Менеджер. За чертою правил

      С самого утра небо над Киото не просто хмурилось — оно наливалось тяжестью. Чернильные тучи, подбитые свинцом, висели так низко, что, казалось, давили на крыши домов. На улицах сгущался преждевременный сумрак, и лишь беззвучные вспышки молний где-то за горизонтом рвали темноту, подсвечивая застывшие, словно каменные, кроны деревьев. Воздух застыл в неестественном, звенящем безветрии — том самом затишье, что пугает сильнее самого шторма.       Люси сидела за столом, обхватив ладонями остывающую кружку с кофе. Её собственный внутренний шторм был в унисон с небесным. Каждый глухой, утробный рокот грома, доносившийся издалека, отдавался тревогой где-то под ребрами.       Она тихо выдохнула, отодвинув кружку. «Хладнокровие и рассудительность», — всплыли в памяти слова Акаши. Он не раз повторял, что на матчах важно отсекать лишние эмоции, чтобы трезво оценивать ситуацию. Это касалось всех: и игроков, и тренера, и менеджера.       — Когда спокойны все, то и игра будет более бесстрастной, не так ли? — прошептала она его фразу, вспомнив слабую, едва заметную улыбку на лице капитана.       Горькая усмешка тронула ее губы. Хладнокровие. Легко сказать. Как сохранить его, когда внутри всё стянуто в тугой, вибрирующий узел? Сегодняшний день был не просто важен — он был похож на минное поле, где каждый шаг мог привести к взрыву. Решающий матч, от которого зависит её судьба в клубе. Изматывающая поездка в Токио. Встреча с отцом, от чьего ледяного взгляда всегда хотелось съежиться. И главное — операция мамы, результат которой был пугающе непредсказуем. Как, скажите на милость, превратить себя в сталь, когда чувствуешь, что вот-вот рассыплешься в пыль?       Хватит. Сидеть и накручивать себя — худшая из стратегий. Девушка взглянула на телефон — время поджимало. Она аккуратно, стараясь не издать ни звука, встала из-за стола, чтобы не разбудить спящую соседку. Движения были отточенными, почти механическими: взять с полки привычную спортивную одежду, быстро переодеться.       Подойдя к зеркалу, она всмотрелась в свое отражение. Бледное лицо, темные круги под глазами — следы бессонной ночи и тревожных мыслей. Она заставила уголки губ дернуться вверх в подобии улыбки и застегнула молнию черной олимпийки до самого подбородка. Словно создавая броню.       Еще раз пробежав мысленным списком по вещам, она схватила заранее собранный пакет с медицинскими принадлежностями и достала из морозильника пакет со льдом. Паника на мгновение кольнула снова: она ничего не забыла? Взгляд метнулся по комнате, по содержимому сумки, по собственной одежде. Вроде бы всё на месте.       Уже на пороге, зашнуровывая кроссовки, она услышала за спиной тихий скрип кровати и сонное мычание.       — Люси?.. Удачи сегодня.       Голос Мисаки был едва слышен, но в этой звенящей тишине он прозвучал ясно. Люси благодарно кивнула в сторону кровати и тихо прикрыла за собой дверь. Этот короткий момент человеческого тепла стал для нее маленьким якорем в надвигающейся буре.       Улица встретила ее оглушительной тишиной. Единственными звуками в этом застывшем мире были ее собственные шаги по влажному асфальту и далекие, утробные раскаты грома, перекатывавшиеся по небу. Ветра не было совсем. Беззвучные всполохи молний на мгновение выхватывали из сумрака пустую дорогу, на которой не было ни единой души. Даже самые упрямые спортсмены из бейсбольного клуба, обычно занимавшие поле в любую погоду, сегодня предпочли укрыться от гнева небес. Люси шла одна, и это гнетущее одиночество под свинцовым небом лишь усиливало тревогу, с которой она боролась.       Тяжелая металлическая дверь в спортзал поддалась с глухим стоном, и Люси шагнула внутрь, словно в другой мир.       Ее тут же окутал плотный, горячий воздух, пропитанный знакомыми запахами резины, пота и ни с чем не сравнимого командного духа. После уличной тишины гул десятков голосов ударил по ушам, как волна. Посреди площадки, под ярким светом ламп, команда гудела, словно растревоженный улей. Это был единый, сплоченный центр энергии, и Люси на мгновение почувствовала себя чужой, отделенной от них невидимой стеной.       