Нелегкий путь

В воздухе пахло хвоей, сырой землей, вереском, растущим на горах. Сейчас, в неподвижной темноте, запахи казались куда загадочнее, чем при свете дня. Чем больше он углублялся в чащу, тем сильнее они дурманили ему голову, но Торин не терял бдительности. Вскоре стало так тихо, что он слышал лишь свое дыхание и биение собственного сердца. Никогда еще он не осознавал так остро, что совершается в нем и вокруг него. Если люди Родерика прочесывают местность, он учует их раньше, чем они догадаются о его присутствии. Но увы, безоружному и искалеченному, ему не выдержать схватки. Зачем было уступать Эплину? Впрочем, как ни твердил внутренний голос, что он зря тратит время и должен бежать, пока не поздно, он упорно ехал вперед. Сколько же еще продираться сквозь заросли, прежде чем откроется место, где можно будет лечь и уснуть, не опасаясь, что ему перережут глотку во сне? Враги находились поблизости, Бильбо и пленницам угрожала смертельная опасность. Торина ничто не располагало ко сну. До чего же хитер Родерик, размышлял он, злясь на себя за глупость. Каких усилий стоило Торину превратить замок Маккендриков в неприступную крепость! Изучив его весь, до последнего камешка, он укрепил все, что поддавалось укреплению. Каждое утро он вставал ни свет ни заря, пренебрегая усталостью и похмельем, и упорно тренировал всех жалких волынщиков, жонглеров, акробатов, рифмоплетов… Как ни удивительно, они превратились в воинов. Да, в отличие от настоящих солдат у них не поднялась бы рука разить и калечить противника, но все же это были отважные мужчины и женщины, готовые защищать свои дома и родных. Он трудился не ради золота, хотя на его блеск сперва и польстился. Видит Бог, он искупал вину перед Бильбо, как мог. Не щадя сил, Торин проверял, нет ли брешей в стенах, занимался с учениками, заключал союзы с соседними племенами. Казалось, было сделано все, чтобы Маккендрики выдержали нападение. Но, как выяснилось, он предвидел не все. Родерик, захватив пленниц, принудил Бильбо к покорности. Торин догадывался, что Бильбо ринулся в ловушку не просто так. Мег была его любовницей, об этом следовало догадаться раньше. Значит, ради нее он рисковал своей жизнью. Вопрос только любил ли он девушку? Неужели она настолько ему дорога, что Бильбо готов был рискнуть ради нее жизнью. Торина неприятно кольнула эта мысль. Нахмурившись, он мрачно смотрел прямо перед собой, снедаемый внезапной ревностью. Он забрался в густую чащу и увидел высоко над головой тесно сомкнувшиеся кроны деревьев. Землю покрывали мох и папоротник. На первый взгляд здесь было сухо. Решив, что лучшего места не найти, он с облегчением опустился на мягкую землю, прислонился к стволу и задумался над тем, удастся ли ему уснуть. Мысль о сне казалась нелепой, однако ничего иного не оставалось. Торин сложил руки на груди, закрыл глаза и приказал себе успокоиться. Вскоре он ощутил на себе чей-то взгляд. Открыв глаза, он инстинктивно потянулся за кинжалом, но не нащупал ничего, кроме складок накидки. Ведь он пришел в этот лес безоружным! В нескольких футах от него стоял волк. Глядя на мощного хищника, Торин шарил по земле, пытаясь найти палку или камень. Но не нашел ничего. Волк сделал шаг к нему. Торин напрягся, готовый защищаться. Зверь сделал еще шаг. Заметив, что зверь хромой, Торин ощутил жалость к нему. Янтарные глаза хищника выражали не угрозу, а усталость и любопытство. «Я схожу с ума!» – решил Торин. С чего он вообразил, что дикий зверь не разорвет его в клочья? Однако волк не прыгнул на него, а лег, положил