Бремя

      Мишель и сама не знала, сколько времени прошло, но за окном уже стемнело. Она провела в болезненных раздумьях почти весь день.       «Кто он, Боги?» — выдохнула девушка       «Убийца. Такой же, как и ты», — преспокойно ответил голос в голове.       «Я ведь не хотела этих смертей. Я любила отца!» — прошептала Миш, обращаясь, кажется, к окну, где уже можно было разглядеть яркие звезды. Она вспомнила о том, как мать показывала ей созвездия, говорила о том, что отец был рожден под знаком Башни, она сама под знаком Атронаха, а девочка — под знаком Тени.       А ведь действительно, Миш всегда была незаметным ребенком, умела прятаться и не влезать в родительские ссоры. Мать говорила девочке, что у нее есть уникальная способность — исчезать на некоторое время, но Мишель так ни разу и не использовала ее, потому что не знала, каким образом ей стать невидимой.       В детстве она часто грезила о том, как будет пропадать с глаз в самые удобные моменты, но Розалин Косадиа отвечала так: «Рано тебе еще. Вот вырастешь, сама узнаешь». На вопрос, когда же она вырастет, матушка отвечала молчаливой улыбкой. Сейчас бы Мишель все отдала за эту улыбку, проницательный взгляд. Розалин бы непременно пригладила ее волосы и дала мудрый совет.       Через четыре часа у ворот Чейдинхола появилась всадница в темных одеждах. Мишель на оставшиеся деньги купила синюю мантию с капюшоном, чтобы никто не смог запомнить ее лица. «Ты уверена, что поступаешь правильно?». «Нет», — сама себе ответила девушка. Близился рассвет, но на улице было темно. Зима, наступавшая на пятки поздней осени, давала о себе знать.       Проникнув в город, она, словно нутром чувствуя, куда нужно идти, заворачивала то в один переулок, то в другой, избегая открытой местности. Вскоре убийца нашла жилище будущей жертвы. Твердая уверенность охватила разум девушки, и она обошла дом сбоку, заметив парадную дверь.       Мишель осторожно дернула ручку, но та не поддалась — дверь была закрыта. Снова чувство безысходности тошнотворной волной нахлынуло на бедное дитя, но ей хватило ума поискать какой-нибудь другой вход.       «Неужто Боги любят меня?» — подумала Мишель и дернула ручку второй двери, которая нашлась сзади и выходила на небольшой садик, где росли разные пряности. Дверь открылась почти беззвучно. Мишель прикрыла ее за собой и прошла в гостиную. Как ей показалось, в доме пахло травами и лекарствами. Должно быть, хозяин еще спит. «Но скоро проснется», — добавил ехидный внутренний голос, и Мишель кивнула.       На нижнем этаже располагался столик с недоеденными продуктами, поставленный рядом с камином и книжным шкафом. Домик был небольшой, но уютно обставленный. Похоже, спальня хозяина располагалась на втором этаже.       Мишель поднялась по широким ступеням и оказалась перед дверью. Она взяла ручку двери потными от волнения руками и постаралась беззвучно отворить ее. Не получилось. Паника овладела ей, но со второй попытки дверь поддалась. «А если бы она была закрытой?» — а если бы она была закрытой, то девушка не нашла бы другого выхода, как бежать отсюда, поэтому она слегка расслабилась, насколько можно это сделать, идя к своей потенциальной жертве, которую нужно заколоть кинжалом во сне. Спальня хозяина была по коридору справа.       Мишель заглянула в комнату, мужчина на кровати спокойно спал. Ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди или она закричит от страха, и тогда все точно пропадет. Но что-то двигало ей, двигало ее ногами, заставляло приближаться к ложу жертвы.       И вот уже она занесла клинок над телом беззаботно спящего мужчины, стараясь целиться в грудь. Чья-то рука коснулась ее плеча. Ледяной пот прокатился по спине, Мишель стояла, боясь обернуться. «Либо ты убьешь его сейчас, либо сама очутишься в объятиях смерти», — пронеслась мысль в голове Мишель. Не ее мысль. Но это, впрочем, было неважно.       Девушка, словно по наитию, ударила прямо в сердце. Мужчина, прежде мирно спящий, распахнул глаза, и они тут же налились кровью. Он явно не понимал, что происходит. Через минуту на кровати лежал уже обездвиженный труп, и кровь сочилась из раны, плавно стекая на пол, пачкая бежевую простыню. Мишель покачала головой.       «Кем был этот мужчина? Почему я убила его так легко? Быть может, он не сделал ничего плохого», — вопросы роились в ее голове, но разум уже отключался, перенапряжения на сегодня явно хватило. Девушка рухнула без сознания прямо на месте преступления.