Менеджер. За чертою правил

      Тяжелая дверь спортзала закрылась, отрезав шум и суету. Широгане вернулся в свой кабинет и опустился в кресло, массируя виски. Гора бумаг, связанных с подготовкой к матчам, казалась Эверестом, а все, чего ему хотелось, — это поскорее оказаться дома, с семьей. Но, видимо, не сегодня. В дверь снова постучали. На пороге стоял Акаши.       — Широгане-сенсей, простите, что так поздно, — Сейджуро вошел и сдержанно поклонился, но его взгляд был прямым и лишенным всякой робости.       Тренер отложил ручку. Если капитан приходит лично после тренировки, значит, дело серьезное. Акаши не тратил время на пустяки.       — Можно с вами поговорить? О Хартфилии, — юноша спросил без предисловий, уверенно глядя ему прямо в глаза.       — Акаши, к чему такая заинтересованность? — Эйджи прищурился, откинувшись на спинку скрипнувшего кресла. Эта девушка была в клубе всего ничего, а разговоры о ней, казалось, и не думали заканчиваться.       — Вы же не просто так на нее давите? — Сейджуро подошел ближе и сел на стул напротив, сокращая дистанцию. — Вы бы не стали возиться с ней, если бы не видели причины. Но, тренер… мне кажется, вы немного перебарщиваете. Она с нами всего второй день. К чему такая интенсивная подготовка?       — Волнуешься за нее? — Широгане сложил руки в замок, скрывая за ними легкую усмешку. Он ждал.       — Мне просто интересно, — Сейджуро был спокоен и сдержан. — Какую цель вы преследуете?       — Я бы без зазрения совести ее уже выпроводил, — тренер развел руками, откинувшись на спинку кресла. — Когда появился Мориске, вопрос с менеджером был закрыт. Кютаро — идеальный кандидат и его место в команде было утверждено сразу.       Он сделал паузу, давая Акаши осознать этот факт. Это означало, что Люси осталась в команде не из-за отсутствия альтернатив, а вопреки их наличию.       — Но… — Широгане подался вперед, и его голос стал ниже, — она чем-то зацепила. В этой девчонке есть то, чего не хватает другим.       Его взгляд на мгновение расфокусировался, словно он вспоминал их первую встречу.       — Я уже заметил, что она из тех, кто больше смотрит на людей. Понимает ситуацию, хорошо строит диалог. А сегодня… — он снова сфокусировался на Акаши, и в его глазах блеснул интерес, — я узнал от коллег о ее способности впитывать информацию. И, что самое главное, о ее увлечении психологией.       — Психология, — спокойно констатировал Акаши, и это был не вопрос, а вывод. — То есть, вы хотите использовать ее как ментального аналитика?       Тренер усмехнулся.       — «Аналитик» — громко сказано. Пока что она — любопытный эксперимент. Если она понимает, как ведут себя люди, ей будет проще справляться с напряжением на матчах и вне площадки. Она сможет влиять на атмосферу в команде просто потому, что она ваша ровесница, к ней будет больше доверия. Конечно, если выдержит.       Он сделал паузу, его взгляд скользнул по учебнику на краю стола.       — То есть, это просто проверка на прочность? — уточнил Акаши.       — Именно. Я не ожидаю от Хартфилии чудес за неделю. Сейчас ей нужно просто проявить себя на выходных и не опускать руки.       Тренер встал и подошел к окну. За стеклом сгущалась темнота, в которой тонули огни кампуса.       — Скажи мне как капитан, Акаши. Ты веришь в нее?       — Я верю в потенциал, — ответил Сейджуро ровным, почти холодным тоном, который Широгане так в нем уважал. — И вижу его. Но от потенциала до результата — долгий путь. Через год-другой она, возможно, и сможет оправдать ваши ожидания.       Здраво. Реалистично. Без лишних эмоций.       — Хорошо, — тренер повернулся от окна, и в его глазах блеснул знакомый хищный огонек стратега. — Раз ты все понял, этот эксперимент теперь твой.       — Что вы имеете в виду? — в голосе Акаши впервые за весь разговор прозвучало удивление.       — Выясни, реален ли ее потенциал или это просто красивая теория, — Широгане вернулся за стол и демонстративно взял бумаги, давая понять, что разговор окончен. Его взгляд был острым, как скальпель. — Направляй ее. Тестируй. К концу испытательного срока я буду ждать твоего вердикта: нужна она команде или нет.       