Обман любовью

— М? — я подняла на нее непонимающий взгляд. Она точно меня уже раскусила, а спрашивает, чтобы убедиться в своей правоте. Определённо, она уже обо всем догадалась. Она очень проницательная, как и папа, поэтому мне правда свезло, что он не пришёл вместе с мамой. — Говори мне правду, — теперь мама сидела с серьезным видом, хотя особой проблемы в том, что я обнимала Свята, я не видела. — Да я сказала. Просто друг, мам, одноклассник, — сглатывала я, ком в горле. Ничего серьезного, но я нервничала, боялась сказать что-то не то. — И он тебе нравится, да? — выражение мамы всегда менялось очень часто. Она могла быть серьезной и в ту же секунду улыбнуться. Как она так может? Годы тренировки, секреты фирмы? — Я не тот человек, который за месяц может в кого-то влюбиться, — совсем официально сказала я, правда мне это трудно далось — температура дала о себе знать. Не могу за месяц влюбиться? Ага, сказала та, что с самого первого дня приметила симпатичного блондинистого одноклассника. — Да ты что? А я увидела, что всё наоборот. Полин, я не папа, — выдохнула мама, сделав уставший вид, и развернулась к плите, чтобы поставить чайник. Это просто виртуозно… Она виртуозно меняет выражение лица, божественная мимика. — Пап… Ой, мам, всё в порядке. Я себя плохо чувствую и завтра скорее всего в школу не пойду. — я хотела отделаться. — Ой, чьи таблетки? Кто это принёс? — мама переключила внимание на стол. Чёрт. Сказать правду или то, что она хочет услышать? Каждая мать хочет как можно чаще видеть своё чадо дома, рядом. А если чадо влюбилось и совсем не хочет оставаться дома, а хочет гулять с прекрасными голубоглазыми одноклассниками? — Мила. Мила заходила, — я положила голову на руки. Устала, я сильно устала за сегодня. Пусть сейчас не вечер, но я очень хочу спать. Парадокс. — Ты же говорила, что весь класс в походе… Ладно-ладно, всё, марш в кровать, — мама подошла и обняла, чмокнув меня в лоб. — И да, в школу правда можешь не ходить. Мама не спрашивала дальше, чтобы не ставить меня в неловкое положение. Она и так догадалась, что это Свят, ведь он был в куртке, а упаковки с таблетками были холодными. Да я Шерлок Холмс! Я ушла, легла в постель, и мысли атаковали меня, сразу же. Странно, но моя мама одна их тех мам, что не станет докапываться до сути, когда ребёнок не хочет этого говорить. Она не станет вытягивать, не станет говорить прямым текстом, она всё узнает, но другим, своим способом. Она не стала спрашивать, кто родители Свята, как давно мы подружились, где он живёт и прочее. Это же не важно? Важно, чтобы с ребенком всё было в порядке, чтобы счастлив был, для матерей — это счастье, и мама это понимала. За это её и люблю. Идеальная. Идеальная мама. Мама не будет мерить мне температуры, находясь рядом, не дай Бог, чтобы градусник в чай окунула. Нет, она доверяет мне. Знает, что о болезнях я вру, но очень редко. Она всё это понимает и не достаёт. Это правда…это правда достойно уважения. Может, она сейчас сидит и переживает, думает, как бы я куда не впуталась, но…тщательно это скрывает, каждую эмоцию маскирует, дабы я не расстроилась. И иногда просто хочется подойти и сказать «Мам, я люблю тебя», но мама скажет «Дочь, что с тобой? У меня всё отлично, что ты». Моя мать железобетонная, говорю вам. Хлопнула повторно входная дверь, это папа пришёл. Папа даже наверное лучше мамы. Я папина дочка. Папа знает всё обо мне. И если я влюблюсь, то его оповещу первым, обязательно. Потому что папа не станет смеяться, папа выслушает, поймет. Папа у меня невероятный. Когда грустно придёшь к нему, уткнёшься в плечо, почувствуешь себя совсем-совсем маленькой, а папа будет спокоен, будет гладить тебя по голове, изредка громко вздыхая. И ничего не спросит, просто молча утешит, успокоит свою дочь, которая может тревожиться по любому поводу. Папа понимает всё, и молча. Его люблю сильнее. Дорожу папой, без него никак. И сильнее моя любовь к родителям, когда родителей не вижу неделями. Они оба бизнесмены, слишком редко бывают дома. Но как и обычные родители они переживают, волнуются за меня. И я их отлично понимаю, честно. Я всегда по ним скучаю, всегда, когда они уезжают. Держу это всё в себе, ибо они считают меня взрослой, я их гордость, нужно вести себя подобающе. Когда приезжают, хочется броситься в их объятия, но я же взрослая, просто встречаю их милой улыбкой. А в душе ураган, счастье, море радости. — Спишь? — в комнату промелькнула папина голова. — Нет, — я улыбалась, так приятно услышать голос отца перед сном. Это не передать словами. — Ну, я там тебе фруктов купил, утром на кухне найдёшь. Сладкое в холодильнике, но не увлекайся. Мм, да, как ты себя чувствуешь? Температура высокая? — папа не собирался входить, будто спешил куда-то, а ко мне пришёл удостовериться в порядке ли его дочь, напомнить о себе. — Да нет, всё в порядке. Но завтра в школу я не пойду. Пропущу. Спасибо, пап. — Не за что. Ну да ладно, спи. Сладких снов, — и папа исчез, будто и не появлялся вовсе. В этом вся его суть — не поймаешь, даже если захочешь, он ведь весь в делах. — И тебе спокойной, — прошептала я, хотя папа уже точно меня не слышал. И всё-таки всегда приятно, когда о тебе думают, так сильно заботятся, даже когда тебе уже восемнадцать. Ну, условно. Семнадцать с половиной. В начале пришлось слукавить. Я засыпала мыслями о родителях, о том, как сильно я их люблю. Но не суждено было не промелькнуть одной неуязвимой мысли о парне, с которым правда запалили. Интересно, что он сейчас делает? Думает обо мне? Как он? Тысячи вопросов мучили меня, не давая уснуть. И всё же я заснула, видя перед собой мягкую искреннюю улыбку блондина, в глазах которого готова утопать вечно. Правда влюбилась? Легко сказать, я просто полностью отдала ему себя, всю душу. Куда угодно, но только с ним. Блондин с гитарой, поющий какую-то романтичную песню, льющуюся из его уст так мелодично. Так красиво, ни одной фальшивой ноты, всё чётко и чисто. Легкий ветерок прогибает зеленую траву, запах парфюма, несшийся в мою сторону, околдовывал. Одеколон парня дурманил. Парня, который уже заканчивал петь песню. Остался повтор куплета, осталось взять высокие ноты, выше чем в первом. Я села рядом с парнем, но он меня не замечал. Так спокойно было рядом с ним, романтично. И уходить никуда совсем-совсем не хотелось. И сидела бы так целую вечность, слушая как он перебирает аккорды и поёт своим прекрасным голосом. Он меня будто не замечал, а я и не стремилась обратить его внимание на себя. И так всё прекрасно…сидишь и слушаешь, будто ты невидимка. Его светлая чёлка спадала на глаза, так что увидеть его лицо было невозможно. Что-то подсказывало, что ему можно доверять. Что-то родное таилось в этом блондине. Одним резким движением он повернул голову в мою сторону, смотря прямо в глаза. Это он. Свят. Что я чувствовала? Шок. Какие прекрасные голубые глаза. Он весь идеальный, вот правда. Какой покорной я становлюсь рядом с ним…