Дотронешься - убью

На пороге нас встретила невысокая стройная женщина, с длинными чёрными волосами, заплетенными в косу, и с большими серыми глазами. Ох, если бы я был девчонкой, то мы бы были близнецами, зуб даю! Только я был бы страшной сестричкой с дурным характером, а она — полной противоположностью. Хм, кажется, теперь я выше её на сантиметров 12… — Привет, привет, сынок, — мама сжала меня в крепких объятиях и чмокнула в щеку, — давай, разувайся. Кушать будешь? — Нет, спасибо, я не голодный, — снимая кеды ответил я. — Ну хотя бы чай попей, мы сейчас как раз будем кушать. Составишь нам… — Он не голодный, пусть сидит и давится, — перебил её отчим и скрылся на кухне. — А чай я попью, — демонстративно громко сказал я, что бы тот меня услышал и прошёл в гостевую комнату. Сестрёнка побежала в свою комнату переодеваться, мама же стала готовить стол к позднему обеду. Сидя в гостевой я слышал разговор отчима с матерью. Он как всегда высказывал свое недовольство о моем присутствии, заверял, что я очень плохо влияю на его дочь и что из меня ничего толкового не выйдет. Плевать я хотел на его мнение. И на него самого. Рассматривая бывшую свою обитель я вспоминал деньки, проведённые в ней. В большинстве своем они наполнены угнетающим состоянием, тотальным непониманием и черезмерным желанием к разрушению — как всего вокруг, так и самого себя. Это не то, что мне бы хотелось помнить. Да и лучше бы я это навсегда запер в сундук и бросил бы тонуть в пучины моей памяти. Ровно так же я бы хотел забыть о выходке Кирилла… Как только я вспомнил о случившемся в той тёмной тесной каморке меня охватил жар и бешено заколотилось сердце. Кровь молниеносно стала приливать к моему члену. Я нервно сглотнул и мой лоб покрылся потом. «Это что ещё за хуйня? Только не сейчас!» — подумал я и пулей ринулся в туалет. «Твою мать, чувак, твой звёздный час — это утреннее время», — думал я про себя. Сжимая свой хрен я пытался заставить его принять обычную форму, но тот уже стал слишком твёрдым и в узких брюках его не заметить было просто нереально. Я предпринял пару попыток уложить его как-нибудь незаметно, но все тщетно. Этот гребанный сникерс предал меня. Тогда я достал телефон из заднего кармана брюк и стал гуглить самые отвратные сексуальные картинки, какие только существуют в интернете. Я вбивал в поисковик все: от капро до зоофилии, жадно поглощая глазами каждый пиксель на экране. Это был успех. Моя самая уязвимая часть тела обмякла, но в горле стоял ужасный ком, готовый выкинуть все мои кишки наружу. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов я вышел из туалетной комнаты. Все ещё потными и слегка трясущимися руками я еле держал кружку, наполненную горячим чаем. «Я и так вспотел, куда ещё больше». — Как твои дела в школе? — мама подошла ко мне и потрепала волосы. — Да все как обычно, мам, — отдернул голову я. — Обычно. Хм. Это значит что ты всем язвишь, а потом распинаешься перед Мариной Георгиевной? — с лёгкой улыбкой на лице насмешкой в голосе вымолвила она и задумчиво вскинула взгляд вверх. — Что-то тип того, — в ответ улыбнулся я и отхлебнул чай. Всё же видно от кого моя любовь к колкостям и шуточкам. Мама вздохнула и отвесила мне лёгкий подзатыльник. В это же время Люба вбежала в комнату с огромной охапкой настольных игр: ходилки-бродилки с кубиком, монополия, шашки, дженга и ещё куча всего такого картонно-бумажного безобразия. Весь остаток вечера я был во власти маленькой бестии и как добрый джинн исполнял все её желания. Почти все — поддаваться я не люблю. Время за игрой быстро приблизилось к восьми вечера. Грозные хождения отчима из комнаты в комнату, его постоянные цоканья и вздохи ясно давали понять, что мне пора уходить. Сославшись на то, что у меня много дел я горячо попрощался с сестричкой и направился домой. По пути меня накрыло сильное чувство безысходности. Удручающие воспоминания жизни с отчимом перемешивались с полной неясностью картины происходящего с Кириллом. Я никак не мог разглядеть в его действиях какой-то подвох, розыгрыш или издевку. Накручивая в своей голове все больше мыслей о Кирилле я залетел в супермаркет по пути. Мне определённо стоило принять релаксант. Прикупив три литра бутылочного пива и коробку конфет, я вышел из магазина и изменил свой курс. Спрятав бутылки в портфель, попутно распивая одну, я пошёл в пешее путешествие до дома своей подруги. Извиняться — просто ужасное занятие, но по другому она со мной не заговорит. Да и не прав был я. Это просто обстоятельства. Не в то время, не в том месте. По дороге я успел