Лепестки увядших роз

      Саске ходил по ванной комнате, ожидая, когда Ратами наконец ответит на звонок. Учиха еле нашёл подходящий момент, чтобы исчезнуть из поля зрения Сакуры. Они вернулись домой несколько минут назад, после страшной перестрелки в парке. С Саске-то всё хорошо, а вот с Сакурой… она навряд ли придёт в себя сегодня. Ей лучше поспать, потому что вид у неё ужасный. Во-первых, она вся запыхалась, вся красная, ей жарко. Саске посадил её на диван, сняв с неё пальто. Вообще, к чему он проявил такую заботу он сам не понял. Просто делал то, что свойственно делать телохранителю. Хотя, он, пожалуй, делает куда больше положенного. Ну и ладно. Всё-таки он ещё и близкий человек, вроде как. Она доверяет ему. За всю ходьбу до дома, или медленную пробежку, девушка не произнесла не слова. У неё не было сил отдышаться, не говоря уже о разговоре. Хотя, вопросов было много. Как и сейчас. Но почему-то она совсем увяла, стоило откинуться на спинку дивана, да закрыть глаза. Она ничего не говорила Саске, когда он снимал с неё верхнюю одежду. Было чувство, что она сейчас задохнётся. Как же тяжело с непривычки, и под таким «впечатлением» из-за перестрелки бежать. Она чувствовала себя крайне ужасно. Он оставил её на диване, а сам закрылся в ванной, чтобы поговорить. Главное, не сорваться лишний раз, чтобы Сакура его не услышала. Хотя, она сейчас не в том состоянии даже для того, чтобы разговаривать.       Ратами на этот раз долгое время не отвечал на звонок, что также раздражало брюнета. Он расстегнул на себе куртку, и в этот момент он наконец-то услышал голос на той линии звонка.       — Что же ты мне телефон разрываешь? — лениво зевнул в трубку заказчик. По голосу было слышно, что он проснулся не так давно.       — Какого чёрта ты устроил в парке?! — как можно тише, но строго спросил Учиха, нахмурившись.       — Я устроил? — усмехнулся Ратами, а Саске только вздёрнул бровь. — Я клянусь тебе, Саске, что я тут не причём. Я сам вот только узнал об этой перестрелке. Погоди, так ты тоже был там?! — удивлённо воскликнул заказчик. — Стоп, а Сакура? Как она?! — разумеется, ему было плевать на её жизнь. Ему была важна её сохранность лишь для того, чтобы узнать информацию. Ясно же, что если она умрёт, его цель и деньги полетят коту под хвост.       — Убить пытались меня, а не её! Там было человек пять, и что более важно, всё выглядело так, словно у них была перестрелка между собой. В меня стреляли, но не долго: мы с Сакурой быстро сбежали, так что с ней всё нормально… — Саске замолчал, ненадолго задумавшись. — Если это не твоих рук дела, то чьих?       — Мне об этом ничего неизвестно. Из моих людей там никого не было, но я обещаю, что со всем разберусь и всё выясню.       Этого Саске было достаточно; это он и хотел услышать. Ему важно, чтобы с этим разобрались и уж Ратами позаботиться о том, чтобы о них с Сакурой ничего не было известно, словно их вообще там не было. Однако теперь Саске долгое время расслабиться не сможет. А что уж тогда о Сакуре говорить?       Учиха вышел из ванной комнаты, заглянув в прихожую, дабы повесить туда свою куртку. После этого он вернулся в гостиную, к Сакуре. Она лежал головой на подушке, смотря в стену. Трудно было описать, что отражается в её зелёных печальных глазах и тем более сложнее, что происходит сейчас внутри. Должно быть, она ни о чём не думает. В ней поселился страх, сковал все её мышцы, лишил возможности двигаться. В ней царит пустота, нет желания плакать, нет вообще каких-либо желаний. Ни жить, ни умереть. Сейчас она, пожалуй, в том самом отвратительном состоянии, когда не хочется ничего — это не сравнимо с депрессией. Это то состояние, когда ты чувствуешь себя мертвецом. Внутри были все жизненные краски и за одно мгновение сгорело всё. Сакура надеялась, что больше никогда в жизни не произойдёт событий, которые доведут её до такого состояния. Но это повторилось… когда умер её отец было намного сложнее. А сейчас… просто пустота.       