Каюсь

      Придя домой, я был несказанно рад ванной. Утром по кое-чьей милости я пах далеко не розами, поэтому первым делом нужно было очиститься.        — Эй, Алексей, — мой верный подданный обернулся и проворчал:        — Я же просил, называй меня Лёхой. Ну или Лёшей… Так чего тебе?       Ни минуты не колеблясь, я молвил:        — Раздень меня.        — Чего, блять?! — возмутился он.       «О, святые нимфы, как мне его отучить от этого грубого наречия?»        — Мои служанки всегда снимают с меня одежды, когда я укладываюсь спать или иду умываться, и одевают, когда я просыпаюсь утром. Поскольку все бездарности остались в моём мире, такая честь выпала тебе. Так что не медли, — памятуя о событиях прошлой ночи, я смягчил тон и добавил — пожалуйста.        — Сколько тебе лет: пять или двадцать? Ты же взрослый мужик.        — Вообще-то, мне ровно четыреста лет, — у несчастного человеческого простолюдина отвисла челюсть.       «Может, мне стоит чаще говорить что-нибудь о мире эльфов? Чтобы он постоянно удивлялся, мне нравится это выражение лица» — отметил я про себя.

***

       — И как я до такого докатился… — проворчал Алексей, расстёгивая первую пуговицу на рубашке. Хотелось отпустить колкость, но я промолчал, позволяя ему продолжить.       Подождав, пока он справится со всеми застёжками, я помог ему скинуть ткань. Тёплые пальцы задели плечи, отчего по коже пробежали мурашки.       Давненько ко мне никто так не прикасался, наверное, я просто отвык.       Интересно было наблюдать за зелёными глазами, с интересом рассматривающими торс. Наверно, завидует королевскому стану. Даже в детстве светские леди восхищались моей кожей: не слишком бледной, но и не загорелой, как у простолюдинов, гладкой и нежной.        — Ты даже телом на бабу смахиваешь. Наверное, всякие масочки да огуречики на рожу лепишь, — моё возмущенное лицо негодяй проигнорировал. Я вздохнул и попытался успокоиться. Не сразу понял, что рука, поддевшая было ремень, замерла. Хватка то слабла, то усиливалась, как будто Лёша колебался.        — Нет, ну не могу я дальше! Как педик какой-то, чесслово!       И, сказав «дальше сам справишься», обормот молнией ретировался с комнаты.        — Никакого уважения! — бросил я ему вслед, но тот будто не услышал.       ~ Спустя одни штаны ~        — Лёш, а как тут вода набирается? — я с недоумением уставился на железяку.       Ванная была похожа на мою королевскую купальню, только намного меньше и грязнее.        — Да что там?.. Ох, ёптеть, прикройся! — вошедший было брюнет отвернулся и — кошмар какой (!) — кинул в меня полотенце!       Ну и что мне с ним сделать, а? Делать нечего, поэтому я вынужден выполнить просьбу.       Невежда, в свою очередь, покрутил какие-то металлические штуки. Наконец, полилась вода.        — Твоё счастье, что сегодня воду дают до одиннадцати, — я не понял о чем он, а потому попросил объяснить. Но после пояснений ужаснулся, ведь так я не смогу на протяжении всего дня следить за своей чистотой!       Кстати, о чистоте…       Мне нужно мыло — об этом я тут же и заявил. Алексей вздохнул, всучил мне какой-то чёрный пузырёк (или что это такое?) и снова вышел.       Чуткий слух уловил свист на кухне. Потом я обязательно узнаю, что это такое.       «А сейчас разобраться бы вот с этой вещью», — перевел я взгляд обратно на оставленный пузырёк.       Я потряс чёрный объект и не добился ровным счётом ничего.       «Им надо мыться? Но как?»        Минут пять я его осматривал, как выяснилось, не зря. На нижней грани пузырька я заметил выступающую поверхность и поддел ее ногтем. На ноги медленно потекла некая вязкая субстанция голубого цвета. Она приятно пахла морской пеной, поэтому, сопоставив все факты, я пришел к выводу, что это некое подобие мыла.       На сосуде с «мылом» было что-то написано, но я не мог разобрать эти буквы. Я применил магию, которой пользуются эльфы, разговаривая с гоблинами, феями, троллями и с остальными созданиями другого вида. От резкого оттока сил сполз по скользкой стенке вниз. Но это помогло! Начав узнавать родной эльфийский, я перевернул сосуд.       «Гель для душа», — вот, что было там написано.       «Хм… Душ? Что это? Какие тут все безграмотные… наверное, имелось ввиду „души“. Тут есть мыло, что помогает мыть души?.. Как мало я знаю об этом мире…»