Ее тихое «Доброе утро» почти утонуло в общем шуме. Положив пакет с вещами у входа, она сделала несколько неуверенных шагов к толпе, когда воздух пронзил резкий, как выстрел, хлопок в ладоши.       Главный тренер.       Звук эхом разнесся под сводами зала, и гул мгновенно стих. В этой внезапной тишине все взгляды обратились на нее. Кровь бросилась в лицо. Последняя. Конечно, она пришла последней. Мысленно она упрекнула себя за то, что не вышла на пару минут раньше, чтобы незаметно влиться в команду, а не стать невольным центром внимания.       — Итак, — начал Широгане, обводя всех серьезным, пронзительным взглядом, — Я надеюсь, что все хорошо подготовились к сегодняшним играм. Хоть это и не турнир, а всего лишь тренировочный матч, но это не повод расслабляться и филонить, поняли?       Все члены клуба громко, а главное, синхронно согласились. Люси слегка вздрогнула от оглушительных криков и, машинально заткнув уши, обвела толпу взглядом. Откуда в них столько энергии?       — Сегодня постарайтесь избегать грубых ошибок, меньше фолите и не травмируйте других, а главное — себя. Вы должны быть серьезными как никогда и делать всё как нужно. Ну, и само собой — выиграйте.       Вновь ребята одновременно крикнули. Люси с недовольством снова повернула голову к ним и застыла в изумлении. Их лица сияли, глаза горели предвкушением битвы. В них совсем не чувствовалось беспокойства, которое грызло её изнутри. Напротив — ребята были возбуждены предстоящими играми, они жаждали этого момента. Девушка была поражена их заразительному настрою и с тоской подумала, что ей стоило бы у них научиться так встречать трудности. С улыбкой и боевым духом.       — Хорошо, — одобрительно кивнул Эйджи, взирая на всеобщий настрой, — Первый состав и Мориске Кютаро, собирайте свои вещи и направляйтесь к автобусу. Он ожидает перед входом в школу. Мы выезжаем через пять минут.       После его слов в зале стало гораздо шумнее. Половина из присутствующих покорно последовали словам главного тренера, и, схватив свои спортивные сумки, направились к выходу. Люси осталась стоять на месте и заметила, как мимо проходивший Кютаро вдруг остановился возле нее и с довольной улыбкой пожелал ей удачи. Девушка молча кивнула ему.       В зале в основном остались только Люси и второй состав, а также Котаро и Сейджуро. Хаяма был включен в команду как спасительный канат во избежание поражения. Именно так объяснил Акаши Хартфилии на одной из тренировок. А самого капитана исключили из тренировочных игр, но без дела его всё же не оставили.       — Я поеду с первым составом в Китагаву, так что за главного здесь останется Сато-сенсей, — Эйджи указал на своего помощника. — Он вам всё более подробно объяснит, а нам уже пора.       Люси посмотрела вслед уходящему тренеру и как-то расслабилась. Она радовалась тому, что Широгане-сенсей в этот раз пренебрег словами, которые бы могли сейчас лишь сломить ее и так колеблющийся от страха дух. Но девушка всё же задумалась — главный тренер специально промолчал или просто торопился и лишний раз не стал разглагольствовать?       Люси пожала плечами и повернулась к мужчине средних лет с короткими почти черными волосами. Это был как раз помощник тренера. Девушка редко сталкивалась с Такуо в зале, но кое-что всё же знала о нем. Мужчина являлся правой рукой Широгане и, по слухам, был весьма забавным тренером. Он порой любил шутить. По словам некоторых игроков, так же глупо, как и Хаяма.       — Итак, — похлопал для внимания Сато, — Сразу перейдем к делу. Примерно через час, смотря как погода позволит, приедут детишки из Манивы. И мы должны их встретить со всей душой, с распростертыми объятиями и чистым залом. Поэтому сейчас вы все дружно направляетесь в кладовку, достаете ведра, швабры, тряпки и щетки. И с широкими улыбками и песней в устах весело драите зал к матчу!       