Как тебя зовут, малыш?

Итак, Катерина сбежала. И сбежала она именно от него, Андрея Жданова. Иначе объяснить ее внезапную просьбу об отпуске и последующее исчезновение никак не получалось. Вот только чем он перед ней провинился? Дома появился хмурый, и, даже когда играл с сынишкой, мысли его нет-нет да возвращались к вопросу о непонятной отчужденности Кати в последние два дня и ее нежелании с ним видеться. Малыш, словно чувствуя, о чем (а вернее о ком) думает папа, то и дело обращал к нему свои ясные глазки и тянул свое, такое знакомое, «ма-ма-ма», указывая маленьким пальчиком в сторону входной двери. А Андрею даже нечего было ответить ребенку. Вместе с недоумением приходила обида за маленького мальчика, который уж точно не заслужил, чтобы его в очередной раз бросили. Нет! Катя этого сделать не могла. Только не Катя. Промаявшись дома около часа, мужчина снова засобирался куда-то. Вскоре он уже стоял на пороге Пушкаревской квартиры. Зорькина, восседавшего на кухне, Андрей воспринял как нечто само собой разумеющееся, помня, что Николай всегда был частым гостем в доме Пушкаревых. От предложения отужинать отказываться не стал - стряпня Елены Александровны заслуживала всяческих похвал, и здоровый мужчина отказаться от нее мог только будучи не в себе. За ужином Андрею удалось осторожно выяснить, что Катя уехала в Египет... с Юлианой. Вот так новость! Жаль, что она не оставила родителям своего номера телефона. Но теперь у него был достоверный, как он считал, источник информации, и, оказавшись за дверью гостеприимного дома, Андрей сразу набрал номер коварной пиарщицы. Ответа пришлось ждать долго, но настойчивости ему было не занимать. - Юлианочка, дорогая! Здравствуй! Как я рад тебя слышать! - громко обрадовался он, как только на том конце ответили. - Андрюшечка! А уж мне-то как приятно! Нечасто ты звонишь мне просто так. Или у тебя снова дело ко мне? - кокетливо добавила женщина. - Золотая ты наша! Неужели я не могу позвонить тебе без дела, просто по-дружески? - Да вот даже не знаю, что и думать... Но сдается мне, что причина твоего звонка не так проста, как ты пытаешься рассказать мне. Вряд ли президент крупного модного дома стал утруждать себя без особой надобности ради светского звонка. Неужели в “Зималетто” что-то случилось? - Ты несправедлива ко мне, Юлианочка. Но в одном ты права: в “Зималетто” и правда кое-что случилось, - с тяжелым вздохом “признался” Жданов. - Понимаешь... у президента пропала помощница, - доверительно добавил он, - а он без нее как без рук. - Ай-ай-ай! Как такое могло случиться? Помощница, она ведь не иголка. Как же она могла пропасть? - Вот и я говорю: “Ну не иголка же она, чтобы вот так взять и пропасть”. Она отдохнуть собиралась, отпуск попросила и в тот же день как сквозь землю провалилась. - Так поехала куда-нибудь девочка. Отдохнет и вернется, - “утешила” его гений рекламы. - Неувязочка получается. Говорят, в командировку она уехала. А ведь я ее никуда не отправлял. - Да, незадача. Ну, а мне-то ты почему звонишь? А, Андрюша? - А ты не догадываешься, нет? - Ну как не догадаться! А скажи мне, дорогой, - тут же становясь серьезной, заговорила она, - с чего это ты решил играть со мной в кошки-мышки, если тебе прекрасно известно, что Катя уехала со мной? - Каюсь: боялся немного, что не сознаешься. - С чего бы это? Я похищением людей не промышляю. Помощница твоя сама со мной поехать согласилась. У тебя есть ко мне какие-то претензии? - Ну что ты, Юлианочка? Какие претензии? Волнуюсь я просто за Катюшу. - Для этого у нее родители есть. Тебе-то о чем волноваться? - Да вот Андрюшка уже соскучился, зовет ее постоянно. - Зовет, говоришь? А мне казалось, что малыш еще не разговаривал, когда я его видела. И было это совсем недавно. - Твоя правда, не умеет мой сыночек пока внятно изъясняться. Но вот Катю