Оазис

My mother told me To pick the very best one And you are [not] it.

      Серые тучи накрыли Александрию. Дождь должен был пойти с минуту на минуту и от этого раскалывалась голова. Сдавливала где-то с боку подобно железному обручу. Люди всё ждали выбора погоды в пользу более осенней, в то время как Солнце норовило выползти из под толстого слоя туч.       Рик сидевший на веранде своего дома, потер уставшие глаза ладонями. Мысли. Тысячи мыслей роились у него в голове и среди этого десятка тысяч слов и предложений он пытался выудить самые важные. Мужчина словно сходил с ума, если это не переросло в хронический недуг. Он бы хотел спать не просыпаясь и видеть перед глазами темноту, а не призраков из прошлого. Он бы желал не иметь зрения в реальности, чтоб монстры живущие глубоко в душе, не пробирались в сознание. Он до чертиков устал, каждый раз проваливаясь в сон, подскакивать через пятнадцать минут, потому-что невидимая красная пелена застилает глаза. Течет откуда-то с лба, заставляя задохнутся от собственного учащенного дыхания. Паника.       Вчера они с Дэрилом подвезли одну из группы Нигана. Та шептала что-то про восстание, бродила таким же безумным взглядом как у него самого по салону и жаловалась, что худшей жизни она не ведала. После того, как он высадил её рядом с лагерем и поехал дальше, Диксон заявил, что девчонка играет по своим личным правилам. Всем в этом мире хочется выжить. И поэтому Люси готова зубами выгрызать для себя место под солнцами. Всеми правдами и неправдами, на которые будет способна её фантазия.       По словам охотника, ей нельзя доверять. Она ни черта не смыслит в выживании в лесу или просто без людей. Но отлично знает, что должна сделать для улучшения своей жизни.       И если действительно так подумать, то с какой стати им верить ей? Жалкая шестерка, которая добывает крохи, волоча за собой следом молчаливого мальчишку. Ей тоже хочется жить. А если Рик пойдет против Нигана — людей станет меньше. Они не смогут защитится от других групп, ходячих, что толпами бродят под забором. И в конечном итоге, всем придется прийти к Нигану, умоляя о пощаде. И то что будет дальше, жизнью не назовешь. Для них не назовешь. А для остальных, кто мало-мальски приближен к этому чудовищу — это место Рай. Он дарит защиту, еду, кров над головой, а в замен просит служить ему верой и правдой. А она, донесет на них своему главарю и получит долгожданное место у костра.       Но в то же время душу грызет неуверенность. Кто знает, как на самом деле живется этой девушке. По слухам, разлетавшимся быстрее ветра, жены Нигана жили ни в чем себе не отказывая. И некоторые из них были действительно рады такой жизни. За еду и новый кусок мыла они исполняли его прихоти. Возможно, в мире, где моральный устрой пеплом осел на глаза, это нормально. Но человеческий мозг и частицы того прежнего двуногого, знающего, что так не должно быть, не хочет мирится с этим. Простыми словами — это рабство. С какой стороны не глянь, как не рассматривай сквозь пальцы, а суть всё та же, что и в Древней Греции.       Дэрил приземляется на соседний стул и всматривается в разноцветные линии на карте. — Ты всё же хочешь рискнуть и поверить этой замарашке? — и тут дело совсем не в том, что Рик когда-то её знал. И не в жалости к бедной искалеченной душе, которая как показала практика, намного сильнее, чем у него. Дело в безысходности. В поисках лучшего для своих детей. Для Мэгги, которая ходит с округлившимся животом, прикрывая его ненадежным стволом от ружья. Да даже для того же Дэрила, который в случае чего, отправится во все тяжкие по лесам. В конце концов для самого себя, жаждущего спокойной жизни. И если по-настоящему есть другие группы, готовые пойти против Нигана, он хочет рискнуть. Слишком многих он уже терял, чтоб сейчас жить в страхе и вечном унижении.       