Когда все по-прежнему

Я уже давно проснулся, но не собирался шевелиться, пока он мерно дышит рядом со мной. Судя по полутемным окнам, я проснулся слишком рано. Но надевать очки и проверять — значит двигаться. Я почувствовал, что под телом рядом со мной прогибается кровать и крепко зажмурился. Представать перед ним этим утром не входило в мои планы. Но это было еще не утро. Северус не проснулся. Только повернулся и перекинул руку через мое плечо, придвигаясь ближе. Я лежал и слушал, как он мерно дышит прямо мне в ухо, и мне казалось очень важным не растерять эти жалкие остатки нежности, потому что я точно знал тогда, что это все, что мне осталось. Так, считая вдохи и выдохи, я снова уснул. А проснулся пару часов спустя уже в одиночестве. Вот и все. Ночью я думал, что завтра не наступит никогда. Однако я жив, дышу. Только все вокруг тихо и мертво. Жаль. Мне нравился звук его дыхания в моей постели, в моем доме. Я встал исполнил обычный утренний ритуал в ванной и спустился вниз. Даже Кричер не ворчал и не показывался мне на глаза, подтверждая теорию о вымирании мира вокруг меня. Я вошел в столовую и оторопел. Мир вовсе не вымер, он просто сконцентрировался здесь, у стола. Кричер носился вокруг, подавая какие-то рулетики одной рукой, а другой наливая чай. За столом с газетой в руках сидел и как ни в чем не бывало мотал голой ногой, выглядывающей из халата, Снейп. Волосы его разметались по плечам. Он поднял голову, увидел меня и ухмыльнулся, от чего я мигом покраснел. — Ваш домовик, очевидно, впервые за долгое время готовит завтрак. Что же вы его так замучили? Я рассеянно посмотрел на него, едва не ляпнув первое, что пришло мне в голову: «Что вы здесь делаете?» Раз уж он все еще здесь, я готов был продлить этот момент, никаких сомнений. В его желании я не был уверен. Я молча сел рядом с ним, украдкой поглядывая, как он водит глазами по строчкам, как хмурится и удивляется чему-то, едва заметно пожимает плечами. Мне казалось это все ужасно интересным и… Снейп в халате! Ночью было не до разглядывания друг друга, и теперь я восполнял пробелы. Его нога все так же мерно покачивалась, открывая голень. Я заметил, что его ноги намного изящнее моих, и все же никоим образом не похожи на женские. Просто безумно красивые. Не припомню, чтобы меня до этого интересовало в мужчинах что-то, кроме очевидного. Механический, случайный секс никогда не включал в себя любование стопами. Я перешел к пальцам, когда в горле встал ком, я откашлялся и сумел-таки отвести глаза. Отворачиваясь, я наткнулся на его вопросительный, почти требовательный взгляд. Идеальным решением было бы притвориться, что я ничего не заметил. Я так и сделал. Мы оба промолчали, удовлетворенные моей глупой ложью. Завтрак прошел все в той же неловкой тишине. Затем он сложил газету и устало посмотрел на меня поверх сложенных у подбородка ладоней. — Вина за это происшествие полностью лежит на мне, Гарри. Хочу это прояснить. Я вздрогнул от звучания своего имени. Непривычного, нового звучания. Не то чтобы каждый человек произносит его по-разному… Просто, у него это вышло совсем по-другому. — Я бы не назвал это происшествием… — А как бы ты это назвал? — перебил меня он. — Не знаю, — я замешкался. — «Происшествие» звучит странно… Никто же не умер. — Я просто пытаюсь подчеркнуть единичность этого события, — вдруг резко отрезал Снейп. — Я люблю другого человека, и данное «происшествие» этого не изменит! Внутри меня тут же зарычал знакомый мне монстр, последние слова Снейпа заставили его извиваться в агонии. Пытаясь унять его, я равнодушно посмотрел на Снейпа и сказал: — Вы можете придать этому любую удобную для вашего обмана формулировку. Мне все равно. Не я здесь предаю доверие любимого человека. Я просто занимаюсь сексом. Он только в бешенстве уставился на меня, очевидно, пытаясь прожечь во мне взглядом дыру. А я думал о том, что жалею, что любовался ногами этого ублюдка. Может, мы бы приступили к убийству друг друга… В какой-то момент мне даже показалось, что мы опять займемся сексом. Но нас прервал патронус Кингсли. Рысь мягко уселась прямо между нами и разразилась громким голосом: — Еще одно убийство! Гарри, живо в аврорат! Снейпу сообщу позже. Сейчас же! Патронус рассеялся, а я вдруг улыбнулся и посмотрел на Снейпа, подняв бровь. — Что ж, теперь мы знаем, кто в нашем тандеме главный. — Я ухожу, — коротко сказал он, не обращая на меня внимания. — Как будете объяснять, где вы были? — У Джона нет причин спрашивать, — сквозь зубы ответил Снейп. — Он мне доверяет. — О, да… И