голову на передние лапы и издал долгий стон. Как ни странно, страх Торина исчез. Он почувствовал себя рядом с волком спокойно, словно зверь пришел оберегать его. Торин тоже вздохнул и закрыл глаза. Несмотря на полный упадок сил, он почему-то радовался, что хищник устроился на ночлег поблизости. Торин расположился поудобнее, прислушался и тут же впал в глубокое забытье. В его сон ворвался крик. Открыв глаза, Торин увидел охваченную пламенем бревенчатую башню; от нее валил в небо черный дым, на землю сыпался густой пепел. Рядом стоял Бильбо, глядя на башню с болью и мукой. Его лицо было залито кровью. Неподалеку плакали женщины, сидя возле мертвого лэрда. Внезапно Бильбо с отрешенным лицом шагнул в огонь, исчезнув в пламени.Торин вскочил и хотел было подбежать к башне, но ноги, словно налитые свинцом, отказывались повиноваться. Когда он наконец добрался до горящей башни, она стала рушиться на глазах, обдавая его жаром. Торин пинком распахнул дверь и вошел внутрь, задыхаясь от гари. Из глаз потекли слезы, кожу опалило огнем, но он упрямо взбирался по лестнице, зная, что языки пламени отрезают ему путь назад. Он стал озираться, пытаясь найти Бильбо и утащить его из огня. На втором этаже Торин увидел три двери. Немного подумав, он бросился в третью дверь и увидел Бильбо, стоявшего к нему спиной. – Поздно, – проговорил он глухо. – Я сгину здесь. Я должен был умереть вместо Мерри. Огонь уже лизал его ступни, забираясь на ткань штанов. – Я этого не позволю, – прорычал Торин. Он подбежал к Бильбо и накинул на него плащ, затушив языки пламени. Огонь охватил дверной проем. Оба оказались в западне. «Неудача!» – пронеслось у него в голове, и он опустился вместе с Бильбо на пол – почему-то каменный. Лицо Бильбо было мертвенно бледным, глаза закрыты, он лежал неподвижно. «Прости меня!» – мысленно произнес Торин, обхватив его лицо. В следующее мгновение видение изменилось: то был уже не Бильбо, а Мэриан, бледная и неподвижная. Потом она ожила, нежно прикоснулась к его щеке, ее синие глаза выражали мучительное сожаление. И вдруг Мэриан исчезла. Вместо нее он увидел Родерика, склонившегося над окровавленным телом Бильбо. Лицо Родерика скривилось в усмешке. Торин похолодел, чувствуя, что задыхается. Он ринулся вперед, превозмогая боль, но опоздал. Родерик вытащил меч из груди Бильбо и встал. Торин протянул руку, чтобы коснуться неподвижного тела, но страшное видение вновь исчезло. Картина была столь яркой, что сложно было отличить ее от реальности. Если он не найдет меч, это случится наяву. «Следуй за волком, – раздался голос в его голове. – Он покажет тебе дорогу к дому». Торин в отчаянии покачал головой: – У меня нет дома. «Следуй за волком». Торин вздрогнул и сел, тяжело дыша. Лес по-прежнему был окутан тьмой, но он безошибочно угадал первые проблески зари. Глаза волка встретились с его глазами. Зверь поднялся, сделал несколько шагов, обернулся, потом исчез за деревьями. Торин с трудом встал и последовал за волком. Нога болела так, что в пору было завыть, спину ломило. Продираясь сквозь кусты, он оцарапал в кровь руки, порвал одежду. Он не знал, куда забрел, но это почему-то не тревожило его. Волк, несмотря на хромоту, двигался легко и то и дело останавливался, поджидая его. Пути, казалось, не будет конца, лес был по-прежнему окутан тьмой, и Торин уже сомневался, что скоро рассветет. Наконец волк пропал за высокой стеной кустарника. Торин, постанывая от боли, раздвинул ветки. Тьма мигом рассеялась, и он увидел мерцающее голубое озеро возле поросшей вереском горы. Воздух был неподвижен; туман, не добравшийся до розовой вершины, клубился внизу. Все это на фоне светло-серого неба казалось нереальным. У самого озера стояло раскидистое дерево с мощными ветвями, на которых трепетали листья всех оттенков осени – от светло-лимонного до темно-оранжевого. Под деревом, глядя на Торина, стоял хромой волк.  