After 2 (Larry Stylinson) Russian Translation

— Профессор Сото сказал, что он даст мне намек на то, какое задание будет у нас на этой неделе, если я приведу друзей на его шоу, так что я буду ожидать этого сегодня, — я улыбнулся Лиаму. Боль в моей груди нарастала с каждым часом, в течение которого я ничего не слышал о Гарри. Я абсолютно уверен, он не приходил домой, с одной стороны, или он просто игнорирует меня. Если кто-то и должен игнорировать другого, то это я. Я знаю, что обсуждение брака с ним не то, что он хочет, и я знаю, еще слишком рано, но я же не заставляю его жениться, это просто один из вариантов будущего. Я прошел через ад ради него, и он не думает обо мне, как о части его будущего. Я рад, что я не сдался перед ним, но я скучаю. — Это немного странно, ты так не думаешь? — сказал Лиам, когда мы только вошли в класс Религии. — Что именно? — Что по сути он подкупил тебя, чтобы вы увиделись вне класса… — Но он же не просил меня прийти одному или что-то вроде этого, — я пожал плечами. Я не вижу ничего страшного или опасного в профессоре Сото. Вообще, тот факт, что он противостоял Гарри, заставляет меня уважать его еще больше. Я привык, что все бояться Гарри, так что это необычно, когда кто-то ставит его на место. — Я все еще считаю, что это было неуместно, — сказал Лиам. — Хорошо, Гарри, — пошутил я, в груди что-то щелкнуло, когда я упомянул его имя. — Я просто говорю: «будь осторожен». Кстати, где Гарри? Он не подвозил тебя сегодня к кафе, — усмехнулся Лиам. — Он… Ну, я не знаю. Он не пришел домой прошлой ночью, — вздохнул я и сел на свое место в первому ряду. — Что ты имеешь в виду? Он не вернулся из Canal Place или как это называется? — Canal Street Tavern… Но нет, мы ушли вместе, но мы были в плохом настроении из-за небольшого неловкого инцидента между ним и профессором Сото, и потом мы поссорились из-за нашего будущего и того факта, что он не хочет провести его со мной. Он даже сказал, что он не поедет со мной в Сиэтл. — Подожди… Профессор Сото и Гарри? — прошептал Лиам, осматривая кабинет. — Да, но это был просто обмен нескольких фраз. Гарри уже был в плохом настроении, так что это просто вывело его из себя, я полагаю. — Это так неловко. Почему ты думаешь, что он не хочет будущего с тобой? — спросил Лиам. — Он сам сказал. Он буквально сказал, что никогда не думал о нашем будущем, что он не хочет думать об этом и что, если меня это не устраивает, я могу уйти, — я чувствовал себя смущенным, повторяя Лиаму, человеку, которому я доверяю больше всех остальных, причиняющие мне боль слова, которые Гарри сказал мне. — Он так сказал? — Да, он сказал, что поднимать тему брака с ним было полным идиотизмом. — Ага, а попросить тебя переехать к нему до того, как все узнали, что вы встречаетесь, не было идиотизмом? — Я именно это и сказал. Он был в замешательстве, — я потер виски. — Уже 10 минут десятого, думаю, нам следует начать наш урок, — сказала девочка, сидящая позади нас с Лиамом. Когда я поднял глаза, профессор Сото входил в кабинет, на нем был надет кожаный пиджак поверх белой рубашки и галстука. — Доброе утро! Простите за опоздание, я поздно лег спать вчера ночью, — он улыбнулся и, сняв пиджак с плеч, повесил его на спинку своего кресла. — Я надеюсь, каждый из вас нашел время и купил, ну или украл, дневник, который я вас просил приобрести, — сказал он, и мы с Лиамом, посмотрев друг на друга, достали наши дневники. Меня удивило, насколько неорганизованными являются студенты колледжа. Мне следовало принести один лишний для одного из моих неподготовленных одноклассников. — Если нет, то просто возьмите листок бумаги, потому что первую половину урока мы используем для работы над вашим первым заданием. Я не решил, сколько всего заданий будет у вас, как я уже говорил, но ваш дневник будет составлять основную часть вашей оценки, поэтому вам придется приложить хоть немного усилий, — усмехнулся он и сел на свое кресло, закидывая ноги на стол. — Я хочу узнать, что вы думаете о вере. Что это значит для вас? Здесь не будет неправильных ответов, и ваша религия не имеет значения. Вы можете написать это в любом виде. Верите ли вы во что-то