. Пол оказался пробитым насквозь, вытащить оружие обратно не представлялось возможным. Ацтек вцепился в оперение, я тоже. Однако даже очень крепкое дерево не выдержало такого издевательства. Стоило мне легонько передвинуть пальцы, как стрела странно изогнулась, по ней пробежали рыжие искры, и она распалась. Но радоваться было рано: у злобного божества оставалось еще три. Из щели в полу вырвались языки пламени. Соперник отшатнулся, я же наблюдал, как огоньки пляшут по моим рукам и одежде. Меня они не обжигали. Это был приём, которому научили меня друзья-коты. Я поднялся с пола и взглянул на испуганного ацтека. - Кто ты? – прошипел он. – Уж не сын ли Кетцалькоатля? - Нет, - заверил его я. – просто очень ловкий смертный. Воин или жрец, если хочешь. Тот, кто управляет энергией. В капсуле бушевал контролируемый мной огненный шторм, единственное, что разделяло меня и Тескатлипоку. Мой аппарат на бешеной скорости летел в захватившем его потоке. Но этого огненного хаоса я не боялся. Наоборот, я был счастлив и чувствовал себя свободным, как никогда. Я мог поступать так, мог применять все известные мне приёмы боя, не объясняя ни Борису, ни Лене, откуда я их взял. Да, именно этого я и боялся на протяжении всего путешествия, а не мифологических чудовищ или преследовавших нас киборгов. Боялся их вопросов, их выводов на мой счёт, боялся даже их помощи. Но упрямо тащил их за собой, потому что чувствовал, что именно они смогут сделать то, чего не смогу сделать я. Но в тот момент у меня не было ни малейшего желания строить планы на будущее. Мне казалось, что я всё просчитал. Но одного обстоятельства всё-таки не учёл. Пламя, окружавшее меня, защищало почти от любого оружия. Кроме одного. Дымящегося зеркала. Заворожённый всполохами, я не замечал, что хитрый божок поднимает зеркало на уровень моих глаз. До тех пор, пока не взглянул в него. Мне тут же страшной болью резануло по глазам, голова как будто раскололась. Языки пламени мгновенно погасли. Я опомнился и попытался возродить огненную защиту. Но зеркало словно забрало всю мою энергию, мне пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть. В передатчике слышались какие-то вопли, которых я не мог разобрать. А Тескатлипока уже прижал меня к стене одной рукой, а второй поднёс зеркало к самому моему лицу. Я прищурился, чтобы не смотреть в зеркало, но при этом старался не упускать противника из виду. - Ты победил, - тихо проговорил я. Противник согласно кивнул. - Ты ведь всё равно убьёшь меня. Так, может, ответишь мне на один вопрос? Он на мгновение застыл, потом прижал зеркало ещё ближе ко мне. - Ты думаешь, я так глуп? Ты заморочишь мне голову своими вопросами, а затем всадишь в меня мою же собственную стрелу! Я поднял руки, показывая ему, что у меня нет оружия. - Ты видишь, я не могу сопротивляться! Я не могу даже ударить тебя, потому, что твоё проклятое зеркало тянет из меня жизнь! Я чувствовал, что если в ближайшие минуты не сумею вырваться, то это украшение вытянет из меня все силы. Тескатлипока тоже это понимал и, наверное, поэтому немного успокоился, но зеркала не убрал. - Что ты хочешь узнать? Я собрался, пытаясь говорить как можно увереннее: - Сейчас ты, чудо в перьях, тычешь мне в лицо этой безделушкой. А сам-то ты смотрел в него когда-нибудь? - Нет, - осторожно ответил тот. - А почему? Неинтересно? - Им я истребляю врагов, как ты видишь, - словно сквозь туман донёсся голос божества, - а ещё с его помощью узнаю всё, что происходит на свете. - Это не заглядывая-то? - прошипел я. – И ты думаешь, что стеклышко так закружило мне голову, что я не чувствую стрелу, прижатую мне к боку? Разом стряхнув дурман страшного зеркала, я оттолкнул божество. Стрела процарапала ткань куртки, но не достала тела. И пока он не пришёл в себя, я выхватил у него и зеркало, и стрелу. Возникло ощущение, что я опять получил