The path to the forgotten

      - Федерико, догоняй, - бодро крикнул средний Аудиторе, обращаясь к своему уже совершеннолетнему брату.       Каштановые волосы Эцио выросли еще длиннее, и хоть парень подстригался, их все равно приходилось перевязывать лентой.       - Эцио, сегодня не тот день, чтобы бегать по городу. Я хочу вино и девушку, - проныл старший из братьев Аудиторе, следуя за резвым братишкой.       - Успеешь еще, - усмехнулся парень лет пятнадцати, - День только начался.       - И это мой день, а мне приходится слоняться с тобой по крышам, - проворчал Федерико.       Шатен резко остановился и развернулся к имениннику, спросив.       - Тебе не нравится?       - Не то, что бы не нравится. Просто я представлял себе этот день немного по – другому, - ответил итальянец.       - Просто я видел там орла, - невнятно произнес Эцио, - Но если ты не хочешь, мы можем заняться чем – нибудь другим. Тем, что тебе понравится, - приободрился шатен.       - Почему ты так увязался за этой птицей? Это же обычный орел.       - Мне он не кажется обычным. Этот орел появляется только тогда, когда должна случиться неприятность. Я это давно заметил.       - Это просто совпадение, Эцио, - вздохнул Федерико, слезая с крыши и направляясь на рынок, дабы купить себе вина.       - А я так не считаю, - возразил средний Аудиторе, последовав примеру брата и поравнявшись с ним, продолжил, - Это началось давно. Первый раз орел появился, когда мы были еще совсем детьми. Он покружил над Флоренцией и скрылся в облаках. Через пару минут после этого мы уже убегали от стражников, хоть они и не гнались за нами. Потом я снова увидел орла, через год. Тогда ты сломал себе руку, а я ногу, упав с крыши дома. Орел появился вновь, когда мне было двенадцать, а тебе пятнадцать. Тогда нас могли арестовать за воровство, и мы еле унесли ноги от стражников. И последний раз он появился год назад. Мы еще тогда забрались на самую высокую башню в городе. И я тогда упал с нее. Благо подо мной было сено. И вот орел снова кружит над нами. У меня дурное предчувствие.       - Да ладно тебе, Эцио. Это мой день рождения, мне восемнадцать, и со мной все будет хорошо. Также, как и с тобой, - улыбнулся Федерико, расплачиваясь за вино.       - Надеюсь, - скомкано произнес итальянец.

