Когда все по-прежнему

Возможно, если бы я осознал тогда, почему это случилось, как так вышло, что меня потянуло к нему, я бы сходил с ума, думал о нем. Но тогда мне было на удивление просто забыть обо всем. И работа помогала игнорировать мои чувства. К тому же, прошло не так много времени, прежде чем Северус появился у меня вновь. Я успел опросить домовиков министра и теперь тщетно пытался сложить какую-то общую картину. А два дня спустя он пришел через все еще открытый для него камин. Я услышал шум, и в ту же секунду сердце мое замерло. Все, о чем я так старательно не думал эти дни, вернулось ко мне в двойном объеме. — Поттер! В животе все сладко и мучительно перевернулось. Пытаясь сохранить отчужденное выражение лица, я медленно спустился вниз. Снейп стоял у камина, как мне показалось, в нерешительности. Готов поклясться, он не знал, с чего начать. Я не спешил ему на помощь, предпочитая насладиться моментом. — Я изучил список Оллина. Интересно. Решил притвориться, что ничего не было… — И что же? — тихо спросил я, медленно двигаясь в его сторону. — Есть пара интересных имен... Он явно нервничал. А я все так же медленно шел к нему, остановившись в тот момент, когда расстояние между нами еще не стало неприлично коротким. Я сел на диван и потянулся, даря ему широкую улыбку. (И нет, черт возьми, я не пытаюсь соблазнить Снейпа… Только вслушайтесь в этот бред!) — Зачем пришли? Как же ваш новый напарник? — Кингсли не дал мне нового, — нехотя признал он. — Нам придется работать вместе, Поттер. Он скривился, а я не стал замечать, что я-то никогда и не был против. — Придумали, что делать дальше? — Я получил приглашения на закрытый прием, — нервно сглотнув, ответил Снейп. — Один из клиентов Фицалана тоже в списке. — Он заказывал какой-то яд? — Нет, но… Он уже даже не смотрел на меня… А мне еще больше захотелось его вывести. Он так неожиданно появился, что я просто не мог взять себя в руки. — Вы знаете, я опросил домовиков, — я вынул из заднего кармана блокнот. — Довольно интересные показания. Присаживайтесь... И я бессовестно похлопал по дивану ладонью. Мне, наверно, жить надоело, но остановиться я не мог. Снейп на удивление легко подчинился. Он сел рядом со мной, до меня донесся тот самый запах, и тут у меня окончательно снесло тормоза. Я придвинулся к нему, открывая блокнот. Что я говорил, я сейчас и не вспомню. Я даже не смотрел на него. Точно знал, что я делаю, хотя вот так вот соблазнять кого-то не в моей привычке. (Да, хорошо, признаю...) Несколько раз я невзначай задевал его локтем и был вознагражден едва заметным прерывистым вздохом. Закончив свою речь, я, наконец, посмотрел на него и спросил, сохраняя совершенно невинное выражение лица: — Что вы об этом думаете, профессор? Я уже знал, что выиграл, но для верности облизал нижнюю губу кончиком языка. Он посмотрел на меня все с тем же зверским выражением в глазах, что и тогда, в доме Оллина. Но теперь мне было не страшно. Я наклонился вперед, задевая его колено своим. Но Снейп резко перехватил меня за плечо, не давая себя поцеловать. — Не надо! Его тон удивил меня. Если бы не неоспоримое вожделение в его глазах, можно было сказать, что он умолял. И если бы я думал о последствиях, я остановился бы. Но это был не мой случай. Я только кивнул и шепнул одними губами: — Уйди, останови меня… — Гарри, не надо… Последняя попытка Снейпа провалилась с треском. Зря он назвал меня по имени. Комок нерастраченных эмоций внутри меня разросся до гигантских размеров, как только я услышал свое имя, произнесенное этими губами. — Еще раз! Попроси меня еще раз! И я потянулся к нему, не встречая на пути никакого сопротивления, вдыхая желанный запах. Странно, но когда я был подростком, мне казалось, что поцелуи всегда одинаковые. И если я найду человека, которого захочу поцеловать, это непременно будет прекрасно. У меня была возможность проверить эту теорию. Но весь масштаб этой ошибки я ощутил только, когда меня поцеловал Северус. В свои двадцать пять я ощутил себя долбанным девственником. Снейп