Чёрное сердце воина

POV Перси. Пока я пытался оправиться от натиска воспоминаний, единственная дверь в моей камере распахнулась. В дверях стояла внушительная фигура скрытая в тени. Глубокой мужской голос произнёс из темноты: «Ну здравствуй, Персей Джексон».

Я внимательно смотрел на титана в дверях. — Ага, и тебе не кашлять. — Это не лучший способ приветствовать своего хозяина, Джексон. Я достаточно любезен, чтобы позволить тебе остановиться здесь во время твоего пребывания в Тартаре, — я фыркнул. — Ну конечно. Кто бы сомневался, что Аид пошлёт тебя следить за мной, Боб, — титан Запада нахмурился. — На самом деле я снова стал Япетом. И Зевс просто навестил Аида, чтобы убедиться, что кто-то приглядывает за новым узником. Просто у меня оказалось несколько свободных камер, — я закатил глаза. — Да, верно. Я так думаю, декор там не изменился? — я махнул рукой на портреты адских гончих, злобно зыркающих на меня своими горящими красными глазами. Япет посмотрел вокруг. — Честно говоря, эту комнату немного переделали. Хорошо получилось, правда? Я очень горжусь этими картинами, получились прямо как живые. Я даже подумываю наградить этого художника. — Это всё, конечно, прекрасно, и я готов хоть сейчас впасть в эстетическую кому. На самом деле мне тоже очень понравились эти… картины. Настолько, что я лично хотел бы выказать своё восхищение этому мастеру. Вот, почему бы тебе не отпустить меня передать ему награду, а? И все останутся довольны, — он посмеялся. — Хорошая попытка, Джексон. Но ты не выйдешь из этой клетки. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы найти тебя здесь. Я не позволю тебе уйти так легко. Я в отчаянии прикрыл лицо руками. — Отлично. Могу я хотя бы сменить обстановку? В этих четырёх стенах скоро станет слишком скучно. И кстати, в этом номере «люкс» хотя бы есть туалет? — А ты наглый… Похоже перспектива вечных мук в Тартаре тебя не беспокоит? — Да я просто в восторге! Ну так что, я получу свой туалет? Титан громко рассмеялся. — Ты получишь свой туалет. Я имею в виду что-то вроде выгребной ямы. Тебя устроит? — Что, серьёзно? Хромает у тебя тут сервис, Боб, ни кровати, ни туалета, хоть бы коврик постелили что ли… — Титан усмехнулся. — Ты не на курорте, мальчик. Хотя твои слова меня не особо удивили, меня предупредили, что ты свихнулся. Твоя параша скоро будут готова. А сейчас мне нужно сходить за своим слугой. Слугой? О чём это он… Ох. Уродливая помесь скорпиона и кота. Я как-то и забыл уже о нём. — Ты имеешь в виду этих уродцев? — в этот момент я наверняка выглядел как придурок, который делает вид, что ничего не боится. Япет нахмурился. — Они мои питомцы и слуги. Ты ведь знаешь, что я сам их создал. — В самом деле? Никогда бы не подумал. Ты просто чудовищно облажался, они выглядят так же отвратно, как и всё остальное в Тартаре. Никакой оригинальности. — Япет, бесспорно являющийся очень мощным титаном, приносящий мучительную смерть, недовольно зыркнул на меня, такого тщедушного, проклятого полубога, вновь скованного цепями, которые теперь, кажется, были ещё крепче. — Не оскорбляй меня и мои творения, смертный. Я Хозяин этих владений, и это в твоих же интересах, относиться ко мне, как подобает. Я мог бы убить тебя сотней различных способов, как можно дольше и мучительней. Пожалуй, сейчас я не стану их все перечислять, так как в моём распоряжении бесконечная армия «уродцев». Большинство с радостью разорвут тебя на части. Они привыкли сначала убивать, а потом спрашивать, — на удивление, его слова не испугали меня. Мне не пришлось бороться с желанием обмочить штаны с перепугу. Потому что я почти обмочил штаны от смеха. Меня пробил просто истерический смех, похожее состояние у меня было по пути в это «прекрасное» место. — Ты серьёзно думал напугать меня всем этим? Я уже бывал здесь раньше и смог выбраться. Я видел вещи, которые видел не каждый бог, просиживающий задницу на своём троне, со мной происходили вещи похуже смерти! Чтобы