Люси слегка усмехнулась про себя — ей показалось это довольно забавным, в отличие от других ребят. Они же с приунывшим видом направились выполнять поручение, тихо болтая между собой о том, как ненавидят уборку и чрезмерную болтливость Сато-сенсея.       Девушка подождала, пока небольшое столпотворение возле каморки уляжется, и только потом пошла за своим орудием уборки.       К счастью, после недолгой возни, Люси всё же нашла себе швабру. Не хотелось бы ей чистить полы или драить что-то еще небольшой жесткой щеточкой. Она быстренько смочила тряпку в воде и принялась за работу.       — Сегодня ты более спокойна, — Люси услышала знакомый голос со стороны и обернулась. — Привет.       — Здравствуйте, Акаши-сан, — девушка слегка поклонилась и еле выдавила из себя улыбку. — Да... Наверное.       Девушка провела туда-сюда мокрой шваброй по полу и выдохнула, остановившись. Капитан прав, сегодня ее эмоции более подавленные, но не сказать, что ей было легче. После вчерашнего всплеска эмоций, после вечернего разговора с мамой ей стало куда лучше, но... В голове всё равно творилось черти что.       — Не переживай, всё будет хорошо, — Люси почувствовала, как рука капитана легонько коснулась ее плеча, и, подняв голову, увидела, как он непринужденно улыбался. Этот жест был таким неожиданным, что она замерла, чувствуя, как по телу разливается тепло, на мгновение заглушив внутренний холод. — Как закончишь здесь, нужно еще подготовить стулья вдоль площадки и принести воды для ребят. Я скажу Хаяме, чтобы помог тебе с этим.       Хартфилия слабо кивнула в ответ и смущенно опустила взгляд. Она не ожидала такого со стороны Акаши и была благодарна ему за его внимание. За его чуткость и понимание ситуации. Конечно, Люси не хотела, чтобы кто-то узнал, а тем более подслушал ее разговоры, но... она всё же рада, что так обернулось. Что он выслушал, а главное — поддержал ее.       — Менеджер!       Люси вздрогнула от испуга и с недовольным видом подняла голову. Перед ней стоял радостный Котаро, который всё еще невинно махал рукой перед лицом девушки, совсем не обращая внимания на ее рассерженный взгляд.       — Просила же так не делать, Хаяма-сан!       — Просто Хаяма, менеджер, просто Ха-я-ма, — юноша возмущенным тоном поправил девушку, проигнорировав ее слова. — Акаши сказал, что тебе нужна помощь со стульями, и я весь в твоем распоряжении.       — В моем? — удивилась девушка. — А не наоборот?       — Если ты желаешь, то можем поменяться ролями, — Котаро широко улыбнулся и направился в отдельное помещение, где хранился основной спортинвентарь. — Ты можешь таскать стулья, а я буду тобой командовать. Кстати, стулья здесь довольно тяжелые. Как думаешь, потянешь?       — Не такая уж я и слабая... — надувшись, тихо произнесла девушка.       — Я в этом не сомневаюсь, но всё же давай не будем рисковать, — он взял несколько стульев и пошел вперед. — Я еще пожить хочу.       Люси всё же взяла один стул и пошла за Котаро. Девушка поймала себя на мысли, что стул и вправду был увесистым, и точно больше одного за раз она не потянет. К счастью, рядом был Хаяма, который охотно помогал в этом деле. Хотя нет... тут скорее наоборот — это Люси помогала ему. Но всё же с заданием они справились быстро и на ура. Девушка обвела зал взглядом и вновь пересчитала нужное количество мест. Вроде бы должно хватить, ну а если что, сходят и возьмут еще.       — Хаяма-са... — Люси осеклась, увидев, как юноша пригрозил пальцем, улыбаясь. — Хаяма. Нужно еще принести питьевую воду нам и нашим гостям. Сколько бутылок примерно уходит за матч?       — Ну... Многие приходят со своими бутылками. Да и к тому же, изрядно пить нам запрещают, поэтому много не надо, — Котаро немного задумался. — Думаю, трех бутылок на команду будет достаточно.       — Ну с этим тогда я уже сама справлюсь, — Люси слегка улыбнулась. — И спасибо за помощь... Хаяма.       