Все не так, как кажется

Около раздевалок, в длинных тенях пары раскидистых деревьев, прохладно и предзакатное солнце не слепит глаза. Их трое, но лично знаком я только с одной. Итак, Лиззи Тейлор — девчонка с моего потока, ничего выдающегося как в прямом, так и в переносном смысле. Молодой человек с дорогими часами на правой руке и веснушчатым носом… ее брат с курса старше — Рэй Тейлор, кажется. Третьего, высокого коренастого парня с густыми бровями и неприятной ухмылкой, я не знаю; наверное, дружок Рэя. Завидев меня, троица прекращает разговор и ждет, пока я подойду. Хорошее место выбрали, уединенное. Тут редко кто-то ходит после занятий. — Йо, — взмах рукой в качестве мнимого приветствия, и тут же руки по многолетней привычке оказываются в карманах толстовки. — Чего хотели? — Ну что, Соул Итер, интересное мы тебе чтиво подкинули на уроке? — хихикает Лиззи, прикрывая рукой рот. Дурацкая привычка. — Да, спасибо, что позаботились о том, чтобы мне не было скучно. Премного благодарен, мисс Тейлор, — усмехаюсь я, в упор глядя девчонке в глаза. Никогда бы не додумался, что это все она могла подстроить, а с виду такая тихушница и зануда. — Что, Итер, продолжения захотелось? — щербатый нос ее брата морщится, когда он ехидно улыбается, показывая ряд ровных белоснежных зубов. Поберег бы свою голливудскую улыбку для малолетних дурех, а то меня она только раздражает, так бы и исправил прикус кулаком пару раз. — А то как же. Вы-то уже, наверное, вдоволь начитались. — О, да, — снова смеется Рэй и тянется рукой в сумку, чтобы через пару секунд достать из ее внутренностей этот «ящик Пандоры». Ох, ну хоть не розовая обложка с веселыми пони на радуге, и на том тебе спасибо, Мака. Обычная черная ничем не примечательная на первый взгляд тетрадь в твердом переплете, разве что надписи «Death note» не хватает. Я бы на такую и внимания не обратил, если честно. Но кто знает, сколько имен в этой Тетради Смерти написано, мое уж точно не раз. — Хочешь, зачитаю мой самый любимый момент, Итер? — Рэй кидает тетрадку своей сестре. — На двадцать четвертой странице, Лиззи. Ну-ка зачитай-ка нам. Думаю, Соул-куну это должно понравиться. — Угу, — снова хихикает Лиззи, прикрывая рот рукой, после чего открывает нужную страницу, деловито кашляет и начинает читать: — Мне сегодня опять снился Соул. Мы снова танцевали с ним, как тогда на вечере, и он снова позволил себе больше, чем следовало. Вот я иногда думаю, а что было бы, если бы я все-таки позволила ему тогда то, чего он хотел. Ну, он же чего-то хотел от меня. Во сне его прикосновения были приятны, да и не во сне… — Хватит! — не выдерживаю я, готовый заткнуть уши, лишь бы не слышать больше твоих мыслей, выплеснутых на бумагу. Невыносимо слышать их вот так, чужим монотонно-издевающимся голосом, будто против твоей воли насильно вторгшимся в голову. — Что, уже перевозбудился, Итер? — усмехается доселе молчавший парень, делая шаг мне навстречу и тут же останавливаясь, когда встречается со мной взглядом. — Тут еще столько интересного, а про сенсея Спирита-то сколько всего, прямо исповедь, а не записки в дневнике. — Отдайте его, — я стараюсь сделать вид, что абсолютно спокоен. — Все не так просто, Соул Итер, — неприятно улыбается Рэй, явно что-то задумавший. — Мы тут с ребятами подумали немного, ты же у нас из богатенькой семьи Эвансов, так? Как насчет тысячи долларов, и тетрадка твоя. Назовем это скромным вознаграждением за то, что мы нашли эту презабавнейшую вещицу, которую дорогуша Албарн вчера потеряла, когда столкнулась со мной в коридоре и рассыпала все свои учебники. Ага, ну теперь хотя бы понятно, как этот дневник оказался у них. — Никогда бы не подумал, что знаменитая ледышка Мака такая сентиментальная в душе, — не унимается между тем Рэй Тейлор. Значит, спер и прочитал дневник? Значит — дорогуша? Значит — ледышка? Значит, подзаработать захотел? Я, конечно, понимаю, что я один, а этих двое, да к тому же они еще и старше, но тут есть один немаловажный фактор. Ссадины и синяки потом заживут, а вот съездить этому улыбающемуся идиоту по морде — бесценно. Резкий выпад вперед, пока никто ничего не успел сообразить, и спина Рэя упирается в шершавую стену, когда я одной рукой беру его за ворот рубашки, а второй, зажатой в кулак, с размаху и необъяснимо приятным чувством удовлетворения пытаюсь заехать в нос. Жаль, что реакция у него хорошая, потому что он уворачивается в самый последний момент, и кулак скользит по скуле. Мелочь, но тоже приятно. Позади испуганно вскрикивает Лиззи, а Рэй снова улыбается, глядя на меня сверху вниз. Абсолютное