edit the sad parts

      Тайлер, как выясняет Джош, великолепно целуется.       Джош также постановляет, что все стоны и другие лёгкие, хриплые звуки, издаваемые юношей — вероятно, лучшее, что ему когда-либо доводилось слышать.       Звенящий тайлеровский телефон в итоге отрывает их друг от друга, теперь Дан всячески пытается восстановить дыхание. Срань господня.       Парень по-прежнему задыхается, — это выглядело бы глупо, если бы напротив него не сидел Тайлер, с которым происходило то же самое, — когда он приходит к выводу, что Джозеф наверняка имел опыт в поцелуях. Невероятный опыт, которому он бы ни за что не положил конец. Джош мысленно возвращается на пять лет назад, в первый год обучения здесь.       Тайлер смотрит на телефон и корчит рожицу, поднимая глаза на Джоша.       — Я должен вернуться домой, — его голос слегка дрогнул.       — Ладно, — Джош не представляет, что ещё нужно сказать. Он чувствует себя легкомысленным — и от поцелуя, и от мысли, что Тайлеру придётся уходить. — Я, наверное, тоже.       Тайлер кивает и поднимается на ноги, немного спотыкаясь в процессе, но вовремя опираясь о плечо Джоша. Дан резко вздыхает от контакта, из-за этого чувствуя себя отстойно, и Тайлер одёргивает руку, смотря в сторону. В комнате тусклое освещение, но Джош клянётся, что может видеть лёгкий румянец на щеках юноши.       — Прости, — бурчит Тайлер и поворачивается, чтобы уйти, и Джош думал последовать его примеру, но вдруг Тайлер оборачивается. — Эм, — медлит он. Его пальцы рассеянно играются с рукавом кофты. Джош замечает, что парню трудно. — Спасибо, — наконец мягко бормочет он, — за... ты знаешь, — он неуклюже что-то показывает жестами между собой и Даном, затем протягивает руку.       Джош принимает руку, удивляясь, что тот её предложил, — несмотря на то, что они делали добрых 10 минут назад, — и вот-вот встаёт, чтобы обняться, но Тайлер лишь пожимает его руку.       Ну конечно.       — Эм, ээ... всё нормально? — Джош приземляется назад, думая, что это самый неловкий момент, так как сейчас парень, который пару минут назад едва ли не зусунул язык в его глотку, ведёт себя так, словно они только познакомились.       — Вполне. Ну... — говорит Тайлер и опускает руку, — пока, — он почти бросается к двери.       — Пока, — произносит Джош, когда дверь в музыкальную комнату уже захлопывается. Он вздыхает и устало трёт глаза.       Он конченый идиот.

***

      Их интрижка продолжается.       И всё-таки Джош не уверен во всём этом, но не отступает.       Он решает не рассказывать об этом Эшли и Хэйли; он уже знает, что они ответят. Они будут пытаться убедить его прекратить, затем скажут, что Тайлер твердолобый, чудовищный долбаёб, который был с Джошем только для того, чтобы почувствовать себя лучше, и что всё это закончится плохо. И они были бы на 100% правы. Но по правде говоря, Дан ещё не готов отказаться даже от таких отношений с Тайлером. Джош в данный момент не нуждается в лесбийских нотациях.       Всё это происходит не только потому, что Дан был одинок и имел потребность в милом мальчике (в которого был страстно влюблён четыре года, если быть точным) — хотя и это было неплохо. Нет, потому, что он стал узнавать Тайлера Джозефа.       С каждым новым свиданием (он не знал, как это можно ещё назвать) парень раскрывал всё больше мелких деталей и словно заглядывал в личную жизнь Тайлера. Этого не много, — например, он всё ещё не знает, откуда у юноши неделю назад были все эти ушибы, или какова реальная причина его первого появления ночью в музыкальном классе, — но Джош чувствовал, как каждый кусочек новой информации помогает собирать мозаику.       Он узнаёт, что любимая группа Тайлера — это что-то между Death Cab For Cutie и Grouplove, что для Джоша большой сюрприз. Он узнаёт, что у Тайлера имеются два младших брата и сестра, он рассказывает он них с любовью, — Зак, Мэдди и Джей, — и что он умеет играть на укулеле, басу и аккордеоне. Он узнаёт, что Тайлер на самом деле очень смешной, беззаботный и придурошный; когда он не уходит в себя (а эти неприятные вещи, кстати, случаются всё реже), то шутит с Джошем всё больше и больше.       Все эти новости были одновременно хорошими и плохими. Влюблённый Джош влюбляется ещё сильнее, хотя он был уверен, что это невозможно.       