большее? Верители ли вы, что вера делает наши жизни лучше? Может быть, ваше мнение о вере отличается от мнения всех остальных? Верите ли вы, что вера во что-то или кого-то меняет исходы разных ситуаций? Верите ли вы, что ваш неверующий/неверующая возлюбленный/возлюбленная перестанет быть таким, имеет ли это значение для вас? Верите ли вы, что вера в Бога или в Богов делает вас, как человека, лучше, чем те, кто не верят? Выберите тему, связанную с верой, и напишите, что хотите, раскрывая ее. Или просто напишите что-нибудь, — сказал он. Моя голова закружилась от идей, переполняющих ее. Я всегда ходил в церковь, когда был маленьким, но я должен признать, что я не особо был близок с Богом. Каждый раз, когда я подносил ручку к первому листку бумаги, Гарри появлялся в моей голове. Вера. Не верил ли я слишком много в Гарри? Если я продолжу верить в него, изменится ли он? После нескольких минут я осмотрел кабинет, кажется, все что-то писали. Глаза профессора Сото встретились с моими, когда я посмотрел на него. — Если у кого-то есть проблемы с написанием, перестаньте думать слишком много. Вам следует написать первую вещь, которая придет в вашу голову. Я буду проверять не для того, чтобы найти ошибки, я не собираюсь никого осуждать. Что вы собираетесь делать со своей темой будет только вашим выбором. Просто закройте глаза и напишите, что вы чувствуете, — его голос наполнил все помещение. В ту же секунду я опустил глаза, чтобы никто не понял, что он говорил это мне. Я уверен, что он сказал это для меня. — Что ж, пора заканчивать, чтобы мы могли немного поговорить, — прервал нас профессор Сото. К тому моменту, когда я снова взглянул на свою страницу, это была уже третья. Большая часть того, что я написал, вышла прямо из моего подсознания, покидая мою голову и мое сердце. Как ни странно, но я больше не чувствовал тяжести после того, как написал о моей вере в Гарри. Урок закончился на 10 минут раньше, не думаю, что это случайность. — Мистер Томлинсон, могу я поговорить с вами? — профессор Сото позвал меня, когда я и Лиам достигли двери. Я повернулся и кивнул, игнорируя то, как Лиам посмотрел на меня. Кабинет опустел, остались лишь мы трое. — Встретимся снаружи, — сказал я Лиаму и пошел в сторону профессора Сото. — Я просто хотел поблагодарить тебя за то, что пришел прошлой ночью и что привел друзей, мы выступили довольно неплохо, — он улыбнулся. — Не за что. — Я знаю, что ты пришел пораньше, чтобы получить задание, — засмеялся он, протягивая мне чистый лист бумаги. — Что это? — Я собираюсь дать тебе задание, ты не думал, что я могу написать его? — сказал он, давая мне ручку. — Дневник не был таким уж большим заданием. Следующее задание — прочитать с шестой страницы по двадцатую. — И все? — я ничего не записал. — Да, я говорил, что большая часть заданий будет заключаться в дневнике. — Да…, но это не является работой. — Тогда это будет легкая пятерка? — ухмыльнулся он. — Полагаю, что да… — Твой парень является весьма… красочным, — добавил профессор Сото, когда я вернул ему листок бумаги. — Да, он такой. — Я ничего не имею в виду, но я был удивлен. Я знал, что у тебя, должно быть, есть парень или девушка, я просто не ожидал, что он будет так выглядеть. — Что это должно значить? — я немного напрягся. — Я ни имел в виду ничего плохого, успокойся, — засмеялся он. — Я просто думал, что ты такой… я не знаю… я думал, твой парень будет носить кардиганы, а не будет покрыт татуировками, — пояснил он, и мои мысли вернулись к Натали. — Оу, да, мы полные противоположности, — сказал я ему. — Да, я тоже так подумал. Он показался мне таким собственником, нет? — он приподнял брови. —Он не то, что бы собственник… просто немного ревнивый иногда, — я не знаю, почему я обсуждаю это со своим профессором. — Немного? Он практически извергал пламя, — засмеялся он, и я не смог скрыть улыбки, потому что это правда. — Ну да, — согласился я. — Я твой профессор, ему не следует волноваться из-за меня, —сказал он мне. — Нет, шутки в сторону, он неплохой. Чертовски высокомерный, но в остальном нормальный. У нас будет выступление на следующей неделе, тебе с друзьями следует придти. — Я