Единицы видят в лагере Нигана спасение, островок лучшей жизни посреди Ада, который создал сам человек. Но те кто по настоящему видят всю суть вещей — захотят обезопасить свое будущее. Прикрыть спину, когда к тебе навстречу двигается окровавленный ходячий, протягивающий скрюченные пальцы. — Я не знаю, Дэрил. Но если у нас появился союзник, обещающий, что найдет ещё таких же… — Рик замолкает переводя хмурый взгляд на Диксона. Он так же понимает, как не надежно звучат его слова. Граймс ни в коем случае не поверил бы Люси. Ещё со времен молодости, она ему не совсем нравилась. Слишком любознательная, слишком умная для своих лет. И вечно смотрящая на него своими лисьими глазами, когда он приходил позвать Лори на прогулку. Такая как раз под стать Нигану. Умеющая обвести вокруг пальца и выйти сухой из воды. Он прекрасно помнит, как однажды она помогла Лори разместить подружку у них в комнате. И сделала так хитро, что об этом знал охранник, но не знал комендант. И не пришлось платить ни цента. — Если это поможет тебе прийти в себя, то я согласен, — Дэрил как-то по доброму усмехается, прерывая его внутренний монолог противоречий.       Охотник совсем не пытается задеть за больное бывшего копа. Рик уже не раз ошибался, доверившись не тем. Но он так же как и все, банально хочет увидеть то озарение, понять зачем сейчас он барахтается, пытаясь выжить. Что дальше, за тем поворотом неизведанного. Что же находится на пути, который сейчас преградил Ниган.       Мужчина слышит звон метала и по коже пробегает неприятный холодок. Рик поднимает затуманенный взгляд, а руки быстро складывают карту.       Этот звон он узнает среди остальных. Люссиль отбивает о забор его личную мелодию, которая предвещает, что Ниган прибыл собирать дань.       Граймс прячет карту под подоконник и движется к воротам. — Фак, Рикардо, дерьмово выглядишь, — Ниган ухмыляется на фоне грузовика, переполненного людьми. Зачем столько людских ресурсов, ведь Граймс и так сдался. Поднял руки вверх и почти что ежемесячно отдает часть своих запасов. — Вы раньше срока, — подмечает Рик, открывая железный замок. — Поговорить надо, — тон Нигана не предвещает ничего хорошего. Заставляет заткнутся и ждать, когда к тебе обратятся.       Мужчина немного прихрамывает и от этого гадское тепло разливается на душе. Чувство мести от того, что такой как он тоже может немного пострадать. Почувствовать вкус боли, который чувствует каждый в группе Рика.       Парни быстро выполняют свою работу. Четкими отлаженными движениями выпрыгивают из кузова грузовика и двигаются в сторону склада. Потом так же быстро, без лишнего отвлекания на окружающий мир, грузят провиант на деревянный пол. — Знаешь, тут такая фигня… Одна из групп отказалась с нами работать. Мы немного поговорили и… И они сказали, что они будут не последними. Слышал о таком? — Ниган вальяжно присаживает на стул, в то время как Граймсу остается стоять возле него. Ниган отпускает биту и взгляд Рика мимо воли падает на неё. Вот, протяни руку, коснись гладкого дерева, и вся власть этого человека в твоих руках. Перед глазами красные всполохи. — Нет, не слышал, — твердо отвечает Рик, выпуская облако пара в воздух. Возможно Люси что-то рассказала Нигану. Возможно он сам догадывается о чем-то. Или на самом деле поднимается бунт на корабле. И пока пожар всеобщих недовольств, подобно вирусу не перекинулся с одних подвластных ему единиц на другие — он хочет напугать. Просто пригрозить пальцем шаловливым детишкам. — Ну я надеюсь этого у вас не произойдет, приятель? — Ниган улыбается в своей излюбленной манере. Он скорее утверждает, чем спрашивает. Он не позволит, чтоб это произошло. Подавит любой намек на непослушание со стороны Рика или кого-либо. Он будет везде. — Всё будет как всегда, Ниган, — медленно проговаривает Граймс, желая, чтоб мужчина быстрее покинул Александрию. На него не осталось нервов. Силы иссякли терпеть надменный тон и чувство подавленности. Ему кажется, что он уже даже во сне представляет, как душит его. Рик знает, что он не единственный, кто желает ему смерти.       А под «всё как всегда» он не имеет виду ежемесячный платеж за жизнь своих близких, а то что обычно ждет всех, кто слишком много возомнил о себе. Кто забыл каким он был в начале. Ощутив сладкий привкус власти, забыл, что такое человечность.       Ниган тот ещё псих. Рик понял ещё при первой встрече, когда тот битой расфигачил голову Абрахама. И здесь явно огрехи в правиле, что убийцы убивают без мотива. Ниган его назвал: неповиновение. И если у Граймса был всё ещё страх, то только из-за того, что невозможно сказать, что отчебучит этой больной на голову мужик в следующий раз.       Но бывший полицейский знает, что если он и убьет человека, то в последний раз и это будет Ниган. Чья душа отправится обратно в Ад, там, где ей и место.       Приторное «Л-е-е-дис», кинутое на прощание Мэгги и ещё одной девушке, хуже петли сдавливает горло.

