Близнец для меня (Larry Stylinson)

Первый день осени начинается с судорожного оглядывания комнаты и поиска доказательств правдивости вчерашнего дня. Все тридцать первое августа прошло в таком кромешном тумане, что сейчас Гарри не уверен, что этот день вообще был. Кажется, он уснул после того, как Лиам привез его домой и спал до сих пор. Как бы в отрицание догадок Гарри телефон зазвонил буквально через минуту после того, как мальчик открыл глаза. По правде говоря он решил, что это кто-то из родителей, потому что сегодня вечером они должны были приехать, но имя на экране заставило сердце Гарри замереть на неприлично долгое время. Гарри звонил ему вчера, но он не ответил. Возможно он решил, что Гарри хочет сообщить ему нечто важное, и именно поэтому перезванивает. Другого объяснения мальчик не находит. - Да? - осторожно начинает Гарри. На другом конце трубки затяжная тишина, а затем всплеск чистого, заливистого смеха. Именно это (и ни что другое) вызывает у мальчика мелкую дрожь в коленях, и он вспоминает ту слабость, которую испытывал при этом звуке. Все моменты, когда мальчик, затаив дыхание и не сводя глаз с прекрасного ангела, внимал и поглощал каждую частицу этого смеха. Черт возьми. - Тебя никто не арестует, если ты будешь говорить чуточку громче. - Эллиот вновь рассмеялся. - Я только проснулся. - у мальчика механически сработала защитная реакция, чтобы не выдать себя. Что-то в глубине души подсказывало ему, что он не должен сейчас разговаривать с этим человеком. Это что-то очень походило на чувство вины. - Доброе утро, солнышко. - пропел парень. На заднем плане шумели люди и звенела посуда. Что и следовало ожидать - этот человек почти не появлялся дома, его все время где-то носило. - И тебе. - пробормотал Гарри, вставая с кровати. Он не хотел лежать. Он хотел заняться хотя бы чем-нибудь, чтобы не думать об одном только разговоре. - Что это с тобой, Гарольд? - заботливо поинтересовался Эллиот, как будто, блять, не было целого года тотального игнора. Он что, собирается забыть об этом? Гарри собирался молчать. Неужели ему нужно начать жаловаться на свою жизнь? Его терзал один только вопрос: почему Эллиот до сих пор не спросил у Гарри, для чего он звонил вчера? Возможно, он знает? Тогда неплохо бы было узнать, потому что Гарри тоже очень интересно. - Я думал, ты позвонил узнать, зачем я звонил вчера. - Гарри поймал себя на слишком напускном безразличии, надеясь в душе на то, что это не настолько заметно. - Хм. - заметно снизив тон, хмыкнул парень. - Я надеялся узнать сначала как у тебя дела. Как мило. Эллиот никогда не скрывал своего безразличия к жизни почти всех своих друзей. Он был достаточно прямолинейным, и очень часто Гарри слышал от него "мне не интересно", "хватит, надоело", "я похож на психолога?", а сейчас он почти обиженно заявляет Гарри, что ему важно узнать о состоянии его дел. Попахивает фальшью. - Тебе никогда не было интересно, как у меня дела. - Не прав... - Не нужно, Эллиот. Это необязательно сейчас.- Гарри попытался улыбнуться, хотя понимал, что парень этого не увидит. Он пытался доказать сам себе, что у него все просто замечательно. Наступило молчание, но Гарри не мог положить трубку. Невидимые лапы прошлого обхватили его. Да кто он такой, чтобы у него хватило сил сопротивляться? Но Эллиот никогда не зависел не от прошлого, не от будущего, не от настоящего, и Гарри, по правде говоря, не понимает, почему он все ещё томно молчит там, на другом конце трубки и тратит своё драгоценное время на Гарри. - Я тебя не ненавижу, Гарри. - с теплотой произнес Эллиот, буквально заставляя челюсть Гарри упасть на пол. Почему он, черт возьми, сказал это?! Мальчик замер с рубашкой в руках, которую он только что вытащил из шкафа. Ему стало жутковато от того, что парень опроверг то, в чем Гарри был уверен последний