Особо ничего не изменилось между ними, тем не менее. Они по-прежнему репетировали вместе: в основном перепевали чужие песни или выдумывали свои чудные и нелепые мелодии, просто дурачась с инструментами. Иногда Тайлер спал возле пианино, а Джош, чтобы не беспокоить парня, делал домашнюю работу в это время. Одной подобной ночью Тайлер проснулся и обнаружил Джоша, что решал домашку, и уже следующей ночью младший парень принёс свои тетради, чтобы тоже поработать — это стало ещё одним занятием, которое они выполняли совместно.       Единственной огромной вещью, которая не изменилась, было тайлеровское «я не гей». «Пожалуйста, не рассказывай никому», — со слезами, льющимися из глаз, умолял Джозеф, когда украл у Джоша ещё один поцелуй.       Однако Джош не был полным идиотом. Он знал, что не нравится Тайлеру, и он не собирался никого обманывать, фантазируя о чём-то большем. Единственная причина, почему Тайлер был с ним по ночам — ощущение чуть большего контроля над собой. Джошу повезло оказаться в школе той ночью. Он был не «левым» человеком.       И Джош бы соврал, если бы сказал, что придерживается той же позиции. Он бы солгал, если бы сказал, что Тайлер был единственным, кто ловил кайф от всей этой ситуации. Тайлер был не единственным, кто искал выгоду в этих отношениях. Это была очередная причина, почему Джош не рассказывал обо всём Эшли и Хэйли. Они были друг с другом тогда, когда нуждались в том, чтобы забыть все моменты, проведенные в одиночестве; чтобы целоваться, любить друг друга и крепко обниматься. Как Пит и Патрик, Брендон и Даллон. Они не поймут, что Джош чувствует, сколько он нуждался в этом, даже если их отношения станут реальней реального.       Он довольно много думал о том звуке, который исходил из гортани Тайлера, когда ещё только увидел его в первом году в зале физкультуры. Даже если в контексте это звучит немного не так, как было на самом деле.       Может ли кто-нибудь реально его винить?

***

      В субботу вечером Джош заполняет рюкзак бутербродами с арахисовым маслом и соком Capri Sun, прежде чем закидывает его на спину и преодолевает путь до школы. В последнее время Тайлер выглядел чрезвычайно голодным. Джош, когда они делали огромный тест по математике, заметил, как урчит живот Джозефа. Он не настаивал на подробностях, когда парень смущённо признал голод, но знал, что Тайлер врал, когда говорил, что это лишь из-за его забывчивости, что он забыл поесть. Вместо этого Дан просто начал таскать еду.       Его желудок предательски скрутило в дискомфорте и неуверенности, когда он наблюдал, как Тайлер пожирал бутерброды (целых три!) в первый раз — как если бы тот не ел несколько дней. Что-то определённо было не так, но он не мог сделать ничего, чтобы помочь, разве что носить побольше пищи.       Джош проникает через новую дыру в заборе, о которой поведал Тайлер, а потом прыгает по ступенькам в школу. Эта дыра была пошире, а забор не таким ржавым, так что теперь парень может не портить одежду.       Тайлер уже сидит в музыкальном классе, когда заходит Джош, но не играет на пианино. Вместо этого он сидит на стуле перед барабанами, иногда проводя пальцами по басу, пожёвывает кончик карандаша и читает книгу «Всё мои сыновья» Артура Миллера.       — Привет, — здоровается Дан, а Тайлер дёргается от неожиданного звука, но улыбается, когда понимает, что это всего лишь Джош. — Чего читаешь? — он движется к фортепиано и усаживается на скамейку перед Тайлером, пристраивая рюкзак рядом с собой.       — Это нужно на английский язык, мы должны прочесть и написать эссе, — отвечает Тайлер и неопределённо качает головой. — Это можно сделать и в конце года, но книга реально интересная.       — О чём она? — Джош улыбается; он всегда радуется при виде Тайлера, который чем-то заинтересован.       — Она о парне, который во время Второй Мировой войны погубил двадцать одного пилота во благо своей семье и бизнесу, — объясняет Тайлер, всё время глядя на Джоша. — Это произошло, потому что он осознанно отправил пилотам неисправные запчасти.       — Звучит угнетающе, — заключает Джош. — Не могу себе представить, как кто-то умирает из-за меня.       