Дотронешься - убью

      И почему после любых телесных стычек моя губа постоянно оказывается разбитой? Я слизывал языком стекающую кровь, шагая по коридору, и держал руку на щеке. Челюсть пульсировала и ныла. На некоторых костяшках правой руки содрана кожа. Я посмотрел на руки Кирилла — они тоже были все избиты, но раны точно не свежие, чуть подсохшие.       Нас силком запихнули в приёмную директора. — Вот, полюбуйтесь, что вытворяет этот Ваш Ковалев! — затараторила Светланка, — Я же Вам говорила, что его давно пора выкинуть из нашей школы. — Подождите, подождите, — пытаясь сосредоточиться, остановила Светланку директриса, — Что произошло? — Вот, подрались! На глазах у остальных учеников! Я и Кирилл стояли недалеко от гостевого стола, напротив директора, каждый смотрел в свою точку. — Так, Светлана Николаевна, я поговорю с ними, а Вы можете идти. — Но… — Без всяких «но», — серьёзно произнесла женщина. Светланка быстро исчезла из кабинета, а Марина Георгиевна оглядела нас. — Ну, давайте. Рассказывайте, что произошло у вас двоих? Что не поделили? Я выдавил из себя смешок. — А Вы у истерички этой длинноногой поинтересуйтесь. — Извините, — немного подавленно начал Кирилл, — Это я виноват. Не сдержал эмоции и устроил сцену ревности. Я вылупился на него. «Что он несёт? Какая ещё ревность?» — Я все понимаю — весна, тепло, одни девочки и гулянки на уме, любовь-морковь, — строго заговорила директор, — Но эти вещи попрошу оставить за стенами школы. А тебе, Кирилл, и подавно давно пора позабыть об этом и взяться за голову. Десятый класс еле-еле на тройки закончил. ЕГЭ уже совсем скоро сдавать будете, а ты даже базовую математику на проходной бал не можешь написать! — Ну ты и лох, — позлорадствовал я и посмеялся. — Я литературу больше люблю, — тихо ответил брюнет. — Ага, как же! — не унимался я, — Пушкина от Бродского не отличишь! — А ты, Алексей, чего скалишься? С твоим то поведением вообще никуда не сможешь попасть! Уже по горло сыта постоянными жалобами в твой адрес! Думаешь, не отчислим? — женщина стояла, держа руки на столе, она была недовольна и явно говорила серьёзно, — Доканаешь — ни одни оценки тебя не спасут! Моя улыбка пропала, а в комнате воцарилась угнетающая тишина. Я потупился в пол. «Допрыгался, кажись, горный козлик». — Я очень рада за вас. Любить — это чудесно, — директриса чуть смягчилась, — Но разве можно драться из-за девушек? — Нет никакой девушки, — быстро ответил троечник и кивнул головой в мою сторону, — Он объект ревности. Брови женщины поползли на лоб от удивления. С моим лицом произошло тоже самое. — Ты что мелешь, гандон! — я снова разозлился, — Я тебя сейчас опять ударю! Меня затрясло от его наглых слов и уже хотел было замахнуться, но голос директора меня остановил. — Алексей! — Марина Георгиевна прикрикнула на меня, плюхнулась в кресло и уже спокойнее продолжила, — Значит так. Мне все равно: мальчики у вас там на уме или девочки. Все свои разборки оставляйте вне школы. На следующей неделе у вас последний пробник по математике. Если ты, Остапенко, его завалишь — вылетишь, как пробка. А ты, Ковалев, обязан проследить, что бы он сдал экзамен — иначе пойдёшь следом за ним. — Ну тёть Марин, — я взвыл от такого не справедливого положения дел, — На кой черт мне возиться с ним? — Тихо! — женщина хлопнула рукой по столу, — Кажется я просила не называть меня так при остальных учениках. Я все сказала и свое решение не поменяю. Думай сам как будешь выкручиваться. У тебя неделя. А теперь вон отсюда оба и что б до выпускного ни писка я от вас не слышала! «Да ну, бред же! Не отчислят же в самом конце? Или не бред…» Я вышел за дверь и пошёл по коридору, раздумывая над словами Маринки. Кирилл увязался за мной. — Прости, что ударил тебя, — он положил свою руку мне на плечо. Я остановился, но не повернулся. — Не прикасайся ко мне, — закрыв глаза и пытаясь не взорваться вновь, тихо произнёс я, — У меня крышу срывает от твоих действий, тебя убить мало. — Ты не представляешь, как я-то схожу с ума, — он приблизился сзади ко мне и положил другую руку на моё второе плечо, — Всю ночь, с субботы на воскресенье, торчал под дверью твоей квартиры, как дурак. Ждал, что придёшь. А ты так и не появился. И телефон отключил.       