Лев с сердцем дракона: Часть первая.

Прошло уже дня два с тех пор, как Дейенерис заняла трон. Ливви, вернувшись в свои покои, поняла на сколько некомфортны они стали. Выглядела комната, конечно, потрясающе. И ванная, явно больше той, которая в комнате Мелисандры. И большая кровать. Но всё же было ощущение неуютности, из-за отсутствия самого главного — любимого человека. Девушка хотела переехать в покои жрицы, но те были довольно невелики, что бы в них постоянно жили два человека. Тирион помог с этой проблемой, и теперь у них была довольно просторная комната тёплых тонов. Под одним окном стояла довольно широкая ванна. Недалеко от неё был выход на красивый балкончик, напротив которого стояла широкая кровать. Ливви сидела на постели скрестив ноги, что-то напевая себе под нос. Лёгкий ветерок, пробравшись через балконные двери, слегка раздувал волосы девушки. Мелисандра же как всегда делала записи в очередной свиток на валерийском. И пускай Хилл считала любимую очаровательной, когда та вычерчивала непонятные девушке символы, Ливви всё равно немного ревновала женщину к процессу, которому она уделяла не мало внимания. — Оторвись от записей хотя бы на пару минут. — Протяжно говорила девушка, пытаясь оттащить Мелисандру от стола. — Ты ведь занимаешься этим с самого утра… — Это довольно важно. Все красные жрецы живут в основном в Эссосе. Но Вестерос так же должен знать историю истинного бога. — Ливви слегка погрустнела. Более трёх часов женщина сидела за столом, делая записи, и неужели у неё не найдётся пяти минут для любимой? Заметив грустное выражение лица, Мелисандра всё же отложила перо. — Но, думаю, если всё время думать о прошлом, то можно упустить настоящее, поэтому я могу отложить это на какое-то время. — После этих слов Ливви заметно ободрилась, и притянув к себе жрицу, нежно поцеловала, завалившись с той на кровать и прижавшись к ней всем своим телом. Женщина же задумалась о чём-то, нежно поглаживая Хилл по голове. — Уже прошло два дня с предложения Дейенерис. Ты думала об этом? — Да… Но я даже и не знаю, что ответить. Мелисандра положила руку на щёчку девушке, взглянув той в глаза. — А что тут думать? Разве, не об этом ты всегда мечтала? Избавиться от «звания» бастарда? — Да, но стать Таргариен, значит отказаться от своей львиной половины. — Может оно и к лучшему? Ни твой отец, ни сестра не узаконили тебя, хотя оба имели на то право. Ну, а о том, что хотела сделать с тобой Серсея, я вообще молчу. — Ливви понимающе кивнула. Девушка знала, что Мелисандра права. Но почему-то в ней всё ещё оставалось сомнение. Женщина встала с постели и направилась к выходу. — Я пока схожу к королеве, нужно обсудить некоторые формальности, относительно распространения веры во Владыку. А ты не затягивай с ответом. — После, жрица скрылась за дверьми комнаты, а Ливви, тяжело вздохнув, вновь зарылась в мысли. Поняв, что копание в собственном сознание не даст новых результатов, Хилл в скором времени так же ушла из покой. — Войдите. — послышался высокий голос из королевских покой. В комнату вошла Красная жрица. — Ваше Величество. — Женщина сделала реверанс. — А, Мелисандра, прошу. — Дейенерис указала на стул, напротив которого села сама. Какое-то время они обсуждали Владыку Света. Таргариен знала немного об этом боге. От женщины она узнала, что тот оживил Джона Сноу, но так же, в своё время, попросил не мало жертв. Что, в итоге, по его ли воли, или в ходе событий, погиб весь род Баратеонов, чему Дейенерис не могла не порадоваться. Закончилось всё на том, что Бурерождённая одобрила веру в РʼГлора, запретив только жертвоприношения. И в скором времени в Королевскую гавань будут приглашены другие красные жрецы. — Скажите, леди Мелисандра, вы знакомы с Ливви довольно хорошо, правильно ли я сделала, предложив ей узакониться как леди от дома Таргариен? — Несомненно. В ней куда больше от дракона, чем от льва. Кроме цвета волос, она одна из тех Таргариенов, кому огонь не причиняет какого-либо вреда. Дейенерис заметно удивилась. Как дитя от крови двух далёких родов могло унаследовать особенность