год. Мальчик оглянулся в пристально посмотрел в окно, проверяя, не стоит ли там Эллиот. - Ты ведь об этом думаешь, так ведь? - Я не... - Не нужно, милый. Я не злюсь на тебя. - Эллиот издал короткий смешок. - Но, не буду отрицать, мне обидно, что ты позвал всех кроме меня. Гарри совсем забыл о Луи на время разговора и это заставило его поморщиться от отвращения к самому себе, несмотря на то, что он был почти уверен: Луи не было вчера здесь, и все эти прекрасные слова, сказанные им - всего лишь плод воображения Гарри. Но если был звонок Эллиоту, то и все остальное может быть правдой? - Я думаю, нам нужно увидеться. - задумчиво пробормотал парень, точно преднамеренно не обращая внимания на затяжное молчание со стороны Гарри. - Сегодня я свободен. Кудрявый не уверен, скучает ли он по Эллиоту. Не уверен, что он должен идти. Сейчас все в его голове перемешалось и он даже не помнит, что произошло вчера. Единственное, о чем он думает - это то, как он мечтал увидеться с самым близким другом в течение последнего времени, как мечтал получить его прощение и попытаться хотя бы на долю вернуть их прежние отношения. Гарри позвонил ему вчера, потому неистовство просто накрывало мальчика с головой. Потому что Эллиот - единственный, кто делал самый хреновый день одним из прекрасных, потому что самые банальные слова из его уст сочились сладчайшим сиропом, потому что в его объятиях Гарри находил утешение. Теперь Гарри точно это знает. Знает и не хочет, чтобы в следующий раз, когда сердце будет рваться на куски, его одержимая зависимость Эллиотом крепкой цепью поднималась из-под ила, звеня так громко: "смотри, я все ещё здесь и всегда здесь буду. Тебе от меня не избавиться". Если откинуть прочь чувство вины непонятного происхождения и заглянуть глубоко в душу Гарри, то можно увидеть животрепещущее желание посмотреть в светло-серые глаза и проверить, будет ли дыхание точно так же сбиваться с ритма, как и при прежних встречах наедине. С другой же стороны что-то внутри гневно протестовало против их встречи. Гарри не знал, как поступить. Возможно, будь дано ему на раздумья чуть больше времени, он бы ответил иначе. - Хорошо. ™ Гарри вспомнил, что он сурово наказан только тогда, когда спустился к завтраку. Он замер в дверях кухни, глядя на суетившуюся Гейл и хотел уже было отступать, но женщина его заметила и лучезарно улыбнулась. - Доброе утро, родной. Гарри готов поклясться, что это прикрытие. У нее за спиной нож. - Доброе, ба. - как можно невиннее произнес мальчик и неуверенно потер локоть. - Ты... ты больше не злишься? - Сегодня у меня слишком хорошее настроение, чтобы помнить о твоём наказании. - как бы между прочим сказала Гейл, порхая по кухне. - На сегодня ты свободен. К тому же, вечером приезжают твои родители. Ты же не хочешь, чтобы они обо всем узнали? - Гарри в ужасе замотал головой. - Тогда в твоих интересах вести себя хорошо. - Спасибо! - Гарри обнял ее, целуя в щеку. - Сегодня обещаю вернуться до пяти вечера! - Ты куда-то соби... - Элеонор. - мальчик быстро пожал плечами (почти правда. Эллиот - доверенное лицо, его знает вся семья Гарри. Да и потом, Элеонор - звучит похоже). - Мы с ней давно не виделись. - Ладно. - Гейл озадаченно вздохнула, сожалея о временной отмене наказания. - Но, милый, я думаю, сегодня бы было целесообразней остаться дома и готовиться к вечеру. - Я быстро. - пообещал Гарри. Он ужасный внук и человек. Одновременно сегодня он сделал две ужасных вещи: солгал бабушке и отказался ей помогать. И ладно, если бы все это он проделал ради спасения Вселенной - возможно, угрызения совести не так сильно впивались бы в его душу. В своих собственных глазах мальчик пал так низко, что человеком почти быть перестал, но тем не менее он направлялся на встречу (ради чего и совершил все вышеперечисленные злодеяния) в своей любимой рубашке в синюю клеточку. В животе стягивался отвратительный ком из волнения, чувства вины и неправильности всей сложившейся ситуации. Все это успешно заглушало отчаянные стенания внутреннего голоса, кричавшего о том, что нет, не нужно выходить за порог, идти до трассы и садиться в чертов автобус. Гарри, к сожалению услышал его очень отдаленно, вроде щелкнувшей лампочки в самых глубинах сознания: это был позыв взять в руки телефон. От кого: Луи Кому: Гарри 9:21 Прости, не думаю, что получится в час. У меня кое-какие дела, я заеду попозже. 