Котаро еще что-то крикнул ей вслед, но его слова растворились в шуме зала. Люси уже была у выхода, мыслями опережая свои действия. Она толкнула тяжелую дверь, и мир за ней обрушился на нее всей своей мощью. Это был не просто дождь — это была стена воды, подгоняемая порывами ледяного ветра, который хлестнул по лицу, заставив зажмуриться. Небо раскололось ослепительной вспышкой молнии, и на долю секунды двор школы превратился в негатив фотографии, после чего снова погрузился в сумрак.       Люси замерла на пороге. В голове пронеслась паническая, абсурдная мысль: а могут ли они вообще прожить сегодня без воды? Котаро упоминал шейкеры, у многих есть свои бутылки... Мысль была глупой, отчаянной, рожденной одним лишь желанием — не делать ни шагу в этот хаос. Но она была менеджером. И это была её работа.       Стиснув зубы, она сорвала с себя олимпийку и, накинув ее на голову, как хлипкий капюшон, рванула сквозь ливень.       Бежать было недалеко, но за эти несколько секунд ткань насквозь промокла, а холодные капли просочились за воротник. В соседнем здании, под защитой крыши, она перевела дух. Быстро схватив шесть бутылок воды из резервного шкафчика, она обернулась и застыла. Задача номер два.       Как вернуться обратно? Руки заняты, а жалкое подобие укрытия в виде олимпийки теперь было бесполезным мокрым комком ткани. Стена дождя не редела, а, казалось, становилась только плотнее. И тут на нее обрушилось осознание собственной глупости. Почему она не взяла зонтик? Почему даже не додумалась спросить у кого-нибудь в зале?! Время поджимало, гости вот-вот должны были приехать, а она стояла здесь, в ловушке между двух зданий, беспомощная и злая на саму себя.       Именно в этот момент, сквозь монотонный гул ливня, она услышала то, чего никак не ожидала — смех. Подняв голову, Люси увидела два силуэта под одним большим ярким зонтом. Две девушки, весело что-то обсуждая, шли прямо к спортзалу. Не раздумывая ни секунды, Люси шагнула из-под навеса и крикнула, стараясь перекрыть шум дождя:       — Простите! Не могли бы вы помочь?       К ее облегчению, они тут же остановились. Под спасительным куполом их зонта мир сразу стал тише и безопаснее. Они без проблем согласились помочь, взяв у нее половину бутылок. По дороге Люси узнала, что они — преданные фанатки баскетбольного клуба.       — Мы не могли пропустить игру, даже тренировочную! — щебетала одна из них. — Тем более, когда играет Хаяма-кун!       Люси поняла, что это было не просто увлечение, а часть школьной жизни, в которую она только-только начинала погружаться.       Когда они вошли в зал, Люси искренне поблагодарила своих спасительниц. Сделав несколько шагов по сухому паркету, она услышала противный чавкающий звук и поморщилась. Кроссовки. Промокли насквозь. Ощущение мокрых носков было отвратительным, но она решила, что просто смирится с этим до конца матча.       Она расставила бутылки и только потом подняла глаза. Зал изменился. На скамейках и даже на зрительском балконе второго этажа сидели школьники. Их было не так много, как на официальных матчах, но гораздо больше, чем она могла себе представить.       — Ого… Неужели баскетбол настолько популярен? — вслух произнесла она, не заметив, как рядом снова оказался Котаро.       — А то! — с привычной широкой улыбкой ответил он. — Баскетбол — один из главных видов спорта в Ракузан. Это тебя удивляет?       — Ну, я знала, но... это ведь просто тренировочная игра. Да и погода такая... — она неохотно призналась, чувствуя себя немного не в своей тарелке. — Я никогда особо не интересовалась спортом, поэтому не ожидала увидеть столько людей, готовых прийти и поддержать своих...       — А как же тебя тогда сюда занесло? — с искренним любопытством спросил Хаяма.       Люси смущенно отвела взгляд.       — Да так... это неважно, — тихо проговорила она, а затем снова посмотрела на него, и в её голосе прозвучала неожиданная теплота. — Но знаешь, мне здесь нравится. Несмотря на то, что я тут совсем недолго. С вами... весело.       Котаро на мгновение перестал улыбаться и посмотрел на нее серьезнее.       — Круто! Значит, ты на своем месте! — он ободряюще хлопнул ее по плечу. — Тренер сказал, что гости из Манивы уже на подъезде. Пора готовиться. Я пошел переодеваться!