***

      Люси бежит спотыкаясь. Рядом что есть мочи, выжимая последние силы мчит Том. Легкие давно жжёт от быстрого бега, а мышцы ног — немеют. Неудачная вылазка — как начало заезженной истории. Стандарт в мире зомби, без которого и день прожит зря. А запыхавшееся красное лицо с выпученными от страха глазами — неизменный образ, про который не следует забывать, выходя далеко за пределы защищенной территории.       И сейчас спасаясь от очередного ига, девушка проклинала и свой слабый организм, и неумение владеть хоть каким-нибудь топором, и группу в которую они с Томом пошли.       А всё началось с того самого вечера, как ей захотелось поделится с Риком предположениями, что не все довольны правлением жуткого мужика в кожаной куртке, который не может не проявить свой садизм при любой встрече. И видимо настала та точка кипения, когда человек не выдерживает всего накопившегося и его просто рвет на части. Вот так по полам. И больше нет этих нюней в подушку и дикого голода по ночам. Вся эта ересь отходит на второй план, когда мозг судорожно начинает соображать, что бы можно было сделать, чтоб изменить ход событий. Какую силу можно применить, чтоб дать отпор.       И Люси находит выход из ситуации: пойти к другим группам. В тайне. Петляя и заметая следы, не хуже опытного зайца. Но добилась она меньше предполагаемого: чуть более яркой реакции, чем у Граймса. Её не то что не поняли, ей не поверили. Кто послушает непонятную девушку, когда есть хоть малая доля стабильности. А тут предлагают рискнуть, пожертвовать жизнями людей, которых мизерное количество и оскалить зубы на мелькающую перед носом биту. Но и Ниган не дурак. Он достаточно умен, чтоб понять, что девушка что-то задумала. Раз вместо холодного взгляда, наполненного злобой, просто смотрит на него. Пока без эмоций, просто отслеживает каждое его движение, словно пытаясь запомнить каждый поворот его тела, каждую долю секунды его передвижения в пространстве. А он, видимо, зачуяв неладное, на время отдалился от неё. Больше не предлагает более «вкусную» жизнь, приправленную беззаботностью бытия. Он так же внимательно следить за каждым её шагом, слушает любые доносы про всех и неё в точности. И то что ей удалось сегодня выбраться — большая удача.       Девушка видит узкий проход между зданиями и дергает туда Тома за рукав и сама заскакивает следом. Забор неприятно царапает, открытые рукавами футболки, руки. Но на это тоже нет времени. Жизнь висит на волоске, когда она видит первые тела ходячих, пытающихся всей гурьбой ринуться за ними вслед по узкой улице. Она видит пожарную лестницу, ржавыми обрубками торчавшую из стены, и указывает на неё рукой. Мальчуган посекундно соскальзывая лезет по скрипучему железу, кроша на голову хлопья краски. Люси закусив губу и желая заткнуть уши от вечного рычания-стона ходячих, карабкается следом.       Они вываливаются на крышу и распластываются на нагретом солнце гравии. Полтора этажа — и под ними по периметру бродят туши мертвых. Сиди, кукуй пока они расползутся в разные стороны. А во рту пустыня и кофта прилипла к спине. Том почти что не дышит, лишь судорожно заглатывает воздух подобно рыбе.       