10:01 Не помню, чтобы ты просыпался так поздно. 10:20 Гарри. 10:21 Заставлять меня волноваться на второй же день нового уровня отношений - лучшая идея. Гарри не закрывал рот с тех пор, как открыл диалог. Луи с самого утра писал ему сообщения, а он был слишком занят обдумыванием плана действий и судом над самим собой. Гарри уверен на все сто, что выражение "ебанный в рот" придумали в такой же ситуации. Новый уровень отношений. Заеду попозже. Новый уровень отношений, новый уровень отношений, новый уровень отношений. Вчерашний день был реальностью. Луи правда пришел к нему. В голове Гарри ярко вспыхнула картина, где он, дрожа каждой частичкой души и тела, пытается закрыть окно перед лицом Луи, крича слова, которые должны были раз и навсегда разорвать последние ниточки, связывающие их. Но Луи не позволил ему это сделать. Он, черт возьми, воплотил в жизнь то, что до этого было всего лишь мечтами Гарри. Кудрявый не помнит добрую половину произошедшего, но самое теплое и трепетное все-таки сохранилось в его сознании: он сидел на крыше между ногами Луи, обхваченный его сильными, но нежно ласкающими Гарри руками, совершенно позабыв о безопасности. А все потому, что он знал: выскочи сейчас Гейл с ружьем, грозясь пристрелить обоих, Луи бы спас его и увез куда-нибудь, пока ее гнев не утихнет. И попробуйте только сказать Гарри, что все было не так романтично, как в романах или фильмах ( Луи не шептал нежных слов на ушко Гарри, они не целовались и не облизывали друг другу шеи (Луи и все вышеперечисленное - нечто совершенно несовместимое)), но чувство умиротворенного сердцебиения совсем рядом со своим сердцем - это верх того, о чем мечтал мальчик. На самом деле, Луи не так уж и безнадежен - Гарри заставляли краснеть его невинные игры с кудряшками мальчика, его попытки взять Гарри за руку (нет-нет, мальчик не сопротивлялся, просто у Луи, казалось, в эти моменты шла упорная внутренняя борьба с самим собой) и его задумчивые солнечные усмешки. Гарри никогда не было так хорошо. И все это скрылось за плотной стеной неверия в такое чудо. Гарри просто не смог поверить своему счастью. Должно быть, в желудке (или где это там происходит) что-то закипело, забурлило, и стремительным потоком расплылось по всему телу. Это до ныне не забытое ощущение прикосновений Луи, его ни с чем не сравнимой близости, тепла его дыхания. Слишком широкая улыбка для такого маленького лица засияла на губах Гарри, а глаза его начали бегать по всему салону автобуса, как будто он искал пару синих глаз в этой серой массе, мечтал заглянуть в них и увидеть ответ на свои чувства. Из шокового (можно и так сказать) состояния Гарри вывела вибрация в его руках, оповещающая о приходе очередного сообщения с текстом: твою ж мать. А после звонок. Звонок, с именем Луи на экране. Ему звонит Луи. У мальчика мгновенно кровь отхлынула от лица и он в ужасе сглотнул. Такая резкая перемена настроения эхом отдалась в левой части груди и осталась там ноющим покалыванием. - Да? - осторожно зовёт Гарри, не желая больше медлить и нервировать Луи. Небольшая пауза на том конце трубки настораживает, поэтому Гарри зовёт ещё раз. - Слишком... слишком быстро поднял трубку. - Луи звучал смущённо? Серьезно? Но звук его голоса - сладкая чистейшая роса для