По прихоти судьбы

      — Но, Ваше Величество, как вы решились ввязаться в такую рискованную авантюру? Великий герцог Астарот не безобидный представитель этого измерения, а один из могущественных и хитрых правителей подземного мира, куда простым смертным путь заказан. Шутить с ним опасно и чревато последствиями. И с чего это он решил предложить этот не совсем обычный союз? Он так просто палец о палец не ударит. Герцог явно что-то задумал.       — Да, как и все демоны он безусловно коварен. Но на этот раз всё как раз объяснимо, прекрасная Лавиния. Демоны просто жаждут получить в полное распоряжение Спорное озеро. Оно пока разделено на две части и одна часть является подарком моего отца Изаверелю за заслуги перед королевством горных эльфов. Несмотря на то, что мой отец Эладамир всегда недолюбливал и унижал первого сына своей любимой жены Аталанты, Изаверель не отвернулся от эльфов в трудный час, а воевал наравне со всеми с вампирами-драконморами, которые вторглись на нашу территорию. Благодаря его особенному дару, находчивости, умению концентрироваться даже в самых сложных ситуациях, а также принимать трудные и верные решения, беря на себя ответственность за последствия, эльфы сумели одержать победу в бою у Синих гор, изгнав с нашей земли кровососов.       — Вот это да! А я всё думала, почему ваш брат принадлежит к расе эльвитов, тогда как родители чистокровные эльфы? Оказывается вот оно что, ваш отец ему не родной.       — Именно. Это давняя и печальная история. Но, думаю, моя будущая супруга имеет полное право знать её. — Эльсидимир грустно улыбнулся.       Лавиния, сбросив с маленьких ножек туфельки, затаив дыхание, присела в угол дивана. Подтянув колени к груди и, обхватив их руками, она спрятала узкие ступни под подолом платья. Приподняв прехорошенькое личико, эльфийка посмотрела на своего жениха, приготовившись услышать интересную историю. Она сдёрнула удерживающую волосы ленту с головы, и чёрные густые локоны упали пышным каскадом на плечи, сделав эльфийку необычайно привлекательной и совсем юной.       Король отошёл немного в сторону и, сложив руки на груди, глядя куда-то перед собой начал свой рассказ.       — Моя мама была одной из самых красивых эльфиек в своё время: добрая, нежная, чуткая, отзывчивая к чужому горю и необычайно весёлая. Она умела заряжать позитивной энергией всех вокруг. В неё влюблялись многие эльфы, но сердце Аталанты было свободным. На все ухаживания соискателей своей руки она мало обращала внимания. Ей хотелось быть свободной и вольной, как ветер, ведь она молода и ещё успеет полюбить. Да и спешить с таким серьёзным шагом, как создание семьи не стоило.       Отец совершенно случайно встретил маму в лесу, когда выехал со своей свитой на охоту. Пока король целился в уток, взлетевших вверх при приближении эльфов, Аталанта первая выстрелила из лука, затаившись в камышах, метко поразив цель. Разозлившись, отец захотел наказать того дерзкого, кто осмелился так поступить, но увидев прекрасную охотницу был покорён всем обликом и красотой её улыбки. Пока король спешивался, желая поговорить с ней, мама, подобрав добычу, прощаясь, юркой лаской исчезла в густых зарослях. Конечно, отец нашёл через некоторое время понравившуюся красавицу и начал красиво ухаживать: дарил цветы, присылал дорогие ткани и украшения. Но мама отправляла подарки обратно, ничто не трогало её душу, а всё потому, что в тот же самый день после охоты, она встретила не только короля Эладамира, но и настоящего отца Изавереля. Эльвит с первого взгляда запал в сердце гордой красавицы, и они стали втайне от всего мира встречаться. Только мама не понимала отказ избранника встретиться и представиться её родителям. А тут ещё отец со своими навязчивыми ухаживаниями, которые стали сильно её раздражать. Всё оказалось до банальности просто. Молодой эльвит оказался женат. Его насильно сделали младшим супругом правой руки правителя эльвитов Камеля Дагана. И как только старший супруг узнал о похождениях младшего, то встречи прекрасной Аталанты с возлюбленным естественно прекратились. И никто не знал, что мама носила ребёнка в своём чреве. Она молча страдала от разлуки, но, увы, союзы эльвитов нерушимы, на всю жизнь. Эту связь не разорвать. Свободным можно стать только тогда, когда один из супругов умрёт. За убийство своей половины последует незамедлительная кара — смертный приговор, будь то даже сам король. Такие у эльвитов законы.       