Так будем мы вместе

Как только Андрей увидел вошедшего в зал и озирающегося по сторонам Борщова, все его благодушное настроение как ветром сдуло. А до этого он, можно сказать, даже Юлиане был почти рад. Гений пиара в это время проследила за свирепым взглядом Жданова и тут же выдала новую порцию сияния. - Миша! Миша, я здесь, - Виноградова махнула ресторатору, когда он ее увидел. Тот даже не притормозил, когда понял, за чьим столиком устроилась пиарщица, только расцвел улыбкой от уха до уха и уставился на Катерину, которая уже повернулась и с теплой улыбкой смотрела на него. Вот как не выйти из себя? За время, которое прошло с момента их с Катей примирения, Андрей совсем забыл о существовании этого повара, совсем вылетело из головы, куда именно тот чуть не увез его любимую девочку. Рука этой самой любимой девочки выбралась из убежища в его огромных ладонях и легко пробежалась по ним, поглаживая пальчиками. Андрей опустил взгляд на ее лицо и утонул в сияющих сейчас только для него глазах. Но ведь она не уехала! И все у них хорошо! А Поварешкин... да пусть он себе будет — разве он конкурент? Тем более, Катя любит его, Андрея. Ведь так притворяться невозможно. Да и не за чем. Когда предводитель кастрюль и поварешек подошел к ним, Андрей уже усмирил свой непонятный гнев и сумел, хоть и кривовато, улыбнуться этому затянувшемуся проекту Юлианы. Михаил всех поприветствовал, все же чуть дольше задержав свой взгляд на Кате, и присел напротив Виноградовой. - Вот, кстати, и причина, по которой я здесь, - указала она на Борщова. - Не могу я бросить Мишу, - она улыбнулась кулинару, - когда ему так нужна моя помощь. - И когда же ты все успеваешь? - Андрей покачал головой, ехидно прищурившись. - Ты ведь увел у меня мою помощницу, - припомнила ему Юлиана и подмигнула Катерине, - теперь самой приходится заниматься проектом Михаила. Наслаждаться завтраком пришлось в компании Борщова и Виноградовой. И все бы ничего — ведь он решил, что будет вести себя цивилизованно, когда на его невесту, а в будущем и жену, будут смотреть другие мужчины, - но этот салатных дел мастер сидел к ней непростительно близко (даже ближе, чем сам Андрей), и Катя с видимым удовольствием спрашивала его об успехах в бизнесе. А посему, процесс пережевывания пищи был как нельзя кстати — он помогал скрывать непрерывное движение желваков. Даже Катины ручки не могли ему помочь: она точно не стала бы тянуться к нему через стол, за которым, кроме них двоих, сидел еще кто-то — неприлично. Да и сама она вдруг увлеклась разговором с Поварешкиным. - А что, в Питере пиар-агентств не существует? - вроде бы и вежливо, но, в то же время, с намеком спросил Андрей у ресторатора. - Андрей! - послышалось два возмущенных женских голоса, и Катя с Юлианой, переглянувшись, излили на него весь гнев с одной стороны — карих, с другой — зеленых глаз. - Да спросил просто, - с невинной улыбкой стал вдруг оправдываться Жданов. - Юлиана, я о нашей с Катюшей свадьбе беспокоюсь, - преследуя двойную цель (одна — показать обеим женщинам, насколько серьезно он относится к браку, вторая — чтобы лишний раз, по-мальчишески, уколоть невезучего соперника), заговорил он о приближающемся событии, - успеешь ли ты все подготовить. А ты вон — в другой город укатила. - Жданов, - укоризненно и даже с некоторой долей обиды заговорила Юлиана, - я тебя когда-нибудь подводила? - Ну что ты! - с притворным ужасом, будто она прямо сейчас навсегда отказывалась от сотрудничества с их компанией, воскликнул в ответ Андрей. - Да разве я об этом? Я же волнуюсь за тебя — ты столько на себя взвалила! - Ай-ай-ай, Андрюша, - уличив его в неискренности, покачала головой всюду поспевающая, никогда не унывающая и всегда полная идей женщина-праздник, - как тебе не стыдно? - Ты не поверишь — стыдно, - опустил он покаянно голову и тут же все испортил, бросив недовольный взгляд на Михаила. - Но вот это, - Андрей приблизился к Юлиане и кивнул головой в сторону активно обсуждающих проблемы будущего ресторана Катю и Борщова, - мне все равно не нравится. - О чем шепчетесь? - проявила бдительность Катерина, от которой не укрылись холодные взгляды жениха в сторону Миши. - Конечно, о свадьбе, - сделав честные глаза, соврал Жданов. - Но пусть это пока останется для тебя тайной, - расплылся он в самой обворожительной своей улыбке. Больше выпадов против Борщова Андрей не допускал, и совместный завтрак, ко всеобщему удовольствию, прошел довольно мирно, а потом Андрей и Катя решили немного прогуляться и распрощались, оставив партнеров обсуждать их общие дела. - Андрей, за что ты так невзлюбил Мишу? - уже на улице не смогла не спросить Катя. - Кать, давай мы не будем о Кастрюлькине говорить, а? Вот только этого нам и не хватало, - но видя, как любимая пожала плечами и обогнала его, сдался. - Ладно. Да, я тебя ревную к нему. И не только к нему, - добавил тише. - Тебе это известно. - Разве я даю тебе повод? - было видно, что Катя расстроена. - Ты же знаешь, что мне никто, кроме тебя, не нужен. - Я знаю… знаю, Кать, - Андрей обогнал девушку и остановился, повернувшись к ней лицом. - Ну прости меня. - Тогда перестань вести себя, как… - … как неандерталец, - закончил ее мысль Андрей и был при этом таким мило виноватым, - я помню. И я очень-очень постараюсь, - он ткнулся носом в Катины волосы, обхватив за плечи, а она обняла его, прижавшись щекой к груди. - Горе ты мое луковое, - прошептала нежно, а Андрей хмыкнул. Больше о рестораторе не вспоминали. День прошел замечательно: побывали на швейном производстве будущих партнеров, наелись в пышечной свежих горячих пышек, каких больше не делают ни в одном городе мира. Потом долго гуляли по городу: прошлись по набережной и по Невскому проспекту, побывали в Летнем саду, заглянули на Дворцовую площадь (Катя лишь посетовала на невозможность побродить по Эрмитажу). Что еще надо? Все было именно так, как они и хотели — одни в чужом городе, где никому нет до них дела, и можно никуда не спешить, гулять, дурачиться, целоваться прямо на улице, никого не стесняясь. Хотя тут, конечно, возникали некоторые трудности, и Андрею приходилось бороться с Катиным смущением, но он уже научился с ним справляться. Ах, если бы у них был еще один день — они бы рванули в Петергоф, чтобы там, под плеск воды в фонтанах, окунуться в праздничную атмосферу его грандиозных садов и парков! Но ведь оставалась еще одна ночь! А это заметно скрашивало некоторую печаль из-за необходимости вскоре покинуть город на Неве.