измученной жаждой души Гарри. Мальчик почти мгновенно расцветает. - Я как раз читал твои сообщения. - бормочет Гарри, играя со шнурком на рюкзаке. Неловкость повисает тяжёлым грузом на их линии. Кажется, Луи собирался отчитать Гарри, но его гнев моментально угас. Как всегда в подобных ситуациях, когда больше нечего сказать, Луи начинает обращать внимание на мелочи: - Ты куда-то едешь? Черт. Гарри теперь совсем не уверен, что он может так просто поехать на встречу с Эллиотом. Вроде бы они с Луи не обговаривали это, да и вообще их отношения (они ничего не обговаривали), но судя по его сообщениям, они договорились встретиться сегодня. Должно быть, сегодня и должен состояться судьбоносный разговор. Гарри чувствует, что ожидание встречи с Луи превращается в сладко тянущее чувство внизу живота. Он хочет этого. Он уже скучает. - Я... да. - коротко отвечает мальчик, а затем задаёт интересующий его вопрос. - Во сколько ты освободишься? - Думаю, в три часа я буду свободен. Возможно, немного позже. Не могу сказать больше. - в голосе Луи мелькает не скрываемое чувство вины. - Прости, Хаз. - Я подожду тебя на площади N*. - Гарри спешит успокоить парня, потому что от "провинившегося" Луи его собственное чувство вины увеличивается в два раза. - Что ты там... - на заднем плане слышится щелчок, после которого стихает и Луи, и все окружающее Гарри пространство. Мальчик пугливо оглядывается, не понимая, что произошло, а затем тихо зовёт парня по имени. Тот отвечает не сразу. - Мне пора, Гарри. Я приеду. В кудрявой голове тут же возникает три миллиона вопросов, требующих немедленного ответа, но он знает, что сделает Луи в эту секунду. Он знает, что Луи не станет отвечать. Они знакомы чертов месяц, а Гарри уже знает Луи наизусть. - Будь осторожен. - только и успевает сказать Гарри прежде, чем связь обрывается. Прекрасно. Теперь он ещё и беспокоиться за Луи. Автобус останавливается на нужной Гарри остановке и он смотрит на кафе, оккупировавшее весь первый этаж небольшого здания. Это не то кафе, где обычно Гарри встречался с друзьями. Это не оно, и Гарри не хочет туда заходить. Особенно сейчас, зная, что вину в нем вызывало не только враньё бабушке, но ещё кое-что посерьёзнее. И теперь он не знает как ему поступить. Звонок другу? Отличная идея. После пяти гудков трубку поднимают и бормочет в нее сонным, злым и раздраженным голосом: - У аппарата. - Привет, Эль. Прости, что разбудил, но уже почти одиннадцать. - Гарри все ещё не сдвинулся с места. - Гарри? - голос сменился на удивленный. - Что-то случилось? - Да. Точнее... - мальчик замялся, наблюдая, как люди проходят мимо него и торопятся перейти дорогу, пока горит их свет. - Я наконец-то решил пригласить Эллиота. Уже пригласил. И, думаю, не плохо было бы увидеть и тебя. - Только меня? - Разве это не льстит тебе? - Возможно. - Эль хихикнула и начала подниматься. - Ладно, я приду. У тебя? - Нет, я кину адрес. - Гарри счастливо и облегчённо начал шествовать за пешеходами, вскоре слившись с ними. - О'кей. Только... ты же знаешь, что я немного не в ладу с ним? - нерешительно спросила девушка. - С кем? С Эллиотом? С ним кто-то может быть не в ладу? - Я всегда была уникальна. - было слышно как отрываются и закрываются ящики. - Все, не отвлекай меня. Буду скорее всего не одна. - Спасибо. Люблю тебя. ™ В кафе Гарри зашел через пятнадцать минут. Белая голова резко и даже немного вульгарно выделялась из толпы, особенно в сочетании с лучами солнца, падающими на нее. Гарри выдохнул, в последний раз сказав себе, что у него было достаточно времени, чтобы обдумать все, и направился в столику. Эллиот загадочно улыбался, даже ещё ни разу не взглянув на Гарри, а когда мальчик подошёл, тут же начал: - Ты не хочешь быть здесь, так ведь? - И тебе привет. - Гарри неловко улыбнулся, даже не удивившись словам парня. Он