Секунда. Две. Кажется, прошла уже целая вечность. Необъёмное количество времени, как они лежат, уперев взгляд в небо, а вокруг здания ходят голодные монстры. — Ты слышишь? — Том приподнялся на локтях, всматриваясь в горизонт. И вправду, через секунду послышался выстрел и шум мотора. К ним кто-то быстро приближался. Вооружённый и владеющий желанным средством передвижения. — Том, не высовывайся. Неизвестно, кто там, — и Люси безошибочно права. Отстреливаясь от ходячих, к городу бежит парень с сумкой наперевес. Он откидывает в сторону уже не нужный игл и достает довольно широкий нож, надеясь в рукопашную отделаться от приставучих тварей. — Сюда! Парень, давай сюда! — Том подрывается с крыши в мгновение ока и бросается к её краю. И Люси остается только дернуть его за ноги, чтоб тот свалился обратно. Жизнь научила её не доверять незнакомцам, которые от чего-то бегут. Но парень успевает заметить макушку мальчишки и спешит к дому, всё ещё окруженного ходячими. Однако парню сегодня не везет, и из-за поворота выруливает грузовик. Видимо парень краем сознания понимает, что так и не успел спрятаться.       Машина тормозит под самым домом. Том продолжается брыкаться, под держащей его Люси. А девушке не понятно, откуда столько порыва спасти ближнего.       С крыши все прекрасно слышно и видно, и они всё же успокаиваются, всматриваясь в знакомые очертания лиц людей, выходящих из кузова. Парни не применяя огромное количество силы, и не обращая внимание на разворачивающуюся картину, убивают ходячих вокруг.       Взгляд невольно выхватывает из толпы мужской силуэт, а уши слышат насмешливый спокойный голос. — Кто не спрятался, я не виноват, — мужчина раскачивая Люссиль, подходит в притык к стоящему парню. Тот всё ещё держит в руках нож, но не спешит им воспользоваться. — Не успел убежать, да? Но ты прекрасно успел украсть у меня немного вещей?       Парень бросает на землю нож, расстегивает рюкзак и достает пакет с медикаментами. — Простите… — тихо выдает он, не поднимая глаз на Нигана. Последння надежда остаться в живых. — Простите? Ты думаешь, этого достаточно. Я потратил на тебя время и бензин, чтоб догнать! — мужчина совсем не сердится, он играет со своей жертвой как кот, наслаждаясь процессом мучительной смерти, бедняги-мышки. — Ну же! Предложи мне что-нибудь, расскажи…       Парень хмурится ещё больше. — Там на крыше есть люди, — осевшим голосом, совсем тихо отвечает парень. — И они тебе не помогли? Какие говнюки… Эй, ребята, я сейчас убью этого парня, если вы не слезете! — Выкрикивает Ниган, занося биту над вмиг ссутулившимся парнем.        Том грызет ноготь на среднем пальце, не зная, как лучше поступить. Люси всё ещё держит его за руку, уберегая от необдуманных поступков. — Я считаю до трех, а потом убиваю его и мои парни поднимаются к вам! Один… — отсчет времени заставил сердце биться быстрее. На лбу выступила испарина. — Мы не можем, не можем здесь больше сидеть, — Том почти плачет. Он боится, хоть и сам виноват во всей этой ситуации. Изначально, это его заметили. Лежал бы спокойно, ничто бы им не угрожало. А так у Нигана возникнет вопрос, что они делали так далеко от лагеря.       Люси тяжело вздыхает и перед тем, как прозвучала цифра три, встает в полный рост, а за ней и Том. Ниган щурит глаза от яркого солнца. — Люси-детка и Том, неужели это вы? Зачем прятались? Теперь этот парень заплатит за мое терпение, — и прежде чем девушка или мальчик успеют что-то возразить, тяжелое дерево опускается на голову парня.       Тома выворачивает прямо на порванные кеды. Вид размазанных мозгов на асфальте заставляет желудок сжаться, а к горлу подступил противный ком тошноты. И то что ты каждый день видишь внутренности очередного зомби не идет в сравнение с живым человеком. Люси кажется, что она чувствует запах крови прямо тут, на крыше. Он железным привкусом оседает на стенках горла. — Прости, приятель, — извиняется Ниган перед Томом. — Спускайтесь. Нас ждет до-о-лгий разговор.