Каюсь

       — Здаров, братиииш!!! Я тебе похавать принесла! — ор выше гор заставил вздрогнуть.       «Хоспаде, только моя сестра может заявиться в два ночи и орать, как покемон недорезанный».        — Аээээм… Пойду-ка я чаёк попью. Вы продолжайте, не обращайте на меня внимания, — сказала она, бросая на нас с эльфом красноречивые взгляды.       Млять, я забыл, в какой позе нахожусь. Быстро подскакиваю, пытаясь втолковать что-то, но хер там…        — Не смущайтесь. Меня здесь не-е-ет, — буквально пропела последнее слово, вразвалочку чапая по коридору.        — Сеструх, ты всё не так поняла. Ну сестру-у-ух, — гундося, я поплёлся следом.       Видимо, Лео ещё не отошёл от ахуя, так как в зале стояла гробовая тишина. Ну и пёс с ним, разберемся потом. Сейчас бы избавиться от геморроя не в том месте, не отвлекаясь на головную боль в другом. Эх.        — Мелкая… — Я стал рядом с замершей девушкой. Торчащие во все стороны света волосы закрывали лицо, отчего я не видел реакции, — давай спокойно всё обговорим.       С минуту она молчала. Отчего-то я начал ещё больше нервничать.        — Ладнушки! — от неожиданности я вздрогнул… второй раз за сегодня.       Чай заварили, теперь объяснения. Пришлось присесть за стол и начать разговор. Ну, то есть как только мелкая жопа села на стул, посыпались шишки.        — Бро, ну ты даёшь! Когда эт ты перешёл на голубую сторону улицы? — залпом выпив половину чашки, Саня продолжила. — Честно, вообще нежданчик. Но, что бы ты ни выбрал, я на твоей стороне — мамке ничего не скажу. — Малая подмигнула, плутовато лыбясь.       Попытка вставить хоть слово ни к чему не привела.       Не могу ни о чём думать. Мне бы хоть на десять минут в ванную.       «Ох, Гусь, я тебя убью. Сначала трахну, а потом убью» — поёрзал я на месте.       Сестрёнка быстро позабыла о «нежданчике», болтая обо всём подряд, начиная школой — этой жучаре семнадцать лет — и заканчивая открытием новой кафешки, открывшейся в их городе. Невольно я вспомнил родительский дом, оставленный за несколько сотен километров отсюда.        — Я соскучился по нашему городу, по родителям… — черноволосая на миг замолкает.        — Дык, в чём проблема-то? Бери пару дней отгула и айда со мной! Как раз попадёшь на днюху матери, всего-то десять дней осталось. Ты должен там быть обязательно, — я не понял значения того взгляда, которым на меня посмотрела Шура.       Ладно уж. Надо её с Гусём поближе познакомить. И обязательно всё объяснить! А то придумает всякого.       «Хотя чего уж там… И ебаньку понятно, что я хотел сделать. Бля-я-я, стыдобище. Я припугнуть хотел, проучить, а вышло… А что вышло? Мне понравилось, вот что! Да, я это признаю, но у него шея, как у холёной барышни. Вот и забылся малёх. Да, просто на автомате вышло».       Из размышлений вырывает собственный голос.        — Гусь, знакомься — Ходячая проблема, — систр легко пихнула локтем в бок, засмеявшись: «Скажешь тоже». Лёва мгновенно распушил перья в хвосте.        — Царь, очень приятно, — задравшему было подбородок «царю» Саня пожала руку.        — Кек, какие мы интересные, Ваше Величество. А я князь здешних мест, — Его Величество тут же встрепенулся.        — О-о, впервые встречаю знать. Наконец-то, хоть кто-то, знающий манеры.        — О-хо-хо, да Вы приколист, «Ваше Сиятельство», — так, надо заканчивать спектакль.        — Лёва, кончай дурить. Она моя сестра, звать её Александрой, и она такой же князь, пардон, княжна, как ты — телепузик, — он не догнал, сестра тоже. — Ладно, как ты — простолюдин.       Вот теперь он ужаснулся, ахая в растерянности. Я изначально хотел всё рассказать. Теперь подвернулся случай, чем я и воспользовался.       Пара доказательств существования магии, и она выдала тихое восхищённое:        — Ахрине-еть. — Впрочем, это состояние продлилось недолго. Посыпались вопросы о королевстве, жителях и т.д.        — Так, жопа, спать пора. Мне завтра на работу, — эта самая жопа прикрыла глазки и растянула сытую лыбу до ушей.        — Конечно, больше не буду мешать. Вы не сдерживайтесь, звукоизоляция выдержит, — брехня. Но не об этом сейчас!        — Саня, я серьезно. Ему снился кошмар, он орал, как резанный. Я прибежал на шум, а он подорвался. Мы столкнулись и упали. Тут пришла ты и всё неправильно поняла, — тоже брехня. Не уверен, что прозвучало убедительно, но за логику ставлю себе «5».       Шура перевела подозрительный взгляд с меня на принца.        — Печа-аль, — и что она хочет этим сказать?! — Ладно, только вот… — я невольно поднял одну бровь, скрестив руки на груди. — Куды мне спать ложиться?       Встал с табуретки, которую недавно откинул к разложенному дивану. Пошевелив мозгами и недолго думая, я коротко рапортовал:        — Мелкая, будешь здесь, на диване. Мы с Лёвой уляжемся у меня в комнате, — девчонка удивлённо склонила голову набок. Сам Гусь вздрогнул и поёжился, с подозрением скосив взгляд на меня.        — Пачамууу? Я могу и с тобой лечь. И с Лео, кстати, тоже.        — Катай губу обратно. В моём присутствии ни один мужик не подойдёт к тебе ближе, чем на метр, — она пожала плечами и, стащив с себя кофту, увалилась на место Гуся.       Долго ждать не пришлось: после дороги Саша отрубилась сразу же. Мы с Лео пошли в мою комнату. В полумраке было плохо видно раскиданные тут и там вещи, поэтому то и дело слышались вздохи и ругательства.        — И как ты не спотыкаешься об этот бардак! — прошипел блондин.       Темнота, дурацкое шипение, тени… чёт, дежавю какое-то.        — Хех, я к своему срачу привыкший. И ты привыкай, — в темноте его глаза светились как неон, — терминатор, мля, — последнее я пробормотал под нос. Лёва тоже что-то пробурчал, но я не расслышал.       Мы улеглись, причём красноглазый умостился на самом краю.       «Не по-царски как-то», — просто не мог удержаться от иронии я.        — Да харе зубами стучать. Не буду я тебе ничего делать. И в прошлый раз я тебя хотел только напугать, — Зря я так…        — Напугать?! Хотел?! — Я тут же шикнул: «Захлопни варежку, сестру сейчас разбудишь». Принц немного сбавил обороты и продолжил зловещим шепотом. — Да это ты первый начал. Нечего было выделываться, я и так в трудном положении. Мог бы подбодрить.        — Я же извинился! Хорош уже вести себя как…        — Как скотина? — съехидничал Леон, прищурив глаза.        — Как ребёнок! Четыреста лет, а до сих пор как маленький, — он задохнулся от возмущения:        — А как ты меня лапал, так тебя устраивал и возраст, и характер, кобелина эдакая!        — Да ты…       Нашу задушевную беседу прервала тень, с ноги открывшая дверь нараспашку:        — Ладно, враки, звукоизоляция хромает. Но я думала, у вас будет «разговор» поинтереснее. Прекратите цапаться.       Тень подошла к кровати и, забравшись под одеяло, умостилась между нами.        — Зачудительное местечко! — и тут же захрапела.        — Да уж, теснее не бывает, — это уже недовольство Его роскошества.       Я промолчал, выразительно глядя, пусть Гусь и не разглядел бы в темноте.       Вскоре все уснули. Все, кроме меня, притом, что мне нужнее всех был отдых! А всё из-за этого шутника недоделанного.       Стараясь не шуметь, я вышел из комнаты, один раз споткнувшись и выругавшись.       «Надо будет навести хоть какой-нибудь порядок».       Становлюсь под потоки тёплой воды. Раз уж девушки у меня нет, вспомню подростковый возраст. Вообще, как-то не солидно выходит, но лучшего варианта у меня нет.       В голове живо рисуется картинка: пышногрудая блондинка в соблазнительном пеньюаре. Красные, как вино глаза…       Стоп, что?! Черты проясняются… К моему ужасу. Внутренний тролль, хохоча, подсовывает картинки из галереи «Принц в одежде принцесс». И, что самое ужасное, мне этого достаточно, чтобы кончить.        — Святая табуретка… Я педик, да?       Кое-как одеваюсь и плетусь в зал. Не могу заставить себя лечь в одну койку с Лёвой. Там же и засыпаю.

