Любовный треугольник.

Пока мы дошли от моего кабинета до кабинета Ти Спирса (а это ровно сто метров по коридору), три жнеца успели меня узнать, еще четыре жнеца остались стоять столбом посреди коридора, и два на меня накинулись с воплем: «Ты жив!». Веселое утро, однако. Несмотря на все это, Ти Спирс продолжал идти вперед гордой походкой истинного начальника. Ну да, сто метров всего надо пройти, но это не значит, что это малое расстояние нужно проходить абы как. Узнаю своего начальника. Незаметно для себя зажмурив глаза, уйдя в мир фантазий об Уильяме, я наткнулся лбом на что-то твердое. - Ай... – отстранившись от неожиданной преграды, я потер лоб, сказал не очень приличное для дамы слово, и только потом открыл глаза. Увидев, обо что я ударился, мне стало как-то неловко. – Ой… Уильям, до момента столкновения стоявший ко мне спиной, развернулся и посмотрел на меня сверху вниз очень строгим взглядом. - Что? – развел руками я. – А я ничего, я хороший. Уильям громко вздохнул, отвернулся от меня и с размаху открыл дверь в кабинет, ударив меня ей по и так бедному челу. Я схватился за лоб и всхлипнул, заходя в кабинет следом за Уильямом. Только я переступил порог его кабинета и захлопнул дверь прямо перед носом у вечно любопытного Рональда, решил как следует отругать Уильяма, как убрал руку от лица и увидел кабинет моего дорого начальника. Увиденное повергло меня в шок. На противоположной от стола начальника стене висела моя большая фотография с черной ленточкой в углу. Кстати сказать, фотография не свойственная для меня. Вроде бы, у меня такая мина была в личном деле… Да-да, именно там! Волосы завязаны, но лицо не такое уж и серьезное, как кажется на первый взгляд. Чуть заметная улыбка на лице. Под фотографией тумбочка со свечами и цветами. Такие жесты памяти совсем не свойственны жнецам. Редко их даже хоронят. Вот к кому - к кому, а ко мне я таких почестей не ожидал. - Сатклифф, чего вы там застыли? – вырвал меня из оцепенения голос Ти Спирса. Я повернул к нему голову и краем глаза увидел, как он закатывает ногой под стол пустую бутылку из-под вина. Вопрос: откуда у моего Уилли бутылка вина? У него в кабинете иной раз и стакана воды не найдется (ведь я их все поразбивал в порыве ярости или самозащиты), не то, что алкоголя! - Сатклифф! – опять окликнул меня Уильям. – На что вы там смотрите? - На бутылку, - в лоб ответил я. Уильям вздернул бровь вверх, сделав вид, что он не понимает, о чем я. При этом послышался звук, будто стекло ударяется о другое стекло. Ага, значит, там не одна бутылка. – Ну, что ты спрятал под стол. - Мистер… миссис Сатклифф, не несите чепухи, откуда у меня бутылка? У меня даже стаканов тут не найдется, благо от вас в свое время я спрятал все куда подальше. Одно мгновение – и я уже сижу на краю его рабочего стола, развернувшись к нему, скрестил ноги, еле прикрываемые короткой юбкой, и сложил руки на груди. О, да, Смерть Великая, как же это эффектно смотрится у женщин! Всегда мечтал так сделать! Но Уильяму хоть бы хны. Он лишь неодобрительно посмотрел на меня, а потом резко выхватил у меня папку с новым личным делом, открыл ее и тут же закрыл. - Читай-читай, мой хороший, – издевался над ним я. – Я теперь дама придирчивая, мне нужно внимание, - на этих словах я убрал с его плеча каким-то хозяйским движением пушинку. На это Уильям лишь очень строго на меня посмотрел своим ледяным взглядом, а потом все же открыл эту треклятую папку. Открыл, провел пальцем по моему имени, поправил очки, и вновь закрыл ее. - Что, все? – как-то разочарованно отозвался я. И, правда, было как-то печально осознавать, что ничего не поменялось в нем, ничего не екнуло. Хотя, судя по бутылкам, этой вот фотографии и рассказу Джереми, не совсем он уж и ледышка. - Да, все. Я вам, как новому сотруднику, - он закатил глаза, - дам день освоиться на новом месте, вы сегодня и завтра не работаете, а просто ходите по Департаменту. Но, все равно, на полевую я пока вас не пущу. - Это почему? – его слова вновь меня шокировали. - Потому, - сказал, как отрезал, он. Я надулся и легонько пихнул его ногой. - Вот бука… Скажи, ты хоть мне рад? - А вы после этого уйдете, госпожа Сатклифф? Грозно на него посмотрев, я нахмурился и вяло кивнул. - Уйду, уйду, - заверил его я, - на все четыре стороны уйду, спущусь к Гробовщику и буду жить у него… Вдруг меня крепко обняли. Сначала я не понял, что случилось, потом я не понял, кто это сделал, а когда осознал, что меня прижимает к себе Уильям, замер и вообще старался не дышать. Смерть Великая, это сон? Да у меня такой разворот событий был только в самых смелых мечтах! - Пожалуйста, никуда не уходи… Грелль, - прошептал Уильям, еще крепче сжав меня. – Я не переживу второй раз, если с тобой что-нибудь случится, просто не переживу. Умру тут же, на месте. – Он отстранился от меня и внимательно посмотрел мне прямо в глаза. – Пожалуйста, Сатклифф, пообещайте мне, что не сунетесь в Мир людей без моего разрешения? Мне того уведомления за глаза хватило. Я лишь моргнул в знак согласия. Мы с минуту смотрели друг на друга, а потом, я все же продолжил разговор. - Уильям, ты так и не сказал, ты рад, что я вернулся? Ти Спирс в одно мгновение ока стал прежним Уильямом-ледышкой, строгим начальником, примером для всех жнецов. Он поправил очки в фирменном жесте и вновь сел на свое место. - Ну? – мое терпение грозилось лопнуть. - Если скажу, что рад, уйдешь, ведь так? – переспросил Уильям. - Честное Греллевское! – спрыгнув со стола и отдав ему честь, воскликнул я. - Я счастлив, что ты жив и, уж тем более, что ты теперь жница. Теперь будет намного легче, - загробным голосом сказал он. И что он имел в виду, сказав это? – А теперь – идите! - Да ухожу я, ухожу! – грациозно вышагивая, я подошел к двери, открыл ее, сделал шаг и… и споткнулся об порог. Черт, вот всегда так…