Акаши молча поднялся. Это был не приказ. Это была передача ответственности, гораздо более тяжелая, чем любая капитанская обязанность.       — Я вас понял, Широганэ-сенсей.       Поклонившись, он вышел из кабинета, оставив тренера наедине с его бумагами и предвкушением очень интересной недели.       Сейджуро лениво постукивал ручкой по тетради. Опершись щекой на руку, он размышлял. Тренер поручил ему этот «эксперимент», но что это значило на практике? Чем он мог быть полезен Люси? Стоит ли активно помогать или лучше остаться в стороне, в роли беспристрастного наблюдателя? В голове проносились десятки вариантов. Но одно было ясно: чтобы оценить ее возможности, для начала нужно наладить контакт. А на это требовалось время.       «Что ж, для начала выберу выжидательную тактику, — решил он. — Наблюдать, анализировать и вмешиваться, только если это поможет создать нужные условия для ее теста».       Он выпрямился, осознавая, что слишком погрузился в мысли. Во время занятий Сейджуро редко позволял себе отвлекаться, но этот день был исключением. Его заинтриговали слова тренера, но еще больше — сама девушка. Ее внезапное появление в клубе, ее упорство… В этом явно была какая-то личная, скрытая и достаточно сильная мотивация.       — Действительно интересно, — прошептал капитан и, отложив ручку, позволил себе легкую улыбку.       Урок пролетел незаметно. Когда раздался звонок, Акаши даже удивился, насколько глубоко он задумался. К нему подошла учительница. Молча взглянув на его пустую тетрадь, она удрученно выдохнула.       — Сегодня я закрою на это глаза. Надеюсь, такого больше не повторится, Акаши-кун, — она постучала пальцами по парте. — Завтра будем разбирать роман «Семья» Симадзаки Тосона. Подготовься, пожалуйста.       Сейджуро утвердительно кивнул и, аккуратно сложив вещи, направился в столовую. Шумная толпа, гам, суета — все это пронеслось мимо него. Купив пару булочек, он отправился в библиотеку.       Здесь, в противовес школьному хаосу, царили тишина и прохлада. Легкий ветерок, гуляющий между стеллажами, приятно освежал. Акаши уже направился в нужный сектор, когда его взгляд зацепился за знакомую фигуру. У приоткрытого окна, в пятне теплого солнечного света, уронив голову на руки, мирно спала Люси. Легкая улыбка трогала ее губы — видимо, ей снилось что-то хорошее и безмятежное.       Он прошел мимо, нашел нужный роман и на обратном пути снова остановился возле нее. В голове возникла дилемма. Разбудить? Она ведь может проспать урок. Но она так упорно трудилась в последнее время, этот короткий отдых ей явно необходим. Спустя мгновение Акаши принял решение. Он беззвучно сел напротив, открыл свою книгу и погрузился в чтение, решив стать ее временным "будильником".       Вскоре он заметил боковым зрением движение. Люси зевнула, сладко потянулась, вытянув руки, и застыла, увидев его. Наблюдать за ее пробуждением было на удивление забавно. Сначала ее взгляд на несколько секунд замер на нем, потом она смешно сморщила нос, поджав губы, и несколько раз медленно моргнула, словно пытаясь сфокусировать реальность. Он не сдержал легкой улыбки.       Увидев его улыбку, она, кажется, окончательно проснулась. Покосившись на него еще раз, девушка с тихим стоном вновь уткнулась носом в руки.       — Мне это снится?.. — донеслось до него приглушенное бормотание.       — А тебе бы хотелось и дальше спать? — с интересом спросил Акаши.       В ответ послышалось невнятное «мгм», сопровождаемое сонным кивком.       — А если я скажу, что это уже не сон?       — Быть не может… — ее голос прозвучал почти обиженно. Она медленно подняла голову, и в ее глазах, еще затуманенных сном, читалось легкое недоверие. — Правда?..       Сейджуро был удивлен. Не паника, не испуг, а почти детское, сонное сомнение. Это было мило.       — Хочешь проверить? — мягко спросил он.       