***

      Быстрее всех продрала свои голубые глазки Шура. С утра она, едва вскочив с постели, стала хлопотать на кухне. Стоя в майке и труселях, облачённая в фартук она что-то стряпала. Пахло вкусно. В противоположность ей я вышел помятый и с паршивым настроением.        — Оденься. Ладно я, но Лёва…        — Брательник, расслабься. Мы мило побеседовали вчера, он мне теперь как брат. Кстати, он мне понравился, советую: женись!       Так, Лёха, тебе уже двадцать пять, ты взрослый мужик. Успокойся и постарайся не прибить их обоих.        — Если он тебе так нравится, сама женись, — недовольно бурчу под нос, но Саша всё прекрасно слышит.        — Нууу, у меня уже девушка есть, вообще-то.       Я в астрале. Нет, не так… Я в шоке, шок во мне и мы оба в ахуе.        — Ты… — даже не знаю, как это сказать. Она облегчает мне работу.        — Да, — весьма лаконично.        — А родители?..        — Ещё нет. Но скоро я об этом скажу.       Морщусь. Не знаю, какой факт неприятнее: то, что она розовая, или то, что я сам не в себе.        — Но… Это ненормально. Это как…        — Педофилия? Вне закона? — обычно весёлый и беззаботный голос прозвучал подобно грому. Жалобно звякнула поставленная на стол сковородка, греющая окружающий воздух своим жаром. — Да я прекрасно всё видела и знаю. Меня осуждаешь, а сам… — она многозначительно замолкла.       Не выдерживаю, гнев кипит и вырывается наружу.        — Да это всё зелье! Я сам ни в жисть бы так не сделал, а тебя на это никто не толкал!       Всё это время она стояла молча, опустив голову. Но дрожащий тихий голос был громче крика и больнее пощёчины.        — А люди, по-твоему, без зелья не влюбляются? — и, подняв голову, одарила блестящим взглядом: «я думала, хоть ты меня поддержишь», от этого взгляда по коже пошли мурашки.       Швырнув фартук на стол, она ушла из комнаты, толкнув ничего не понимающего спросонья Леона. Он вопросительно посмотрел на меня и пошел за девушкой.       Я допил кофе, выкурил две сигареты, чего давно уже не делал, и пошел на работу. Целый день мучила совесть, перед глазами стоял этот взгляд. Довести до слёз свою вечно неунывающую сестру… М-да, только я так могу.       В качестве извинения я сбегал в магазин (одно из преимуществ работы грузчиком-разнорабочим: магазин под боком) и купил шоколадку. Знаю, маловато, но надеюсь, что она перестанет дуться.       Пришел домой и с негромким «Я дома» прошел в зал.       Комната изменилась до неузнаваемости: чистота такая, что стены сияют, снова обретая свой фиолетовый узор. В моей комнате тоже вместо ожидаемого беспорядка всё на своих местах. Оказывается, даже мой уголок может быть уютным.       Ко мне подошла сестрёнка и вопросительно заглянула в глаза. Повинуясь порыву, обнял её без слов. Взгляд девушки сразу потеплел.        — Ну, чего такая физия? Я уже не обижаюсь… Но от шоколадки не откажусь, — улыбается и ловко вытаскивает торчащую сладость из кармана. ~~~ Flashback ~~~        — Ну, не реви, сейчас всё пройдет, — дую на разбитую коленку и прикладываю подорожник.       Сашка только сильнее краснеет и заливается слезами. Да так, что сопля из ноздри свисает. Ну подумаешь, с велосипеда упала. Вон, когда я учился кататься, и не так коленки сдирал.        — Эх, девчонки, неинтересно с вами. Чуть что — сразу в слёзы. И нянчись с вами потом, — сестра мнёт кулачками подол розового платьица, но терпит изо всех сил, чтобы не заплакать. Да так, что раскрасневшееся лицо ещё больше краснеет. Не могу сдержать улыбки.        — Пойдём, я мороженого куплю. Приложишь холодненькое, а потом съешь, — блестящие глазки загораются, и она улыбается сквозь слёзы — опять не сдержалась.       Смеётся и вытирает слипшиеся ресницы, а я готов простить ей все сопли и снова нянчиться. ~~~ End of flashback ~~~       Втроём развалились под бормотание телека на большом диване. Лео, довольный собой — а как же, Его Высочество лично успокоил княжну, — лежал рядом. Сама «княжна» развалилась у меня на плече, начиная дремать.        — Лео, спасибо тебе…        — Не за что. Но впредь будь внимательнее к своей сестре. Она очень хороший подданный. И друг, да, именно друг, — парень, что ему несвойственно, тепло улыбнулся, потрепав посапывающую Шуру по макушке. — Знаешь… Оказывается, не только я ей помог.       Я выключил телевизор и весь обратился в слух.        — Когда я её утешил, она сказала спасибо. После этого один из камней на браслете стал ярче, как будто ожил, — подняв руку, он показал браслет. И действительно, один из камней был необычайно ярок, казалось, что он будет светиться в темноте. Блондин продолжил, — и я почувствовал, как ко мне перетекает немного магических сил. Я теперь могу держать заклинания чуть дольше.        — Ну конечно! — от элементарности, которая всё это время была под носом, я хлопнул себя по лбу. — Та бабуля, о которой ты говорил сказала: «поплатишься за каждую душу». Получается, тебе нужно сделать десять добрых дел, собрать десять «спасибо».       С каждой произнесённой фразой, глаза принца сияли ярче. Но в последнюю минуту потухли и опечалились.        — Не десять… Девять.        — Тем лучше!        — Нет, проще заслужить «спасибо», чем «люблю». Искреннее «люблю».       Он прав. Он действительно прав. Я могу предложить ему помощи и своих знакомых, но вряд ли кто-либо из них по-настоящему полюбит Лео. Он красивый, нет, скорее милый. Но на этом его достоинства заканчиваются. В этом мире он никто.        — Ладно, не расстраивайся, — ободряюще хлопаю его по плечу, — попробуй сначала получить все «спасибо». А потом уж будем думать о «люблю». Может, что-нибудь, да получится.       Улыбается с надеждой — так лучше. Так проще верить, что всё получится. И, кажется, я стал лучше его понимать. Он, наверняка, так же как я, скучает по дому.        — Если честно, то нет, — я это вслух сказал? — Просто очень громкая мысль. Знаешь, в Эльфандоре меня ждут не только престол, земли и богатства. Там ещё отец, которому наплевать на меня, так же, как и на мать когда-то. Обязательная свадебная церемония с невестой, с которой я не то что не общался, в лицо не видел ни разу. Так что если я останусь здесь, всё будет не так плохо. Ты ведь не прогонишь меня?       Строит щенячьи глазки, наивный. Как будто я могу отказать.        — Да мне не жалко. Оставайся, если хочешь. Но чтоб обязательно устроился работать! Нечего хлеб даром есть.       «Можешь быть домохозяйкой, меня устроит».       Принц фыркнул:        — Не жалко ему, да? Такой момент испортил. Неблагородный ты, Лёшка.       Тёплая улыбка передалась и мне, перетекая в тихий смешок.        — Спокойной ночи. Я спать, — аккуратно кладу спящую Саньку на диван и укрываю.        — Спокойной ночи. — Говорит светловолосый эльф и, беря полотенце, направляется в ванную.       Сажусь на кровать и снимаю футболку. Ныряю в мягкое одеяло и, умостившись, жду, когда вернется Леон. Но не дожидаюсь. И, уже засыпая, слышу, как приподымается край одеяла, а рядом ложится принц, согревая жаром после ванной.