самых чистых кровей? Но жрице не было смысла лгать, эти слова можно было проверить в любой момент. Таргариен положительно кивнула Мелисандре. — Хорошо, так что она думает на счёт моего предложения? — Пока сомневается. Её беспокоит её львиная половина, с которой она прожила всю свою жизнь. — Но тем не менее, на сколько я знаю, Ланнистеры не были так уж уважительны с ней. По крайней мере те, что могли узаконить её. — Они были более чем не уважительны. — В каком смысле? — Дейенерис заметила, что женщина что-то не договаривает, решив, что та не рассказывает о чём-то из простого беспокойства. — Я понимаю ваше беспокойство, но и вы поймите, что я хочу как лучше. Пускай мы знакомы с ней всего дня три, но я не чувствовала более родственной связи с кем-либо так как с ней. — Серсея Ланнистер, бывшая королева… Не знаю точно какие у неё были планы на Ливви, но учитывая то, что мне рассказала сама Ливви, и то, что я помогала скрываться девушке от Ланнистер больше недели, в то время как бывшая королева пообещала сто золотых, тому, кто приведёт Ливви к ней, можно ясно понять, что Серсея, не думая о том, чего хочет её сестра, пыталась затащить её к себе в постель. Дейенерис была шокирована словами Мелисандры. Похоже ей не просто было наблюдать за страхом любимой каждый день. — И честно, если бы не вы, кто знает, сколько ваше сестре пришлось бы пробыть в той небольшое комнатке практически безвылазно. Свергнув Серсею, все её приказы, в том числе и те сто золотых, попросту аннулировались. — Как бы вы поступили с ней? Я ещё не вынесла приговор бывшей королеве, поэтому мне интересны самые разные мнения, ваше, как человека, видевшего страдания любимой из-за Серсеи — особенно. — Вы запретили жертвоприношения, Ваше Величество. Но всё же, если бы мне предоставили возможность, я бы сожгла её на костре. И не во имя Владыки Света, не как жертву. Но как плату за страдания. — Жестоко, но учитывая, в каком состоянии Септа, разумно. Что ж, спасибо за знания о РʼГлоре, и за ваше мнение. Не смею вас больше задерживать. — Ваше Величество. — Мелисандра сделала небольшой поклон в знак прощания и направилась к двери. Но услышала голос королевы. — Постойте. Скажите Ливви, что бы она была у главного входа в замок через час. Это важно. Ливви прогуливалась по холлам замка. Было очень спокойно, никто не стремился схватить её, и уволочь к королевским покоям, обменяв на сотню золотых монет. Тирион нагнал сестру, от вида которого на лице девушки заиграла улыбка. — Добрый день, милорд. — Миледи. — Я не леди. — Лишь пока. Думала уже над предложением королевы? — Да. Но я не уверена. Не могу так просто отказаться от рода Ланнистеров. — Тебе и не надо отказываться. Тебе лишь нужно принять род Таргариенов. — Разве это не одно и тоже? — Девушка остановилась, облокотившись на подоконник. Тирион же задумался, но довольно быстро нашёл, что ответить. — Будь у меня возможность стать Таргариеом, я бы и секунды не думал, при том, что я и так законный наследник по роду Ланнистеров. Но тебе нечего терять. Тебе есть что приобрести. Не упускай этого. — Ливви положительно кивнула, понимая, что Тирион, ровно как и Мелисандра, был абсолютно прав. Из-за поворота появилась Красная жрица, та как раз искала Хилл. — Ливви. — Позвала ту Мелисандра. Девушка быстро отреагировала, добежав до любимой и слегка её приобняв. — Искала меня? — Искала. Но не для себя. Тебя хочет видеть королева у главного входа в замок. — Оу… — Ливви помедлила. — Она, вероятно, хочет знать ответ. Но я ещё не решила… — Она этого не сказала. В любом случае, тебе не стоит задерживаться, давай, иди скорее. — Женщина направила девушку к выходу из замка, так как сама Ливви была не уверенна в том, что ответить Дейенерис, если та повторит вопрос о принятии фамилии. Попрощавшись с Тирионом, Ливви быстрым шагом направилась к месту встречи. Время было около пяти часов вечера. Ливви ждала сестру на крыльце у замка, та появилась довольно быстро. — Ну что, решила что-нибудь относительно моего предложения? — Эм, да… Конечно. Я… — Как знала, что именно на этот вопрос Таргариен