Она кивнула, и он, приблизившись, очень легко коснулся пальцем ее лба.       — А… — она потерла лоб, а затем ее глаза расширились. Осознание обрушилось на нее, как теплая волна, заливая щеки густым румянцем. Она попыталась спрятать лицо в ладонях. — Простите… Акаши-сан… я…       Она так смутилась, что, кажется, забыла все слова. Поднявшись, она неловко поклонилась, едва не задев стол.       — Пожалуйста, забудьте все, что сейчас было!       Акаши спокойно кивнул, хотя прекрасно понимал, что забыть это будет невозможно. Их встречи становились все более… запоминающимися.       — Но, Акаши-сан, что вы здесь делаете? И… как долго вы здесь сидели? — нервно спросила она, бросая испуганные взгляды по сторонам. Вокруг было пусто. Почему он сел именно здесь?       Настала очередь Акаши почувствовать себя немного неловко. Почему он и вправду задержался? Потому что беспокоился, что она проспит урок? Звучало как-то неубедительно даже для него самого. Чем дольше он молчал, тем гуще, казалось, становился румянец на ее щеках.       Не теряя невозмутимости, он отложил книгу.       — Как семпай, я просто проследил, чтобы ты не испортила свою успеваемость. Через пару минут звонок, я планировал тебя разбудить.       — А, вот как... Спасибо тогда, Акаши-сан, и простите за… все это, — потерянно, но с явным облегчением выдохнула Люси.       Когда они разошлись по своим классам, ее все еще трясло от смущения. Он видел ее спящей, зевающей, возможно слышал ее сонный бред… «О господи, как же неловко!» — она остановилась посреди коридора и с силой шлепнула себя по горящим щекам, не обращая внимания на удивленные взгляды проходящих мимо учеников.       Добравшись до класса, она рухнула за свою парту. Красные отпечатки ладоней на лице не укрылись от взгляда Мисаки, которая тут же подлетела к ней с градом вопросов. Люси лишь накрыла голову учебником.

🏀 🏀 🏀

      Для второго состава был выделен отдельный спортивный зал. Когда Люси вошла туда, он был еще пуст и тих. Этим она и решила воспользоваться. Никаких книг сегодня. Только работа.       Она не стала дожидаться игроков. Аккуратно разложила на скамейке стопку чистых полотенец. Принесла из подсобки большую специальную корзинеу, заранее наполненную бутылками с водой и поставила ее у входа. Выкатила в центр зала тяжелую металлическую корзину, доверху набитую оранжевыми мячами. Мелочи, но именно из таких мелочей и складывается порядок, который позволяет игрокам не думать ни о чем, кроме игры.       Когда ребята начали собираться, они удивленно переглядывались. Обычно им приходилось самим заниматься всей этой рутиной.       — Ого, менеджер Хартфилия, ты уже вовсю трудишься! — с улыбкой заметил один из второгодков, беря полотенце.       Люси лишь смущенно улыбнулась в ответ. Она решила сразу наладить контакт, поэтому, когда все собрались, она подошла к ним. Каждый по очереди представился, назвал свою позицию. Ребята оказались на удивление теплыми и дружелюбными, они весело подшучивали друг над другом, и напряжение, которое Люси чувствовала в основном зале, здесь полностью отсутствовало.       — Ребята, — она набралась смелости и решительно обвела всех взглядом, — я понимаю, что я здесь новенькая, но прошу вас рассчитывать на меня. Я постараюсь быть вам полезной.       — Уже хороший настрой задала, как я вижу.       Знакомый ровный голос раздался позади. Люси обернулась и замерла. В дверях стоял Акаши.       — Акаши-сан? — она все еще не могла поверить своим глазам. — Что вы здесь делаете?       — Хаяма, начинай разминку, — капитан бросил короткий приказ светловолосому парню, который тут же занялся делом. Затем Сейджуро перевел взгляд на Люси. — С этого дня и до тренировочного матча я буду, скажем так, твоим наставником. Это указание тренера.       Хартфилия опешила. Наставник? Он? Здесь, со вторым составом?       Мысль о том, что он будет рядом каждую тренировку, наблюдая и оценивая, заставила ее сердце пропустить удар. Это… такая замечательная новость.       — Стоп-стоп-стоп... — после недолгого ступора она все же нашла в себе силы возразить. — Указание тренера? Не слишком ли — посылать самого капитана ко мне на выручку?       — А почему бы и нет? — Акаши приподнял бровь. — В первом составе игроки и так осознают свои слабые стороны. К тому же там есть тренер Широгане и Мориске. Здесь, — он обвел взглядом зал, — не помешает тренеру Сато лишние руки. Работы здесь больше, а значит и больше возможностей для развития.       Он подошел ближе, его взгляд упал на аккуратно разложенные полотенца и корзину с водой.       — Ты неплохо подготовилась. Это предусмотрительно. Но это лишь первый уровень, Хатфилия. Работа менеджера — не только в сервисе.       Он остановился перед ней, и его взгляд стал серьезным, почти пронзительным.       — Твоя задача — не просто раздавать воду, а понимать, кому она нужна в первую очередь. Не просто собирать мячи, а видеть, почему игрок начал промахиваться. Тренер ждет от тебя не сколько усердия, а сколько проницательности.       Его слова были как ведро холодной воды. Он ставил перед ней совершенно иную планку. Не "быть полезной", а "быть незаменимой".       — Начнем твое обучение, — продолжил он уже более мягким тоном. — Твоя первая задача на сегодня. Наблюдай за Хаямой. Тренер приставил его к вам не просто так. Я хочу, чтобы к концу тренировки ты сказала мне, в чем его главная психологическая сила, и в чем — его главная уязвимость. Не статистика. Не техника. А то, что у него в голове. Все понятно?       Люси молча кивнула, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Это было не просто наставничество. Это был экзамен. И принимал его лично Акаши Сейджуро. Она почувствовала, как щеки начинают пылать.       «Соберись, глупая, — мысленно приказала она себе. — Сейчас совершенно не подходящий момент для глупостей!»       Люси крепко сжимала в руках блокнот, словно это был спасательный круг. Ее взгляд тут же впился в фигуру Хаямы, который носился по площадке, как сгусток чистой энергии. Зал жил своей жизнью: визг кроссовок по лакированному паркету, гулкие, мощные удары мячей, смех и отрывистые выкрики игроков — все это сливалось в одну оглушительную симфонию, в которой ей нужно было научиться слышать партию каждого отдельного инструмента. Она пыталась подметить каждую деталь, каждую его реакцию, но мысли путались от волнения и масштаба задачи.       — Пока наблюдаешь, ответь мне, — ровный голос Акаши прозвучал совсем рядом. Он не отвлекал, а скорее, наоборот, помогал сфокусироваться, отсекая лишний шум. — Что, по-твоему, входит в базовые обязанности менеджера во время игры?       Люси, не отрывая взгляда от площадки, где Хаяма как раз совершил блестящий финт, начала отвечать почти на автомате, вспоминая вызубренные за выходные страницы.       — Записывать статистику матча. Вести отчётность по фолам, ошибкам, перехватам, забитым мячам... Все эти данные нужны для последующего разбора игры и построения индивидуальных тренировок.       — Верно, — кивнул Сейджуро. В его руке откуда-то появился планшет с зажимом для бумаг, который он протянул ей. — Хорошо, что с теорией у тебя порядок. Давай проверим, как ты умеешь переключаться.       Он поднес ко рту свисток, и резкая, пронзительная трель заставила нескольких игроков замереть.       — Игра два на два! До пяти очков! — скомандовал он.       Затем он повернулся к опешившей Люси, и в его глазах блеснул строгий огонек наставника.       — Забудь на время о Хаяме. Сосредоточься только на этой мини-игре. Попытайся зафиксировать все, что ты только что перечислила. Это тест на концентрацию и скорость реакции. Начали!       Прижав к себе планшет, Люси судорожно пыталась уследить за молниеносными перемещениями игроков на ограниченном пятачке площадки. Мяч мелькал так быстро, что она едва успевала моргать. Вот один игрок отдает пас, второй промахивается, подбор, быстрая атака… Она лихорадочно чиркала в блокноте, пытаясь зафиксировать хоть что-то, и ее записи были больше похожи на кардиограмму, чем на осмысленный отчет.       