Тайлер согласно мычит и сгибает страничку, делая будто собачьи ушки, прежде чем бросает книгу в рюкзак. Он встаёт и подходит к пианино, чтобы усесться рядом с Джошем. Дан приподнимает свою сумку, на что Тайлер нетерпеливо улыбается.       — Давно сидишь? — спрашивает Джош, протягивая парню бутерброды. Лицо Джозефа озаряется при виде еды, а Джош вновь испытывает беспокойство. У Тайлера под глазами тёмные круги, он выглядит так, словно готов грохнуться в любую секунду. И он выглядит очень худым, худее чем обычно.       — Да не, — уверяет младший, надкусывая бутерброд. Он закрывает глаза и счастливо стонет, на что член Джоша отзывается лёгким дёрганьем. Тайлер доедает оставшуюся часть лакомства в два укуса. — Боже, это так классно, спасибо, — бормочет он с набитым ртом.       — Да без проблем, чувак, — отвечает Джош и протягивает парню второй сэндвич и пакетик сока.       Тайлер принимает их и с благодарностью шепчет очередное «спасибо», прежде чем доесть даже быстрее, нежели первую порцию. И несмотря на то, что Джозеф сейчас выглядит довольным, Джош не сможет больше ничего сделать, и от этого он чувствует, как грусть заполняет его. Юноша вёл себя так, словно сейчас был пир... Что родители с ним делают?       — Спасибо, Джош, — смущённо говорит Тайлер, когда опустошает Capri Sun и отправляет упаковку в мусорку, а Джош в ответ лишь мычит.       Они сидят в уютной тишине, когда Джош пьёт свой Capri Sun, как вдруг Тайлер начинает наигрывать на пианино мелодию, которую Дан не узнаёт.       — Новенькое? — задаёт он вопрос, на что получает кивок головы от Тайлера. Джош кивает в ответ. — Круть, — говорит он, направляясь к барабанной установке. Это уже превратилось в рутину: каждый раз, когда Тайлер что-нибудь играл, старший парень подключал барабаны, добавляя собственную часть. Оба парня согласились с тем, что барабанная партия всегда украшает песню.       Тайлер дожидается, когда Джош сядет перед барабанами, и наигрывает мелодию с первых нот. По началу звучит медленно и мрачно, как и большинство его песен, но в то же время — совсем по-другому. Джозеф начинает тихо петь. Его голос чутка хриплый, но идеально подходит под песню. Джош пока уделяет особое внимание каждому слову, произносимое Тайлером, а не играет — просто внимательно слушает, ожидая, что поймёт, когда нужно будет присоединиться к игре.       Когда Тайлер поёт «можешь ли ты смыть с меня все грехи?¹», Джош чувствует прилив энергии, и ему кажется, что он уже знает песню наизусть. Он закрывает глаза и слушает, как Тайлер выплёвывает слова; делает первый удар, попадая точно в такт.       — Хотелось бы многого добиться, но внутри меня столько всего сдерживает. Я хочу стать сильнее; я слишком долго был в стороне, лишь думая, планируя дальнейшие действия. Какая-то часть меня знает, что это всё бесполезно. Потерпев серьёзную неудачу, я с грохотом разбиваюсь о стену, об которую ранее бился уже сотни раз. Теперь приходится изо всех сил игнорировать кровавые пятна на полу¹, — Тайлер останавливается на долю секунды, чтобы сделать короткий вдох, и его голос не дрогнул, когда он продолжил читать дальше. Он не выкрикивает слова, как делал это обычно, но в его голосе и проскальзывающих словах по-прежнему читается множество эмоций; Джош вновь позволяет этому голосу вести во время игры. Всё больше и больше.       Он возвращается к пению после куплета-стиха, но музыка пианино набирает обороты. Джош не отстаёт.       — И я снова иду к тебе, чтобы просто показать, как кровь впиталась, пропитала кости и всего меня. Есть ли хоть малейший шанс, что я стану лучше? Ладно, я иду к тебе. Дождь льёт по твоей воле. Сможешь ли ты смыть с меня все грехи? Можешь ли утопить меня? Пожалуйста?¹       Они остановились в одно мгновение, и Тайлер быстро повернулся лицом к Джошу, кидая на него нервный взгляд.       — Я немного не доработал, знаешь, — спешит он объясниться, — я планирую добавить ещё один куплет в конце, так что если это звучит не оч...       — Чувак, это офигительно, — перебивает Джош. Тайлер открывает рот, чтобы что-то возразить, но тут же закрывает, вскоре просто даря Джошу нерешительную улыбку. — Будешь ещё бутер? — через некоторое время спрашивает Дан, на что Тайлер незамедлительно кивает головой.       — Господи, давай.

