Нелегкий путь

– Сегодня я научу вас поражать человека в самые уязвимые места, – проговорил Торин, холодно обозревая их лица. – Знаете их? Фили, Бофур и Бильбо обменялись недоумевающими взглядами. – Сердце? – предположил Бофур. – Да, сердце уязвимо, если его пронзить, – скептически согласился Торин. – Но я говорю о тех местах, которые уязвимы независимо от оружия. Поразив их, вы делаете человека беспомощным. – Глаза! – догадался Фили. – Верно. – Торин демонстрировал свои познания на Кили. – Надо схватить противника за голову – вот так – и вцепиться ему в глаза большими пальцами, чтобы он заорал. Пока он ослеплен, нанесите ему удар в нос, сломайте его, потом двиньте коленом в пах, и он тут же рухнет на землю. Вся штука в том, чтобы удары следовали стремительно один за другим. Не давайте ему опомниться. Пока он лежит, пните его как следует в голову или в ребра. Лучше в голову. Потом завладейте его оружием и перережьте ему глотку или проткните грудь. Главное – убить, а не ранить. Вопросы есть? Подняв глаза, Торин увидел, что ученики взирают на него в немом ужасе. – Что-то неясно? – Какая жестокость… – пробормотал Бофур. – Потому это и зовется боем. – Уверен, что такая жестокость необязательна, – заметил Фили. – Неужели нет других способов победить противника? – Есть. Например, можно просто попросить его уйти подобру-поздорову, – съязвил Кили. – Правда, как правило, это бесполезно. – Это ужасно, я не стану этого делать! - возмутился Бильбо. – Именно тебе я их и предлагаю, – ошеломил его Торин, холодно глядя ему в глаза. – Ты невысокий и хилый, сомневаюсь, что держал меч в руке, поэтому тебе не победить крупного мужчину обычным применением силы. Зато ты вполне способен выдавить ему глаза, укусить, ударить коленом в пах, дернуть за волосы. Так ты отвлечешь внимание противника и завладеешь инициативой. Бильбо потерял дар речи. Вместе с тем он был уязвлен словами Торина. Он прекрасно знал, что в свои тридцать лет выглядел моложе за счет мальчишеского лица и легкого телосложения, поэтому не внушал уважения противнику. – А теперь деритесь вы! – приказал Торин Фили и Бофуру. – Только не до смерти. А твоим противником, Бильбо, будет Кили. Бофур и Фили с тревогой посмотрели на Бильбо. Он не осуждал их за это. Лэрд Маккендрик никогда не принуждал Бильбо к сражениям и военным делам. Он не порицал Бильбо за то, что он предпочитал книги оружию. Лэрд любил его и окружил миром и спокойствием, какие там схватки в рукопашную. «Но все это было до появления Родерика, – мрачно подумал Бильбо. – До того, как убили дядю, ограбили наш дом и замучили до смерти моих соплеменников. Если бы я бросил книги, если бы умел убивать, то смог бы защитить свою семью». Теперь он стал совсем другим. Он кивнул и, расправив плечи, шагнул к Кили, который тепло ему улыбнулся. Темноволосый молодой человек был почти также высок, как и Торин. Но обаятелен и улыбчив, в отличие от своего дяди. А еще отлично владел оружием. – Начнем. В ходе тренировки Кили столько раз опрокидывал его на спину, что он потерял счет своим неудачам. Тренируясь, было вовсе не обязательно доставлять сопернику неприятные ощущения, однако, действуя непродуманно и беспорядочно, Бильбо дважды наносил ему более сильные удары, чем намеревался. Тот твердил, что ему не больно, но Бильбо все же стал действовать осторожнее и сдержаннее. Фили и Бофур проявляли себя точно так же, поэтому то и дело прерывали борьбу и извинялись друг перед другом, потирая ушибленное колено или помятый бок. – Как вы научитесь борьбе, если прерываетесь всякий раз из-за сущих пустяков? – не выдержал Торин, наблюдая за ними с гримасой на лице. – Смелее! – Я двинул его сильнее, чем хотел, – оправдывался Бофур, смущенно глядя на Фили. – Прости, друг! – Извиняться будешь потом. Продолжайте! А ты? – обрушился Торин на Бильбо. – Я видел четырехлетних малышей, которые дерутся с большим напором, чем ты. Борись с Кили так, словно от этого зависит твоя жизнь! – Я не хочу причинить ему боль, – ответил Бильбо, тяжело дыша. – Ты не сделаешь мне больно, – заверил его Кили со смешком. – Не бойся, покажи, на что ты способен. Бильбо все еще колебался. – Делай что говорят! – велел Торин холодно. – Иначе твоим противником буду я и, клянусь, не стану тебя щадить в отличие от мягкосердечного племянника. Бильбо бросил на него затравленный взгляд. – Представь себе, что Кили угрожает твоему