А ребёнок между тем рос в животе, и Аталанте нужно было признаться родителям, ведь через пару месяцев должны произойти изменения в ауре. И тогда все увидят её интересное положение. Она уже решилась на разговор с родителями, как явился отец и попросил её прогуляться с ним. Никто не смеет отказать королю. Вот и пришлось идти. Они молча шли по тропинке среди пышной цветущей зелени сада и король решился…       — Аталанта, я давно люблю вас и прошу разделить со мной жизнь и трон. Станьте моей королевой. Сделайте меня самым счастливым королём.       Мама растерялась. Отказать в резкой форме — значит навлечь на семью неприятности. А согласиться она не могла, ибо носила ребёнка от другого. Поэтому она лишь неопределённо покачала головой.       — Милая, Аталанта, мне бы хотелось, чтобы вы всё хорошенько обдумали, прежде чем сказать нет.       Мама не дала королю продолжить. Она быстро поцеловала его в щеку, чтобы он не разозлился и, пожелав доброй ночи с лёгкостью горной серны, убежала домой, чтобы в тишине и покое всё обдумать.       День спустя она рассказала всё родителям, и они посоветовали ей объясниться с королём, рассказав ему всю правду. Так она и поступила. Король Эладамир хоть и был шокирован и зол на то, что кто-то оказался более удачлив в своих ухаживаниях, но не отступился. И вскоре мама стала королевой горного королевства. Она была справедливой и любимой своим супругом и народом. Но вот полюбить отца так и не смогла. От бремени она разрешилась вовремя, приведя в этот мир моего любимого брата Изавереля. Но не всё было радужно, как не любил король свою прекрасную супругу, но не лежало сердце его к маленькому эльвиту. Он не признал его своим сыном, хоть и оставил жить при дворе, не смог вынести слёз матери, когда намекнул, что неплохо бы отправить его к настоящему отцу.       Через некоторое время появился я. Отец был так счастлив, что долго праздновал и пропустил тот момент, когда мама стала медленно угасать. Ей было нестерпимо больно от того, что один ребёнок является счастливчиком судьбы и сидит за королевским столом, а другой ест и пьёт с прислугой на кухне. Когда же отец озаботился здоровьем супруги, то было поздно, её свет почти угас. Она умирала. Вернуть ей желание жить у него не получилось. Перед смертью она попросила не разлучать детей, взяв с него слово короля.       После её смерти отец погрузился в печаль. Долгие годы король не обращал внимания ни на кого, кроме государственных дел. Он стал одержим процветанием горных эльфов: налаживал контакты с другими расами, был заинтересован в расширении торговли и в улучшении обучения воинов. Я и брат были предоставлены сами себе и сблизились. Для меня он стал самым лучшим, незаменимым и родным. Не скрою, что плакал навзрыд, когда отец пришёл наконец в себя и решил отправить его в школу волшебства и магии, ведь Изаверель обладал сильным магическим потенциалом. Ему требовалось развивать свои навыки и научиться контролировать силу и эмоции. Король решил, что хоть эльвит и не его сын, но он сын его почившей любимой супруги и достоин получить хорошее образование.       Изаверель сначала учился в школе, а потом сам решил поступить в академию древней магии и боевых искусств и приезжал домой только на каникулы. Это было прекрасное время, ведь мы могли быть вместе и делиться своими печалями и радостями друг с другом.       