захочет узнать ответ. — Я не знаю. Я много думала об этом, взвешивала все за и против… — И как? — Ну, в итоге, конечно, «за» оказалось гораздо больше, но я всё равно не знаю что ответить. — Так что тебя беспокоит? — Думаю то, что я привыкла к Ланнистерам, и всю жизнь считала себя их частью, пускай и не носила их фамилию. — Разве фамилия «Хилл» не причиняет тебе неудобств? — Причиняет… — Тогда чего сомневаться? — Ливви просто опустила взгляд, не зная, что и сказать. Разум говорил — да. Чувства заставляли сомневаться в словах разума, и в итоге девушка просто была в растерянности. Дейенерис понимала это, но у неё было то, что могло убедить сестру раз и навсегда. — Скажи, Ливви, как ты думаешь, почему я захотела поговорить с тобой именно здесь, на таком просторном крыльце, когда могла обсудить всё в своих покоях или тронном зале? — В ответ Ливви пожала плечами. — Потому что у меня есть ещё одно «за» для тебя. — Королева посмотрела в небо. — Viserion. На крик в небе появился большой золотистый дракон, который был похож по размеру на своего брата с зелёным окрасом - Рейгаля, но был меньше главного дракона Дейенерис - Дрогана. Видимо, что бы дракон услышал своё имя, его обязательно нужно было выкрикнуть с валерийским акцентом. Визерион приземлился на крыльцо прямо перед девушками. Перебирая лапами и крыльями, он тут же стал изучать Ливви. Сначала принюхался, потом прищурился, и вот он уже подставлял голову, что бы Хилл его погладила. Ливви была в шоке, и сначала, даже, немного испугалась от неожиданности, но увидев, каким милым, однако, может быть такое большое и, в существе своём, опасное создание, девушка тут же принялась гладить дракона, как только тот он этого попросил. — А ты ему нравишься. В тебе много дракона, иначе бы Визерион так не отреагировал бы. — Визерион, так его зовут? — Именно так. — Красивое имя. И сам он красавец. — Говорила девушка, продолжая гладить огнедышащую рептилию. — Я назвала его в честь брата, с которым жила с рождения и до 16 лет. Как-то я уже упоминала его. — Дейенерис замолчала, воспоминания о брате ей были неприятны. Но откинув их, Таргариен продолжила. — Есть несколько слов, практически команд, которые помогут тебе говорить с драконом на одном языке. Конечно ты не сможешь говорить с ним так, как это мы сейчас делаем. Но тем не менее он будет понимать тебя и прислушиваться. — И какие это слова? — Я научу тебя всему, что связано с драконами сразу же после того, как мы узаконим тебя в роде Таргариенов. — Ливви молча перевела взгляд с сестры вновь на Визериона. — У Ланнистеров отличительной особенностью является золото их волос. Если бы я просила забыть тебя о том, что кроме крови драконов, в твоих венах течёт кровь львов, я бы скорее познакомила тебя с Регалем, а не с драконом, чья чешуя по цвету напоминает главную особенность Ланнистеров. Ты родилась львом, и ты им и останешься. Но сердце у тебя драконье. Потому я не предлагаю забыть о том, что ты лев, я лишь предлагаю тебе поставить дракона на первое место. — Ливви вновь согласно кивнула. Кроме всего, Визерион был весомым аргументом. — Потому решай быстрее, всё же этот дракон явно хочет проводить с тобой больше времени. — Закончила Таргариен, на что её сестра улыбнулась. А дракон, расправив крылья, полетел к своим братьям. — Дейенерис… — Да? — Я знаю, что мне в любом случае нужно будет дать определённый ответ. Но перед этим, мне нужно кое-что сделать. — И что же это? — Позволь посетить Серсею в темнице. Королева опешила от просьбы Ливви. — Что? Зачем тебе это? — Я лишь должна кое в чём убедиться. И обещаю, сразу после этого, я дам тебе точный ответ. Дейенерис задумалась. Больше всего ей сейчас хотелось дать отрицательный ответ. Но Хилл выглядела так, будто ей действительно это было надо. — Хорошо, но только сразу после того, как ты с ней встретишься, ты должна будешь дать мне ответ! — Обещаю. — Тогда завтра вечером я устрою тебе эту встречу. Но… — Помня слова Мелисандры, что та рассказывала о Серсее, королева положила руку на плечо сестры. — Ты точно уверенна, что тебе это нужно? — Точно.