опустошить две бутылки по литру и знатно задолбаться. Чем быстрее пьёшь — тем быстрее пьянеешь. Золотая истина, которая учит всех употреблять не торопясь. Всех, но только не меня. В этот день мне нужно было хорошенько так накидаться этим пойлом. И раз пять поссать в кустах. И раза три забыть куда я иду. И потерять три зажигалки. Да, это неотъемлемая часть сие обряда. Дойдя наконец до дома Ленки я остановился и стал думать что же дальше делать. Почему-то, мне не пришло в голову просто позвонить в телефон или же в домофон. Я встал аккурат под балконами и стал громко напевать песню: «Прости меня, то что был я груб, Прости меня, что ушел я вдруг, Прости за всё, пожалуйста прости, Пойми меня был я раньше глуп Пойми меня мои слова не врут Прости за всё, прошу не уходи Слышишь, не уходи» * Мне казалось, что я пел, но наверняка я просто орал что-то неразборчивое, как это делают все алкаши с моего района и мешают мне спать. Я хотел было повторить свою душераздирающую сиренаду, но тут с балкона высынулась светлая голова и прошипела: «А ну перестань орать, заходи давай, пока ментов не вызвали». Залетев в квартиру подруги и скинув небрежно с себя обувь, я первым делом направился к матери Лены. — Тёть Томара-а-а, — протянул я и полез обниматься, — Вы такая золотая женщина, у вас такая замечательная дочь, вы бы знали. — Знаю, знаю, — стала отмахиваться женщина, — Не подлизывайся. Видно же что пил. Всегда как напьешься обниматься лезешь. Разве можно так рано начинать пить?! Смотри, давай, только что не так — таких тумаков тебе наставлю. Ох, не дай бог такого зятя! — Такого зятя как я, я бы и худшим врагам не пожелал. Слишком роскошно, — отшутился я и направился в комнату Лены. К слову, тётя Тамара довольно крупная женщина и её подзатыльник наверняка доведёт меня до сотрясения мозга. В комнате был выключен свет, но зато горели огоньки гирлянды, расположенной на стене. Поэтому очертания предметов можно было разглядеть. Девушка полулежа-полусидя разместились на кровати и уткнулась в смартфон. Я скинул рюкзак на пол, встал на колени и пополз в сторону кровати «Елена, Лена, Леночка! , — начал я, — Ты как с варенья пеночка, — погладил по её ногам, — Доверчива, добра и обаятельная, — залез на кровать, выдернул телефон из рук и убрал его на пол, — И внешне привлекательна!» Развалившись на нее ногах и животе стал тискать и обнимать, попутно приговаривая какая она самая лучшая в мире и вымаливая прощение. — Уйди, ахахах, от тебя разит как от ЛВЗ**! , — Я стал по-дружески много-много раз чмокать её в щеки и лоб, но она вдруг засмеялась и стала отталкивать моё лицо своими руками. — А ты тогда простишь меня? , — как ребёнок надул губки я. Ленка закатила глаза, показывая всем своим видом какой я вселенский мудень, и улыбнулась. Воодушевленный я соскочил с подруги и поспешил к портфелю. Увидев его содержимое — бутылка пива и коробка конфет — Ленка смягчилась ещё сильнее, но приподнесла палец к губам в знак молчания. Она достала ноутбук и поставила смотреть какое-то шоу на YouTube. На мой вопрос зачем она это делает, она ничего не ответила, а только улыбнулась. Через короткий промежуток времени мама Лены оповестила нас, что уходит на работу, в ночную смену. Она предупредила нас, чтобы мы не шумели и что бы я поздно не засиживался, ведь нам завтра в школу. Мы с Ленкой положительно поугукали, покивали головой и мысленно заулыбались. Как только очертания фигуры тёти Тамары скрылись из зоны видимости окон, мы с Ленкой поспешили в ближайшее заведение типа «разливайка» ***, так как одного оставшегося литра на двоих посчитали не достаточным количеством для примерения. Мы смотрели разные глупые видео, смеялись и много пили. За весь день я так ничего не поел и алкоголь сильно ударил мне в голову. Выйдя покурить я снова вспомнил об этом брюнете. «Для человека, который меня бесит, он стал слишком часто заползать мне в голову… И в рот тоже… И в мои трусы посмел залезть без моего разрешения, сука! " Последняя мысль вновь натолкнула меня на воспоминания этого дня — как целовал меня этот парень, как он трогал меня и гладил. И что он сделал со мной. По телу вновь разошлась горячая искра, низ моего живота начало щекотать изнутри и дыхание стало вновь тяжёлым. У меня снова встал. Но на этот раз плоть просто пылала и невыносимо жаждала прикосновений. Неожиданно, в этот самый момент на балконе появилась Ленка. Я дёрнулся и резко встал к ней спиной, повернув голову в её сторону. Девушка вопросительно посмотрела на меня. Сам не понимая зачем, но я сказал: «Извини, но у меня встал».