Саске принёс ей с кухни стакан воды и, осторожно присев рядом с ней на край дивана, аккуратно подал ей. Харуно пить не хотела, но почему-то отказываться от воды не стала. Глотать было больно, скорее всего, всё из-за той же пробежки. У неё сейчас как будто горит всё тело. Ужасно жарко. Как бы она не заболела… Хотя, ей всё равно. Ей плевать на всё. Ей уже ни страшно, ни грустно, ни тепло на душе. Она знает, что выглядит она ужасно с растрёпанной причёской и красными щеками. Конечно, Саске это мало нравится, но лицо его остаётся таким же равнодушным. Хотя взгляд он сделал обеспокоенный.       — Тебе, может, поспать? — спросил Саске, прикоснувшись к её лбу ладонью. Не сказать, что горячий. Но всё же мужчина перестарался. Можно было бы поспокойней добраться до квартиры. Однако в тот момент ему важнее всего была своя сохранность, а не её.       Девушка лишь покачала головой, а затем поднялась на ноги. Она тихо пошла к себе в комнату и со стороны она выглядела так, словно на неё дунешь — упадёт. Совсем ослабела. Хотя шла прямо, как всегда с прямой изящной осанкой, ровной походкой. Но такой лёгкой… Нет, Саске действительно перестарался. Ему-то привычна такая беготня, он в любой момент готов так засуетиться, что может свалить даже из страны, а она… Нет, ну, она молодец, что не разрыдалась, не визжала на право-налево, она держалась неплохо. Всё-таки, согласитесь, она не каждый день оказывается в подобных ситуациях. Она не первый раз слышит выстрелы, но она первый раз оказывается на краю гибели. Если бы не Саске… она вообще выжила бы? Вряд ли, ведь Сакура в его глазах по-прежнему не готовый к опасности ребёнок.       Брюнет вздохнул, почесав затылок. Он решил сходить в душ, чтобы хоть вода его немного расслабила. Напряжение в его теле всегда изматывало его из себе старательнее любой усталости. Надо же… вот только казалось, что рутина возникла в жизни, а нет… появились те, кто неплохо взбодрили его. Ему нравилось пользоваться своим револьвером, но ему не нравились бессмысленные перестрелки. И тем более в людных местах. Но что поделать… у Учихи такая жизнь, что бывало и куда хуже, чем сегодня. И каждый раз ему всегда хотелось чего-то расслабляющего. К сожалению, мало что помогало ему отпустить мысли на совсем и на миг забыть о работе. Что бы это могло быть? Ну, Саске любит мыться, он вообще чистюля, что бывает по несколько раз за день сходит в душ; любит профессиональный массаж; любит выпить. Это любят многие мужчины, но Саске никогда не позволял себе, грубо говоря, «нажраться» как свинья. Да и выпивал он крайне редко. Да и предпочтение он отдавал тому алкоголю, чем увлекаться совсем не стоит: Саске любил вино. Любит красное сухое вино, практически все сорта белого. В обоих случаях выдержка должна быть не менее пяти лет. Любит он пятизвёздочный коньяк, но его употребляет реже. В любом случае, идею с алкоголем пришлось выбросить из головы, так как Сакура точно не одобрит его намерения. Ей сейчас всё равно, да, но к утру или к следующему вечеру она придёт в себя и тогда у неё сложится о нём нехорошее впечатление. Хотя, именно такое впечатление складывается у людей, знающих его профессию.       Что его ещё может расслабить? Пожалуй, интересная женщина. Хотя, тут правильнее сказать не расслабит, а заинтересует. В принципе, этот вариант сейчас к нему ближе всего. Сакура интересная и всё такое, но с ней нельзя вот так просто взять и заняться тем, что приносит наслаждение всему телу. Хотя почему нельзя? Можно, но наверняка не сейчас. Она не в духе. Хотя, под хорошим мужчиной, как говорят, и бревно запляшет. Такая мысль заставила Саске улыбнуться, взъерошив мокрые волосы после душа. Они у него немного непослушные, но как он считал, такая причёска идёт ему.       Каким создала природа…       Учиха надел бриджи и решил на всякий случай ещё раз проведать Сакуру, перед тем как тыкать пульт в бесконечном поиске занимательной передачи. В комнате у неё свет не горел, да и вообще он первым делом посмотрел на кровать, где её не оказалось. Но он не испугался, так как той же секундой заметил её на высоком подоконнике. Она смотрела вдаль на городские улицы, порой поглядывая на розы. Что ж, их вид всегда успокаивал, да и сейчас она смотрелась уже даже как-то лучше. Она расчесала волосы и распустила их, а также переоделась в короткий халат. По её лицу он заметил, что ей действительно лучше. Быстро она отошла, однако.       