Любовный треугольник.

Дверь за мной с треском захлопнулась, красный плащик полетел Смерть знает куда, туфли полетели в стену и с грохотом упали на деревянный пол, а эта ужасная темно-красная папка одним махом оказалась на кровати, ожидая своего часа. Из-за чего я злюсь? А вот из-за этой самой папки! Точнее, из-за письма, вылетевшего из него! Даже не письма, а его копии! Копия «Уведомления о смерти». Вот это – кошмар. Я уж молчу про имя, которое мне выбрали. Греттль! Греттль, нет, вы понимаете? Этот Гробовщик перепил формалина или ударился головой об угол гроба! Знаете, что он натворил? Он мне дал новое имя! Вот кто его просил? Вот даже принимать этого имени не буду, пусть идет большими шагами на кладбище к моей могилке и посмотрит, как меня зовут, а не придумывает всякой ерунды. Спасибо, хоть фамилию мне не поменял. Нет, лучше бы поменял, конечно. На фамилию Ти Спирса. - Ха, ну да, так он и поменяет, - вслух ответил я на свои мысли. Хотя, знаете, в этом что-то есть... Я ведь женщина теперь, так? Так. А это значит, что у меня может быть муж... Коварная улыбка растянулась на моем лице. О да, муж, все, дорогой мой начальничек, ты от меня, такой красавицы, теперь в Смерть не убежишь. Я гарантирую. С таким боевым настроем я выпрямился (без разницы, что я женщина, мне удобнее думать в мужском роде, а говорить в женском, как и было до превращения), выпятил грудь вперед, гордо поднял подбородок и зашагал вперед к окну. Но, сделав два шага, я благополучно споткнулся о спокойно себе лежавший красный плащик. Так вот, куда я его выкинул, оказывается. Распластавшись по всему полу в позе снежинки и, причем, продолжая лежать лицом вниз, я пробубнил себе под нос все возможные проклятья и, с горем пополам, встал. Пошатываясь, я поплелся к кровати и плюхнулся прямо на папку, о чем сильно пожалел. Острый угол этого моего личного дела впился мне в спину, я подскочил и навернулся с кровати на пол. Ох, какая же она тяжелая, эта половая жизнь. И пол, кстати, помыть надо. Кое-как водрузившись обратно на кровать, я аккуратно положил папку и очки на тумбочку и, в чем был, заснул в одно мгновение ока… (Утро, 18 февраля 1891 года) Проснулся я от того, что упал на пол. Мне кажется, или такое уже было... Я громко зевнул и почесал затылок. Какой странный сон мне снился, будто я превратился, проснулся женщиной, потом пошел разбираться к Гробовщику и он мне выдал папку с моими новыми данными. - Никогда больше не буду пить… - пробурчал я, плетясь на кухню мимо зеркала. Мельком взглянув на свое отражение, я ужаснулся. Да уж, где же тебя носило, дорогой ты мой Грелль. Голову надо бы помыть, да и юбка запачкалась. Подумав, я пошел дальше, но тут меня как громом стукнуло, осенило. - Стоп, какая к черту юбка? – я вернулся к зеркалу, чуть ли на него не упал, и во все глаза начал себя разглядывать. Смерть Великая, так это что, был не сон? Это было все на самом деле вчера? - Справедливость есть на этом белом свете! – я радостно попрыгал по комнате, пару раз наступив на какой-то колкий предмет, а в третий раз, наступив на ключи, я уже прыгал не так радостно и только на одной ноге. Пора собираться в Департамент! Ну все, держитесь, мальчики! Да и девочки, кстати, тоже. У них же инфаркт будет…. На вас идет великая Греттль! - Тьфу, какая к черту Греттль? – сам себя поругал я. – Какая к черту Греттль? К вам идет новый, совершенно с иголочки, Сатклифф! Грелль! И никакая не Греттль! Властно подняв нос кверху, я ушел в ванную, захватив с собой умопомрачительно короткую черную юбку, красную блузку, черный галстук и черную жилетку от формы, потом подумал, и прихватил красные туфли на не очень высокой шпильке. А что? Если уж шокировать, то так полностью, да чтоб еще и не узнали с перепугу! О, какой я коварный. У меня даже улыбка коварная. И мысли коварные. Главное, что они «коварные», а не «кровавые». Через два часа я был готов, как никогда. Вот, только, волосы…. Не с распущенными же идти, так? Опять эта моя улыбка маньяка. О да, сегодня всем будет плохо, а мне хорошо. - А может, и всем будет хорошо. Я же их «любимый» Сатклифф, вернулся с того света! – на этих словах я размахивал руками и кривился. Да, любимый, конечно. Прям все меня так и обожают. Ага, поголовно. Так рассуждая, я нечаянно взглянул на часы и ужаснулся. Время неумолимо приближалось к одиннадцати часам дня. Вот так опоздать, так опоздать. Но, все же, я потратил еще полчаса на поиски своей любимой ленточки, которую при своей, уже старой, жизни использовал вместо галстука. Найдя ее в самом