Я вроде не гей, но ты мне нравишься

На вершине обрыва стоят два пятнадцатилетних мальчика. Один смотрел вдаль, приложив ладонь ко лбу козырьком, его губы подернула слабая улыбка, отразившаяся не только в губах, но и в глазах, каждой веснушке его молочного лица. Другой зачарованно наблюдал за первым и нервно поправлял немного длинные для парня волосы. Веснушчатый паренек был значительно ниже черноволосого, однако он был гораздо более подвижный, будто по всему телу пропускали ток. А тот, что повыше имел крайне задумчивый и серьезный вид для своего юного возраста. - Этого луча не существует, - скептически посмотрел на друга "высокий". - Ром, какая ты огромная зануда! - "мелкий" подступил ближе к краю обрыва, вниз полетели мелкие камешки. Оказывается, серьезного звали Роман, он хмыкнул, как будто слышал это не впервые. - Открыл Америку! Мы уже здесь с четырех утра торчим, - он вытащил из кармана два яблока. - Будешь? Веснушчатый еще раз посмотрел на горизонт и нахмурился, взвешивая стоит ли отворачиваться и брать яблоко или остаться на месте. Но голод перевесил и юноша выхватил из рук Ромы зеленый фрукт. Рома вздрогнул. - Ты чего? Замерз, что ли? Длинноволосый отрицательно помотал головой и грустно вздохнул. - А в чем дело? - веснушчатый взволнованно взглянул на него и куснул яблоко. - Ты из-за перевода боишься? - Есть такое, но, думаю, в Плехановской Академии будет интересно, - он сглотнул и подошел ближе к другу. - Меня беспокоит нечто другое. "Мелкий" удивленно приподнял одну бровь, продолжая поедать яблоко. В этот момент небо пронзил зеленый луч, словно сотни изумрудных бабочек танцевали в прохладном утреннем воздухе, тихо трепеща крылышками и даря далекому путнику надежду. - Я же говорил! - он радостно запрыгал на краю, улыбаясь во всю ширь рта. - А ты не верил! А-а-а-а-а! Земля уходила из-под ног веснушчатого, теряя сырые комья во мгле. Роман кинулся к другу, стараясь удержать его за руку. - Максим, ты держишься? - крикнул он, едва сдерживая слезы страха. Веснушчатый как мог кивнул, хватая ладонь Ромы и удерживаясь только благодаря ей. Силы уже были на исходе, но он упорно держал своего друга, покрываясь бусинами пота. - Что же тебя беспокоит? Самый подходящий момент рассказать, - еле заметно улыбнулся Максим, облизывая обветренные губы. Он не хотел казаться слабым, когда жить оставалось несколько минут: понимал, что Рома не выдержит его вес. - Я тебя люблю, - тяжело дыша, произнес парень и закрыл глаза. - Люблю не так, как любят друзей. Максим закашлялся и начал выскальзывать из рук. - Отпускай! - крикнул он, по щеке поползли неуклюжие слезы. - Иначе ты тоже упадешь! - Нет! Максим разжал ладонь и полетел вниз на острые камни бушующего внизу моря. Он распрямил руки, словно крылья, и улыбнулся. Даже, когда по пятам гналась смерть, он улыбался - знал, что этого оружия старушка с косой боится больше всего. - Я тебя тоже! - сказал он в последний раз и скрылся под водой. Рома лег набок и обхватил колени, крича от боли и задыхаясь от слез и комка, который застрял в горле. Все разом потеряло для него смысл. Вундеркинд? Да зачем ему ум, если нет рядом того, кого он любит? Зачем привлекательная внешность, если некого больше влюблять? Зачем жить, когда последний росчерк краски в его скучном существовании так нелепо исчез? POV Романа Корсакова. Я проснулся в холодном поту, резко приподнявшись с постели. За окном еще не рассвело, а будильник не прозвенел. Когда же этот кошмар юности перестанет меня мучить? Невозможно так жить, в то время как постоянно теребят незаживающую рану, ковыряя пальчиками мерзких снов, тыкая скальпелем вечной вины. А еще этот студент, как две капли воды похожий на моего погибшего друга. Я не верю в реинкарнацию, но он просто его копия: такой же неудачливый, веснушчатый, с игривым блеском в глазах. Увидев его в день нашего не совсем приятного знакомства, я чуть не хлопнулся в обморок. После этого на протяжении года бессонница мучает меня, вторгаясь в память безутешными чувствами и воспоминаниями. Думал, что узнав его поближе, мне станет легче. Ведь тогда я разуверюсь в его непередаваемой схожести с моим Максимом, но студент похоже и вправду стал пристанищем для его души. Этот Свиридов, сам не ведая, захватил кусок пространства в моем сердце, и я представления не имею, что поделать. Глупый мальчишка. Он думал, что разыграл меня с Мариной, которой в самом-то деле и не существовало. Я придумал историю, чтобы посмотреть какой ход сделает Свиридов. Но он выдал все в первый же день, видимо, у него совершенно нет друзей, раз доверил секреты первому встречному, тем более гею. А как смешно было выслушивать его гневные отзывы обо мне, наполненные "одноэтажным" матом. Если бы он знал, что своим отношением я просто хочу уничтожить в себе чувство к нему. Ненависть - обратное тому, что я испытываю. Конечно, с годами мне легче стало сдерживать свои порывы к молодым людям, но перед ним я слегка терялся, хорошо, что хотя бы не краснею. В принципе, происходящее со мной - неудивительно: чем больше серого вещества в мозгах и нервных окончаний, тем человек более эмоционален. Я же уникальный случай - мой мозг эволюционировал в следующую стадию, но лучше я был бы тупым и безмозглым, чем это наказание. Я не могу ничего забыть, ни-че-го! Я не могу похоронить чувства под маской тщеславия, гордости, высокомерия, поскольку ночью они вырываются наружу, сжигая внутри все хорошее, как огонь сухое сено. Знать все на шаг вперед - скучно! Для меня даже самый хитрый жулик предсказуем до вставных зубов. А некоторые мечтают получить мозги... Поверьте, хорошим это не закончится, как и не начнется. Каждый день стараться скрыть свою истинную сущность... Наверное, поэтому Максиму я не сказал свое настоящее имя, он сразу же догадается, кто этот Russian Bad. Хотя мое признание не за горами, так долго это не может продолжаться, но для начала влюбим в себя мальчишку...