в своём репертуаре. Эллиот поднял взгляд на Гарри. Глаза его стали совсем белые в дневном свете, а улыбка расплылась шире. Он изучал отросшие кудри, алые губы и смущённо опущенные глаза, обрамлённые длинными ресницами. Изучал тонкую шею, державшую на себе всю эту волшебную красоту, изучал слабые места за ушками, прикрытые теперь мягко вьющимися кудрями. И выражение лица Гарри изменилось до неузнаваемости. Что-то взрослое мелькало в нем, почти исчезла детская резвость и вечный огонь в глазах сменился смущенностью, теплым спокойствием и въевшейся в них подавленностью. Тем не менее, неизменной осталась детская невинность черт, щеки были все так же округлы, румянец не сходил с них с самого появления Гарри в кафе. Гарри будет самым гадким лжецом, если скажет, что устремленные на него глаза - красивы до умопомрачения, что они не отстреливают один его орган за другим. Гарри настолько напряжен тем фактом, что его все ещё завораживает этот человек, что совсем забыл сесть. - Ты стал ещё прекрасней, милый. - с нежностью произнес Эллиот. Каждое его слово заталкивало Гарри на один сантиметр в землю. Кажется, ближе к концу их встречи Гарри будет воткнут в пол по самый лоб. - Спасибо. - выдавил мальчик. - Садись. - пригласил парень, подзывая официанта. - Что тебе заказать? - Круассан, если мож... если можно. Гарри сказал это почти автоматически, совершенно не вспоминая при этом их с Луи первый поход в кафе, но отрицать причастность того случая к его заказу было бы глупо - до этого мальчик никогда не заказывал круассаны и особенно их не любил. Один лишь раз, проведенный напротив голубоглазого объекта обожания пристрастил Гарри к этому. Он думает, что влюбился в Луи при самой первой встрече. Даже, возможно, ещё раньше - когда только узнал о его существовании. Эллиот подозрительно взглянул на него, но заказ всё-таки сделал. Когда официант ушел, он вновь обратил все своё внимание только лишь на Гарри, немного наклонившись к нему. - Итак? Ты не ответил. Мальчик приложил усилия, чтобы понять, о чем говорит Эллиот. Слишком много всего навалилось на него сегодня, и он, по правде говоря, до сих пор не совсем отошел от экстаза осознания, что Луи к нему небезразличен. Почему-то сейчас его безудержное счастье, бурлящее внутри, притупилось. Возможно, это вызвано внезапным столкновением с прошлым. - Я не пойму, с чего ты взял, что я не хотел сюда идти. - Гарри коротко улыбнулся, стараясь не смотреть в глаза парню. - Даже не знаю. Наверное потому, что ты бродил вокруг кафе четверть часа. - Эллиот хмыкнул. Стоило этого ожидать. От пристального взора Эллиота ничего и никогда не уходит, он все всегда держите под своим неоспоримым контролем. - Я ждал. - Гарри старался не выглядеть удивленным. - Чего или кого? - Элеонор. - произнеся это имя, Гарри всё-таки взглянул на парня (его одолело любопытство). Улыбка Эллиота осталась на месте, только вот корпус его подался назад и прижимался теперь к обивке сидения. Его, кажется, озадачил взгляд Гарри. - Что между вами произошло? - Она не сказала тебе? - Нет. Мимо на всех парах пронеслась девушка, задев столик Гарри и Эллиота. Она буквально пылала яростью и походила на бочку, полную ртути - попробуй затронь и пиздец всем окружающим. За ней бежал (видимо, самый смелый или отчаявшийся влюбленный) парень, выкрикивая слова извинения и любви. Это заставило Гарри вспомнить о Луи. - Неужели мы должны говорить об этом сейчас? - Думаю да, раз она придет сюда. - Гарри пожимает плечами, не смотря больше на парня. Сегодня он встретится с Луи. Раз уж это первая встреча на новом уровне их отношений, значит, именно сегодня им следует обговорить все. Но Гарри не уверен, что Луи готов. И в себе он тоже не уверен. Новый уровень отношений. Звучит сладко, пьяняще и пиздецки страшно. А вдруг Гарри придает этому излишне много