***

      День проходил весело и шумно. Федерико то и дело подшучивал над Эцио, находясь уже не в очень трезвом состоянии. Позвав среднего Аудиторе за собой и поднявшись на второй этаж, старший из братьев Аудиторе зашел к себе в комнату.       - Эцио, закрой дверь, - скомандовал Федерико и сел на кровать.       Итальянец послушно выполнил просьбу брата. Тот в свою очередь налил еще вина в бокал и протянул его своему брату.       - Мне нельзя, - сказал Эцио.       - Никто не узнает об этом. Это будет наш с тобой маленький секретик, - улыбнулся старший брат.       Кивнув, шатен сел рядом с Федерико на кровать и взял бокал с бордовой жидкостью из руки брата, сделав глоток.       - Сладкое, - прокомментировал Эцио и продолжил вливать в себя алкоголь.       - Понравилось? – спросил Федерико, и его брат согласно кивнул, - Еще хочешь?       - Да, - средний Аудиторе широко улыбнулся и протянул бокал брату за добавкой.       Федерико рассмеялся и вновь наполнил бокал вином. Эцио с наслаждением выпил второй бокал и уже было потянулся за очередной порцией, как заметил на себе пристальный и изучающий взгляд брата.       - Ты чего? – спросил Эцио, с опаской поглядывая то на брата, то на закрытую дверь.       - Просто я никогда раньше не замечал твоей красоты, - загадочно произнес старший брат.       Эцио заметил, как глаза Федерико слегка потемнели. Итальянец напрягся, дабы быть готовым сорваться с места и выбежать из комнаты.       - Не замечал ч - чего? Что ты несешь, fratello?       Старший из братьев Аудиторе придвинулся ближе к шатену. Эцио окаменел. Он не мог сказать ни слова, не мог пошевелиться. Все тело словно парализовало. Парень сидел неподвижно, ожидая следующих действий старшего брата. Тот, в свою очередь, потянулся к губам шатена, почти коснувшись их, но Федерико остановился и, слегка отпрянув от лица итальянца, поцеловал среднего Аудиторе в щеку. Эцио покраснел от смущения и тут же оттолкнул старшего брата.       - Федерико, ты слишком много выпил, - сказал Эцио и вышел из комнаты старшего из братьев Аудиторе.       Сердце предательски билось в ускоренном темпе, а румянец на щеках выдавал парнишку со всеми потрохами. Решив прогуляться и проветрить голову, Эцио вышел из дома и пошел, куда глаза глядят. Аудиторе все никак не мог понять, что нашло на брата. То ли это алкоголь замутнил его разум, то ли он давал отчет своим действиям и осознанно пытался поцеловать его. Эцио не знал этого. Также как он не знал, что за ним наблюдает пара бронзовых глаз. Дойдя до большой площади, где толпы людей куда – то шли по своим делам, Эцио из – за раздумий не заметил, как врезался в кого – то лбом.       - Mi dispiace, синьор, - не поднимая головы, произнес Аудиторе.       - Ничего страшного, - по – доброму ответил незнакомец и продолжил свой путь.       Оторвав взгляд от земли, Эцио устремил его вперед, наблюдая за удаляющейся белоснежной фигурой с красным поясом. Аудиторе подумал, что где – то уже видел это белое одеяние.       “Как в моих видениях, которые я считал просто своей фантазией” – пронеслось в голове у итальянца.       Помедлив еще мгновение, Эцио кинулся вглубь толпы, ища взглядом белые одежды незнакомца. Вот он уже приметил белоснежный капюшон, но человек прошел мимо Аудиторе, на секунду заслоняя собой таинственный для подростка образ, и Эцио теряет незнакомца из виду. Ругнувшись про себя, парень направился в сторону, где только что был человек в белом, расталкивая плотные потоки горожан. Добравшись до места, Эцио огляделся и снова заметил спокойную белизну среди всей пестроты одежд прохожих. Но только парень двинулся к этому человеку, как в очередной раз потерял его. Так повторялось вновь и вновь, пока Эцио не дошел до более – менее пустого переулка. Там, облокотившись о стену, стоял тот самый человек в белом капюшоне, который отбрасывал тень на пол – лица незнакомца. Видны были только легкая щетина вокруг рта и шрам, пересекающий тонкие губы мужчины. Аудиторе осторожно подошел к нему поближе.       - Кто вы? – спросил парень.       - Иди за мной, - только и сказал незнакомец и полез на крышу дома.       Сам не понимая, почему, Эцио послушался совершенно незнакомого человека и начал карабкаться вслед за ним. Они неслись, перебегая с крыши на крышу по туго натянутым веревкам между ними, заставляя прохожих снизу возмущаться и восхищаться. Таинственный незнакомец подбежал к одной из самых высоких башен Флоренции и стал ловко взбираться по ней вверх.       - Серьезно? На башню? – неодобрительно спросил Эцио, но ответа не последовало.       Обреченно вздохнув, итальянец медленно стал карабкаться по стене, подбирая нужные выступы. Спустя пару минут, Аудиторе достиг самого верха башни. На деревянной балке, зачем - то приделанной сбоку к вышке, сидел человек в белом одеянии. Парень сел рядом с незнакомцем, не думая, что тот запросто может столкнуть его в пропасть. Итальянец попытался рассмотреть лицо незнакомца, но белый капюшон не давал ему сделать этого.       - И все – таки, кто вы? – повторил свой вопрос парень.       - Я могу сказать тебе лишь одно: тебе я не враг, Эцио Аудиторе, - ответил мужчина.       - Вы знаете мое имя? – удивился шатен.       Собеседник лишь только хмыкнул, слегка улыбнувшись. Но его улыбку Аудиторе не видел. От чего – то Эцио показался этот человек родным. Его голос юноша слышал много раз, но не помнил, где и когда. Черты его лица, хоть и только нижней части, были шатену очень знакомы.       - Мы нигде с вами раньше не встречались? – поинтересовался Аудиторе.       - Как посмотреть, - загадкой ответил мужчина.       - Я вас не понимаю, синьор.       - Тебе и не нужно.       - Зачем вы меня сюда позвали?       - Я не звал тебя. Ты сам пошел за мной.       - Ну да…       Повисло долгое молчание. Два человека, свесив ноги над пропастью, сидели на деревянной балке и смотрели куда –то вдаль. Неожиданно для Эцио в руках мужчины появился белый голубь. Парень не стал задавать вопросов, откуда он взялся у незнакомца. Шатен просто наблюдал за своим собеседником. Тот выпустил из рук птицу, и голубь, взмахивая своими небольшими крыльями и теряя несколько белоснежных перьев, полетел прочь от этих двух. Эцио вытянул руку вперед, и на его ладонь плавно опустилось одно из перьев. Почему – то на парня нахлынула ностальгия, но он не мог вспомнить, почему. Шатен сосредоточенно рассматривал перышко, вороша свои воспоминания.       - Я вспомнил! – вдруг воскликнул Эцио, - Эти перья я … - повернув голову в сторону собеседника, итальянец никого не обнаружил, - … видел в детстве, - уже тише закончил фразу Аудиторе, сказав ее в пустоту.       “Куда он делся?” – задался вопросом шатен.       Оглядев место исчезновения незнакомца в белом капюшоне, Эцио обнаружил маленький потрепанный клочок бумаги. На нем было написано: “Это был не я, но ты вспомнишь.”       “Если не ты, то кто же? И что я должен вспомнить?” Эти вопросы не вылезали у Эцио из головы всю дорогу домой. Ему казалось, что все происходящее с ним, это лишь наваждение, просто бурная фантазия подростка. Если бы это было так.