🏀 🏀 🏀

      Когда Люси ушла, Мисаки еще несколько минут лежала в тепле кровати, но сон уже не шел. Взглянув на часы, она поняла, что нет смысла пытаться уснуть снова. Она приехала в эту школу за новыми впечатлениями, а не для того, чтобы прятаться от непогоды под одеялом. Тем более сегодня. Участие в матче не только Люси, но и Котаро стало решающим аргументом. Она просто обязана быть там.       Неспешно собравшись и натянув теплый свитер, она мысленно поблагодарила свою предусмотрительность. На улице бушевал настоящий шторм, и зонт оказался спасением. Когда она наконец добралась до спортзала, отряхнула мокрые капли с зонта и вошла внутрь, игра уже началась. Приветствия были произнесены, и первый состав Ракузан уже столкнулся с соперниками. Мисаки торопливо поднялась на второй этаж, радуясь, что, несмотря на количество зрителей, свободные места еще были. Никакой толкучки. Идеально.       Она оперлась руками на перила, и ее взгляд тут же начал сканировать площадку в поисках знакомых лиц. Вот она. Люси. Сидит в самом дальнем углу скамейки, сжимая в руках планшет с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Она была похожа на натянутую струну, и это зрелище вызвало у Мисаки усмешку. Было забавно наблюдать за подругой в этой новой, непривычной для нее стихии.       Рядом с ней сидел Котаро, что-то оживленно обсуждая с тренером. Его беззаботная улыбка на фоне всеобщего напряжения была как луч солнца в грозовой день. Мисаки поймала себя на том, что засмотрелась, и мечтательно вздохнула. Ее романтические грезы безжалостно прервал пронзительный судейский свисток. Мисаки встряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли, и сосредоточилась на игре.       Мяч оказался у чужой команды. Резкий, слаженный рывок, молниеносный пас под кольцо, и… не прошло и десяти секунд, как мяч со свистом прорезал сетку. Первые два очка. Стоявшие рядом зрители недовольно загудели, и Мисаки поморщилась. Это же только начало, к чему такая паника? Или она чего-то не понимает в этой игре?       Отбросив эти мысли, она полностью погрузилась в происходящее. Мисаки никогда не считала себя фанаткой спорта, но сейчас не могла оторвать глаз. Бешеный темп, скрип кроссовок, гулкие удары мяча — все это создавало невероятное напряжение. Иногда она просто не успевала уследить за мячом, поражаясь выносливости игроков. Первая четверть пролетела как одно мгновение.       Когда объявили перерыв, Мисаки с удивлением осознала, что Ракузан заметно проигрывает. Отрыв был небольшим, но соперники играли жестче, увереннее, они давили опытом. Игрокам Ракузан словно не хватало какой-то искры.       — Блин, опоздали аж на целую четверть! И наши уже влетают, — рядом с Мисаки, тяжело дыша, остановились две запыхавшиеся девушки.       — Ого, смотри! Это что, капитан Акаши в роли судьи? Ничего себе! — воскликнула одна из них.       Мисаки закатила глаза. Ну вот, началось. Она незаметно сместилась в сторону, подальше от шумной парочки, но их голоса все равно доносились до нее.       — Эх, а я так хотела посмотреть на его игру… — с притворным сожалением вздохнула первая. Ее взгляд скользнул по скамейке запасных. — Смотри, а это, кажется, та самая новенькая менеджер. Первая девушка, которую этот злюка Широгане не вышвырнул после первого дня.       Поняв, о ком идет речь, Мисаки навострила уши. Интерес пересилил раздражение, и она снова придвинулась ближе.       — Она же вроде на испытательном сроке? — поправила ее подруга. — Мой друг из клуба говорил, что эта игра для нее решающая. А еще он сказал, что она постоянно пререкается с тренером. Я бы на это посмотрела!       — Серьезно? А я слышала совсем другое, — первая девушка понизила голос до заговорщического шепота. — Говорят, она с капитаном в очень близких отношениях. Поэтому и держится в клубе. Их якобы часто видят вместе в зале после тренировок. Кто знает, чем они там занимаются…       Мисаки чуть не поперхнулась воздухом. Что?! Она чего-то не знает о своей соседке, или у людей слишком бурная фантазия?       — Да ладно?! — вторая девушка от удивления чуть не подпрыгнула. Ее взгляд метнулся к Люси, потом к Акаши, стоящему у судейского столика, и обратно. — Офигеть не встать.       Мисаки была с ней полностью согласна. Эта новость добавила в происходящее совершенно новый уровень интриги. Ей стало до чертиков любопытно, что же на самом деле происходит в этом клубе. И что будет, если эти слухи дойдут до самой Люси… или, что еще интереснее, до капитана. Хоть Мисаки и не знала его лично, но предчувствовала, что это будет очень, очень забавно.       Свисток. Началась вторая четверть. Игра возобновилась с той же бешеной скоростью: резкие движения, дальние пасы, очки за очками. Но что-то изменилось. Игроки Ракузан стали действовать сдержаннее, словно избавившись от первоначальной горячки. Они больше не бросались в атаку на чистых эмоциях после каждого пропущенного мяча. Они стали лучше видеть друг друга на площадке, их защита уплотнилась.       Люси сидела на стуле, вцепившись в ручку, и пыталась записывать всё. К её удивлению, явных ошибок или нарушений было очень мало. Или, может, она просто не успевала следить ни за чем, кроме мяча? Постепенно она привыкала к темпу, но вывод был неутешительным: игра шла чисто, но команда никак не могла догнать соперников. Разрыв в очках застыл на месте — не увеличивался, но и не уменьшался. Это была патовая ситуация: с одной стороны, они держали оборону, с другой — это было медленное поражение.       — Хаяма, — голос тренера Сато был спокоен, но в нем слышался металл. — До конца периода три минуты. Иди разомнись. Как следует.       Люси повернула голову и увидела, как Котаро мгновенно подобрался.       — Так точно! — он вскочил, встал по стойке смирно и с показушной серьезностью отдал честь, после чего направился в угол площадки.       Взгляд Люси вернулся к игре. Меньше двух минут. Ребята на поле выглядели измотанными. Разница в опыте и физической силе была видна невооруженным глазом. Она вспомнила слова Хаямы о том, что в прошлом году они легко обыгрывали Маниву, но их нынешние первогодки — совсем другой уровень. И это они играют лишь против второго состава Ракузан.       На губах Люси появилась слабая, горькая улыбка. Он был прав. Основной состав, скорее всего, раздавил бы их. Но сейчас на поле были другие игроки, и такими темпами матч будет проигран. И самое ужасное — она ничем не могла помочь. В голове мелькнула мысль сказать им какую-нибудь пламенную, вдохновляющую речь, но она тут же ее отбросила. Не хватало еще мешать тренеру своими жалкими попытками.       Очередной свисток. Она механически отметила на листке забитый мяч игрока под номером шесть. Сегодня этот парень был в ударе. Люси подняла взгляд на табло — меньше тридцати секунд до перерыва. Пора. Она отложила планшет и потянулась за корзиной с бутылками и полотенцами.       Протяжный финальный свисток прозвучал как сигнал к освобождению. Игроки, тяжело дыша, буквально рухнули на стулья. Пока они пытались восстановить дыхание, Люси быстро раздавала им воду и сухие полотенца, двигаясь почти на автомате.       — Детишки, вы совсем не стараетесь! — тренер встал перед командой, и его голос заставил всех вздрогнуть. — Я говорил вам о позиционном нападении, но вы так и не смогли скоординироваться!       Он сделал паузу, взял у Люси планшет и пробежался глазами по ее записям. Его лицо слегка смягчилось.       — Однако с защитой дела обстоят лучше. По сравнению с первой четвертью, они стали забивать реже. Продолжайте в том же духе. Но нам нужно набирать очки, и поэтому…       — И поэтому ваш спаситель и любимый сенпай выходит на поле битвы! — с сияющей улыбкой подбежал Котаро, прерывая тренера на полуслове. — Рады?       — Несомненно, — Такуо с легким раздражением убрал его руку со своего плеча. — Но сильно на Хаяму не рассчитывайте. Он на подстраховке, поняли? Он — ваш козырь, а не основная атака.       — Э-э? На подстраховке? — возмутился Котаро. — Но я хочу играть в полную силу!       — Если ситуация станет совсем печальной, тогда можешь выпускать своего внутреннего зверя, — со смехом похлопал его по плечу тренер. — А пока — держи его на поводке.       — Понял, принял! — Котаро снова расплылся в улыбке, но в его глазах уже горел нетерпеливый огонек.       Люси не могла сдержать улыбку. Но Сато-сенсей вновь вернулся к обсуждению стратегии, и атмосфера стала суровой. Все внимательно слушали. Их глаза горели.       Выход Хаямы давал им шанс, и никто не хотел от него отказываться. Девушка задумалась: неужели Котаро и вправду так силен? Она вспомнила главу из книги тренера о "психологическом якоре". Иногда появление одного сильного игрока не столько меняет тактику, сколько вселяет уверенность в остальных и сеет панику у противника. Она смотрела на уверенную, хищную улыбку Хаямы и понимала, что сейчас увидит эту теорию в действии.       Свист. Третья четверть. Люси полностью погрузилась в игру.       Котаро помнил слова тренера и, подавляя желание, старался не участвовать в нападениях. Но выкладывался в защите. Он с удовольствием наблюдал за раздражёнными лицами оппонентов, которых частенько поддразнивал. Он любил выводить их из себя. Но он был осторожен. Провокации запрещены, а судья сегодня — Акаши. Акаши, который знал все его уловки.       Хаяма поежился. Ему было скучно. Игроки Манивы боялись вступать с ним в схватку и обходили его стороной. В нападении он занимался только распасовкой. Бесполезный, устрашающий суппорт. Его это бесило.       Игра текла спокойно, соперники забивали всё меньше и меньше, а союзники... медленно, но верно, набирали очки.       И в один момент Хаяма сдался...       — Как же скучно! — громко взвыл он. — Чего вы меня так боитесь? Разве я такой страшный? Кто здесь страшный, так это ОН! — он указал на Сейджуро, который уронил свисток от подобного заявления.       Так и прошла третья четверть. Спокойно. Разрыв в счете — три очка в их пользу. Все радовались. Кроме Котаро.       — Мы же побеждаем, не стоит так беситься, — с улыбкой сказала ему Люси. — Они тебя избегают, потому что ты слишком силен. Разве тебе это не льстит?       — Такое бы понравилось только Эйкичи! — проворчал он. — А я хочу поиграть! Тренер, позвольте и мне побросать, а?!       — Ладно-ладно, только не ворчи, — устало отмахнулся тренер.       Вновь раздался свист. Последний решающий период. Котаро размял пальцы и с широкой улыбкой побежал в нападение. Он почувствовал прилив сил. Его настрой напряг противников. Значит, он всё же будет играть.       Сейчас, довольствуясь своим шумным дриблингом, он смотрел на юношу напротив и хищно улыбался.       — Нет, я больше не буду тебе ничего говорить, — сказал Хаяма. — Просто знай, что если я молчу, то значит, я слишком сосредоточен и злой. А сейчас я, хоть и выгляжу счастливым, но на самом деле я всё же злой. Злой, потому что ты меня всё время игнорировал и избегал!       Игрок из Манивы не знал, как реагировать. Но дриблинг Котаро и вправду настораживал. Громкий и быстрый. Хаяма прорвался вперёд, забивая мяч. Он был до жути доволен. Пробегая мимо Акаши, он показал "класс", на что тот лишь закатил глаза.       Он забивал и забивал с особым пристрастием. Счёт вырвался вперёд. Но противники не сдавались. Времени оставалось меньше пяти минут.       Хаяма вёл мяч, спокойно продвигаясь в наступление. Приблизившись, он отдал пас, прорвался вперёд, получил мяч обратно. Ещё два очка. Возвращаясь на свою половину, он почувствовал резкую, пронзающую боль и, не устояв, повалился на пол. Он схватился за ногу, его лицо исказилось от боли.       Опять.       Зал ахнул. Люси вскочила с места, роняя планшет. Но её взгляд невольно метнулся к Акаши. На долю секунды его бесстрастное лицо судьи дрогнуло. В его глазах промелькнуло не удивление, а холодное, почти гневное осознание — он знал, что это может случиться. Но в следующий миг он уже поднял свисток, останавливая игру, и его лицо снова стало непроницаемой маской.