узнаю, что они думают, им понравилась музыка, —сказал я. /Опять небольшой момент с do not и donʼt. Луи сказал I will see/ — Iʼll, — поправил он меня, и я попытался не закатить глаза. — Iʼll see what I can do, (Я посмотрю, что могу сделать), — повторил я, поправляя сумку на плече и направляясь к двери. /В очередной раз речь шла о сокращении will на 'll, придирчивые англичане, приятного прочтения: 3/ — Хорошего дня, мистер Томлинсон, — сказал он мне вслед. Остаток дня прошел просто ужасно, так как я ничего не слышал от Гарри. К часу дня я звонил ему три раза, но он не ответил ни на один звонок. Я надеюсь, он в порядке и ничего не натворил, чтобы не сделать сложившуюся ситуацию хуже. Что, если он с Молли? У меня начинает болеть голова от этих мыслей. Я не думаю, что он вернулся к ней, мы прошли через это. Он бы не стал так поступать со мной. Я знаю, что не стал бы. Я не знаю, что делать с уроками физической культуры, я больше не занимаюсь йогой, хотя я все равно хочу пойти домой. Я не люблю прогуливать уроки, особенно, не в начале семестра, но я устал, я взволнован, я встревожен, я зол, и я становлюсь все больше и больше параноиком, и я просто хочу домой. HARRYʼS POV. — Хочешь еще одну чашку кофе? Помогает от похмелья, —спросила она. — Нет, я знаю, как избавиться от похмелья. У меня было их целое множество, — прорычал я. — Не будь козлом, я просто спросила, — Карли закатила глаза. — Прекрати болтать, — я потер виски, ее голос чертовски раздражающий. — Очаровательный, как никогда, как я вижу, — засмеялась она и оставила меня одного в своей кухне. Я тупица чисто из-за того, что я сейчас здесь, но не то, что бы у меня были другие варианты. Да, я сделал это, и я просто пытаюсь не винить себя во всем. Я был резок с ним и сказал ужасные вещи, и сейчас я здесь, в кухне Карли, пью гребаный кофе в час дня. — Тебя подбросить до твоей машины? — прокричала она из другой комнаты. — Разумеется, — ответил я, и она вошла в кухню в одном лифчике. — Ты счастливчик, что я притащила твою пьяную задницу к себе домой. Мой парень вернется очень скоро, нам надо идти, — она надела рубашку через голову. — У тебя есть парень? Мило, — все становится только лучше. Нет. — Да. Это может удивить тебя, приятель, но не всем нужен только секс, — она снова закатила глаза. Я почти сказал ей про Луи, но в последний момент решил не говорить, это не ее дело. — Сначала надо в туалет, — сказал я ей и вошел в ванную. Моя голова пульсирует, и я безумно зол на себя, что я сейчас здесь. Я должен быть дома, ну в кампусе, но мне следует подумать о том, что случилось сегодня ночью. Я услышал, как вибрирует мой телефон на столе, и вернулся в комнату. — Даже не смей отвечать, — крикнул я Карли, и она сделала шаг назад. — Я и не собиралась! Прошлой ночью ты не был таким мудаком, — ответила она, я проигнорировал. Когда мы ехали обратно в бар, я вспомнил все дерьмо, произошедшее вчера ночью. Я продолжал перечитывать сообщения от Луи, снова, снова и снова. Мне следует ответить, сказать, что я уснул в машине или какое-то другое дерьмо. Вот, что я сделаю. В конце концов, он может надумать кучу вещей, хуже этого. «Я выпил слишком много и уснул в машине, скоро буду дома.» — отправил я ему и стал ждать ответа. Я не могу сказать ему правду, что я остался дома у Карли. Он никогда не простит меня, он даже не выслушает меня. Я знаю это. Я с уверенностью могу сказать, что он устанет от всего этого дерьма позже. Я просто без понятия, как все исправить. — Черт, нам надо объезжать. Тут авария, — пояснила она и развернулась на другую сторону дороги. Я поднял глаза, чтобы посмотреть, что произошло, кажется, все выглядело не так плохо. Мужчина среднего возраста стоял, засунув руки в карманы брюк, разговаривая с полицейским. Офицер указал на серебристую машину, как у… — Останови машину, — запаниковал я. — Что? — Я сказал: «останови чертову машину!», — не думая, я открыл дверь, когда машина начала останавливаться, и побежал прямо к знаку аварии. — Где второй водитель? — спросил я у офицера и осмотрелся. Капот машины был поврежден, но я могу видеть парковочный талон WSU на лобовом стекле. Блять. Скорая помощь