***

      “Для чего он приходил?” – думал Эцио, развалившись на кровати, - “Напомнить о чем – то забытом? Предупредить?” Аудиторе решил остановиться на первом варианте, но тогда оставались другие вопросы. Кто был тот человек, что мерещился ему так часто на крышах домов и оставлял белые перья по всему палаццо Аудиторе? Сейчас шатен не мог узнать этого.       В комнату Эцио постучались, и в нее вошел Федерико с виноватым взглядом. Парням было, что сказать друг другу, но оба молчали. Наконец, Федерико прервал угнетающую тишину.       - Эцио. Прости меня за… За мое неподобающее поведение. Алкоголь вскружил мне голову и я… Не отдавал себе отчета в том, что творю.       - Capisco, fratello. Я не в обиде, - улыбнулся Эцио.       - Правда? – обрадовался старший брат.       - Si.       - Может тогда обнимемся? – Федерико раскинул руки в ожидании.       Эцио презрительно посмотрел на брата.       - Ну да, - старший из братьев Аудиторе опустил руки и поводил рукой по своему затылку в знаке смущения, - Мама приготовила праздничный ужин. Уже накрывают на стол. Тебе следует по – быстрому окунуться, а то, я погляжу, уже успел где – то полазить.       Эцио фыркнул и направился в ванную комнату. Попросив служанку подготовить ему ванну и принести чистую одежду, Аудиторе снова вспомнил незнакомца.       “И все – таки я его знаю” – пронеслось в голове у шатена.       Когда ванна была подготовлена, а чистая одежда аккуратно сложена на стуле, Эцио разделся и залез в горячую воду, что обожгла парня с первого прикосновения. Но в то же время это было приятно шатену. Развязав синюю ленту в волосах, Аудиторе отложил ее на бортик ванной и погрузился с головой в воду. Снова ощущение жжения на веках, и парень жмурится еще сильнее. В уши заливается горячая вода. Голова заболела от резкого перепада температур. В памяти замелькали картинки из далекого детства.       - Какой же ты хилый, - усмехнулся человек в белом.       Видение было мутным, поэтому разглядеть его лица не удавалось.       - Вряд ли ты станешь таким, как я, - продолжал насмехаться над Аудиторе незнакомец.       А младенец лишь приветливо улыбнулся человеку в белом одеянии.       - Ты подарил мне свою первую улыбку, - хоть было и плохо видно, но заметно, что незнакомец искривил губы в улыбке, а белое перо упало ребенку на лицо, от чего малыш улыбнулся еще шире, - Надеюсь, ты спасешь меня.       Эцио резко высунул голову из воды. Парень тяжело дышал, чувствуя, как сердце готово вырваться из груди. Этот силуэт. Он не похож на того человека, что Аудиторе видел сегодня. Нет. Он совсем другой. Он гораздо роднее. Эцио сдавленно выдохнул, пытаясь успокоиться и нормализовать дыхание. Шатен вылез из ванны, надевая на себя чистую одежду и думая о незнакомце из прошлого.       “Если это воспоминания из моего раннего детства, значит этот человек действительно находился рядом со мной тогда… il diavolo, я должен вспомнить его!”       За ужином вся семья и гости весело проводили время. Все смеялись, разговаривали, кушали, поздравляли Федерико. Лишь Эцио поспешил покинуть столь неуютное сейчас для него это место. Шатен зашел к себе в комнату и упал на кровать, проводя руками по лицу, дабы хоть как – то придать себе бодрости. Повернув голову в сторону подушек, бронзовые глаза заметили белое перо.       “Снова ты” – обреченно подумал Аудиторе.       Вдруг перо метнулось в сторону и упало на пол. Эцио посмотрел, не открыто ли окно. Но оно было закрыто. Откуда же тогда взялся ветер, который парень явно чувствовал своей кожей. Перо задуло под кровать. Эцио стало любопытно, и он решил проверить пол под его спальной мебелью. К великому удивлению Аудиторе пера там не оказалось. Лишь клочок бумаги. Достав его из-под кровати, итальянец хотел было прочитать содержимое этой бумажки, но понял, что не знает такого языка.       “Может отец знает, что это за язык? Но он сейчас празднует день рождение Федерико. Стоит и мне сходить. С моей стороны было не вежливо покидать застолье в честь совершеннолетия старшего брата” – с такими мыслями шатен сунул бумажку в карман и вышел из комнаты.