смысла? Вдруг Луи не думал о том, насколько серьезны эти слова, когда писал сообщение? Блять. А вдруг он всего лишь имел в виду примирение после долгой ссоры?! Вдруг Гарри не увидит в его глазах той взаимности, о которой так мечтал?! Должен ли он приготовится к такому повороту событий? Зная Луи - определенно. - Я спал с Эдом. Что? Гарри поднимает пока еще полностью безэмоциональный взгляд на источник звука. Что? Гарри еще раз прокручивает эти слова в своей голове, его брови медленно приподнимаются. Эллиот практически вырывает его из мира собственных мыслей. Эти слова заставляют Гарри вернуться на землю и перестать теребить шнурок от рюкзака. Губы его возмущённо приоткрываются, а в глазах теперь горит не скрываемое осуждение. Эллиот безразлично поджимает губы. - Серьезно? Ты, блять, серьезно? - вырывается из мальчика. - Гарри... - парень раздраженно вздыхает, собираясь, видимо, сказать как всегда что-то вроде: "это тебя не касается", "какое тебе дело?" или "не будь такой занудой", но Гарри обрывает его. - Эль твой друг! - почти кричит мальчик. - Просто выслу... - И Эд тоже! - Гарри вскочил. - Ты просто взял и разрушил их?! Кровь отчаянно застучала в ушах. Ещё большего отвращения он никогда не испытывал, и уж точно не думал, что впервые испытает его из-за человека, который когда-то был его идеалом. Если честно, он даже не знал, что послужило причиной такой яркой вспышки гнева. Возможно, это нервозность, которую он испытал накануне, а возможно и нечто иное. Гарри просто хотел уйти. Он больше не хотел здесь находится. - Я не понимаю, почему ты так взъелся. - Эллиот задумчиво улыбнулся, разглядывая Гарри. - Даже не знаю, может потому, что я разочарован в тебе? - Ты не знал, что я бисексуален? - брови парня приподнялись. Гарри замялся, не совсем понимая, какое это отношение имеет к их разговору. Конечно он знал, что Эллиота интересуют не только девушки, ещё с тех пор, как забежал на минутку в школьный туалет и увидел его там, прижимающего к стене симпатичного парнишку. Гарри, кстати, самый первый в школе, кто узнал об этом. - Знал. - Тогда в чем проблема? Я просто помог Эду открыть другую часть себя. - парень пожал плечами. - Не понимаю, в чем ты меня обвиняешь. - Они с Эль... ты знал. Ты знал, что причинишь кому-то из них боль. - Гарри прекрасно знал, что спор закончится в пользу Эллиота, потому что так бывало всегда, не зависимо от того, кто прав. В груди его засело неприятное волнение, скребущее стены организма. - Знаешь, я не насиловал его. - лисий взгляд анестезией влился под кожу Гарри, что ещё больше увеличило его желание уйти. - Если он сделал это, значит, Эль не была ему дорога. Взгляни на них. Они не выглядят грустными. Черт, Стайлс, даже не пытайся. Ты не докажешь ему ничего. Лицо Гарри исказилось от новой волны отвращения. Эллиот улыбался, как гребанная сука, и теперь его улыбка навсегда останется для Гарри чем-то грязным и мерзким. Он стоит перед человеком, который не гнушался переспать с парнем своей подруги. С человеком, который не знает чувство морали, стыда и совесть свою он давным-давно похоронил на самом отшибе кладбища, чтобы однажды совсем забыть туда дорогу. Нет, все-таки, если у него и были какие-то чувства к Эллиоту, то только что их полили серной кислотой. - Хорошо. - пробормотал Гарри, не изъявив желания вновь сесть на место. Он хочет уйти. - Или ты ревнуешь? Гарри искренне не понимает, почему этот вопрос свинцом лег на плечи. Он пошатнулся от такой тяжести, вылупив огромные зелёные глаза на старшего и разинув рот. Это был удар под дых. Да, Гарри признается: ещё месяц назад он бы до жути смутился, покраснел и заставил Эллиота смеяться своей реакцией. И это совершенно противоположно сегодняшнему дню. Гарри разворачивается и уходит, мысленно заткнув уши. Хотя прекрасно знает, что его никто не окликнет.