Нелегкий путь

В неподвижном вечернем воздухе разносились взрывы смеха, перебор струн арф и завывание волынок. – Поди ж ты, веселятся! – проговорил Тейвис, почесывая в завшивленной голове. – Значит, с них все как с гуся вода. Грегор потянул ноздрями воздух. – Чую запах жареного мяса! – Он злобно сплюнул. – Надо бы напасть прямо сейчас, пока у них столько жратвы. – Верно, – согласился Мердок. – Зачем ждать, пока они все сожрут? – Терпение! Главарь стоял, широко расставив ноги, заложив руки за спину и устремив спокойный взгляд на замок Маккендриков. – Когда нападающие проявляют излишнее рвение, желая поскорее утолить голод, они терпят поражение. Надо дождаться удобного момента. – Чего там дожидаться? Это же всего-навсего Маккендрики! – фыркнул Грегор. – Нагрянем и унесем все, что удастся, как в прошлый раз. – Оборона у них никудышная, драться они не умеют, – подхватил Мердок. – Чего проще: набить брюхо и найти себе какую-нибудь шлюху, чтобы согрела холодной ночью. – Он сделал шаг к лошади. – Погоди! Приказ прозвучал негромко, но Мердок повиновался. – Согласен, их нетрудно одолеть, – сказал Родерик, отворачиваясь от замка. – Но ведь они тренировались и усиливали оборону! Вдруг задача окажется сложнее, чем кажется? – Ты же сам говорил, что ими руководил пьяный калека, – напомнил Тейвис. – Чему он мог обучить кучку акробатов и рифмоплетов? – Скорее всего ничему, – согласился Родерик. – Ну а как вам их новые ворота и частокол на стене? – Он еще не достроен, – махнул рукой Мердок. – Мы запросто одолеем стену. – А когда ворвемся в замок, они испугаются и не окажут сопротивления, – добавил Грегор. – Схватим этого Маккендрика, заставим отдать нам меч – и дело с концом. – Нет, это будет только начало, – пробормотал Родерик, снова устремляя взгляд на ярко освещенный замок. Вид недостроенной башни заставил его поморщиться от злобы. Он прищурил зеленые глаза. Сукин сын, кажется, вообразил, что обвел его вокруг пальца! Сначала ублюдок Маккендрик распорол ему кинжалом щеку, навсегда оставив печать уродства на некогда безупречном лице. Потом, когда он уже придумал, как принудить девку вручить ему меч, та взяла и подпалила башню, спутав все его планы. Родерик помнил, как был потрясен, взирая на языки пламени, которые вырывались из окон башни. В тот момент он почти поверил, что уже никогда не завладеет могучим мечом Маккендриков. Кто же знал, что у Маккендрика есть еще один наследник. Мало того, теперь в замке находился Макфейн. Родерик терялся в догадках, с какой стати его бывший командир и лэрд оказывает услуги этому никчемному клану. Великий Черный Волк превратился в жалкую крысу и спасается от своей убогой жизни беспробудным пьянством. Маккендрики жестоко заблуждаются, если полагают, что Торин способен чем-то помочь им. Бильбо ни за что не отдаст ему меч. Шпион сообщил Родерику, что тот не видит в Торине будущего лэрда. Ничего удивительного: кто в здравом уме решит, что Макфейн способен стать лэрдом! Одно Родерик твердо усвоил, пока сестра Бильбо выхаживала его: та была уверена, что следующий лэрд клана будет верхом совершенства. Хромой пьяница Черный Волк, покрытый шрамами, весьма далек от совершенства. Поднеся руку к щеке, Родерик машинально провел пальцем по уродливой отметине, оставленной рукой Маккендрика. Он поморщился. Родерик почти убедил сестру Бильбо, что он тот самый человек, которого они ищут. Но тут вмешался дряхлый безумец, якобы ясновидящий, и велел девчонке отвергнуть его. Дура смирилась с приговором Элпина. Как видно, ответственность перед кланом возобладала над чувствами. И тогда Родерик понял, что больше мешкать нельзя. – В этот раз мы одолеем Маккендриков так же легко, как тогда, – заверил он своих сообщников. – Главное – захватить наследника. Уж я растолкую ему, что ждет клан, если я не получу меча! Давайте дождемся, пока они наедятся и напьются до отвала. Мы нанесем удар тогда, когда их мозги будут затуманены, а ноги утратят прыть. – А как же жратва? – взвился Грегор. – Замок будет в наших руках, – напомнил Родерик. – Вы успеете нажраться. Успокоившись, приближенные разбрелись, чтобы передать приказ главаря своим подчиненным. Родерик снова обратил взор к сияющим окнам замка. Еще немного – и меч будет принадлежать ему. Это волшебное оружие дарует ему власть. Он усмехнулся и повертел в руке кинжал, предвкушая, как располосует лицо ублюдка Маккендрика. А после того, как Бильбо станет кротким, можно закончить с ним то, что не успел сделать с его сестрой и хорошенько поразвлечься. Пусть впредь знает, каково прогневить нового лэрда.