***

      Сорок минут пробежали гремлинами. Вылезать не хотелось, но королевский желудок требовал своей порции завтрака. Поэтому я наскоро вытерся (что должен был сделать слуга, между прочим) и взял свой балахон.        Что-то выпало из кармана и звонко стукнулось о плитку. Это оказался аметистовый браслет с цветными камнями, которые изготовляют только в Мелькандосе — провинциальном городке, населенном одними ремесленниками.       Фиолетовые камни были довольно необычными: они не отражали свет, а будто поглощали его. Особенно самый большой из них, находящийся посередине. Казалось, он был пуст внутри. В серебряной оправе камни выглядели мёртвыми, от них не исходила та природная сила, которая обычно наполняла их яркостью, заставляя светиться даже в самой тёмной пещере.       Я снова спрятал его в карман, имея некоторые догадки. Но всё это потом. Сейчас я хочу нормально поесть.        — С лёгким паром! — кинул мне через плечо Алексей, умостившись на диване.       На расстоянии метров двух от него гремела какая-то странная вещь. В тёмно-сером ящике двигались человечки, и всё это сопровождалось звуками и речью! За этим и наблюдал сейчас зеленоглазый.        — Твой уже остывший завтрак — или обед — на столе. И отнеси мою кружку, будь добр, — мало того, что он даже не удосужился посмотреть на меня (я не могу ходить в одном полотенце на бёдрах!), он ещё и пытался меня использовать. И это не говоря уже о том, что я не знаю, как выглядит кухня.        — Ладно, я тебе ещё припомню это, мерзкий человечишка, — сказал я сквозь зубы и пошел искать эту самую кухню.       Та комната, что шла дальше по коридору, имела пепельно коричневый стол, застеленный прозрачной скатертью с белыми узорами. На этом столе стояла тарелка с моей едой.       Стены имели отвратительный зелёный цвет, грязный от капель неизвестного происхождения, поэтому аппетит пропадал с каждой минутой. Пришлось быстро расправиться с яствами.        — А теперь ты меня оденешь? — я навис над брюнетом, сверля его взглядом.        — Господи, ты сам не можешь одеться?! И не появляйся так внезапно, — он даже вздрогнул. Хорошее начало мести.        — Слушай, Лёва…        — На худой конец, Лео! — возмутился я, но он не хотел меня слушать.        — Нет, здесь ты Лёва. В этом мире ты почти что обычный человек. И в моей квартире ты тоже обычный человек. Будешь сам одеваться, сам раздеваться, мыть за собой посуду, помогать мне по дому и много чего другого. Так что перестань вести себя как скотина.       «Я как раз придумал, что хочу сделать. Нужно только подождать…»

***

       — Лёва…        — Отстань, презренный.        — Еба… Ты до сих пор дуешься? Я же не со зла.        — Уйди, а то получишь летающим горшком по голове.        — Лё… Лео. Ладно, ты не такая уж и скотина. Только прекрати так на меня смотреть! Ты явно хочешь превратить меня в какую-нибудь жабу, — мог бы, но это требует много сил, коих у меня после предыдущего заклинания нет. — Только попробуй это сделать!       «Хочу назад в Эльфандор. Даже криворукие слуги были лучше, чем этот… Этот… Даже слов нет, чтоб описать!»        — Давай мы выпьем чаю и помиримся, — он протягивает кружку. Другая у него в руках… А в кармане шорт, которые мне одолжил Алексей, лежит-дожидается своего часа колба с неизвестным зельем.        — Ладно. Тогда принеси мне мой балахон, там кое-что есть, — как будто специально парень ставит чашку на пол и идёт в другую комнату.       «Всё пока что складывается удачно».       Склянка быстро опустошается, а зелье растворяется в коричневом напитке. Едва я успел спрятать сосуд, как зашел человечишка и протянул мне одежду.       Я достал браслет, наблюдая за Лёшей, который снова взял свой чай и сделал несколько глотков.        — Я нашел это в одежде, — странно, пока что никакой реакции. Может, надо выпить всё зелье? — Перед тем, как я попал сюда, старушка говорила что-то о расплате. И о том, что я смогу вернуться только тогда, когда меня искренне полюбит хоть одна живая душа.       Человек задумался.       «Жду-не дождусь, когда зелье начнёт действовать!»        — Попробуй надеть браслет, — я подчинился. Алексей большим глотком допил чай, будто и не замечая моей мести.       Холодный металл мгновенно обхватил запястье, да так, что я не смог его снять.        — Чёрт, мне теперь до конца жизни с ним ходить? — попытки снять его причиняли боль, поэтому я отказался от этой затеи.        — Полюбит? Ха, думаю, любая тёлка клюнет на твою смазливую морду. Не боись, я познакомлю тебя с парой моих подружек. Может, чего-нибудь да выйдет. Будем решать проблемы по мере их поступления. А сейчас давай спать. Уже поздно, а мне завтра на работу. Так что спокойной ночи.       Расстроенный, я гляжу вслед уходящему в свою комнату мерзавцу. Он меня целый день доставал!       Хочу, чтоб зелье, наконец, подействовало. Пусть он превратится в какую-нибудь мелкую зверушку.