Я чувствовал, как он дышит мне в макушку головы. Еле заметными движениями его руки гладили меня. Эти действия немного снижали напряжение в моём теле и мозгу. Теперь, когда моё завершение обучения стоит под угрозой, мне стоит посдержаннее вести себя и стараться избегать конфликтов. — Из-за тебя у меня снова образовалась проблема, — я тяжело вздохнул и бесцельно посмотрел в глубь коридора. — Твоя вина тоже в этом есть. Не стоило так игнорировать мои звонки. — Да с какого хуя я вообще обязан отвечать тебе? — я скинул руки парня со своих плеч и развернулся к нему лицом, — Что тебе надо то, а? Забирай свое и проваливай! Злость во мне снова набирала обороты. Выражение лица Кирилла было уже не как некоторое время ранее, когда он заявился в класс. По глазам читалось, что парень действительно сожалеет. Но мне же было как-то поебать на его чувства — своих заёбов хватает сполна.       Недовольный я смотрел на парня исподлобья в ожидании какого-либо ответа. Спортсмен же немного виновато потупил, а потом полез в карман шорт. Он достал телефон, что-то понажимал и повернул ко мне экраном. Передо мной встало видео с недавних дней, на котором я курю, стоя на балконе. Голос за кадром задает пару вопросов и после моего ответа «давай сюда» видео предательски обрывается. — Откуда это у тебя? — я нахмурил брови и продолжал смотреть повторяющийся видеоролик. — Твой друг прислал вчера, — Кирилл сделал акцент на слове «друг» с ноткой неприязни. Я перевел взгляд на Кирилла. — Да это просто идиотская шутка, у него леденцы были! — наконец поняв ситуацию из видео, вскрикнул я. — Ты не врешь? — Может я и похож на пиздабола, но таковым не являюсь, — я просто охуевал от происходящего, — Брать в рот чей-то хер — это мерзко! — Так уж мерзко? — немного помолчав, произнес Кирилл. Его лицо все еще было каким-то грустным, — Тебе, вроде как, понравилось. — Блядь! — крикнул я, зажмурив глаза, отвернулся и зашагал прочь, — Просто иди на хуй!       Что тут поделать, это же просто физиология. Не хочется признаваться ему, что он прав. Умалчивать и врать — это разные вещи. Да и делать самому минет или же получать его — тоже далеко не одно и тоже. — Подожди, — Кирилл догнал меня и снова остановил, ухватив мою руку, — Значит вы с ним не встречаетесь? — Ты, блядь, с огнем играешь, — широко открыв глаза от злости, прошипел я. — Нет, это твоя прерогатива, — по лицу парня скользнула легкая улыбка. — Стебаться вздумал? Да не я это был, тебе понятно? — Я знаю. Не кричи ты так, уже урок начался. — Что? — я моментально успокоился, — В смысле знаешь? — Я просто сказал, что видел. Я не предполагал, что они обернут мои слова против тебя, — пожав плечами ответил парень, — Когда ты вернулся из больницы, я хотел тебе рассказать. Но ты сам стал игнорировать меня. Я смотрел на парня и не хотел принимать его слова в качестве правды. Я никогда не забуду как сильно переживал, что меня ложно обвинили и еще наказание влепили. Мне было очень тяжело и окружающие стали избегать меня. Удел несправедливости тянул на самое дно, и я старался давать людям то, что они заслужили. А теперь получается, что я сам поступил с человеком точно так же, как обошлись со мной. Стыд и совесть, впервые за долгое время, заявили о себе в полной мере. Мне стало неловко смотреть на Кирилла и даже просто стоять рядом с ним. — Проехали, — тихо произнес я и отвернулся, — У меня английский. Поговорим потом. Я был вновь растерян и сомневался в правильности всех своих действий.       Подходя к кабинету англичанки, я увидел Ленку, сидящую на скамье напротив. Дверь в класс была открыта и, по доносящимся оттуда, звукам я понял, что учителя все еще нет на месте. Заметив меня, Ленка встала на ноги и подошла ко мне вплотную. — Спрячь, пока никто не увидел, — прошептала она с серьезным выражением лица и протянула что-то в руке. — Почему он у тебя? — бросив взгляд на руку девушки, я увидел свой ножик. — Он выпал из твоего кармана, пока вы с Кириллом дрались. Я поняла, что ты начинаешь тянуться за ним и, испугавшись, быстро подняла его с пола. А через пару секунд уже влетела Светланка… Не знаю, что было бы… — Спасибо, — перебив, быстро промямлил я, взял в руки нож и убрал его обратно в карман джинс. Девушка уже хотела отойти от меня, но я обнял её за плечи, крепко прижал к себе и уткнулся лицом в её шею. Лишь поступки отражают искренние мотивы и чувства человека. Я решил сам сделать первый шаг на возобновление нашей дружбы с Ленкой. — Прости, я… — прошептал я, — Я становлюсь полным психопатом, да? Я не всегда понимаю, что делаю. Я так запутался. Мне не хватает тебя. Девушка обняла меня в ответ и я ощутил, как ее тело трясет. Через пару мгновений я ощутил как на мою шею и плечи закапали девичьи слезы. - Я просто.. - Ленка хотела что-то сказть, но я её перебил. - Не надо, не оправдывайся. Сделала - значит так надо было.