***

      Уже наступила глубокая ночь, и гости начали расходиться по домам, напоследок еще раз поздравляя Федерико. Тот в свою очередь мило улыбался уходившим людям и благодарил за визит. Проводив всех, старший брат Эцио облегченно выдохнул. Не так он планировал провести этот день. Постучав в комнату среднего брата, парень зашел в нее, но никого там не обнаружил. Пожав плечами, он направился к себе в комнату и завалился на мягкую кровать. Старший из братьев Аудиторе так устал сегодня развлекать гостей, что сразу провалился в сон. Тем временем Эцио добрался до кабинета старшего Аудиторе.       - Отец, - позвал Джованни его средний сын, - Ты не мог бы мне помочь кое – с чем?       - С чем, Эцио? – устало спросил глава семьи.       - Мне нужно перевести кое – что, но я даже не знаю, какой это язык, - уклончиво ответил итальянец, протягивая бумажку отцу.       - Это арабский, сынок, - ответил Джованни, возвращая клочок бумаги парню, - Откуда она у тебя?       - Один знакомый передал, - соврал Эцио, - Grazie, отец.       - Prego.       Аудиторе средний хотел уже уйти, но вспомнил что – то важное.       - А у тебя нет арабского словаря?       - Есть только арабско – французский, - подумав, ответил мужчина.       - Подойдет.       - На самой нижней полке, в углу.       Кивнув в знак благодарности, Эцио выудил из книжного шкафа нужный ему словарь и, пожелав отцу доброй ночи, вышел из кабинета. Добравшись до своей комнаты, парень принялся искать похожие символы в словаре.

***

      Прошло не меньше двух часов, прежде чем Эцио смог перевести содержимое записки. “Continuare a lottare.”* Два простых слова отняло у Аудиторе пару часов здорового сна. Глаза цвета бронзы слипались. Шатен не мог понять, почему в самом верху записки были написаны цифры 1476. Но он считал, это что – то значит. Отложив два словаря и записку в сторону, Эцио задул свечу и лег на кровать, опуская веки. Перед глазами возникал знакомый образ из детства. Сегодня ночью парню будут сниться кошмары, а человек в белом капюшоне будет сидеть рядом на краю кровати и гладить юношу по непослушным волосам, шепча добрые и успокаивающие слова ну ушко. И это помогало, но лишь на время.