После окончания академии он вернулся домой сам не свой, но, несомненно, сильным эльвитом, имеющим на руках благодарственные письма от профессоров и директора учебного заведения, что дорогого стоит. Постепенно у него открылось умение говорить с миром духов, возвращаться в прошлое и отменять смерть. А в борьбе с драконморами у Синих гор он показал себя как отличный наварх, способный вести за собой других эльфов. Они безоговорочно доверяли ему свои жизни, и даже я сражался под его началом. Изаверель внёс существенный вклад в одержание победы над врагом, нанеся смертельный удар предводителю вампиров лорду Дракуро. Тем самым он внёс панику в ряды кровососов, и мы одержали верх.       Отец получил тяжелейшее ранение в том бою и более не смог управлять горным королевством, сложив свои полномочия и возложив ответственность за горный народ на меня. Так я стал королём при живом отце. Сейчас он в отъезде, гостит у своей сестры.       Вот такая невесёлая история вышла.       — Ваше Величество, не смотря на всё произошедшее с вашим братом, он смог найти своё место в мире эльфов, — мягко заметила Лавиния. — Да, у него было непростое детство, но ведь он выстоял и не обозлился. Ваш брат, видимо, очень благороден и чист сердцем, раз смог простить отца и отпустить всю эту непростую ситуацию от себя.       — Да, он именно такой. Мне всегда он казался слишком открытым и искренним, поэтому я сильно удивился, когда герцог Астарот обратился ко мне с предложением о женитьбе своего сына Абигора на Изавереле, мотивируя тем, что между ними не всё чисто. Сначала я хотел отказать, так как мой брат сам в состоянии решить с кем ему строить свою судьбу. Как-никак он взрослый, сильный эльвит и, тем более мне бы не хотелось, чтобы он пополнил армию тех пар, которых принудили к браку и которые живут, что кошки с собаками. Пример моих родителей не вдохновляющий на такой поступок, мой брат заслуживает лучшей доли. Но герцог, видя в хрустальном шаре связи моё нежелание вмешиваться в судьбу брата, которое явственно читалось на моём лице намекнул, что я плохо знаю Изавереля и у него есть свои тайны, ворошить которые тот якобы не желает. Любопытство взяло верх и я поинтересовался, что он имеет ввиду. На что мне пояснили, что Абигор и Изаверель не просто учились вместе и были непримиримыми соперниками во всём, их связывает нечто большее. Поэтому оба до сих пор не создали брачных союзов и продолжают морочить головы противоположному полу.       — И вы поверили? Ведь герцог мог и солгать! Он же демон!       — Понимаю ваше беспокойство, Лавиния. Но я люблю оправданный риск. Для себя я решил, что если всё выгорит, то мы получим мощного союзника в лице демонов, а Изаверель обретёт счастье. И знаете, я не разочаровался в принятом решении. Стоило мне поговорить со своим братом о вашем якобы исчезновении и упомянуть имя этого демона, как лицо Изавереля приобрело подчёркнуто безразличное выражение, а плечи закаменели от напряжения. Он переиграл сам себя, и стало без слов понятно, что Великий герцог ада не так уж и не прав, как я думал в самом начале этой авантюры. Между этими двумя гордецами явно что-то было. И это что-то до сих пор не умерло и не даёт двигаться по дороге жизни дальше. Именно поэтому я приветствую эту возможность разрешить ситуацию и поставить точку, если вообще решение существует. Для начала им нужно встретиться, а там посмотрим.       — Это, несомненно, большой риск, Ваше Величество, но я с вами. Если они действительно испытывают друг к другу кроме неприязни что-то ещё, то это путешествие может привести к счастливому концу, а если нет, то узнав правду, они разъедутся в разные стороны, этим самым похоронив надежды герцога на приобретение Спорного озера мирным путём.       — Зовите меня Эльсидимир, Лавиния, ведь совсем скоро мы станем супругами. — Эльфийка смутилась и опустила глаза, однако при этом согласно кивнула. — Хорошо, Эльсидимир.       Король подал ей руку, и девушка ловко соскочила с дивана на пол. Он же присел на корточки и, взяв одну туфельку, обул маленькую ножку, а потом потянулся за другой. Принцесса, глядя на светлую макушку своего жениха мечтательно улыбнулась. Лавиния видела, что короля влечёт к ней так же, как и её к нему. А это давало надежду на то, что они не повторят печальную судьбу родителей Эльсидимира.