Она заметила его присутствие, хоть он и старался зайти как можно тише. Он думал, что она спит, а она, оказывается, любуется городом. Прогулки ей было мало, это очевидно. И очевидно было то, из-за чего она так быстро спрятала глаза, обращая взгляд обратно в окно. Саске был после душа, поэтому по привычке не стал надевать футболку. Он всегда любил ходить с голым торсом, а ввиду событий он вообще про это забыл. Да и ладно, он уже спал с ней рядом, чего ей ещё стесняться? Но она стесняется.       — Не надо, Саске, — промолвила Сакура, сглотнув. Она так и не решалась взглянуть на него снова. А вот он напротив, не мог отвести от неё взгляд. Опять он остановился на её открытых ногах, таким стройным, красивым… Не было в её фигуре чего-то лишнего, она была прекрасной девушкой. У неё были изящные руки, манящие губы, хрупкие плечи, пленительный изгиб длинной шеи, тонкая талия… очаровательная улыбка, очаровательные глаза; шелковистые волосы, молочного цвета кожа… и этот тонкий аромат… он побуждает желание в теле.       — Не надо что? — тряхнув головой, пришёл в сознание Саске, пытаясь отвлечься. Чёрт, да он хочет её… смотрит на неё такую и просто хочет. Взять и переспать. У него нет к ней каких-либо чувств и тем более любви, он просто хочет её на уровне инстинктов. Саске стал противен себе в каком-то смысле.       — Не надо меня успокаивать, утешать, — выдохнула Сакура, опустив взгляд на пол. — Со мной всё хорошо. Я просто… просто… я не понимаю, почему именно со мной. Я всё сидела и думала о том, что было бы, если бы тебя не было рядом. Ясно, что я бы уже здесь не сидела, но ты знаешь… — она наконец посмотрела на него, — меня волнует больше всего другое. — Она несколько строго, спокойно и как-то требовательно посмотрела на него. Не было на её лице ни улыбки, ни каких-либо радостных оттенков. Он хорошо видел её глаза и лицо в темноте благодаря свету их гостиной. И про себя он отметил, что раньше не видел её такой серьёзной. Наверное, ему следовало бы задуматься, но вместо этого он только снова стал рассматривать её напряжённое лицо. Чёрт, да почему это ему вдруг стало казаться, что её лицо идеально, даже когда она так слегка хмуриться, злиться… Злиться?! — Меня интересует, откуда у тебя оружие.       Девушка по деловому скрестила руки на груди, словно на допросе, где главная она. Действительно, она и сама чувствовала себя такой уверенной впервые. Её это больше удивляло, чем радовало.       Саске мгновенно «протрезвел» от опьянения, которое было вызвано из-за тщательного осмотра её тела. Раздевал ли он её взглядом? Хотел, но… стоило ему услышать про «оружие», как пластинка в голове зависла и он в прямом смысле слова растерялся. А Сакура… она смотрела только ему в лицо и желания осматривать его ниже как-то не возникало. Странно…       — А… — Саске совсем не знал, что ответить. — Оно всегда у меня с собой.       — Всегда?! — не веря своим ушам, нервно переспросила Сакура, прищурив взгляд. Ну это точно было то, что она услышать не хотела.       — Гхм, — пожал плечом Саске, наконец приняв спокойный вид как со стороны, так и в голове, — у меня всегда под рукой оружие, ведь я твой телохранитель. Я обязан тебя защищать и согласись, если бы я не думал о безопасности, нас бы уже убили. Да и к тому же, что в этом плохого?       — И ты мне ничего не сказал?! — повысив голос, завелась девушка. — Ты всё это время молчал!       — А что бы я сказал? — повысив голос в ответ, Саске стал говорить с ней так же, как она с ним. Теперь-то он окончательно понял, что она в порядке. И если ей хочется поистерить — то пожалуйста. Но если уж она его доведёт, то он за себя отвечать не станет. — Ты такая запуганна, что если бы я сказал тебе, что у меня при себе оружие, ты бы при виде меня дрожала со страху! А я всё делаю только для того, чтобы защитить тебя.       — Выброси его, — равнодушно сказала девушка, пропустив мимо ушей практически всю его речь. Её слова прозвучали не как просьба, а как приказ.       «Давай я лучше тебя из окна выброшу!» — поругался брюнет, строго и серьёзно покачав головой. Он уж лучше почку продаст, чем выбросит свой револьвер. Он с ним через огонь и воду прошёл. Так что, нет-нет, девочка, не дождёшься.       Сакура нервно запыхтела и отвела взгляд в сторону. Спорить с ним сейчас совершенно не было настроя. Да и сложно было то осознавать, но Учиха прав. Если бы не было оружия, им бы навряд ли удалось выбраться из парка живыми, так что… ладно, она проиграла. Хоть и не желала то признавать. Почему-то каприз охватил её. Ну и ладно, тоже скоро пройдёт. Она замолчала, а он подошёл к ней ближе, чуть ли не впритык.       — Не обижайся, — промолвил Учиха, пытаясь заглянуть в зелёные глаза, которые она старательно прятала от него.       — Я не обижаюсь, просто… просто я расстроена.       — Я знаю.       Саске захотелось приласкать её не потому, что это могло её успокоить или потому, что тем самым все недопонимая растворяться в нежности, а потому, что ему совсем неожиданно самому захотелось ласки. Касаться женской кожи, вдыхать женственный запах, ощущать тёплые ладони на своём теле. Вообще, у него такое желание возникало крайне редко и не всегда он получал желаемое. Проститутки и шлюхи, конечно, могут порезвиться, но это совсем не то… ему просто хотелось ласки и всё. Но он также помнил, что надо прежде всего научиться что-то давать самому, для того, чтобы получить это же взамен. Так что он легко коснулся своими руками её. Она смотрела на него из-под длинных ресниц. Её немного смутили такие прикосновения, но все смущения исчезли, когда он схватил её обе руки и внезапно привлёк её к себе на грудь.       — Хорошенькая моя! — он чмокнул её в затылок, а Сакура только распахнула глаза, слегка удивившись. Она ощущала, какая горячая у него грудь, какой сильный у него торс и это всё с чего-то вдруг стало так приятно. Ей понравилось даже такое грубое прикосновение.       — Хороший мой, — невольная нежность зазвенела в её голосе и она сильнее прижалась к его груди, слыша, как быстро бьётся его сердце. Она обхватила его узкую талию руками, вдохнув запах свежести на его теле. Она прикрыла длинные ресницы, чуть улыбнувшись уголками губ. Какая нежность была в её прикосновениях, в её лице, глазах… и хорошо, что она не видела этого пожирающего взгляда.       Учиха коснулся её подбородка, тем самым заставив посмотреть ему в лицо. Он нагнулся и крепко поцеловал её в раскрытые сладкие губы. Она дрогнула, упёрлась руками в его грудь, но упёрлась слабо и он мог возобновить и продлить свой поцелуй. На этот раз Сакура отвечала на его поцелуи, и даже притянула его к себе, слегка надавив ладонью на затылок, запустив тонкие пальцы во влажные чёрные волосы. Саске еле сдерживался, чтобы его желание поласкаться не превратилось в желание трахнуть её прямо здесь, на подоконнике. Да и не составит особых сил кинуть её на кровать.       Сакура первой отстранилась от парня, так как на миг здравый смысл вернулся в её голову и она нашла в себе силы на то, чтобы слегка оттолкнуть его от себе на что парень не обратил никакого внимания. Он продолжил целовать её щёки, скулы, спускаясь ниже. Сакуре это, безусловно, нравилось, но что-то заставило её нахмурится и возобновить протесты. Может это из-за близости, которая ни с того ни с сего возникла этим вечером? Потому что он достаточно крепко прижал её к себе, что ноги её были раздвинуты и она чувствовала всем телом, что лучше это всё прекратить. И чем быстрее тем лучше.       — Саске… — тихо произнесла она, хмурясь. Ей всё ещё было трудно опомниться от волны страсти, блуждающей по телу. — Подожди, не надо!..       Саске её не слышал. Он лишь отметил в голове, что ему хорошо с ней. С ней безумно, и он совершенно потерял контроль над разумом. Его окончательно затмил её запах, её голос и желанное тело.