Бремя

      В окнах постоялого двора дребезжал рассвет. Было спокойно и тихо. Рука в кожаной перчатке постучала в дубовую дверь заведения. Открыл дверь мужчина в возрасте с бросающейся в глаза лысиной, которую обрамляли клочки седых волос — трактирщик.       — Прошу прощения, миледи. Я закрываю двери на ночь. Нынче небезопасно, говорят, бандиты неподалеку объявились. Пугают местных, — владелец постоялого двора в небольшом поселке, расположенном на перекрестке дорог, поклонился и кивнул в сторону огонька внутри. — Милости прошу. Только вот еду придется подождать хотя бы до рассвета. Иначе разбудим других посетителей. Если охота прилечь или побыть наедине, есть комната наверху, только сперва десять септимов! — повысил голос мужчина, но посмотрев на потрепанный вид девушки, замешкался. — Ну, или шесть. Но не меньше.       Гостья кивнула. Было что-то странное в ее глазах. Этот блеск не понравился Рольфу.       Мишель, рассчитавшись с гостеприимным трактирщиком, попыталась натянуть на лицо улыбку, но, судя по всему, вышло плохо. Поблагодарив его еще раз, девушка поднялась по крепкой, сделанной на славу деревянной лестнице в свою комнату.       Вставила железный покрытый тонким слоем ржавчины ключик в замочную скважину и повернула два раза вправо. Руки у нее дрожали, но не так сильно, как после первого убийства. И сознание было на удивление ясным. Зайдя в комнату, она захлопнула за собой дверь и закрыла ее на замок. Потом села на кровать и погрузилась в нелегкие размышления.       «Что я такое? Я убила человека с семьей и детьми, а потом подло сбежала, оставив за собой кровавый след. Но ведь мало того, я украла у покойного лошадь! А что самое страшное — я не чувствую угрызений совести…»       За эти два дня, пожалуй, девочка повзрослела сразу лет на десять. Мишель все отчетливо помнила. Помнила тот странный голос, чужой голос, который шептал ей на ухо тогда ночью.       «Я не похожа на сумасшедшую. Я мыслю здраво. Но откуда эти голоса? И… эта ярость». Впрочем, что-что, а приступы гнева уже случались раньше. Девушка рухнула на кровать с мыслью: «Надо поспать, может быть, я найду всему этому разумное объяснение и смогу придумать, что мне делать дальше, куда идти…», — но не успела Мишель довести идею до ума, как погрузилась в дрему.       Она проснулась от чьего-то пронзительного взгляда. Хотела закричать, но некто прижал палец к ее губам. У девушки засосало под ложечкой.       — Тсс, я твой друг, — сказал незнакомец приятным низким голосом.       Мишель оцепенела и не могла пошевелиться от неожиданности и непонятности происходящего. Здравый смысл подсказал ей, что человек, пришедший к спящему в темной мантии, с капюшоном, скрывающим лицо, не может быть другом ни в коем случае.       Она нашла в себе силы вытащить из-под подушки фамильный кинжал. Тот самый, которым она убила добродушного фермера. И даже приставила его к горлу незнакомца довольно-таки быстрым движением. Но мужчина в капюшоне только хрипло усмехнулся в ответ на ее немую угрозу, взял тонкую кисть в свою руку и твердо отодвинул от себя, почему-то довольно скалясь.       — Кто вы такой? Что вам нужно от меня? — прошептала Мишель.       Мужчина, поняв, что она не собирается кричать и звать на помощь, отпустил руку и отошел на шаг. Миш смогла рассмотреть его лицо. Янтарные глаза, темные, длинные ресницы, густые брови, недавно бритое лицо со следами голубоватой щетины и сухие губы, уголки которых были слегка изогнуты книзу, что выдавало в незнакомце человека не лишенного тщеславия. В его взгляде не было ни злости, ни желания убить ее. Так, по крайней мере, ей показалось. Мишель немного расслабилась, и незнакомец ответил:       — Мое имя — Люсьен Лашанс, — проговорил он тихо, но внушительно. — Я уведомитель Темного Братства. Одна из моих задач — искать талантливых, выдающихся убийц и приглашать их в нашу семью.       Лашанс сделал паузу и продолжил:       — Ты растеряна, дитя, верно? — он улыбнулся снова. Мишель с настороженным любопытством смотрела на гостя широко открытыми глазами. — Я и сам был удивлен, когда Слышащий поручил мне найти именно тебя, — бархатный голос уведомителя заставил девушку немного расслабиться. — Но, значит, таково желание нашей Матери. Убийства были спонтанными? Я вижу это по твоим глазам.       Мишель покраснела, поняв, что на ее растерянной физиономии действительно все написано.       — Предпочитаешь молчать? Все-таки скажи, что ты думаешь? Ты хочешь вступить в нашу… семью? Там тебя никто не обидит, ты будешь под надзором старших ее членов. У тебя будет свой теплый угол, кров и еда, когда захочешь. Но учти, если ты присоединишься к нам, пути назад не будет. Готова ли ты? — Лашанс нахмурился и внимательно посмотрел на нее. Мишель под тяжелым взглядом непроизвольно натянула одеяло до самой шеи, чувствуя себя обнаженной перед этим опасным и одновременно притягательным человеком.       — Я ведь не хотела убивать. Я не специально. Я сожалею о содеянном, — кажется, уведомителя эти слова не убедили, он лишь качнул головой.       — Если ты все-таки решишь присоединиться к нам, ты должна выполнить всего лишь одно задание. Слушай внимательно. Если идти прямо по улице, зайдя в Чейдинхол через восточные ворота, можно увидеть небольшой домик с бордовой черепицей. Там живет мужчина, который порядком задолжал кое-кому денег. Но это неважно! Убей его, и тогда я снова приду к тебе. Тогда ты станешь одной из нас, — гость загадочно улыбнулся и исчез. Просто исчез. Растворился в воздухе.       А Мишель так и осталась сидеть на кровати и тупо смотреть на то место, где только что стоял Люсьен Лашанс, уведомитель Темного Братства.