***

      Две недели непрерывных свиданий (Джош до сих пор не может дать этому нормальное название) незаметно пролетели, и вот уже и октябрь подошёл к концу так же быстро, как и начался. На дворе Хэллоуин, но Джош не может в полной мере на нём сосредоточиться.       Первый урок — урок музыки, также известный как урок с Тайлером — всё было нормально; Тайлер до сих пор игнорирует парня в общественных местах, а Джош делает вид, что это его ни капли не колышет.       Тайлер снял свою толстовку, сложил подушкой и теперь спит на ней. Копия «Все мои сыновья» лежала в открытом виде рядом с его головой.       Джош не представляет, как этот человек умудряется спать при таком шуме — мистер Хёрли объявил ещё до того, как Джозеф уснул, что собирается провести разминку, и приступил к барабанному соло, исполняя что-то из Сводных братьев, — Тайлер уснул уже после этого. Невероятно.       Патрику и Брендону всё ещё не разрешается подходит к пианино (наказание заканчивается на следующей неделе), поэтому они решили убить время за обсуждением вечеринки в честь хэллоуина, которая будет проходить после уроков.       — Чего? — раздражённо спрашивает Пит. — Три распутные слепые мышки? Как вообще этот костюм должен выглядеть?       Брендон резко вздыхает, будто это была самая очевидная на свете вещь.       — Ну чувак, смотри, это не так сложно. Мы, — он указывает на себя, Патрика и Джоша, — надеваем узкие топы с открытыми плечами и чёрные леггинсы — которые у меня уже, кстати, есть, не благодарите — остаётся докинуть ободки с мышиными ушами, солнцезащитные очки, высокие каблуки и ТАДАМ! — он хлопает в ладоши, и Джош краем глаза замечает, что Тайлер проснулся. — Пред вами три распутные слепые мыши.       — Нет, — Патрик и Джош невозмутимы. Последний краем глаза по-прежнему видит Джозефа, как тот сонно на него глядит, и Джош не может утихомирить глупых бабочек, что атакуют желудок.       Брендон стонет и вмиг становится понурым.       — Сначала вы, ребята, не дали увидеть жизнь моей идее костюма Человеческой многоножки, сейчас...       — Чувак, это неправильно просто по всем пунктам.       — Твоя голова уже и так глубоко в заднице, — Джош косится и замечает, как уголки рта Тайлера приподнимаются в улыбке.       —...сейчас вы отклоняете идею слепых распутных мышек? Блин, парни, вы не даёте мне развиваться, — дуется Ури.       Патрик закатывает глаза.       — Когда ты выдашь хоть одну хорошую идею, мы обязательно её рассмотрим. Может быть.       — К тому же, — добавляет Джош, — разве вы с Даллоном не будете в каких-то парных костюмах? Он что-то говорил о Марио и Луиджи.       Брендон всё ещё надут, но кивает головой.       — Только потому что он отверг мою идею с Дризеллой Кокаиновой.       Патрик и Джош обмениваются испуганными взглядами.       — Я... даже не хочу знать, в чём эта идея заключается... — осторожно говорит Патрик.       Брендон собирается объяснить, что такое эта «Дризелла Кокаинова», но звонок сообщает об окончании урока. Патрик и Джош с облегчением вздыхают, так как мистер Хёрли отпускает их со словами «Не исключено, что сила Дэйва Грола с вами». На телефон Стампа приходит оповещение, и лицо парня вдруг становится пунцовым, когда он его проверяет. Он что-то быстро о говорит о важной встрече с Питом и выбегает из кабинета.       Брендон и Джош по очереди кидают невосторженные взгляды парню вслед, прежде чем встать. Дан замирает, когда Тайлер проходит к выходу мимо них, закусывая губу, и парень чувствует, как его собственное лицо нагревается.       — Эх, юношеская любовь, — Брендон лже-мечтательно вздыхает, а Джош чувствует, как его лицо горит всё больше, думая, что Брендон говорит о нём. — Они, наверное, встречаются в подсобке, чтобы трахнуться, — Брендон снова вздыхает, кладя руку на бедро, и смотрит на Джоша, лукаво улыбаясь. — Это напоминает мне... Что я должен позаниматься с Даллоном, — подмигивает Ури, на что синеволосый стонет. — Увидимся на обеде, Дан. Не вляпайся в неприятности, — словно напевает он, удаляясь из комнаты.       Джош выдыхает и закидывает рюкзак на плечо, покидает кабинет и прокладывает путь к следующему классу. Ага. Просто ещё один обычный день.