спокойствие. Только вот взгляд его ничего хорошего не предвещает. Незаметное движение рукой, и в глазах на несколько секунд темнеет, а дышать становится почти невозможно — точное попадание в солнечное сплетение, от которого меня сгибает пополам. — Эй, Ник, помоги мне немного, — голос Рэя слышится прямо над ухом. — Ну держись, Итер! Мне всегда казалось странным, как изображают драки в кино или аниме. Вдарили друг другу пару раз, да еще и благородно по очереди, и дело с концом. Такое ощущение, что сами постановщики сцен никогда в жизни не дрались по-настоящему. На деле все совсем не так. Пока один держит, второй — бьет, с ехидной улыбкой и от души, по глазам видно; потом все-таки удается вывернуться и навесить пару раз кому-то из них, в суматохе разве разберешь кто есть кто, пока снова не схватят. Через минуту это уже больше похоже на кучу-малу, катающуюся по земле в пыли и крови. Где уж тут до благородства и геройств… — Эй, кто-то идет, мотаем отсюда, — Ник на секунду останавливается и замирает, его кулак так и повисает, не завершив свое движение в каких-то тридцати сантиметрах от моего тела. Отрезок времени длиной в один вздох и несколько сильных ударов сердца, болью отдающихся в висках, после чего Рэй и Ник теряют ко мне интерес, готовые свалить от возможных неприятностей. Вот только все не так просто. — Куда?! — то ли рычу, то ли хриплю я, хватая Рэя за ногу в последний момент так, что он валится на землю. Не ожидал такого, да, придурок?! Теперь уже все не имеет значения. Откуда-то сбоку доносятся испуганные писки Лиззи, краем глаза я замечаю скрывающуюся за углом спину Ника, в висках все так же шумит кровь. Это позже я прочувствую каждый синяк и ссадину на теле, позже будет раскалываться от боли голова, а сейчас в крови столько адреналина, что я не ощущаю ничего, только злость и ярость, которую так хочется выплеснуть на это испуганно-ожесточенное лицо, расплывшееся передо мной в белоснежной улыбке-оскале. Что, Рэй, справиться со мной без помощи друга уже не так-то просто? И мы снова катаемся по земле, обмениваясь ударами кулаков и ног, не обращая внимания ни на что вокруг. — Что вы тут устроили?! — чьи-то руки насильно стаскивают меня с Тейлора и хорошенько встряхивают. Голос грозный и знакомый. Спирит. Пока я брыкаюсь и сопротивляюсь в руках твоего папаши, Лиззи тут же бросается к своему брату, всхлипывая и причитая. Рэй с ненавистью схаркивает кровь, продолжая буравить меня яростным взглядом, будто бы не замечая присутствия сестры. Ой, девчонки, нам в такие моменты уж точно не до ваших заботливых соплей. — Ты сломал ему зуб, придурок! — хнычет сестренка так пискляво, что становится противно. Вот что-что, но ты бы ни за что не стала распускать нюни по такому пустяку, Мака. — Чего устроили?! — рычит меж тем Спирит и снова встряхивает меня за выпачканную в грязи толстовку. — А ну отвечайте! — Соул Итер начал приставать ко мне, а брат заступился, — тут же выкручивается Лиззи, пуская в меня злостную молнию обиды и триумфа. — А потом они начали драться… — для пущей правдоподобности она всхлипывает и стыдливо поправляет подол задравшейся юбки. Приехали, представление «Невинная овечка» в самом разгаре. Что она в академию-то пришла учиться, надо было в театральный поступать, правдоподобно играет и придраться не к чему. — Думаешь, раз крутой, так к каждой юбке можно цепляться? — подхватывает роль брат. Да у них, как поглядеть, актерский талант — это семейное. Я, наконец, вырываюсь из рук Спирита, попутно вытирая рукавом кровь с рассеченной губы и буравя взглядом Тейлоров. Левое веко как-то неестественно прикрыто, скорее всего, к концу вечера глаз заплывет полностью. — Ну, чего молчишь, Соул? — хмурит брови Спирит. Что тут скажешь? Подрался из-за тетрадки с душевными излияниями его ненаглядной дочурки? Между прочим, и его любвеобильную задницу защищал в том числе. На придумывание правдоподобной отмазки мой мозг сейчас точно не в состоянии работать. — Ой, да думай что хочешь. Мне плевать, — я вообще сейчас близок к состоянию нирваны. Похрен на все, скорей бы уже уйти отсюда. Пока никто не одумался, я поднимаю выпавшую из рук Лиззи злополучную тетрадку и поворачиваюсь ко всем спиной. — Эй, Итер! А ну стой! Куда намылился?! — беснуется позади разъяренный Спирит. О том, что он сейчас думает обо мне и представлять не хочется. Подумаю об этом потом. — Раз тебе нечем заняться после уроков, месяц будешь оставаться на дополнительные занятия! Для полного счастья только дополнительных занятий мне и не хватало. — Слышишь меня, Соул Итер?! — Да, слышу, слышу… — только заткнись уже.