дальнем углу, я завязал с помощью нее высокий хвост на голове. Вот теперь можно со спокойной совестью (а совесть у меня всегда спокойна, ибо ее нет) отправляться к Уилли! Захватив пресловутую темно-красную папку с моим новым личным делом и косу смерти, я телепортировался прямо к дверям своего родного Департамента. - Ну, что же, с Богом! – я, на всякий случай, хотя никогда так не делал, перекрестился и тихонечко открыл массивные двери главного холла. Конечно же, меня никто не заметил. Вообще, никто даже капельки внимания не обратил. Странно. Жнецы и жницы бегали туда-сюда, как муравьи, по всем этажам, кто-то несся по верхним ярусам так, что люстры дрожали, секретари отвечали на многочисленные телеграммы и звонки. Вроде ничего не изменилось. Вот только Ти Спирса не видать. Он, обычно, в это время ходил с проверкой по всем этажам и всем кабинетам. Первый, конечно же, всегда был мой кабинет. В отдел кадров никто не заходил у нас. Я так вообще его на дух не переношу, свои личные счеты у меня с ним. Я начал пристально вглядываться в толпу, пытаясь найти хоть кого-нибудь из своей четверки, вроде бы как хороших друзей. Но ни Эрика, ни Алана, ни даже вездесущего Рональда не было видно. Наверное, они на задании. Про Ти Спирса даже заикнутся боюсь, наверное, во всю празднует мою долгожданную смерть. Но тут мои прекрасные глаза увидели старого знакомого, который мне очень сильно задолжал на последнем дне Святого Валентина. Джереми, будь проклята его фамилия, которую я забыл. Короче, просто Джереми. Он крутился вокруг стайки и без того вымученных секретарш, а потом быстро переметнулся к кулеру с водой. Я быстро подбежал к нему и, в тот момент, когда он судорожно наливал воду в пластиковый стаканчик, я похлопал его по плечу. - Привет! Вы мне не поможете? – невинным голоском заблудшей овечки сказала я, и, закусив губу, сложила руки назад, пряча папку и косу смерти. Джереми аж подпрыгнул на месте и вылил на себя всю воду. - Черт! – оглядывая себя, он повернулся ко мне и злобно посмотрел мне прямо в глаза. – Вот вам не стыдно так к людям подкрадываться? Я невинно похлопал глазками. Неужто он меня не узнал? Ну, совсем-совсем не узнал? - Простите, - еще тише сказал я и опустил взгляд, - я не хотела вас пугать… Джереми глубоко вздохнул. - Что вам? Я поднял на него глаза. Черт, я такая маленькая! Раньше Джереми был меня на пол-головы ниже, а теперь я меньше его на целую голову! - Простите, - промямлил я, - я тут новенькая, меня отправили к вам из другого Департамента. Я ищу кабинет вашего начальника. Джереми опять вздохнул и пристально уставился на меня. Почесав затылок, он сощурился и наклонился ко мне. - Кого-то вы мне напоминаете…. Красные волосы, черты лица... Хотя, вы слишком милы, чтобы на него походить, да и невозможно это! – тут Джереми вдруг погрустнел и опустил глаза. – А очень бы хотелось, чтобы он вернулся... - Кто - «он»? – состроив мордашку еще невинней, спросил я. А сам я удивлялся. Джереми, неужели ты обо мне вспоминал? Да еще и грустишь по мне? Джереми сжал кулаки. - Грелль Сатклифф. Четыре дня назад нам пришло уведомление о его смерти. Все впали в шок. Грелль? И умер? А такое вообще возможно? Больше бы шок был, если бы такое случилось с нашим ледышкой-начальником. – он остановился и оглядел меня с ног до головы. – Вы очень-очень похожи на Грелля, царство ему небесное, прямо вылитый Сатклифф, будь он девушкой. Но вы намного культурнее его. Намного. И вы очень милы. Только, боюсь, начальник вас за эту схожесть прямо-таки ненавидеть будет. Я опешил и чуть ли не подавился воздухом. - По-почему? Джереми пожал плечами. - Уж больно он был привязан к этому красноволосому чудовищу. Хоть тот его и сильно доставал, но Ти Спирс даже уведомление не смог при всех прочесть. Только он начал читать, как сразу умолк, отвернулся и всучил лист первому попавшемуся, а сам ушел. Я стоял в полном шоке. Ничего себе разворот событий. Так я что, Уильяму не безразличен вовсе? - А... Соболезную вашей утрате. – только и сказал я, дабы поддержать беседу. – Но, может, все же скажете, где уважаемый Ти Спирс? Джереми прыснул. - Где-где, в кабинете Сатклиффа, ясно дело. Он оттуда Рональда уже третьи сутки не может вывести. Я еще больше удивился. Быстро спросив, где мой же кабинет, я быстро поднялся туда. Ох, как же Уилли отреагирует на меня... Может, он действительно меня возненавидит? Приношу просто огромные извинения за такую задержку. Право слово, автору очень стыдно за это. Прошу простить, сегодня через некоторое время будет еще одна глава.