***

      Джош испытывает странное чувство дежавю.       Это происходит, когда Дан идёт на обед, которого он, на самом деле, не особо ждал. Это Неожиданные Понедельничные Тефтели, и все знают, что неожиданность заключается в их отвратительности.       На парне надеты наушники, когда он идёт по пустынному коридору к столовой, как вдруг чья-то рука высовывается из-за угла и утягивает Джоша в ближайшую комнату. Дану не помешало бы больше внимания уделять окрестностям.       Он фыркает, когда понимает, что снова оказывается в каморке, — в которой, вероятно, его друзья делали делали это, фу, — и его окатывает чувство дежавю.       — Тайлер, — начинает он, нащупывая выключатель, потому что, ну, кто это ещё может быть? — Ты не можешь просто...       Он перестаёт говорить как только свет озаряет комнатушку. Это Тайлер, всё как он и предполагал, но он не угадал с его эмоциональным состоянием.       Тайлер дергается и дрожит, его глаза налиты кровью и широко распахнуты, полные страха, а вдохи и выдохи получаются напряжёнными.       — Стой, эй, — нежно шепчет Джош и кладёт руки на плечи Тайлера. Было странно видеть такого Джозефа днём. Последней ночью он чувствовал себя в безопасности, как если бы заплатил за собственную защиту и неприкосновенность частной жизни от внешнего мира. Но вот днём Джош уже не был уверен, что всё под контролем.       Тайлер смотрит на него, но глаза дикие и словно не сосредоточены на Джоше. Дан осторожно перемещает одну руку на щёку Тайлера, вторую оставляя на месте, придерживая парня.       Джош знает, что Тайлеру нужно. Иначе зачем бы он затащил его в эту кабинку посреди дня, да ещё и находясь в таком состоянии?       Он закрывает глаза и наклоняется до тех пор, пока их губы не соприкасаются, и ждёт, когда дыхание младшего замедлится и он расслабится.       Но этого не происходит.       Джош кладёт ещё одну руку на другую щёку и начинает двигать губами, но Тайлер не реагирует, его дыхание по-прежнему остаётся неизменным.       Джош быстро отрывается и встревоженно смотрит на лицо Тайлера так, будто ищет ответ, который объяснит, чем можно помочь. Единственное, что он находит, так это ещё более бледное лицо Джозефа.       — Эй, — озабочено выдаёт Джош и поднимает лицо младшего. — Тайлер, эй, — кажется, глаза Тайлер наконец сосредотачиваются на Джоше, на что тот с облегчением выдыхает. — Что не так?       Тайлер качает головой, а слёзы начинают показываться в уголках его глаз.       — Боже, я такой идиот, такой идиот, — задыхается он и подносит руку к волосам. — Я такой долбаёб, такое разочарование. Мои родители, ох, господи... — Тайлер прерывается на последнем слове и подносит к волосам вторую руку, начиная их дёргать.       — Тайлер, — повторяет Джош и оборачивает руки вокруг его запястий, чтобы оттащить их от головы. — Эй, эй, всё хорошо, всё в порядке.       Тайлер качает головой и яростно шмыгает носом.       — Нет, ты не понял! — он смотрит в глаза, и всё, что может в них видеть Джош — чистый ужас. — Я... я не смог! Я завалил тест по математике! И когда мои родители узнают об этом... они захотят... — у Тайлера сбивается дыхание, и Джош закрывает глаза на пару секунд, пытаясь сохранить самообладание. Он не мог равнодушно смотреть на такого Тайлера. Поэтому он делает первое, что приходит в голову.       Джош опускает руку и немного колеблется возле передней части джинсов Тайлера, и возможно он нарушает границы личного пространства, но не может оставить Тая в таком состоянии.       Он аккуратно помещает ладонь на ткань, скрывающую член Тайлера, и Джозеф мгновенно замирает. Джош смотрит на него, не уверенный, может он продолжить или нет, потому что глаза младшего по-прежнему широко раскрыты, в уголках скопилась влага, но ужас уже не так хорошо читаем.       — Всё нормально? — мягко спрашивает Дан, на что Тайлер легонько кивает.       Джош сильнее прижимает ладонь к джинсам, на что Тайлер стонет и расслабляется в руках Дана. Джош чувствует, как плоть постепенно твердеет, и он, не отдавая отчёт действиям, прижимает Тайлера к двери, расстёгивая джинсы.       Джош зырывается головой в шею Тайлера, целуя, в результате чего Тайлер дрожит и отчаянно хватает ртом воздух.       — Всё нормально? — повторят Джош, мгновение спустя чувствуя быстрый кивок Тайлера. Он оставляет нежный поцелуй под ухом Джозефа и нежно посасывает кожицу, прежде чем просовывает руку в нижнее бельё Тайлера.       