***

Веселье было в самом разгаре. Маккендрики затеяли в большом зале танцы и, взявшись за руки, образовали широкий круг. Столы были уставлены блюдами с жареным мясом, рыбой, огромными караваями хлеба, сыром, сладкими пирогами. Эль и вино лились рекой, так что у танцоров горели щеки и сверкали глаза. Грэм и Рамси, устроившись на деревянном балкончике, дули в волынки с небывалым задором. Брайс и Хью, подкрепив силы доброй порцией эля, решили потешить соплеменников новым фокусом. – Почему бы тебе не потанцевать с Мег? – спросила Агнес. – У меня нет настроения, – поморщился Бильбо. Он наблюдал, как Дункан кружит в танце Элизабет, завидуя их беззаботности и веселью. – Ты давно не танцевал. Может, ты разучился? Бильбо через силу улыбнулся и обвел взглядом зал. Минуло всего несколько месяцев с тех пор, как на его глазах Мерри танцевала в этом зале со своим отцом. Лэрд Маккендрик был красив и умен. Он умел сочинять стихи, охотиться, играть на волынке. Мудрость и милосердие стяжали ему славу и уважение. Этот вождь пользовался любовью всего племени. Его смерть потрясла клан. В один день с ним пало немало Маккендриков, и все же нынче в зале царило веселье, а не печаль. Бильбо вздохнул. Как же ему не хватало их смеха и улыбок! Теперь он не только горевал по близким, но и нес на себе непосильный груз ответственности за благоденствие клана. Как ни впечатляли последние достижения соплеменников, Бильбо знал, что этим людям не выдержать настоящий штурм. Макфейн, их учитель, тоже не обольщался на сей счет. – Почему с нами нет Макфейна? – спросил Фили, приблизившись к нему вместе с Бофуром и Ниэллом. – Он спустится сюда? – Не знаю, – ответил Бильбо. – Ему гораздо лучше, чем три дня назад, но едва ли он к нам присоединится. Лечение тоже утомляет. – Смотри, как бы он не пристрастился к твоим снадобьям, – бросил Ниэлл. – Вдруг обнаружит, что твои травы действуют на него сильнее вина. Бильбо недовольно нахмурился: – Следи за языком! Что ты несешь? – Ты уделяешь его лечению слишком много внимания, – заметил Ниэлл. – Я делаю, то, что должен! Чтобы наши люди быстрее обучались. – И при этом проводишь у его постели слишком много времени, – язвительно ответил Ниэлл. – Спокойно! – воскликнул Бофур, заметив, как Бильбо в порыве гнева шагнул к Ниэллу. – Нам всем стоит помнить, что сегодня не подходящий день для ссор. Посмотрите вокруг, люди наконец расслабились и счастливы. Бильбо поджал губы. В другом конце зала Мег, заметив его, послала ему ободряющую улыбку. Он через силу улыбнулся в ответ. Бофур прав, нужно забыть про ссоры и хоть один вечер не думать о прошлом. – Вот и Макфейн, – предупредил Фили. Бильбо повернул голову и увидел, как тот входит в зал. – Ему намного лучше, – удивилась Мег, встав рядом с Бильбо. Пересекая зал, Торин внимательно следил за своей походкой, зная, что привлекает к себе всеобщее внимание. Он впервые предстал перед кланом после того, как упал с коня, и хотел выглядеть сильным и подтянутым. Ему и впрямь стало несравненно лучше. Настойчивость Бильбо, который упорно растирал его и делал что-то не очень понятное с его спиной – Торин слышал хруст, но боли не испытывал, – принесла плоды: он возродился к жизни. Правда, в последний раз Бильбо послал вместо себя Элизабет. Торин догадывался, что это вызвано неловкостью, которую они оба испытывали во время лечения. Ни разу руки Бильбо не дрогнули, но в глазах и голосе иногда мелькало смущение. Элизабет хоть и старалась, но ей было далеко до Бильбо и Макфейн был невольно разочарован, что тот перекинул обязанности на девушку. Сначала он не желал присоединяться к пирующим, но смех и музыка, доносившиеся даже сквозь толстые каменные стены, побудили его подняться. Нарядно одевшись, Торин почувствовал себя бодрым и почти здоровым. Он отыскал Бильбо в толпе и увидел его рядом с Агнес и другой светловолосой девушкой, одетой в зеленое платье. Маккендрик