Торин осторожно приблизился к дереву, помня о том, что в нем может таиться опасность. Волк, терпеливо ожидавший его, посмотрел на ствол. Проследив за этим взглядом, он заметил серебристый отблеск и сделал еще несколько шагов вперед. К дереву был прислонен великолепный меч. Его резная рукоятка, усыпанная сапфирами и рубинами, сверкала так ярко, что хотелось зажмуриться. Торин замер, очарованный великолепным оружием. Он еще никогда не видел ничего подобного. Сколько же понадобилось мастерства и терпения, чтобы создать такое совершенство! Торин с трепетом сжал драгоценную рукоятку. Казалось, она специально предназначена для него! Он поднял меч высоко в воздух обеими руками и быстро рассек им воздух. Этот мощный меч с безупречно расположенным центром тяжести был поразительно легким. Торин ахнул от восхищения и присвистнул. «Успешно пройдя испытание, ты получишь меч, но только если этого пожелает Бильбо. Это, в свою очередь, будет означать, что он избирает тебя в лэрды клана…» Не может быть! Торин в растерянности взирал на прекрасный меч. Бильбо ясно дал ему понять, что не считает его достойным возглавить клан. Скорее всего он прав. И все же Торин стоял в этом уединенном райском месте, крепко сжимая рукоятку меча Маккендрика. «Следуй за волком, – сказал ему голос. – Он покажет тебе дорогу к дому». Он посмотрел на волка. Зверь спокойно выдержал его взгляд, потом пошел прочь и скрылся в чаще Торин остался один. Снова последовать за волком? Но он уже привел его сюда, показав дорогу к мечу. А вот дома у него не будет, пока он не убьет Родерика и не освободит пленников.

***

Бильбо вертел в руке кинжал, наслаждаясь прохладным клинком. Проникавший сквозь матерчатые стены их тюрьмы свет утра отражался в смертоносном кусочке стали. Скоро он вонзит кинжал Родерику в грудь, отомстив за гибель дяди, сестры и всех тех, кого жадность и властолюбие этого негодяя обрекли на смерть. Бильбо вздохнул. Его светлые брови были нахмурены. Что бы ни случилось, Родерик умрет. Снедаемый желанием завладеть мечом, он всегда будет угрозой для его клана, и предотвратить это может только его гибель. Бильбо обязан обеспечить соплеменникам спокойное существование и вручить меч человеку, не склонному злоупотребить его могуществом. Скоро появится Гарольд, и Родерик поймет, что обманут. Охваченный беспредельной злобой, он приставит нож к горлу Мег, чтобы заставить Бильбо покориться и выполнить его требование. Значит, он должен заколоть мерзавца, не дожидаясь развязки. Всю ночь он обдумывал, как удалить из лагеря девушек. Лишившись пленниц, Родерик уже не сможет угрожать. Бильбо он не убьет, ибо никто, кроме наследника Маккендрика, не вручит ему вожделенный меч, но с наслаждением подвергнет его издевательствам. Бильбо преисполнился решимости не допустить этого. Конечно, лишившись главаря, сообщники Родерика не пощадят его, но прежде он постарается спасти Мег и Агнес… Сейчас, при первых проблесках утра, Бильбо понял, что это неосуществимо: люди Родерика окружили лагерь и наводнили лес. Даже если Мег и Агнес удастся удрать, их быстро схватят и приволокут назад. Выходит, им суждено принять смерть вместе. Бильбо поднял глаза вверх, с тоской вспомнив о Торине и