***

      Я проснулся посреди ночи, не понимая, что меня разбудило.       Через окно серебряными нитями струился на пол лунный свет. Я поворчал в полутьме, перевернувшись на другой бок. Этот несчастный даже не удосужился выделить мне комнату! Теперь приходилось ютиться на старом скрипучем диване. Радовало только то, что он раздвигался и места было больше, чем на кровати.        — Лееееооо… — я встрепенулся от рычащих нот в знакомом голосе. — Это ведь твоих лап дело?!       Через порог зала пробежала тень, и передо мной предстал во всей красе… Обычный, вроде, Лёша: чёрные волосы торчат в разные стороны, глаза очумелые и немного заспанные, футболка чуть задралась.        — Отвечай, падла, — он угрожающе надвинулся на диван.       «Между прочим, вторжение на мою территорию!».       Я придал себе самый невинный вид:        — Не понимаю, о чём ты толкуешь, — и постарался ничем не выдать ликование. — Больше не буди меня среди ночи.       Парень запрыгнул на диван и навис сверху.        — Что за заклинание ты на меня наслал?! Сезам встань? Виагра-кадабра?        — Значит, вот как оно действует на людей…        — Сссука! — я это вслух сказал? Ох, теперь не отвертишься. — Быстро отменяй заклинание, не то я тебя трахну!       Не приведи Владыка Магии! Потерять честь с этим оборванцем, ещё чего…        — Ну?!        — Это было зелье, так что тебе придется подождать несколько часов, прежде чем действие иссякнет, — меня напугал этот недобрый взгляд, оттого конец предложения я невольно прошептал.        — Бляяяядь… Жаль, что мы с Машкой разбежались, — Лёша упал на меня, придавливая своим весом, от чего я ясно почувствовал последствия своей шалости.       Его нос утыкается мне в ключицы, а если учесть, что его футболка на мне буквально висит, то кожа беззащитна почти до плечевых суставов.        — Хватит пыхтеть мне в шею! — я уже начал жалеть… Вовсе не обязательно было так мстить. Мог же просто вынести ему мозг.        — Сам виноват, — ехидно протянул брюнет. — Теперь думай, как разрулить эту ситуацию.       «Уже думаю… Пытаюсь. Но невозможно сосредоточиться, когда на тебе лежит горячая туша и комкает твою же футболку руками!»        — Отодвинься! Думать мешаешь, — парень вздохнул, но не отодвинулся. Хотя чего там думать? — Эх, была бы здесь книга Магии…        — Лёва, знаешь, вот смотрю на тебя, и так ты на бабу похож… Вредную, но красивую.       Вся кровь сошла с лица, ведь я прекрасно понял, к чему он клонит.        — Стой… Лёша! Алексей, прекрати! — быстренько скинул тело (и как только сил хватило?) и отполз к стенке.       На меня надвигался опасный субъект. Я попытался преградить ему путь стулом, но тот полетел к чертям. За секунду я оказался на полу с прижатыми над головой руками.        — Как принц и будущий правитель Эльфандора приказываю остановиться! — от нервов голос походит на жалобный писк.        — Ага, раскатал губу, — от низкого баритона с рычащими нотками мурашки забегали целыми стаями. Хулиган наклонился к ключицам, опаляя своим горячим дыханием и оставляя на них следы.       Бесстыдный язык прошелся по шее к мочке уха и легко её прикусил.        — О, великий Владыка… — я выдохнул такой же горячий воздух и обмяк.       Сознание окутал дурман. Эта зараза как-то передаётся другим? Лёша потянулся к губам, и я был не в силах сопротивляться. «Кажется, я даже хочу этого…» В глаза резко ударил свет, ослепляя, а фигура, появившаяся на пороге, закричала, как оглашенная:  — Здаров, братииииш!!! Я тебе похавать принесла!