был сегодня тоже нарядным, но не особо веселым. – Добрый вечер, миледи. – Торин слегка поклонился. – Агнес. Девушки поклонились в ответ. После этого Торин обратил взгляд на Бильбо, который с удивлением его разглядывал. Никогда еще Макфейн не двигался так легко; ясный взгляд его синих глаз убеждал в том, что он ожил, не прибегая к возлияниям. – Ты хорошо выглядишь, – сказал Бильбо. – Рад, что тебе полегчало. Макфейн сдержанно улыбнулся. – Твоими стараниями. – Трудно поверить, что несколько дней назад ты и стоять не мог! – ввернул Ниэлл. – Ты полагаешь, что окончательно выздоровел, или это лишь временное облегчение? – Тронут твоей заботой, Ниэлл, – спокойно ответил Торин. – На мое счастье, умелая забота сделала свое дело. Уверен: если мне опять станут досаждать боли в спине, ваш глава поможет своими горячими маслами и целебными прикосновениями. Услышав это, Мег удивленно посмотрела на Бильбо. Тот не знал куда девать глаза от смущения, проклиная все на свете. Макфейн заметил недоумевающий взгляд Мег и понял по ее поведению, что она питает к Бильбо довольно нежные чувства. Не было сомнений, что они близки. Он задался вопросом отвечает ли Бильбо на ее чувства тем же и украдкой посмотрел на Маккендрика. По его лицу было трудно что-либо разобрать. – Мне следовало бы пригласить на танец кого-нибудь из дам, – проговорил Торин, – но боюсь мое состояние пока не позволит этого сделать. Бильбо удивили его вежливый тон и галантность по отношению к женщинам. Вообще-то следовало бы удивляться его прежней неотесанности: не всю же жизнь он провел в грязной берлоге, из которой они его извлекли! Макфейн вырос в замке, получил хорошее воспитание. Его, единственного сына лэрда, с раннего детства прочили в вожди клана – многочисленного, сильного, богатого, имеющего большое войско. В былые времена Макфейн наверняка пировал с соплеменниками и, конечно, танцевал… Они прошли к столу и Торин выдвинул стул, приглашающе махнув Бильбо рукой. – Что ты делаешь? – пробормотал Бильбо с недоумением. Он украдкой посмотрел по сторонам, в надежде, что никто не заметил этой заминки. – Пытаюсь проявить учтивость по отношению к главе клана, – ответил Торин. Его глаза, хоть и не затуманенные хмелем и болью, были непроницаемы, как глубины горного озера. Взгляд Торина поверг его в легкий трепет. Черный Волк оживал у него на глазах. Торин держался не только как могучий воин, но и вельможа, привыкший к хорошему обществу. Прежде ему явно удавалось обуздывать свои дурные привычки. Помедлив, Бильбо уселся за стол и Макфейн последовал его примеру. – Мы соскучились по занятиям с тобой и надеемся, что завтра они возобновятся, – сказал Энгус. – В твое отсутствие мы с Энгусом выбивались из сил, помогая Кили, но наши голоса не долетали до его ушей. Боюсь, этот молодой человек глуховат, – изрек Дугалд. – Неужели? – Торин улыбнулся. – Странно, как я раньше этого не замечал. Внезапно сквозь музыку и смех прорвался истошный крик. Весь клан замер в немом ужасе. – Неприятель! На нас напали! – Родерик! – крикнул, задыхаясь, Колин. – Он и его люди штурмуют стены. Маккендрики застыли в растерянности. Но уже в следующую секунду все пришло в движение: опрокинув столы и стулья, мужчины побежали в разные стороны. Женщины бросились к детям. Наталкиваясь друг на друга, люди отдавали беспорядочные приказы. Однако кое-кто по-прежнему сидел, прикованный к месту страхом. Большего смятения и паники Торин в жизни не видывал. – Тихо! – взревел он, обрушив на стол свой мощный кулак. – Всем встать! Маккендрики мгновенно повиновались. – Чтобы отразить нападение, прежде всего сохраняйте спокойствие, – продолжал он, поднимаясь. – Колин! Сколько людей он ведет на штурм? – Точно не знаю, – растерянно проговорил юноша. – Человек сорок, наверное. – А сколько мужчин и женщин в этом зале? – Около двухсот пятидесяти. Но… – Значит, у нас огромное преимущество перед