Как отметил про себя Сейджуро, она действительно старалась. Он видел, как сосредоточенно она хмурит брови, как закусывает губу, пытаясь не упустить ни одного движения. Конечно, получалось не идеально, но для первого раза — более чем достойно. Она действительно впитывала информацию как губка. Хвалить ее вслух он, разумеется, не стал. Слишком рано.       Их "урок" продолжался в том же духе. По большей части говорил Акаши, задавая вопросы, объясняя нюансы, а она жадно вслушивалась, стараясь не отвлекаться.       Неужели ее и вправду так успел завлечь баскетбол?       — Тебе стоит изучить повадки каждого игрока, — продолжал он свои наставления, когда тренировка подходила к концу, и Люси, обессиленная, присела на скамью. — Узнать их сильные и слабые стороны. Только так ты сможешь найти к ним подход.       — Разве менеджеры настолько влиятельны? — тихо спросила она, поднимая на него уставшие глаза.       — Они влиятельнее, чем ты думаешь, — он обернулся к ней, и его голос стал серьезнее.       — Менеджер проводит с командой больше времени, чем тренер. Простая бутылка воды, вовремя поданное полотенце, пара ободряющих слов после промаха — из этих мелочей складывается доверие. Иногда игроку проще поделиться проблемой с тобой, чем с тренером или даже со мной. Ты можешь стать тем клеем, который держит команду вместе, особенно в напряженные моменты. Посредником. Другом. Конечно, это не отменяет работу тренера. Но это может ее идеально дополнить.       Люси слушала, затаив дыхание. Это было именно то, о чем она читала в книге, то, что ее так восхищало в психологии — невидимые нити, которые связывают людей и влияют на их поступки. И теперь она видела, как все это применимо здесь, в этом гудящем от энергии зале. Услышав подтверждение своим догадкам, она почувствовала, как внутри разгорается огонь азарта.       — Я поняла, Акаши-сан! — она с улыбкой поднялась с места, позабыв об усталости. — Не ожидала, что у менеджера такая… глубокая роль.       — И еще, — остановил ее Акаши, когда она уже собиралась уходить вместе с остальными. Игроки, забирая свои вещи, бросали на них любопытные взгляды, но быстро расходились. Зал постепенно пустел, и шум стихал. — Я жду ответ на мой первый вопрос. Хаяма. Сила и уязвимость.       Она подняла на Акаши глаза.       — Не в обиду будет сказано, но чтобы понять Хаяму, даже не нужно знать психологию, — виновато улыбнулась Люси. — Он настолько простой, открытый и яркий человек, что его легко прочитать. Он как маленький ребенок, который получает чистое, почти детское удовольствие от игры. В этом и заключается его сила.       Акаши молча слушал, не перебивая, его взгляд был абсолютно непроницаем. Это напряженное молчание заставило ее говорить дальше.       — А его слабость… — она немного замялась, подбирая слова. — Сегодня я ничего такого не увидела, но если рассуждать логически... Если у ребенка отобрать любимую игрушку, он тут же начнет злиться. Стоит выбить Хаяму из колеи, и он потеряет свой настрой. Будет злиться и совершать глупые ошибки.       Акаши смотрел на нее долгую, звенящую секунду. А потом на его губах промелькнула почти незаметная тень улыбки.       — И правда, — тихо произнес он, и это прозвучало весомее любой похвалы. — На сегодня достаточно. Можешь идти.       Люси почувствовала, как с плеч упала невидимая гора. Она молча кивнула, не в силах вымолвить и слова, и только сейчас заметила, что на площадке, кроме них, уже никого не было. Зал погрузился в гулкую тишину, нарушаемую лишь эхом их голосов.       Попрощавшись еще раз, она направилась к выходу...       Люси устало кивнула и только сейчас заметила, что на площадке, кроме них, уже никого не было. Зал погрузился в гулкую тишину, нарушаемую лишь эхом их голосов. Когда все успели уйти? Неужели она была настолько увлечена разговором с Акаши?       Попрощавшись еще раз, она направилась к выходу. Улица встретила ее бархатной ночной темнотой, и девушка мысленно подивилась, как быстро пролетело время. Только сейчас она в полной мере ощутила, как сильно вымоталась. Не физически — морально. Поток новой информации, постоянная концентрация и волнение сделали свое дело.       