зовет. - Очень интересно! И как же он это делает, если не секрет? - Секрет, Юлианочка. Пока секрет. Но тебе, - Андрей перешел на шепот, - как одному из самых близких мне друзей, я могу его выдать. - Да неужели? - в голосе Юлианы снова появились ироничные нотки. - Какая честь для меня. - Правда, кое-что попрошу за это, - решил поторговаться мужчина. - Да ты, оказывается, корыстный, Андрюша. Но почему-то меня это не удивляет. И чего же ты хочешь? - Самую малость... телефон Катерины. В трубке помолчали, а когда заговорили, то уже без всякой игривости. - Андрей, если бы Катя хотела с тобой поговорить, она сама бы с тобой связалась. Ты не находишь? - Может быть, она просто не догадалась, что я жду ее звонка? - Может быть и так. А может, она пока не готова тебе что-либо сказать. Знаешь, мне не хотелось бы потерять доверие этой девочки. Так что придется тебе подождать ее возвращения. - Тогда хоть скажи, когда это произойдет. - Завтра суббота - открытие конкурса. Закрытие - ровно через неделю. Думаю, в воскресенье вечером мы будем в Москве. Если ничего не изменится. Разговор с Юлианой успокоения не принес, и Андрей решил восстановить душевное равновесие беседой с лучшим другом. Малиновский ответил сразу, но, судя по звукам, доносившимся из трубки, был не дома. Возвращаться к себе не было смысла - сын уже наверняка спал, а сам Андрей сейчас уснуть был не в состоянии, - и он поехал по указанному другом адресу. Роман наслаждался обществом двух нимф - брюнетки и рыженькой, - успевая уделять внимание каждой, ни одну не обижая. Появление друга встретил оптимистично, но сведенные в одну линию брови Жданова тут же умерили его пыл, и девушки были оставлены “поскучать вдвоем”, тогда как мужчины переместились к барной стойке. Заказав выпивку, Жданов поделился подробностями своего разговора с Виноградовой. Малиновский, как настоящий друг, молча выслушал его эмоциональную речь, не забывая, тем не менее, про оставленных за столиком птичек - улыбаясь и подмигивая им. - Малина, как бы мне в Египет попасть? - перешел Жданов от монолога к диалогу. - Как-как, самолетом, конечно. - Да это понятно. Но работы - во! - он провел ладонью по горлу. - Совет директоров на носу. Даже в субботу не отдохнуть. - Ну вот, ты же сам все понимаешь. Ничего с тобой за неделю не случится - потерпишь. - Ну, Юлиана! Интриганка! Вот почему она мне Катин телефон не дала? - снова взорвался Андрей. - Да потому что Кате он самой нужен, - пошутил Малиновский. - Роман! - Жданов шутки не оценил. Впрочем, Рома на это особо и не рассчитывал. - Да ладно ты, не нервничай так. Молодому папаше это вредно. И вообще, расслабься. Посмотри, какие девочки вокруг. Выбирай любую! - он снова отсалютовал бокалом ожидающим их за столиком девушкам. Андрей равнодушно скользнул взглядом по залу и снова с претензией уставился на друга. - Да никто не украдет там твою Пушкареву, - успокоил его Малиновский. - Думаю, кроме тебя, она и не нужна никому. - Я тебя сейчас стукну, - не внял словам друга Андрей. - И вообще, если она понравилась мне, почему ты думаешь, что не может понравиться еще кому-то? - Может, потому, что ты у нас такой уникальный и только тебе нравится подобная экзотика? - Друг называется. Ладно, без тебя придумаю что-нибудь, - Андрей допил остатки виски и поднялся, чтобы уйти. У Малиновского понимания было не найти - тот уже весь был в предвкушении более тесного контакта с одной из рыбок. - Ну ты чего, Андрюха, - застыдился вдруг своей нечуткости Роман и попытался остановить Жданова, - не обижайся. Все равно сейчас ничего не сделаешь, а завтра что-нибудь придумаем. - Да ладно, Ромка, не грузись. Прости, мне что-то не отдыхается. Я домой. Малиновский проводил его взглядом и вернулся за столик к оставленным подружкам, с удовольствием забыв до утра обо всех проблемах: как своих, так и чужих.