***

      Абигор медленно выплыл из забытья и открыл глаза, заранее предчувствуя, что ничего хорошего его в реальности не ждёт. Он попытался пошевелиться, но к своему ужасу понял, что надёжно прикован к стене. Демон встрепенулся, резко повернул голову и увидел, что на массивных кандалах удерживающих его руки светятся светло-зелёным божественные письмена верхнего мира. Их нимбоносцы применяли для удержания пленников демонов, лишая их магической силы. Но откуда они тут? Что он не в тюрьме пернатых, Абигор понял сразу: слишком мрачно, грязно было вокруг. К тому же присутствует вонь мочи животных, гниющей соломы и сам воздух затхлый, сырой. А нимбоносцы ещё те чистюли. Вурхис, который побывал в застенках их тюрьмы говорил, что там райские условия содержания. Итак, всё предельно ясно — он где-то глубоко в темнице подземелья. Память ему не отшибло, и демон быстро вспомнив всё произошедшее, пришёл к выводу, что он в плену у вампиров. Интересно, что этому Дракуро от него нужно? Абигору было неудобно, он хорошо ощущал спиной каменную шершавую стену и то, что руки его затекли и онемели. Радовало только одно, что он мог видеть в темноте и демон решил не терять время, а осмотреться. Ба, да помимо того, что его приковали как пса, его ещё и поместили рядом с клеткой, где содержался перевёртыш. Прекрасное соседство: он и зверь. Демон медленно скользил глазами по огромной туше животного и тут натолкнулся на горящий злобой и ненавистью взгляд красных глаз. Оба напряглись и угрожающе зарычали; звук прокатился под сводами темницы. Они, словно испытывая силу духа друг друга, не отводили глаз. Ни один не хотел сдавать позиции. Мощные тела напряглись. Казалось, что демон и зверь готовы вот-вот наброситься и разорвать один другого на части.       Первым не выдержал перевёртыш. Он резко бросился на железные прутья своей клетки и моментально просунул огромную лапу с острыми загнутыми внутрь когтями между прутьями, желая достать намеченную жертву. Но демон вместо того, чтобы испугаться и съёжится от страха, громко расхохотался. Зверь замер на месте, не понимая такого странного поведения. Он явно привык к тому, что его все боялись. Перевёртыш сел на задние лапы и стал пристально рассматривать бесстрашное и на его взгляд глупое существо, заметая хвостом вокруг себя. Отсмеявшись, Абигор повёл плечами и слегка подтянул тело вверх, пытаясь найти более удобное положение. Видимо, оценив бесстрашие демона, зверь странно заурчал и, потоптавшись на месте, лег на солому.       — Вот и ладно. Нечего меня пугать, всё равно не получится.       Абигор покрутил головой, разминая затёкшую шею, передёрнул плечами, пошевелил ногами и затих, приготовившись ждать, что ещё за испытания приготовила ему проказница судьба. Нет, он не страшился будущего, ведь чему быть, того не миновать. И словно в подтверждение его мыслей за железной дверью звякнула связка ключей. Замок со скрежетом отомкнулся и с факелом в руке в темницу пригнувшись, вошёл лорд Дракуро.       «Лёгок на помине» — подумал демон, но промолчал.       Только в глазах на миг полыхнуло от сдерживаемой ярости при взгляде на вампира, посмевшего пленить его.       Лорд Дракуро был снова в чёрных одеждах, как и накануне, когда Абигор видел его противную физиономию прямо перед собой. На бледном лице, освещённом лишь светом факела, горели холодным, мёртвым светом злые глаза. Держась немного левее, на безопасном расстоянии от клетки с перевёртышем, вампир подошёл к демону и отвесил шутовской поклон.       — Приветствую тебя, мастер огненного меча. — Голос вампира показался демону особенно громким в полупустом помещении. — Надеюсь, ты уже успел оценить свои новые апартаменты?       