стоит рядом с полицейской машиной. Блять. Если с ним что-то случилось… Если он не в порядке… — Где парень? Кто-нибудь может ответить мне! —прокричал я. — Здесь, — мужчина указал на карету скорой помощи, и мое сердце замерло. Двери машины были открыты, и Луи сидел на краю, держа пакет со льдом у щеки. Слава Богу. — Что случилось? Ты в порядке? — беспорядочно произнес я, и на его лице я вижу облегчение от звука моего голоса. — Я попал в аварию, — сказал он, сидя с пластырем над глазом и разбитой и опухшей губой. Молодая работник скорой помощи стояла между нами. — Не могли бы вы отойти? — попросил я грубо. Она кивнула и быстро отошла в сторону. Я подошел к нему и убрал от лица пакет со льдом, открывая синяк размером с мячик для гольфа. На его щеках следы от слез, его глаза опухшие и красные. У него будет синяк под глазом, я уже вижу, как он начинает проявляться на его коже. — Блять, с тобой все нормально? Кто виноват в этом? — я начал глазами искать этого мудака. — Нет, это я въехал в него, — сказал он, зашипев от боли, прижимая пакет со льдом к щеке. — Как? Что ты делал? Ты не был на уроках сегодня? — спросил я. — Нет, я был. А где ты был? — нахмурился он. — Я могу идти? Ты ведь сможешь дойти до своей машины отсюда, правильно? Мне, правда, надо вернуться домой, — сказала Карли, и глаза Луи сфокусировались на ней позади меня. — Кто это? — спросил он у меня. Блять. Блять. Блять. Не здесь. Не сейчас. — Я подруга Гарри, Карли. Теперь я могу идти? — спросила она. — Пока, Карли, — сквозь зубы сказал я, пытаясь заткнуть ее. — Он был с тобой сегодня ночью у тебя дома? — спросил Луи у нее. Я попытался посмотреть Луи в глаза, но он продолжал смотреть на Карли. — Да. Я подвозила его до его машины. — Где его машина? — голос Луи дрожал. — Карли, иди, — снова сказал я. — Нет, скажи мне, где его машина, — Луи встал, но его колени подкосились, и он начал падать. Я схватил его за локоть, пытаясь удержать его, но он оттолкнул меня, проскулив от боли. — Не трогай меня! — сказал он сквозь зубы. — Где его машина? — снова спросил он. — Около бара, в котором я работаю. Мне пора… —ответила она, уходя от нас.  — Лу… — попросил я его выслушать меня. Слишком много всего произошло из-за вчерашней ссоры: я уехал, он попал в аварию, Карли, Луи встретил Карли. Почему я такой мудак? — Отойди от меня, — сказал он, прикусив губу. Я точно знаю, что это для того, чтобы не заплакать. Сейчас, когда он строит из себя безэмоционального, я начинаю скучать по тем дням, когда он постоянно плакал. — Луи, мы… — начал я, но мой голос сломался. Сейчас я эмоциональный, и впервые мне все равно. Паника, которая накрыла меня, когда я увидел разбитый капот его машины, все еще не покинула меня, и ничего не хочу больше, чем обнять его сейчас. — Уходи, или я попрошу их, чтобы они заставили тебя уйти, — пригрозил он, имея в виду полицейских. — Мне похер, мне надо, чтобы ты меня выслушал. — Я устал слушать тебя! Ты это ты, помнишь? Я знал это! Я все утро знал, что ты был с кем-то, и я пытался заставить себя не думать об этом. — Луи, мы сможем пройти через это, всегда проходили, —умолял я. — Ты не видишь, что я только что попал в аварию? Мне ужасно больно, и ты делаешь мне еще больнее, находясь здесь. И если честно, то, что ты провел ночь с ней, ранит меня в тысячу раз больше, — он наконец-то начал всхлипывать, и я увидел его слезы. — Луи, пожалуйста. Я слишком много выпил и не мог вести машину. — Ты даже не пытаешь извиниться за то… — У вас все хорошо? Нам надо доставить тебя в больницу, чтобы убедиться, что все нормально, и заполнить некоторые документы. Это не займет много времени, — сказала работник скорой помощи. — Да, я готов, — сказал ей Луи, вытирая слезы со своих щек. — Вы поедете с ним? —спросила девушка у меня. — Нет, он не поедет, — Луи ответил вместо меня. — Я… — сказал я.  — Нет, он не поедет, — повторил он и попытался забраться в машину. — Нет, — он почти ударил меня, когда я попытался помочь ему. Девушка подарила мне сочувствующий взгляд, который я, очевидно, не заслуживал. Это моя вина. Все это. Двери кареты скорой помощи захлопнулись, и я остался стоять посередине улицы. Один.