понимая, насколько сильную обиду нанес ему. А теперь нет даже шанса сказать ему о своих сожалениях на прощание. Теперь Торин возненавидит его на всю жизнь. Что ж, так тому и быть. Он пошел к Родерику один, чтобы не рисковать снова жизнью Торина. Он уже не винил Черного Волка в гибели невинных женщин и детей. Только Родерик виноват в этом. За то время, что Торин был в замке, Бильбо убедился, что он, трезвый или хмельной, предотвратил бы трагедию. Теперь он не сомневался и в том, что Торин откликнулся бы на зов Мерри и его дяди, если бы мог предотвратить беду. Между тем лагерь начал пробуждаться. «Скоро всему придет конец, – думал он, поглаживая холодную сталь кинжала. – Родерик умрет, а меч будет в безопасности». И вдруг земля задрожала от конского топота и отовсюду раздались истошные крики. Бильбо спрятал кинжал под одежду и подполз ко входу, желая взглянуть, что происходит. Родерик стоял посреди поляны, скрестив на груди сильные руки и широко расставив ноги. Трое всадников, с трудом удерживая взмыленных коней, что-то докладывали своему главарю. Видимо, Родерик поднялся раньше других, а может, и вовсе не сомкнул глаз: он успел побриться, причесаться, надеть нарядную рубашку. Он явно желал выглядеть молодцом, принимая меч. Бильбо сузил серые глаза, наблюдая за ним. «Что ж, единственное оружие, которое ждет тебя сегодня и во веки веков, – это мой кинжал, который пронзит твое подлое сердце!» Выслушав донесение, Родерик задумчиво провел пальцем по шраму на щеке. Его лицо выразило удивление. Видимо, случилось нечто неожиданное. Отдав всадникам распоряжение, он направился к палатке. – Агнес, Мег! – тихо окликнул Бильбо. – Вставайте! Мег села, протирая глаза: – Что случилось? – Сюда идет Родерик. Залитое слезами лицо Агнес исказилось от страха. На нижней губе, распухшей за ночь, кровоточила ссадина. Бильбо ободряюще улыбнулся пленницам: – Все обойдется. Главное, ведите себя смирно и помалкивайте. – Доброе утро, прекрасные дамы! – Родерик поклонился с наигранной учтивостью девушкам и посмотрел на Бильбо. – Милорд. Надеюсь, хорошо выспались? Бильбо бросил на него взгляд, исполненный ненависти. – Вот и отлично, – продолжал Родерик, словно не заметив этого. – Хотелось бы поговорить с тобой с глазу на глаз. – Он приподнял полу палатки, приглашая Бильбо следовать за ним. Бильбо запахнул плащ и шагнул в холодный утренний туман. Люди Родерика поспешно собирали оружие. – Что-то произошло? – осведомился Бильбо. – Уж не прибыл ли Гарольд? – Кажется, тебе на выручку спешит отважный рыцарь, – ответил Родерик. – Мои люди заметили, что твой израненный Черный Волк скачет в наш лагерь. Один. Бильбо недоверчиво посмотрел на него. Что за игру затеял Родерик на сей раз? – Он едет сюда, вооруженный неслыханной красоты мечом. Вот я и раздумываю, не солгал ли ты мне, сказав, что меч у Гарольда. – Внезапно Родерик схватил его за горло, запрокинул его голову и заставил смотреть ему в лицо. – Признайся, солгал мне? – Нет. Бильбо мучительно размышлял над его словами. Макфейн едет сюда, один… Значит, он пьян или сошел с ума. Очевидно, Черный Волк узнал, что Родерик требует меч. Теперь он везет поддельный меч, который и предложит мерзавцу. Других объяснений нет. Теперь у него на глазах разыграется драма: стоит Родерику завладеть мечом, как он разрубит Торина надвое, хотя оружие еще не обретет волшебной силы. – Если ты не вручил меч Торину, откуда же он у него? – заорал Родерик. – Если сюда и в самом деле направляется Макфейн с мечом Маккендрика, значит, он украл его у Гарольда. Иначе он никогда