Абигор громко хмыкнул. И в это же мгновение перевёртыш вскочил на лапы и кинулся к углу клетки, где стоял и лыбился лорд, с силой ударившись о прутья, и недовольно зарычал. Демон, сияя в темноте золотом глаз, ехидно усмехнулся. Вампир поморщился. Оба его пленника взирали на него так, будто не он тут хозяин положения, а так, грязь под ногтями. Неприятное чувство шевельнулось где-то глубоко внутри.       «Да, тут ещё нужно подумать, кто из пленников более опасен: зверь или демон?»       — К делу, вампир. Что тебе от меня нужно?       — Вот это я понимаю, прямой подход к делу. Всё очень просто, демон, мне нужно немного твоей крови и живительная сила.       — Вот как. Я ничем не отличаюсь от других демонов. Мог за определённую плату купить кровь любого, а не устраивать охоту за мной.       — Не всё так просто. Мне нужна кровь особенная, а именно сына алруны по имени Золотая звезда, у которого в груди бьются два сердца, как одно. А это ты, Абигор, не так ли?       Бровь демона изогнулась дугой, а на губах появилась самодовольная нахальная усмешка.       Дракуро достал большую иглу с резиновым полым шаром на конце.       — Только кровь демона о двух сердцах, рождённого от сильнейшей перворождённой алруны способна исцелить мой недуг. Видишь ли, благодаря одной летающей огненной твари я медленно, но неотвратимо старею, а значит умираю.       Вампир распинался, не замечая того, что демона по-настоящему забавляла вся эта ситуация.       — А ты в курсе, что только добровольно от всего сердца отданная кровь имеет свойства исцелять смертельные недуги? Где ты видел демона, который по доброте душевной отдал бы кровь? Для этого нужно иметь очень сильные чувства, что за демонами отродясь не водились.       — Конечно, я в курсе. Поэтому и хочу, чтобы ты сам пожелал подарить мне жизнь, словно я твой родственник. Думаю, ты найдёшь способ излечить меня, если постараешься.       — Не дождёшься, кровосос. Ваше племя драконморов ничем не лучше асанбосамов. Хотя нет, асанбосамы просто безмозглые твари, которые бродят в ночи и убивают ради крови всё, что её имеет. А вы не боитесь света дня, имеете ум и используете это во зло, истребляя осознанно целые селения. Ты не получишь ни мою кровь, ни силу. Поди вон. От тебя смердит похлеще, чем от гниющей соломенной подстилки перевёртыша.       — Сколько пафоса в твоих словах, демон. Откуда такая забота о смертных? Даю время подумать над моим предложением. В моих силах сделать так, что ты не выйдешь из этих стен долгие, очень долгие годы.       — Слушай меня, Дракуро, — зло прошипел в ответ на угрозу Абигор, — поверь, я найду способ освободиться. И как только я сделаю это, то найду и убью тебя, не сомневайся.       От уверенности и ледяной ярости, сквозившей в голосе демона, лорд вампиров отшатнулся назад не в силах вымолвить ни слова и отвести глаз от сияющего гипнотизирующего взора. Если бы не магические чары, то вся мощь высшего демона, которая чувствовалась даже сейчас, сквозь ангельскую защиту, начертанную на кандалах и удерживающую пленника на месте, то быть вампиру уже без головы. Взгляд Абигора полный ненависти обещал все муки ада обидчику. Вампир резко отшвырнул факел в сторону и сделал шаг назад от демона.       — Говори что хочешь. Не я здесь пленник. Подумай. Времени у тебя много, не торопись, — истерично хохотнул Дракуро. — Тебя никто не ищет. Пропавшая принцесса важнее. И кстати, принцесса никуда не пропадала. Она жива, здорова и сейчас находится под надёжной защитой у короля-выскочки. А вот зачем вас послали искать ту, которую искать не нужно, это интересный вопрос?       Потом он обратил гневный взор на второго пленника.       — А ты, тварь бессловесная, — обратился вампир к перевёртышу, — если дорожишь своими нерождёнными уродцами, покорись, признай меня своим хозяином. А нет, то придушу их, как придушил тех, помнишь? По глазам вижу, что помнишь.       Удивительно, но самка перевёртыша, казалось, вполне понимала слова лорда. Она ощетинилась и резко преобразилась. Всего через мгновение вместо большой представительницы семейства кошачьих, перед вампиром стоял настоящий монстр. Огромное тело с развитой мускулатурой, оскаленная пасть с острыми клыками, из которой капала слюна. Глаза зверя красные и огромные, как плошки, свирепо взирали на вампира. Хвост раздвоился: один был немного короче другого и оба украшали костяные наконечники. Мягкая шерсть превратилась в острые короткие иглы, которые служили непробиваемым панцирем. Концы игл светились, как фосфор бледно-зелёным светом. Секунда, и самка с громким рыком бросилась на лорда Дракуро, с неимоверной силой врезаясь в железные прутья и мгновенно просунув между прутьями хвосты, нанесла точный удар. Располосовав рубаху, она умудрилась-таки оцарапать грудь вампира. Лорд, выпустив клыки, зашипел и прикрыл рукой глубокую борозду на коже, что оставила самка перевёртыша.       — Вот, скотина уродливая, ты ещё пожалеешь об этом. Теперь точно убью выродков, на твоих глазах порешу.       Зверь взвыл, снова атакуя прутья клетки. Вампир шарахнулся в сторону и упал на пол. Под громкий смех демона он взвился и с неимоверной скоростью оказался за дверью, которая с силой лязгом захлопнулась за ним, так, что с потолка посыпались мелкие камни и песок.       На некоторое время наступила тишина. Потом перевёртыш громко фыркнув стал медленно перевоплощаться принимая снова кошачий облик. Перевоплотившись, самка села и снова, не мигая, уставилась на демона.       — Ну, чего смотришь? Видишь, я сам не в лучшем положении. Не дёргай хвостом. Мы что-нибудь придумаем.       Вслушиваясь в ровный твёрдый голос демона, зверь успокоился, улёгся рядом с прутьями и замер.       — Умница. Перенервничала. Спокойно.       Перевёртыш повернул больную голову так, чтобы видеть демона и замурчал.       — Вот это да! Не знал, что вы так можете. Да я и близко-то к перевёртышам не подходил, не было надобности. Всё бывает в первый раз, — философски изрёк Абигор.       Демон был ошеломлён своим открытием, оказывается, перевёртыши чётко улавливают эмоции, с которыми к ним обращаются, жаль, что сами не говорят. И ещё они, когда чем-то довольны, урчат, как домашние кошки. Похоже, что он понравился опасному зверю, а такой союзник в случае побега будет не лишним. Неизвестно сколько ему ещё тут торчать. Конечно, он был уверен, что его демоны не бросят в беде, а будут искать, и почему-то ещё проскочила неизвестно откуда взявшаяся мысль, что эльвит тоже не останется в стороне. Вспомнив внимательные, горящие неподдельным интересом сиреневые глаза демон улыбнулся. Определённо, Изаверель не из тех, кто бросает в беде даже недругов. А ведь они больше, чем недруги, они заклятые соперники. Эльвит непременно явится, по-другому, и быть не могло. Дракуро даже не понимал, что для него за подарок сделал. Как только демон узнал, что принцесса-дроу дома, по его губам прошла горячая, обжигающая волна. Это сработал магический договор между ним и эльвитом. А это значит, что он первый нашёл принцессу и Изаверель с эльфами будут землю рыть, чтобы отыскать его и вернуть эльфийку во дворец короля Эльсидимира.       Демон прислонился головой к стене и, закрыв глаза, стал медленно погружаться в транс. Ждать, он должен ждать, и не упустить свой шанс, когда придёт время бежать из заточения или сражаться за свободу. А возможность отомстить пленившему его кровососу ещё непременно представится, в этом Абигор был уверен.