напугать меня, тебе стоили подготовить устрашающую речь получше. Вся мощная фигура титана просто излучала негодование. — Ну, это уже просто невероятная наглость! Я покажу тебе твоё место, полубог! Ты никогда не выйдешь из этой ямы! — он развернулся на пятках и вышел из камеры, хлопнув дверью. Я продолжал смеяться. Когда от смеха уже охрипло горло, я почувствовал себя очень уставшим. Настолько, что было трудно открыть рот, чтобы говорить. Трудно было даже сесть. Мои веки тяжелели с каждой секундой. Прежде, чем я даже осознал, что происходит, я упал на пол, крепко уснув. Я надеялся, хоть на одну ночь без кошмаров. Конечно, посапывая где-то в Тартаре, жуткой камере, не стоило даже было надеяться на хорошие сны. Мне приснился один из самых ужасных кошмаров в моей жизни. И поверьте мне, в реальности это было ещё страшнее. Мы гуляли по ночному парку. Луна большинство времени скрывалась за облаками, но её холодный бледный свет иногда просачивался. Аннабет шла слева от меня в белой рубашке и джинсовых шортах. Она смеялась над моей очередной «гениальной» мыслью. — У тебя точно водоросли вместо мозгов! — воскликнула она, шутливо пихая меня в плечо. Я скромно улыбнулся и обнял её. — Да, но зато эти водоросли вместо мозгов думают только о тебе, — мы остановилась, и оба повернулись лицом друг к другу. — Аннабет, — прошептал я, наклоняясь к ней ближе. — Перси… — тихо выдохнула она, наклоняясь ко мне. — Аннабет, я лю… Луна полностью скрылась за облаками, погружая парк во мрачную темноту. Из кустов позади меня появлялось странное красное свечение, но я не замечал ничего, кроме любимой девушки, пока она не оттолкнула меня в сторону, прервав мои признания в любви. Я стоял, в шоке наблюдая, как угольно-чёрный цербер накинулся на неё. Её кинжал лежал на земле слишком далеко, чтобы дотянуться до него. Я словно замороженный стоял на месте, пока леденящий кровь вопль не привёл меня в чувство. Она неподвижно лежала, пока монстр рвал её плоть. Я быстро обратил авторучку в бронзовый клинок и развеял монстра в пыль, пока он отвлёкся. Монстр исчез, рассыпался прахом, оставив окровавленное тело Аннабет позади. Луна, наконец соизволила, выйти из своего облачного укрытия. Моя девушка выглядела окровавленной сломанной куклой. Её светлые кудри разметались по земле и окрасились в алый. Я упал на колени прямо в лужу крови и подполз ближе к ней. Анаклузмос лежал на земле рядом со мной. Осторожно подняв голову Аннабет, я положил её на свои колени. — Перси, — пробормотала она. Я так обрадовался, услышав её голос, она ещё была жива, и я мог спасти её! — Аннабет? — Я… — кровь тонкой струйкой сочилась из уголка её рта. Я вытер его большим пальцем. — Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. — Что? Я сделаю всё для тебя, милая, — ответил я отчаянно. — Я хочу, чтобы ты убил меня. — Что? Нет, Аннабет, я могу позвать Аполлона, и он поможет… Она осторожно положила свою бледную руку поверх моей загорелой. — Нет, Перси, — сказала она, печально улыбаясь. — Аполлон уже не сможет помочь мне. Я умираю, — она начала кашлять, и всё её тело сотрясалось в болезненных судорогах, из-за чего с губ полилось ещё больше крови, будто подтверждая её слова. — Мне так больно, Перси… Пожалуйста, я не могу больше терпеть это. Я сморгнул слёзы, но кивнул головой. Моя рука нашла Анаклузмос, уже залитый кровью. Я поднял меч прямо над её сердцем. — Мне очень жаль Аннабет. Ты так и не надела то белое платье… Она печально улыбнулась мне, в лунном свете её бледное лицо, отливавшее синевой, кажется, светилось. Она выглядела как ангел. Или призрак. — Я люблю тебя, Рыбьи мозги. Я буду ждать тебя в Элизиуме, может хоть там мы с тобой поженимся. Я улыбнулся ей сквозь слёзы и кивнул, хотя и не думаю, что наша свадьба всё же состоится. Лука тоже был в Элизиуме. Может свадьба и будет, но я сомневаюсь, что это будет моя. Тем не менее, я поднял меч выше. — Я тоже люблю тебя, моя храбрая девочка. И опустил меч.