не завладел бы им. Зеленые глаза Родерика сузились. – Торин – ничтожный пьянчуга. Где ему обокрасть Гарольда! – Его пальцы впились Бильбо в горло. – Я разгадал твой обман: ты сам вручил ему меч! Охваченный бешенством, Родерик снова стал душить его. На этот раз Бильбо не смог стоять покорно. Когда перед глазами поплыли круги, он выхватил кинжал и вонзил его в руку Родерика. Тот взревел от боли и выпустил его. – Мерзавец, – прошипел Родерик. Он неверяще уставился на свою окровавленную руку из которой торчал клинок. Родерик ударил его и Бильбо упал на землю. Но отползти он не успел. Родерик с яростью вытащил из руки кинжал и отшвырнул клинок в сторону. Потом схватил Бильбо и поднял, удерживая за горло. Теперь его ярость ничто не могло унять. Нужно было сразу бить в сердце. – Так или иначе, проклятый меч будет моим! – крикнул Родерик. – Я славно отпраздную великое событие: одним махом снесу Торину башку с плеч. Это будет справедливым возмездием за все беды, которые он мне причинил. – Ты пытался уничтожить его, и он изгнал тебя, хотя другой подверг бы более суровой каре, – выдавил Бильбо, хватая ртом воздух. – В отместку ты погубил сотни женщин и детей родного клана. И после этого считаешь себя обиженным? – Лэрдом Макфейном должен был стать я! – рявкнул Родерик. – Но нет, эта честь досталась Торину, жалкому калеке, ибо закон наследования гласит, что сын наследует отцу. А ведь любой осел понял бы, что выбор следует остановить на мне, а не на этом пропащем пьянице! Родерик наотмашь ударил его по лицу и Бильбо снова рухнул на землю. Он приподнялся, отплевываясь от грязи. Казалось, Родерик решил забыть о своем плане придержать пытки на потом и все больше распалялся. – Нет, Торин куда достойнее тебя при всех его слабостях, – ответил Бильбо подняв голову. – Возглавлять клан может человек честный и справедливый. Такой груз ответственности способен нести лишь беззаветно преданный и отважный рыцарь. Лэрд не смеет пренебречь своим долгом, даже если ему кажется, что он вот-вот рухнет под его тяжестью. Ты мечтаешь стать лэрдом, ибо возомнил, что, подчинив своей воле других, обретешь могущество. – Его тон выражал глубокое презрение. – Настоящий же лэрд хочет помогать другим и стремится к власти, чтобы отдавать, а не брать. – По-твоему, Торин обладает всеми этими достоинствами? – насмешливо спросил Родерик. – Да, и не только этими, – Бильбо поднялся на ноги, не обращая внимания на грязный плащ. – Ведь он знает цену страданию. И тем не менее у него хватает сил, чтобы с трудом поднявшись поутру и превозмогая боль, поспешить на помощь другим. Такие стойкость и отвага тебе и не снились. Разве ты понимаешь, в чем разница между подлым грабителем и убийцей и истинным воином Торином Макфейном! – Польщен вашей любезностью, милорд. Бильбо повернул голову и вздрогнул, увидев Торина на огромном вороном коне. Он спокойно взирал на них. Темные волосы спускались на плечи волнами. Одежда в беспорядке и местами разорвана, вид уставший, под глазами залегли тени, но взгляд был суровым и внушал трепет. Бильбо ощутил, как заколотилось сердце. Он заметил, как Торин измотан и истерзан болью. Впрочем, несмотря на нечеловеческую усталость, воин излучал невероятную силу и уверенность в себе. Спокойные глаза его словно приговаривали соперника к поражению. Торин смерил Бильбо равнодушным взглядом, но все же от его внимания ничего не ускользнуло. Его взгляд был прикован к Родерику, и едва глаза Торина обращались на негодяя, в них вспыхивал неукротимый гнев, казалось, способный испепелить соперника.