не без причины. Он наградил меня еще одним убийственным взглядом, но дискуссию не продолжил. Пока я ходил за мантией наверх, он уже испарился. Я смахнул со стола крошки, монстр внутри меня вдруг громко зарычал, и я заодно смахнул чашки, тарелки и столовые приборы. На шум прибежал Кричер и запричитал что-то о неблагодарности. Я пробормотал нечто похожее на извинения и аппарировал. Кингсли был взвинчен и едва взглянул на меня, когда я вошел. Только бросил кипу пергаментов, встал и прошелся по кабинету. А я даже не взглянул на них. Вместо этого я задал самый глупый, но наиболее интересующий меня в этот момент вопрос: — Эм… Вы вызвали Снейпа? — Это не консультация по ядам, Гарри! Мы планируем рейд. Снейпу здесь делать нечего. Я послушно опустил глаза и пробежал взглядом по строчкам. Двойное убийство. Супруга министра и его помощник. — Это что? — промямлил я, глядя на приложенные фотографии. — Это что такое? Фотографии совсем не были похожи на обычные снимки с места преступления. Обычно на таких все крупно, четко. Даже самые страшные картины тут же въедаются в мозг, не оставляя места для страха или отвращения. Эти были сделаны чуть издалека. Мне пришлось напрячь зрение, чтобы разглядеть все детали. Грязный бетонный пол, заброшенное здание вокруг занимали большую часть кадра, а чуть справа бережно накрытые одеялом тела. Я увидел под их головами подушки, и по спине тут же пробежал озноб. Я поежился и вгляделся в правый край фотографии, пытаясь понять, что с ними произошло. Из-под крошечного, будто детского одеяльца выглядывали ноги жертв, испещренные длинными порезами, как будто кто-то тестировал на них перочинный ножик. — Крови нет, — хриплым голосом сказал я. — Где это? — Склад на окраине. Их похитили. Каждого из разных мест, совсем недавно. Министр даже не успел начать паниковать. — Как вы их нашли? — Убийца использовал Непростительное с помощью палочки миссис Хампфри. Он хотел, чтобы мы их нашли. — А почему фотографии такие… странные? Наши обычно каждый сантиметр фотографируют. А это… жутковато выглядит. — Я не мог привлекать к делу никого из отдела, ты же знаешь… — Кингсли, очнись! Посмотри сюда! — я ткнул в его сторону кипой фотографий. — Это уже не просто одно отравление, которое можно замять! Это маньяк! — Министр… — попытался возразить Кингсли. — Министр законченный идиот, если не понимает, чем грозит промедление! — я перешел на крик. — Если он продолжит следовать глупому желанию сохранить репутацию, он не протянет и недели! Он умрет! Ты не пробовал ему об этом сказать?! Это обычно действует! — У меня связаны руки, Гарри… У меня есть зацепка, я нашел палочку миссис Хампфри, но палочки помощника там не оказалось. А пару часов назад пришел еще один след. Круциатус в одном из отелей неподалеку от места преступления. — Предлагаешь мне сунуться туда одному? Почему ты не вызвал Снейпа? У него боевого опыта больше, чем у половины нашего штата. — Я знаю, Гарри. Я хотел, но… министр узнал, что я привлек еще кого-то и… когда он узнал, кого именно я привлек, потребовал тут же избавиться от него. — Что?! Он герой войны! Он положил всю свою гребаную жизнь на то, чтобы дражайший министр и его подчиненные могли спокойно… От волнения у меня перехватило дыхание. Я снял очки и отбросил пергаменты на стол. Кингсли тихо продолжал: — Я знаю, Гарри… Пойми, я не могу просто так делать все, что мне заблагорассудится. И я не отправлю тебя одного. Мы пойдем вместе. — Это настолько явная ловушка… и ты это знаешь! Соваться туда вдвоем просто самоубийство. — Что ж, тогда со Снейпом у нас было бы не намного больше шансов, — раздраженно бросил Кингсли. — От него одного было бы больше толку, чем от штурма целым отделом. Поверь мне, Кингсли… С ним я пойду куда угодно. Но то, что ты предлагаешь просто глупо. Он прищурился и вернулся к столу, пристально изучая мое лицо. — Что, черт возьми, между вами произошло? — Ничего, — слишком быстро ответил я. — Если мы идем в эту ловушку, нужно убедиться, что она захлопнется только для одного из нас. Я пойду один. Приходи за мной через пару часов. — Ты с ума сошел… — Я пытаюсь хоть что-то сделать с этим идиотским планом! Нас там ждут, Кингсли. Либо ты поднимаешь на уши весь аврорат, либо пытаешься застать его врасплох. Других вариантов нет. — Хорошо… Я напишу адрес. Я встал и направился к выходу, сжимая в руке листок. На пороге я оглянулся. Кингсли склонился над столом и опустил голову на сложенные ладони. Он был в отчаянии, и мне даже стало его жаль, но именно тогда я впервые подумал, что хочу уволиться.