родному дому, – хрипло продолжал Торин. – Он уже зарезал у тебя на глазах двоих твоих соплеменников и того и гляди расправится с тобой. А потом ограбит твой дом, замучает женщин и детей твоего клана и подожжет все. Ты стоишь перед ним безоружный. Что ты предпри… В Бильбо вспыхнула ярость. В памяти его всплыли страшные картины, и он накинулся на Кили. Как ни страшен был меч, которым тот размахивал, Бильбо уже знал, что противопоставить этому оружию. Молниеносно зачерпнув из-под ног горсть песка, он швырнул его в глаза противнику. Кили зажмурился, затряс головой и опустил меч. Воспользовавшись этим, Бильбо двинул его коленом в пах. Кили разинул рот от боли и неожиданности и упал на колени. Бильбо повернул голову и посмотрел на Торина, с трудом переводя дух. – Отлично, – одобрил тот. – Только следовало бы отнять у противника меч и проткнуть его насквозь. – Может, хватит на сегодня, дядя? – взмолился Кили. – Оставим протыкание мечом на завтра. Торин сдержал ухмылку. – Бильбо, помоги ему встать. Полагаю, бедняга уже убедился, что ты более серьезный противник, чем можно предположить по твоему виду. – Сказав это, он отошел в сторону. Бильбо проводил его ненавистным взглядом, потом протянул Кили руку. – Не держи на меня зла, – пробормотал он. – Я не хотел причинить тебе боль. – Ничего, – отозвался тот поднимаясь. Тут же на его лице сверкнула широкая улыбка, которая делала его лицо невероятно привлекательным. – Я пострадал не зря. – Как это? – хмуро спросил Бильбо. – Ни разу за три года мне не случалось видеть, чтобы дядя сдерживал улыбку! – Казалось, от радости Кили забыл про боль. – Ради этого я готов снова выдержать твой натиск.   Теплый солнечный луч упал на лицо Торина и разбудил его. Вечный враг проснулся вместе с ним, пронзив болью все тело. Но необычайно ясная голова помогла ему быстро преодолеть дремоту. Открыв глаза, Торин увидел солнце, пробивающееся сквозь густые кроны деревьев, и удивился, почему его не мутит, как обычно. Потом припомнил, что накануне не пил. Вот она, причина усталости. Торин несколько часов промаялся без сна на жесткой земле, борясь с болью и пытаясь забыться. Скорее бы пополнить запас горячительного. В лагере не оказалось никого, кроме Бильбо, занятого приготовлением завтрака. Торин наблюдал, как аккуратно он стелет на землю скатерть, как расправляет на ней все складки, натягивает уголки. На скатерть он положил буханку хлеба, кусок сыра, вяленую рыбу, поставил кувшин и несколько деревянных чашек. Окинув взглядом результаты своих трудов, тот нарезал хлеб и попытался расположить еду более привлекательно. Потом, достав платок, протер чашки. До чего же педантичны эти Маккендрики! Торин фыркнул от возмущения. Лучше бы тратили время на обучение молодежи воинскому искусству! – Где другие? – осведомился он вставая. Бильбо вздрогнул и поднял глаза. – Сегодня вечером мы доберемся до моих родных земель, – отозвался он, убирая платок. – Они ушли на реку умыться и приготовиться к прибытию. Торин потянулся и выругался, ощутив резкую боль. Усевшись возле импровизированного стола, он схватил кусок хлеба и жадно набросился на него. Вскоре появились остальные – чистые, с мокрыми волосами. Торин с недоумением уставился на розовые щеки Кили. Давненько он не видывал его столь аккуратно подстриженным. – Ты что, готовишься к званному ужину? – сухо заметил Торин, когда племянник сел рядом с ним. Кили удовлетворенно фыркнул: – Жду не дождусь, когда увижу и тебя без этой пыли и грязи. – Не собираюсь бриться! – отрезал Торин, потянувшись за сыром. – Все равно придется, – вставил Бильбо. Торин покосился на него. Бильбо прищурил глаза: – Я просто хотел сказать, что мой клан с нетерпением ждет нашего возвращения и мечтает познакомиться с Черным волком. Люди слышали о твоей невероятной силе, отваге и подвигах и хотят устроить тебе прием, достойный славного воина. Надеюсь, ты не покажешься им таким… – Каким? – с угрозой спросил Торин. – Человеком, не успевшим помыться, – пришел на помощь Бильбо Фили. – Мы, Маккендрики, очень следим за чистотой. Торин саркастически покосился на потрепанную одежду Бильбо: – Вот не подумал бы. Бильбо невольно смутился. Он нарочно оделся просто, чтобы чужаки не догадались, кто он такой. Пусть Торин принимает его за слугу. Никто пока не должен знать, что в нем течет кровь Маккендрика. – К слугам это не относится, – пробормотал он. – Но к воинам