Цирк уродов

Алло, Керкленд, это ты? -Да, Франциск. Некогда объяснять. Ты можешь приехать ко мне? Трубку бросили. Послышались гудки. Керкленд стоял в своей комнате, вслушиваясь в них. Надеялся услышать в них положительный ответ заклятого друга. А потом понял, что это до настолько глупо, что хочется смеяться и…плакать. Да, Артур хотел рыдать, как девчонка, в подушку. Подолгу, пока просто не останется слез. Но он не позволил себе этой слабости. Лишь только засмеялся от осознания того, насколько все безнадежно. Безвольный шут Брагинского, который должен подчиниться всем его безумным прихотям. Лишь только потому, что, обозвав Арловскую сукой, констатировал факт, он должен убить страну. Он должен грохнуть целую нацию. Миллионы людей. Крыша поехала у русского, оставив дом на месте. Зачем ему это? Зачем, блять? И Керкленд начал звонить. Всем подряд. И без того слабая надежда на то, что его хотя бы кто-то выслушает, гасла с каждой сброшенной трубкой на том конце. Все же один ответил ему. -Да ладно тебе, Артур, что за бредни? — Испанец засмеялся. — Пока тебя не было, эти двое заключили договор на очень выгодных для Хонды условий. Впервые вижу его настолько радостным. Эй, ты меня слышишь? Керкленд был шокирован. Мобильник полетел целоваться с мраморной плиткой. Разбился. Спустя полчаса Артур сидел и глядел, как с треском догорают в камине клоунский нос и письмо. Все равно никто не поверит ему. А вдруг это действительно плод его воображения? Что, если он просто сошел с ума? -Нет, — высказал он вслух самому себе, глядя на маленькую белую таблетку. Единственное, что не поглотило пламя из присланного «подарка». «Я бы сделал это сам, но ты ведь знаешь, бедняга настрадается. » При воспоминании этой строчки Керкленда передернуло. Он боялся представить, что русский может сделать с быстро развивающейся страной. Брагинский же больной на всю голову. Одно было ясно: японец уже ходячий мертвец. Знакомая тошнота подкатила к горлу. Люди… Что с ними будет? Выпотрошенные тела, изуродованные лица, детский плач, предсмертные крики. Артур видел смерть миллионов людей, но чтобы целая нация исчезла в одно мгновение… Нет! Он не должен быть безвольным клоуном. Он не поддастся страху перед Брагинским. Ведь не зря он Великобритания. И тут Керкленд вспомнил, что сам скоро может помереть. Из глаз потекла предательская слеза. Иван единственный, кто мог ему помочь. Слишком сложный выбор между смертью своего народа и уничтожением другого. Артур уже начал замечать, что люди мимо его дома стали реже спешить по своим делам. Болезнь медленно, но верно, брала свое. Газетные заголовки пестрили об этом. Артур впервые решил вместо чая выпить кофе. Боялся уснуть и начать видеть эти чертовы сны. Включил старый телевизор, до этого пылящийся в углу. Ничего интересного. Глаза все натыкались на на таблетку. Примет ее — согласится на условия Брагинского. Нет-сдохнет. Стены в доме были тонкими. Поэтому Керкленд прекрасно расслышал, как снизу к нему по скрипучей лестнице кто-то не спеша поднимается. Вот и приехали.