Как она добралась до общежития, Люси почти не помнила. Ее ноги несли ее на автопилоте. Она была настолько уставшей, что, едва переступив порог своей комнаты, рухнула на кровать и мгновенно провалилась в глубокий сон без сновидений.       . . .       Следующее утро было наполнено тихой, умиротворяющей рутиной. Люси, чистя зубы, с усмешкой наблюдала уже знакомую картину: ее соседка Мисаки стояла у окна и томно вздыхала, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Хаямы Котаро.       — Ну что, опять страдаешь по своему «Дикому Зверю»? — поддразнила ее Люси.       — Он так усердно тренируется… — мечтательно протянула Мисаки.       Люси лишь покачала головой.       Ранний отбой накануне подарил ей роскошь неспешного утра и целый час в запасе. Этого времени как раз хватит, чтобы до занятий погрузиться в тишину любимой школьной библиотеки. Воздух в комнате был еще прохладным. Люси, не торопясь, провела пальцами по белоснежной ткани рубашки, застегивая пуговицы, и привычно поправила черную юбку. Подойдя к зеркалу, она решительно, одним движением сорвала с носа пластырь. Под ним остался лишь слабый желтоватый след синяка — вполне терпимо. Отражение в зеркале подмигнуло ей в ответ, и Люси, широко улыбнувшись, показала сама себе большой палец.       Люси уже собиралась выйти на улицу, как в голове промелькнула мысль о Котаро. По его расписанию, он должен был все еще упрямо наматывать круги на спортплощадке. «Наверняка уже выдохся», — подумала она и, вместо того чтобы сразу выйти на утреннюю прохладу, развернулась к автомату с напитками. Жест поддержки, не более. Что он обычно пьет? Газировку? Сок? Недолго думая, она выбрала самый безопасный вариант — бутылку простой негазированной воды.       Именно в тот момент, когда пластиковая бутылка с глухим стуком упала в лоток выдачи, до ее слуха донесся странный звук с улицы. Короткий, сдавленный хрип. Сердце неприятно екнуло. Забыв о первоначальном спокойном намерении, Люси поспешно схватила бутылку и рванула к выходу.       Улыбка, с которой она хотела встретить Котаро, мгновенно застыла на ее губах. Беговая дорожка была пуста. Хаяма больше не бежал — он сидел прямо на жестком бетоне, ссутулившись. Его тело била мелкая дрожь, а руки судорожно сжимали голень. Лицо парня исказила гримаса такой острой боли, что у Люси внутри все оборвалось.       Сумка выскользнула из ослабевших пальцев и глухо ударилась о землю. Холодная бутылка с водой покатилась следом. Не замечая ничего, она бросилась к нему.       — Болит… чертовски, — отчаянно прошипел он сквозь зубы.       Ее разум лихорадочно заработал.       «Перелом? Ушиб? Нет. Судя по сильному напряжению ноги, это больше похоже на судорогу.»       Она видела такое раньше, с отцом. Мама что-то делала… Растягивала? Массировала? Паника быстро подступила к горлу. Она должна что-то сделать.       — Хаяма-сан, попробуй лечь, — ее голос прозвучал не так уверенно, как ей хотелось бы.       Она попыталась помассировать напряженную, ставшую каменной мышцу, но ее неуверенные движения, казалось, не приносили никакого облегчения.       — Стало… чуть легче, — прохрипел он, — но не отпускает… я же не умру?       Люси поняла, что ее любительских знаний недостаточно.       — Нет, конечно. Вставай. Потихоньку, — она подставила ему свое плечо. — Обопрись на меня. Пойдем в медпункт.       Путь до корпуса казался бесконечным. С каждым его шагом, с каждым сдавленным стоном она чувствовала укол вины. «Надо было лучше запоминать действия мамы.» — билось в ее голове.       Наконец они добрались до прохладного, пахнущего антисептиком кабинета медсестры. Полная, добродушная женщина тут же усадила Котаро на кушетку.       — Ох, герой, дотренировался с утра пораньше? — беззлобно проворчала она.       Под ее умелыми руками гримаса боли на лице Хаямы постепенно разгладилась, и он облегченно выдохнул. Люси стояла рядом, не дыша, и внимательно наблюдала, запоминая каждое движение, каждое слово.       — Ну вот, отпустило? — спросила медсестра, вытирая руки. Она посмотрела на бледное лицо Котаро, а затем перевела серьезный взгляд на Люси. — Слушайте меня оба. Мышечная судорога — это, парень, не просто «ой, больно». Это главный враг спортсмена. Твое тело тебе не враг, оно просто отчаянно кричит: «Хозяин, остановись!»       Она села на стул напротив них, и ее тон стал поучительным, но не занудным.       — Сегодня свело икроножную, а завтра ты из-за этого дернешься и порвешь что-нибудь по-настоящему. А главное, — она посмотрела прямо в глаза Котаро, — теперь в голове будет сидеть страх, что это снова случится в самый важный момент. И этот страх мешает не хуже любой травмы.       Она повернулась к Люси.       — А ты, менеджер, запоминай. Это не случайность. Это сигнал. В его случае — явное переутомление. Ваша работа — не только махать полотенцами, но и следить, чтобы ваши игроки не развалились на части. Правильный отдых и восстановление так же важны, как и сама тренировка.       Закончив свою короткую лекцию, она взяла бланк и начала что-то быстро писать.       — Так что ты, герой, сегодня никаких тренировок. Категорически. Полдня лежать, пить много воды и нормально поесть. Вот, — она протянула Люси официальную справку. — Передай тренеру, чтобы не терял своего ценного игрока из-за глупостей.       — Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила ее Люси, принимая бумагу.       — Ладно, — Люси повернулась к Котаро. — Так что лежи и отдыхай. А мне… — она посмотрела на свою черную юбку, где теперь красовался четкий отпечаток его кроссовка. — А мне нужно переодеться.       — Ох… прости, — он виновато улыбнулся. — И спасибо тебе, менеджер. Правда. Если бы не ты, я бы там так и сидел.       В целом учебный день прошёл довольно быстро. Люси, как обычно, пыталась балансировать между учебой и своей соседкой по парте, которая снова что-то бурно обсуждала, перескакивая с темы на тему. С Мисаки точно не соскучишься, и, хотя Люси немного уставала от ее неуемной энергии, эта дружба была тем ярким пятном, что разбавляло серые школьные будни.       Ближе к концу дня, уже переодевшись в тренировочную форму, она не спеша брела в сторону спортивного зала. Пока она на ходу завязывала волосы в два низких хвоста, кто-то ощутимо, но не зло, толкнул ее в спину. Люси от неожиданности обернулась и увидела перед собой довольное лицо Кютаро.       — Привет, Хартфилия, — он поднял руку в знак приветствия, и его ухмылка стала только шире. — О, наконец-то ты сняла с лица эту вату. Сейчас хотя бы на девушку стала похожа.       — И тебе привет, Мориске, — уныло ответила Люси и пошла дальше, надеясь, что он отстанет. Но ее надеждам не суждено было сбыться.       — Я вижу, ты быстро нашла общий язык с капитаном, — он легко подстроился под ее шаг, и его голос стал вкрадчивым и насмешливым. — Вся школа гудит. Говорят, Акаши-сан теперь твой личный наставник. Даже тренировку второго состава вчера лично вел. Чем же ты его так зацепила, а, Хартфилия? Пыталась его закадрить?       — Что ты несешь? — Хартфилия поморщилась, словно съела лимон. Его тон был невыносим.       — А что, неправда? — притворно удивился Мориске. — Тогда почему он тратит на тебя свое драгоценное время? Зная нашего капитана, он ничего не делает просто так.       — Это указание тренера, если тебе так интересно, — бросила она, ускоряя шаг.       — Указание тренера, значит... — протянул он задумчиво, но Люси чувствовала, что он ей не верит. — Ну-ну.       Он вдруг обогнал ее и, обернувшись, побежал спиной вперед, не сводя с нее насмешливого взгляда.       — Как бы то ни было, слухи уже поползли. Удачи тебе с этим!       С этими словами он развернулся и скрылся за дверью спортзала первого состава. Люси остановилась как вкопанная. По ее лицу было видно, что слова Кютаро попали в цель. Если вся школа уже обсуждает их, это может создать серьезные проблемы. Ей совершенно не нужны были эти интриги перед решающим испытанием.