бандой грабителей! – Торин спокойно оглядел ошеломленных Маккендриков. – Вам предоставляется прекрасная возможность проверить приобретенные навыки на настоящем противнике. На сей раз не бойтесь причинить ему вред. Ясно? Бледные Маккендрики закивали головами. – Кили и Фили! Ведите своих людей на стены и сбросьте неприятеля вниз. Бофур, поставь людей над воротами на случай, если враг вздумает их таранить. Элизабет и Агнес, отправляйтесь с женщинами в башни и стреляйте во все, что движется. Хелен, спрячь детей и стариков в вырытом нами потайном ходе. Захвати c собой лук и стреляй в любого, кто устремится туда за вами. Все прочие должны принести оружие и щиты, занять свои позиции во дворе, а также в коридорах на случай прорыва. За дело! Простые и быстрые команды привели Маккендриков в чувство, и они бросились выполнять их. Бильбо собрался присоединиться к соплеменникам. – Ты куда!? – спросил Торин. – Я помогу Мег и поднимусь на стену с остальными. – Родерик знает о тебе, потому и вернулся. Не смей туда соваться. – С чего ты взял? – Даже если это еще не так, в клане есть предатель, который поспешит поставить его в известность. Бери Мег и вместе с ней и Хелен бегите в потайной ход. Оставайтесь там, пока я за вами не приду. – Нет! Я буду сражаться вместе с кланом. – Слушай меня внимательно! – Торин шагнул к нему и схватил за плечи. – Не знаю уж зачем, но Родерику нужен именно ты. Ты – самое слабое наше звено. Как только тебя поймают и начнут угрожать смертью, клан сложит оружие. Поэтому береги себя. Макфейн требовал невозможного! Как остаться в стороне, когда над кланом нависла опасность? – Не могу! Торин оттащил его в сторону и прижал к стене, сверкая глазами: – Тебе придется подчиниться мне! Иначе я сам стащу тебя вниз и запру! – разъярился он. – Ты не понимаешь, Макфейн. Он будет убивать одного за другим, пока я не выйду! Его голос дрогнул от страха. Торин, поняв его чувства, утратил прежнюю решимость. Бильбо любил свой народ так, что был готов умереть за него. Он не желал отсиживаться в темном углу, пока люди будут сражаться. Но Торин счел необходимым настоять на своем. Если Родерик найдет его, трагедию не предотвратить. Да и сам Торин не сможет биться с врагом, зная, что жизнь Бильбо под угрозой. – Я не позволю Родерику убивать Маккендриков, – поклялся он. – Слышишь меня? Никто в этот раз не падет, как баран на заклании, а если уж и умрет, то в бою. Но, возглавляя оборону, я должен быть уверен, что ты в безопасности. Рисковать тобою нельзя. – Торин приподнял его подбородок, заставив посмотреть на него. – Понимаешь? – Да, – неохотно ответил Бильбо, – понимаю. Его бледное лицо выражало спокойствие, но в глазах застыл страх. – Все будет хорошо, – сказал Торин, понимая, как глупо давать несбыточные обещания. Невольно Торин восхитился его храбростью. Несмотря на страх, он хотел сражаться. Не найдя подходящих слов, Торин снова стиснул его плечи, испытывая смешанные чувства. Неожиданно для себя, ему захотелось прижать Бильбо к себе и успокоить. Бильбо смотрел в его глаза, отчаянно желая верить каждому его слову. Увы, Макфейн лишь держался уверенно, а душу его разъедали сомнения. – Ты сам в это не веришь, Макфейн! – крикнул Бильбо, высвобождаясь. – Я убежден в одном: Родерик не причинит тебе вреда. Я сам убью его. – Эти слова прозвучали как торжественная клятва. Торин стиснул его так крепко, что он поморщился от боли. В синих глазах пылал гнев. Бильбо попытался оттолкнуть его, но Торин сам его отпустил. Искаженное злобой лицо внезапно смягчилось. Внезапно Торин поднял руку и снова тронул его подбородок. – Ступай вниз, – тихо сказал он. – Мне пора в бой. Почти не хромая, он поднимался по лестнице. Бильбо проводил его взглядом, охваченный мучительными сомнениями. Услышав крики и поняв, что сражение в разгаре, он кинулся наверх. Нужно найти Мег и убедиться, что все женщины и дети в безопасности.