более жесткие требования. – Ваше дело. – Торин пренебрежительно повел плечами. – Я не собираюсь мыться. – Не рассчитывай на уважение моего клана, если явишься зловонным дикарем, покрытым коростой, – не вытерпел Бильбо. – Думаешь, люди поверят, что перед ними Черный волк? – Мне наплевать, поверят они или не… – А денек-то будет теплый! – непринужденно заметил Кили. – Хорошо бы поплавать, прежде чем выступить в поход, а, Торин? Тот бросил на племянника убийственный взгляд. Воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить. Торин чувствовал на себе осуждающие взгляды. – Уговорили, – бросил он. – Поплаваю, если вам угодно. Увидев Кили и Торина, возвращающихся с реки, Бильбо застыл от удивления. Всклокоченная борода Торина теперь была аккуратно подстриженной, подчеркивая волевой подбородок и открыв мужественное лицо. До пояса он был наг, накидка заменяла ему сейчас набедренную повязку. Его грудь, плечи и живот словно состояли из одних мышц. Правда, тело его было покрыто шрамами, но не вызывало сомнений, что этот мужчина отличается недюжинной физической силой. Бильбо догадался, что только боль довела Торина до столь плачевного состояния. Вода стекала с его темных волос на бронзовые от загара плечи и грудь. – Так лучше? – хмуро осведомился Торин, вскинув бровь. Бильбо отвел глаза и хмуро кивнул. – Тебе и самому не мешало бы искупаться, – фыркнул Торин. – Или у вас в клане слуги не моются? Бильбо стиснул зубы, но промолчал. Он, несомненно, перестарался с маскарадом. Сейчас он единственный был покрыт дорожной грязью. – Моя внешность не представляет никакого интереса для клана, – холодно ответил он. – А вот твоя – напротив. – Нам, конечно, не хочется, чтобы люди твоего клана приняли нас за дикарей. – Кили бросил на Торина многозначительный взгляд. Торин потянулся за своей рубахой, и Бильбо с отвращением покосился на это ветхое и грязное рубище: – У тебя не найдется ничего почище? – Когда мы поскакали вам на выручку, я не успел захватить свои туалеты, – едко ответил Торин. – А вот я все предусмотрел. – Кили подошел к своей лошади и извлек из сумки чистую одежду и сапоги. Торин удивленно уставился на одежду, принадлежавшую ему, когда он был лэрдом Макфейном. Став изгнанником, он отказался от прежнего имущества, несмотря на щедрость Гарольда, великодушно предложившего ему забрать все, что нужно. Видимо, Кили проявил больше предусмотрительности. Но зачем он взял все это, отправляясь проверить, не угрожает ли что-либо Маккендрикам, и собираясь вернуться назад той же ночью? – Жаль, что ты не захватил запас вина, – ехидно заметил Торин. Племянник пожал плечами: – Места не хватило. Торин, все такой же хмурый, перестал поддерживать свою набедренную повязку, и она упала к его ногам. Бильбо отвернулся, сдержав недовольный вздох и посмотрел вдаль, мечтая поскорее оказаться дома. Сколько времени они уже потеряли. Спустя некоторое время он снова взглянул в сторону Торина. Человек, стоявший перед ним, не имел ни малейшего сходства с пьяным бродягой, который вылез из хижины четыре дня назад. Он величественно смотрелся в рубахе, кожаной куртке и богатой накидке. Меч висел на широком ремне, ноги были обуты в новые сапоги из оленьей кожи. Его голубые глаза взирали на Бильбо спокойно и чуть высокомерно. Весь вид его свидетельствовал о силе и уверенности в себе. Он знал, что обладает незаурядными возможностями, и был готов без колебаний воспользоваться ими. Вот о таком воине и говорил Элпин. Этот воин водил в бой тысячу бойцов, совершал бесчисленные подвиги, являл беспримерную отвагу и выходил невредимым из сражений, одерживая славные победы. Но тут же Бильбо с недовольством подумал, что все это лишь видимость. Макфейн – беспробудный пьяница, под его великолепным одеянием багровеют рубцы; стоит ему выпить – и все сразу заметят, как он слаб. – Ну как, теперь я заслуживаю твоего одобрения? – мрачно поинтересовался Торин. Бильбо отвернулся, осознав, что сам весь покрыт пылью и грязью. Торин взирал на него свысока, принимая за человека из низшего сословия... Ну и пусть. Это из-за Торина он так обрядился, это все он виноват. – Годится, – буркнул Бильбо, забираясь в седло. – Пора в путь! Колотя лошадь пятками по бокам, он пустил ее в галоп, желая обогнать Торина. Догадавшись, какая ненависть сжигает его, Торин, чего доброго, повернет назад и снова окажется в дыре, из которой они его вытащили. Границы