Джош думает, что его сердце вот-вот выскочит из груди, когда оборачивает руку вокруг члена младшего парня и начинает медленно ею двигать.       Парень громко дышит, и Джош слышит звук ударяющейся об дверь чужой головы.       — О, — Тайлер выпускает глухой стон и зарывается пальцами в волосы Джоша, когда тот продолжает медленные движения рукой. Запястье предательски ноет от неудобного положения, но он это игнорирует. Он ни в коем случае не собирается сейчас останавливаться.       Дан поднимает голову, чтобы посмотреть на лицо Тайлера: весь покраснел, глаза плотно закрыты, нижняя губа зажата меж зубов, потому что парень изо всех сил старается не шуметь. «О господи, святое дерьмо», — думает Джош и старается запомнить эту картину.       Вероятно, это было лучшее, что Джош когда-либо видел в своей жизни.       Он увеличивает скорость движения руки, проводя большим пальцем по кончику члена Тайлера, что вызывает у младшего низкий стон, и возвращается к выцеловыванию шеи.       Джош не может поверить, что это происходит.       Он дрочит капитану баскетбольной команды.       В школе.       В кладовой уборочного инвентаря.       Его жизнь была запутанной, словно он участвовал в Классном Мюзикле рейтинга R.       Пока он думал, что скорее всего был бы Габриэллой, — и почему его беспокоит это именно сейчас, когда в его руках член Тайлера Джозефа? — Тайлер продолжал задыхаться и громко стонать.       — Джоош, — растягивает он, лениво толкаясь бедрами навстречу руке Джоша. Рука Дана слегка застыла в воздухе, потому что это был первый раз, когда Тайлер простонал его имя.       До Тайлера, кажется, тоже начало потихоньку доходить, потому что его глаза начали быстро моргать, а рука опустилась вниз, окончательно останавливая Джоша.       — Я... я должен идти, — быстро проговаривает он и пихает Джоша, заправляет все свои дела обратно в джинсы, всё ещё тяжело дыша, и застёгивает штаны. Он склоняет голову, чтобы не видеть расстроенного лица Джоша, и без оглядки выбегает из комнаты.       Старшая школа, решает Дан, была страшной и запутанной. Будь это мюзикл или нет.

***

      — Че-т я не понимаю, — Хэйли — она была в костюме «Штучка 2» — говорит это, откусывая от карамельного яблока. — Ребят, почему вы в одинаковых костюмах, хотя даже не пара? — она немного угощает Эшли, которая одета в «Штучку 1», и раскачивает их сплетённые руки.       — Самому интересно знать, — бормочет Патрик, и идущий рядом с ним Даллон, что одет как Луиджи, кивает в знак согласия.       Брендон и Пит идут впереди их небольшой компании, практически прыгая от волнения, когда видят карнавал. Пит одет как Джек Скеллингтон³, а Брендон — как Салли³, на нём платье и всё.       — Да вы меня просто ненавидите, — говорит Ури. — Я выгляжу потрясающе. — Он останавливается, чтобы немного покрутиться на месте, а потом продолжает идти.       Пит поворачивается к друзьям лицом, пятясь.        — Это бы выглядело круче, если б вы, ребят, — он обвинительно указывает пальцем на Джоша, Хэйли и Эшли, — оделись как Лок, Шок и Бэррел³, как мы и договаривались.       — Мы изначально собирались нарядиться «смурфиками-геями», но Джош нагло отверг эту идею, — дуется Эшли. — Кроме того, мне кажется, что ты и Брендон выглядите мило, — она пожимает плечами и отрывает сладкую вату.       Брендон оборачивается, складывая пальцы пистолетом и прикладывая их к шее, и щёлкает языком.       — Да ты и сама выглядишь довольно горячо, сладкая штучка.       — О господи, не важно. Беру свои слова назад, — Эшли делает вид, что пошутила, а Хэйли хихикает и склоняет голову ей на плечо, продолжая идти.       Джош, который одет как Кот в Шляпе⁴, подавляет смех и немного зачерпывает попкорна, кидая его в рот. Он не нарядился как все, но костюм — одно из требований, чтобы попасть на вечеринку, так что он был вынужден придумать хоть что-то. Патрик, который просто написал слово «фейсбук» на лице, едва ли отвечал требованиям дресс-кода.       Так что да, он просто присоединился к наряду девочек. Он чувствовал себя Тедом Мосби (5).       — Ух, жалею сейчас, что не надел нижнего белья, — жалуется Брендон, тряся платье и оттягивая его. — Этот материал собирается и натирает мою задницу. И член.       — Брендон, ты арендуешь этот костюм?       — Погоди, чувак, ты не носишь нижнее бельё? — спрашивает Пит и одаривает парня недоверчивым взглядом.       — Не, парень. Я в платье, так что, эй, почему бы не позволить и всему остальному повисеть? — Он шагает в одну ногу с Даллоном и покачивает бровями. — И это даёт больше возможностей, когда мы...       Каждый стонет, не давая Брендону возможности закончить, и Даллон мотает головой:       — Уйди, я на тебя зол. Я думал, что мы договорились быть Марио и Луиджи. Кто я без моего Марио? Просто странный итальянский водопроводчик. Я выгляжу как мудак.       Джош старается пропустить мимо ушей, как Брендон начинает говорить о члене своего парня — как это связано с Марио и Луиджи? Джош не знает причины, да и не хочет знать. Вместо этого он принимается разглядывать место проведения карнавала, впечатляясь тем, что он проходил в спортивном зале. Повсюду были стенды, превращающие школу в клуб; портреты, дома с привидениями; были украшены баскетбольные кольца; даже стояло ведро с яблоками.       Но что действительно привлекает внимание Джоша, так стенд в дальнем углу зала, созданный баскетбольной командой. Знак перед ним гласил: «Окуни Капитана На Благое Дело. Все Полученные Средства Будут Пожертвованы Chick-fil-A» (6). Под строчными буквами кто-то небрежным почерком приписал «голубкам лучше держаться подальше».       — Эй, — прерывает Джош болтовню Брендона о членах и водопроводах, указывая на стенд. — Давайте проверим.       Все оглядываются посмотреть, на что же тычет Дан, а затем поворачиваются, чтобы уже посмотреть на него.       — О святые угодники, — говорит Эшли, и Джош может наблюдать появление на её лице улыбки и то, как злобно улыбается Хэйли. — Да, пойдёмте.       Она берёт руку Джоша и тянет его к стенду, оставляя друзей позади. Дан видит, как Брендон и Патрик обмениваются предчувствующими недоброе взглядами, без сомнения они вспоминают инцидент в коридоре несколько недель назад, но в любом случае следуют за ребятами.       Чем ближе они подходят к углу, тем больше Джошу хочется вернуться назад.       Что он делает? Это было таким глупым шагом, чтобы утянуть сюда друзей — он привёл их в ловушку, ну и зачем? Для того, чтобы выплеснуть немного накопившейся агрессии? Похоже, вся баскетбольная команда была там, слонялась вокруг и не делала ничего, кроме как смеялась при попытках людей замочить Тайлера в бассейне.       Джош позволяет своему вниманию остановиться на Тайлере, который был в костюме скелета. Он выглядел действительно скучно, его лицо прям кричало «не смешно» после того, как его побросали, и он выглядел потерянным, пока взгляд не встретил Джоша.       Его лицо замирает, а сам парень быстро выпрямляется на месте, оказываясь ближе к бассейну.       — Так, так, так, посмотрите, кто здесь, — ребят встретил ужасный голос Шейна Морриса. — Педики из шоу уродов пришли попытаться унизить Джозефа? — насмехается он, а после и вся его компашка.       Это была ужасная идея. Ужасно ужаснейшая идея.       — Ты кто, блять? — хихикает Трэйс Сайрус, указывая на Брендона. — Какая-то трансуха, кроссдрессер или чё? Просто быть пидрилой уже недостаточно?       Даллон быстро делает шаг вперёд, но Ури протягивает руку, чтобы остановить его.       — Не стоит, — Джош слышал, как Брендон шепчет Даллону. Было видно, что Уикс кипит от злости.       — Оооу, его парниша собирался за него заступиться, — смеётся Шейн, приговаривая нежным голосочком: — Как мило.       — Мы пришли сюда, чтобы просто поиграть. Мы не желаем начинать ничего плохого, — спокойно встревает Эшли. Шейн поворачивается, чтобы изумлённо взглянуть на девушку. Уродливая улыбка озаряет его уродливое лицо.       — Святые ж, блять, угодники, — хохочет он, — а вот и Мужеподнобная Лесбияночка 1 и Мужеподнобная Лесбияночка 2. — Вся команда вновь смеется, и Джош поворачивается, чтобы посмотреть на Тайлера, но тот быстро отводит глаза в сторону. Дан чувствует, как кровь начинает бурлить. — Хорошенькие, но бракованные киски.       — Я знаю, что вы нуждаетесь, — Трэйс хитро улыбается и шагает вперёд, теперь оказываясь прямо перед Эшли и Хэйли, — в хороших членах, которые бы доказали, что вы ошибаетесь, что зря теряете время вместе. От пидорской тычинки Дана особо никакой пользы, так ведь?       Трэйс дергается, словно собираясь схватить Эшли или Хэйли (или обеих), и время, кажется, замедляется, когда Джош инстинктивно отталкивает девушек. Дан прекрасно знает, что они более чем способны за себя постоять, но он не может не помочь. От высокомерия команды и невежества Тайлера парень весь красный.       — Оставь их, — медленно говорит он. Пит и Даллон стоят по обе стороны от Джоша, а Брендон и Патрик встали впереди.       Патрик очень редко становился злым или расстроенным, но когда это происходило, всем было не до шуток. Несмотря на то, что игроки баскетбольной команды были гораздо выше, чем он, Патрик выглядел довольно внушительно.       Шейн продолжал издеваться.       — Или что? — спрашивает он, тогда как остальная часть баскетболистов становилась следом за ним. Их лица были искажены злостью, когда они смотрели вниз на Джоша и его друзей. Другие люди, гуляющие по залу, обратили своё внимание на ребят, будто чувствуя грядущую бойню. Кто-то даже вытащил свой телефон, чтобы снять всё на видео.       — Какие-то проблемы? — раздаётся голос, и каждый оборачивается, чтобы узнать, кто говорит.       Джош с облегчением вздыхает, когда понимает, что это мистер Уэй, их суперский учитель истории, который настоял на том, чтобы его называли Дядюшкой Джи. Но почти никто его так не зазывал. Джош замечает, что и его друзья так же расслабляются.       — Нет, — Шейн первый подаёт голос. Он улыбается мистеру Уэю, стараясь выглядеть максимально расслабленным. — Здесь всё хорошо, Дядюшка Джи. — Ну, почти никто его так не зазывал. — Они просто ждут своей очереди.       Мистер Уэй одаривает юношу неоднозначным взглядом и обращает внимание на Джоша и его друзей, а затем вновь глядит на Шейна и всю баскетбольную команду. Он по-прежнему кажется обеспокоенным, но кивает.       — Что ж, хорошо, тогда... Если вам, дети, что-нибудь понадобится... — поворачивается к Джошу. — Я буду возле яблочного стенда.       — Будем знать, — лыбится Трэйс и машет рукой в знак прощания, когда мистер Уэй разворачивается, чтобы уйти, на прощание кидая на учеников ещё один осторожный взгляд. Люди, окружившие ребят в ожидании боя, тоже стали расходиться.       Настроение кардинально меняется после ухода мистера Уэя, но Джош почти уверен, что Шейл и Трэйс будут и дальше донимать ребят.       — Так-с, давайте покончим с этим, — выплёвывает Шейн и с ненавистью смотрит на своих неприятелей. — Кто из вас, чёртовых педиков, готов попробовать?       Джош смотрит на Тайлера, который всё ещё слишком заметно пытался отводить взгляды, и шагает вперёд.       Он бросает свои деньги к Шейну и хватает один из бейсбольных мячей, чтобы бросить. Шейн и остальная команды смеются, когда Джош занимает свое место и начинает целиться.       — Ты сможешь! — воодушевляюще кричит Хэйли, а Тайлер наконец смотрит на него.       Он смотрит на Джоша с ненавистью, потому что совершенно не ожидал такого поворота событий, но ещё одна вещь, которую замечает в этих глаза Дан — извинение, но Джош игнорирует это и бросает мяч...       ...и попадает в цель.       Его друзья радостно визжат, когда Тайлер падает в воду, ну а Джош нагло ухмыляется Шейну и Трэйсу. Их лица выглядят максимально потрясёнными, потому что Джош Дан, «дипломированный педик», только что окунул их очень гетеросексуального капитана команды.       — Вот тебе, Трэйс, ублюдок! — смеётся Брендон прежде, чем схватить Даллона за руку и крикнуть: «Бежим!»       Джош с невероятной скоростью догоняет убегающих друзей, когда те уже покидают тренажёрный зал, — баскетбольная команда, выкрикивая ругательства, неслась следом.       Ребята смеялись и запыханные стояли на пустой парковке.       — Чувак! — кричит Пит и хватается за плечо Джоша, а торжествующая улыбка растягивается на его лице. — Чёрт, да! Это было чертовски здорово!       Все друзья хором соглашаются, не прекращая смеяться.       — Сегодняшним вечером, — орёт Брендон и над головой Джоша делает корону из пальцев, — мы победители! (7) — он оборачивается, чтобы одарить улыбкой всех остальных. — Все вы были великолепны. Теперь давайте, дома нет моих родителей, но есть холодильник с пивом, что спрятано под замком. Но предки не в курсе, что я знаю код. Давайте устроим вечеринку в моём доме!       Ребята весело загудели, пробираясь к машине Пита, всю дорогу шутя и обнимаясь.       В глубине сознания Джош задумывался о том, что он полностью облажался. Они почти ввязались в драку со всей командой гомофобных баскетболистов, и он был уверен, что на этом дело не кончится. Он окунул Тайлера в ледяную октябрьскую ванну. Всё это уж точно было не в его пользу.       «К чёрту», — думает Джош и решает забыть обо всех своих бедах, веселясь со своими друзьями. Независимо от того, что случилось, они были друг у друга.