сдался и теперь целовал меня с такой страстью, что я немного струсил под этим напором, хотя хотел именно этого. Именно так. Одной рукой он упирался в спинку дивана, пальцы второй держали мой затылок. Как будто я мог убежать. Когда воздуха стало не хватать, я судорожно схватился за его мантию, но поцелуй не прервал. Он сделал это первым, слегка оттолкнув меня от себя, тяжело дыша. — Это что какой-то эксперимент, Поттер? — зло прошипел он. — В смысле? — Семь лет назад, если мне не изменяет память, вы отличались вполне традиционными предпочтениями. Я тупо уставился на него, не силах воспринимать и половины из того, что он говорит. Снейп повернулся и рявкнул: — Мисс Уизли! — При чем тут она? Я никак не мог понять. — Я мужчина, Поттер! Она — женщина. Все, что мы делаем, вы должны делать с женщинами. Я вдруг мигом пришел в себя. Захотелось ему тут же врезать. Вот, что он сделал со мной. Теперь я неуравновешенный, подверженный перепадам настроения неврастеник! — Кому должен? Вы это серьезно? Просто подумайте хорошенько! Вы сейчас хотите сказать мне, что я кому-то что-то должен?! Я должен ВАМ объяснять почему я хочу кого-то? Я смотрел на него и думал, что вряд ли захочу даже дотронуться до него вновь, не то что целовать. Наивный... Но, серьезно! Какого черта?! Он решил напомнить мне, что я человек не свободный? Решил прочитать мне старую лекцию о долге? — Просто невероятно! Из всех людей уж вы-то могли меня понять! — я сорвался на крик и вскочил на ноги. Он, видимо, понял, что сказал в ту же секунду, потому что схватился за голову, запуская пальцы в волосы. — Черт… Поттер, я не это имел в виду! — Просветите! Что вы имели в виду? — Я не знаю… Я просто не понимаю, зачем вы это делаете. — Должно быть зачем? Я не могу просто хотеть это делать? Зачем вы это делаете? — Я другое дело, Поттер… — А-а… То есть, вы у нас особенный. Вы можете делать все, что заблагорассудится, а я должен предоставлять отчет каждый раз, когда хочу вас? Он не ответил, и на миг повисла неловкая тишина. Я уже остыл и расхотел ругаться, поэтому вздохнул и сказал: — Знаете что, идемте обедать. Кричер! И мы пошли обедать, исполняя обоюдное желание не говорить больше на эту тему. Я знал, что он ляпнул эту глупость сгоряча. И мне не нужно было его покаяние или что-то подобное. На этот компромисс я пошел легко. Прощаясь, мы пожали друг другу руки. Бывают затяжные объятия, но у нас вышло затяжное рукопожатие. Я держал его за руку и смотрел на него, как загипнотизированный. И дело тут было вовсе не в возбуждении. Я просто не хотел его отпускать. Я разжал ладонь первым, и, когда Снейп шагнул в камин, на меня обрушилось понимание. Понимание, которое не даст мне больше спать, есть, жить спокойно. И уж конечно я теперь не мог игнорировать свое сердце, заходившееся в его присутствии. Ведь теперь я знал, что я, определенно, очень хочу обедать с ним вот так каждый вечер. И я, определенно, не хочу смотреть, как он покидает меня. Никогда больше. Я влюбился в него? Твою мать, я точно в него влюбился. Почему меня никто не предупредил? * * * В окнах приветливо горит свет. В окнах такого родного, моего дома. И я знаю, что сейчас мне откроет дверь такой знакомый и любимый Джон. Любимый, я сказал! Так какого же черта я творю?! Сейчас уже так поздно, ветер с каждым днем все холоднее… Черт! Я уже аппарировал, иди в чертов дом! Все эти взгляды украдкой, желание попробовать его губы на вкус, хоть чуть-чуть… Я игнорировал это все и что теперь? «Просто иди домой, Северус…», проносится в голове мысль. Спасительная мысль. — Сев, ты чего там стоишь? На пороге застыл удивленный Джон. Я, наверное, дико выгляжу, уставившись в темноту, стоя на тротуаре. — Прости, задумался, — криво ухмыляюсь я. — Хм… — он оглядывается в нерешительности. Мне всегда казалась милой его рассеянность. — Зайдешь? Конечно, зайду. Это наш дом. Все это глупости, если подумать. Есть я и Джон. Глупое плотское влечение не может этого изменить. — Ужин? Я улыбаюсь и иду домой, обнимая Джона за плечи. Я не позволю себе сойти с ума!