земель Маккендриков они достигли почти затемно. У Бильбо потеплело на душе. Никогда прежде он так не удалялся от родных мест. Путешествие продлилось девять долгих дней. Стремясь поскорее попасть домой, он обогнал своих спутников. Ему очень хотелось первым увидеть любимый замок и мирные домики вокруг. Но он увидел трупы. Они лежали на лугу, поросшем невысокой травой, и Бильбо не заметил бы их сразу, если бы его внимание не привлекло какое-то желтое пятно. Придержав лошадь, он направился к пятну, размышляя, не потерял ли кто плащ во время охоты. Подъехав ближе, Бильбо понял, что это не плащ, а рубаха. В траве лежал ничком мужчина, погибший от удара мечом. Смерть настигла его явно не вчера. С бьющимся сердцем Бильбо оглянулся. Неподалеку лежал еще один труп. Бильбо побледнел. Он узнал их. Гай и Марк! – В чем дело? – спросил Торин, приблизившись. Он спрыгнул с седла. – Тебе плохо? Бильбо судорожно сглотнул, покачал головой и, не оборачиваясь, указал на тела погибших. Все пятеро прибывших молча стояли над первым трупом. – Гай и Марк, – подтвердил потрясенный Фили. – Посланники, которых отправил на переговоры с тобой лэрд Маккендрик. – Они убиты месяца два назад, – мрачно заметил Торин. – Наверное, на обратном пути на них напали враги вашего клана и убили, чтобы вы не узнали о результатах миссии. Бильбо стиснул зубы. Еще две жизни на совести Родерика! – Надо взять тела с собой и похоронить как положено, – сказал Бофур. – Нет. Все четверо удивленно посмотрели на Бильбо. Приняв столь мучительное решение, он попытался объяснить, чем оно вызвано: – Мы возвращаемся в клан вместе с могучим Черным волком, согласившимся оказать нам помощь. Это повод для праздника: наши люди давно лишены радостей. Нельзя привозить с собой то, что свидетельствует о жестокости и порождает скорбь. – Но мы не можем бросить их здесь, как падаль! – возмутился Фили. – Давайте хотя бы предадим их земле. Бильбо вздохнул и покачал головой: – Марк и Гай заслуживают торжественных похорон. В последний путь их должны проводить весь клан и священник. Мы накроем их, и пусть они проведут под звездами еще одну, последнюю ночь. Завтра ты, Бофур, вместе с Фили вернетесь сюда за телами. Таким образом клан узнает о жестоком убийстве. Его спутники пошли за пледами. Бильбо искоса взглянул на Торина: – Лучше не говорить клану, что ты больше не лэрд Макфейн, – проговорил он, прочистив горло. – Это вызовет ненужные вопросы и подорвет уважение к тебе, а без этого тебе будет трудно учить их военному искусству. Бильбо считал, что это лучшее решение. Торин пожал плечами: – Вы платите мне за службу звонкой монетой. Говори клану что хочешь. Бильбо отвернулся. – Я поеду вперед, чтобы предупредить о нашем прибытии. – Он вскочил на лошадь и поскакал к дому, испытывая лютую ненависть к врагу. Если бы Макфейн не утратил положения лэрда, всего этого не случилось бы. Тогда он принял бы предложение его дяди, собрал воинов и приехал сюда с Гаем и Марком, сохранив им жизнь. Черный волк убил бы Родерика, покончил с его сообщниками и явился бы к ним в замок покрытым славой, как и предсказал Элпин, женился бы на его сестре, она была бы жива... Теперь над ним тоже нависла опасность. С тех пор, как их король объявил, что брак можно заключать не только между мужчиной и женщиной, но и между мужчинами, чтобы объединять с помощью лэрдов свои кланы, то все изменилось. Родерик может без труда силой захватить его, пленить и держать взаперти, чтобы получить власть над кланом и заполучить меч. Если Торин Макфейн узнает, что он кровный родственник Маккендрика, то может тоже пожелать стать законным лэрдом их клана. Меча ему может оказаться мало. Нет, такой участи Бильбо для себя не желал. Хотя он сомневался, что такой, как Торин захочет связывать себя браком с мужчиной. Но Бильбо не желал испытывать судьбу. Уж лучше остаться в роли слуги и делать вид, что все Маккендрики мертвы. Обвиняя во всем случившемся только Торина, он не мог избавиться от уныния, ибо и собственные поступки удручали его. Получив задание найти могущественного Черного волка и привезти его сюда уже как нового лэрда клана, он доставил соплеменникам пьяницу, бывшего воина, человека, который согласился поделиться своим военным искусством только за щедрую плату. Стоит людям увидеть его – и они усомнятся, что Бильбо в здравом уме и что имеет право даровать власть, заключенную в мече.