страшный удар в голову. Знание ацтекских богов оказалось непосильным для смертного, даже учившегося древним практикам шаманов других миров. Поток энергии ломился в моё сознание, стремясь захватить его, разрушить, а затем сжечь и тело. Тескатлипока уже ничего не предпринимал. Он ждал. Голос Тимура в передатчике умолк, но я чувствовал, что он знает всё, что происходит со мной. «Зеркало! Его надо уничтожить!» - подумал я. Но подумать всегда проще, чем сделать. Странное украшение было несоизмеримо тяжёлым для своего размера. Мне нужно было успокоиться, и я стал представлять себе картины природы: горы, озера, луга. Вспоминал тщательно, до мелочей, хотя они всё время расплывались. Когда пейзажи закончились, стал вспоминать карту звёздного неба, висевшую у меня над кроватью. И всё это время медленно двигал друг к другу артефакт и стрелу. У меня было такое ощущение, что я пытаюсь сложить вместе два магнита, направленные друг к другу одинаковыми полюсами. Между ними оставалось всего несколько сантиметров…но у меня не осталось сил, и я, перестав мучить память картой звёздного неба, позволил страшной энергии войти ко мне в мозг. В тот же миг стрела и стекло соприкоснулись, и по полу холодным дождём рассыпались мелкие осколки, и расплавленной каплей упал наконечник стрелы. И я понял, что страшное знание больше не угрожает мне. Оно разрушилось вместе с зеркалом. У божества осталось всего две стрелы, но и с ними он был очень опасен. Увидев, что я сотворил с его оружием, он, ослеплённый яростью, схватил меня за воротник и потащил к панели управления. Очевидно, ему было сподручнее убивать меня там. Тескатлипока достал третью стрелу и прицелился мне в сердце. Целился он медленно и как бы лениво. Похоже, она была ему нужна не для физического воздействия на меня. И кто знает, как может действовать эта их ацтекская магия…может, и по проводам? - Тимур, - прошептал я в микрофон, - берегись! А лучше выключи экран! - Что? – переспросили на том конце. - Берегись! – заорал я не своим голосом и ударил Тескатлипоку ногами в грудь, увернувшись от удара стрелой. Но оказалось, что его целью был не я, а экран, через который меня видел товарищ. Наконечник пробил экран, зацепил провода, и панель взорвалась. Меня спасла невосприимчивость к огню, а соперника – божественное происхождение. Последнюю стрелу, с моей точки зрения, он потратил зря. В ярости он просто вонзил её в пол. Вот тут я и пересмотрел свою точку зрения. Потому что капсула, до этой минуты двигавшаяся в потоке странной субстанции, вдруг начала падать и творились с ней странные вещи. Из пробитой в полу дыры вытекала прозрачная жидкость, ранее заполнявшая двигатель. При контакте с воздухом эта жидкость легко взрывается. Я бросился к двери, вышиб её, надеясь выпрыгнуть на твёрдую поверхность, но увидев, сколько придётся лететь до этой поверхности, усомнился в правильности решения. Коварный божок решил помочь мне принять решение, и принялся мягко подталкивать меня к пропасти. Я упёрся руками в проём. - Я слышал, у Вас есть такое правило, - начал я, пытаясь отвлечь его от его занятия. – Если смертный сумеет одолеть бога, то бог исполнит любое его желание. - Есть, - в следующее мгновение мощный удар вышиб меня в бездну. Мне повезло - в последний момент я уцепился за перья, которыми были украшены доспехи, и утащил за собой этого паршивца. И в этой приятной компании мы полетели в бушующий океан. - Ты всё равно не выживешь! Это я бессмертен! – крикнул мне Тескатлипока, пытаясь задушить меня даже в падении. - Если я и так не выживу, так чего ты стараешься? Побереги силы! – крикнул я. Яркий белый свет укрыл меня, я почувствовал, что начинается моё превращение…и заканчивается мой конец света. Над моей головой прогремел взрыв. Это взорвалась капсула. И как без неё возвращаться?.. Оставалось надеяться на честность бога смерти.