По собственному желанию...

      POV Катя Пушкарева…       Еще раз дав себе клятву все вытерпеть, я вышла из дома пораньше и пошла на работу пешком, это тоже была статья экономии средств. Положение стало просто отчаянным.       Огромные суммы уходили на лекарства для папы, особенно больно было оттого, что в последние несколько лет появилась реальная возможность помочь ему. Но квоту на операцию выбить нам так и не удалось, а своих денег у нас, как вы понимаете, не было. Колька мог бы раздобыть деньги, играя на бирже, только где было взять первоначальный капитал? Я должна была все выдержать, чтобы если и не заработать на игру на бирже, то хотя бы на лекарства стабильно зарабатывать.       POV Андрей Жданов…       День не задался с самого утра. Вначале мне пришлось решать проблему с размещением новой сотрудницы. Ну, некуда было ее поместить. Разве только в кладовку, где папа раньше хранил архивные документы. Это было не по-человечески, но выхода не было.       — Пойдемте, я покажу вам ваше рабочее место, — сказал я девчонке, скрепя сердце, и распахнул дверцу чулана у самого моего стола, — ваш кабинет. Здесь, конечно сыровато, немного тесно и нет окна, но другого места, увы, у нас нет. Во всяком случае, пока.       — Когда мой папа служил в Забайкальском военном округе мы жили в такой квартире всей семьей.       — Ну, что же, это интересно, — перебил я ее. Мне и так было неловко, и очень уж не хотелось, чтобы еще и к ней у меня появилось чувство жалости. — Значит так, у вас будет две телефонных линии, причем одна из них моя личная. Разумеется вам поставят компьютер, интернет. Минут через пятнадцать-двадцать все уже будет сделано, а пока можете пойти выпить чашечку кофе.       — Спасибо, — сказала Катя и бесшумно удалилась.       Было в ней что-то щемяще-жалобное, весь ее внешний вид говорил если не о нищете, то о большой нужде. И это меня разозлило. Она, конечно, не была виновата в том, что мне вдруг стало ее жалко, но мне хватало и своих заморочек выше крыши. Мне и без нее было кого жалеть и о ком заботиться. Поэтому я для себя раз и навсегда решил — весь мир не обогреешь, мне нужна помощница, а не еще одна подопечная.       Через двадцать минут ее «кабинет» был приведен в относительный порядок, Катя с места в карьер начала работать, а я с места в карьер начал вытравлять из себя чувство жалости к ней, называя ее то Катей, то Клавой и заставляя себя поверить, что мне плевать с высокой колокольни на всех убогих и несчастных.       В десять тридцать на пороге моего кабинета материализовалась Кирюша, подталкивающая в спину Викторию.       — Доброе утро, — съязвил я, — а я уж и не надеялся, что ты появишься, Виктория.       — Андрюша, это я ее задержала, не сердись.       — Кирочка, деточка, если ты решила задерживать мою секретаршу своими разговорами, так может пусть она сразу переедет в твою приемную, а я себе заберу Амуру? Вика, вы устроились на работу, а не в кружок художественного свиста. Будете опаздывать, не важно по какой причине, вряд ли мы сработаемся.       — Больше такого не повторится, — улыбаясь, проворковала Клочкова.       — Кира, если и дальше будешь мне врать, твоя подружка вылетит с работы, как ядро из пушки. Ты что думаешь, я не знаю, что она только что пришла? — шепнул я на ухо Кирюше, когда она наклонилась, чтобы меня поцеловать. — Клава! — крикнул я уворачиваясь от поцелуя.       — Я Катя, — сказала Пушкарева, выходя из своего чулана.       — Да, конечно, Катя. Познакомьтесь, Катенька — это Вика. Теперь у меня будет два личных секретаря. Во время испытательного срока вы будете делить одну ставку на двоих.       — Я надеюсь, что к концу этого испытательного срока ты образумишься и поймешь, что тебе нужна одна секретарша. Да? — Кира презрительно глянула на Катю.       — Угу. Одна секретарша и одна личная помощница.       — Ну, это уж чересчур! — Кирюша фыркнув покинула мой кабинет.       — Присаживайтесь, Катя, — пригласил я, но Виктория ее опередила, плюхнулась по-хозяйски в кресло и тоном, не терпящем возражения, отдала свой барский приказ.       — Сделай-ка нам кофейку.       — Андрей Павлович, подчинение приказам второй секретарши входит в мои служебные обязанности?       — Нет, конечно. Присаживайтесь. Ну, что же, нам следует обсудить, как вы будете работать. Виктория, прошу вас заметить, что приготовление кофе входит в ваши и только ваши обязанности.       — Как скажешь.       Приплыли! Я ей на «вы», она мне на «ты». Ну, сучка шпионская, получи по полной программе. И за себя, и за свою подругу, и за мою тюрьму, и за все по совокупности.       — Я думаю, что нам нужно изначально разделить между вами обязанности, — Катя тут же достала из кармана блокнот и ручку, приготовившись записывать свои обязанности, а Викуся так и продолжала хлопать своими наклеенными ресницами. — Итак, ваши обязанности.       — Я могла бы… — открыла рот Клочкова.       — Ну, для начала не опаздывать, не перебивать президента и не «тыкать» ему. Что касается вас, Катенька, вам я поручаю банки, а так же все, что с ними связано, доходами, расходами, бюджетом, поставщиками и покупателями. Инга оставила вам органайзер со всеми номерами телефонов. Затем расписанием, ведением документации, моими личными контактами. Что касается вас, Виктория, вы будете любезно встречать посетителей, готовить им кофе…       — Я знаю, что мне делать, Андрей! Создавать твой имидж, организовывать деловые завтраки и ужины, связи с общественностью, — снова перебила меня эта кукла и это меня взбесило.       — Нет, Викуся. Во-первых, вы сейчас закроете рот, а если еще раз меня перебьете, то уже в статусе безработной. Во-вторых, так уж получилось, извините, на сегодняшний день я ваш босс, еще раз услышу «ты», и вы сразу встаете, и идете жаловаться подруге, что вас уволили. Понятно? — Вика судорожно сглотнула слюну и кивнула. — Повторяю, ваша работа заключается в подаче кофе посетителям и вежливой приторной улыбке для всех, кто переступит порог моей приемной. Это ясно?       — Да. Кстати, Андрей, может…       — Андрей Павлович!       — Но мы ведь друзья!       — Кто сказал? Вы подруга Киры, Виктория, а не моя. Так что вы хотели сказать? Что там кстати?       — Я просто хотела бы обсудить одну маленькую деталь. Раз уж нас двое, так может быть, ты… вы сделаете своим личным помощником меня? Это логично, и люди не будут путаться.       — Виктория, у вас что-то с логикой не в порядке. Если один работник занимается высококвалифицированной работой, а второй только подает кофе, так кого логичнее сделать своим помощником? Ваша должность полностью соответствует вашим обязанностям. Моими личными контактами и переговорами…       — Само собой, — кукла снова меня перебила.       Я встал, пошел к своему столу и набрал Урядова: — Георгий Юрьевич, Виктория Клочкова не прошла испытательный срок, готовьте приказ о ее увольнении.       — Андрей Павлович, даю вам слово, этого больше не повторится. Я никогда больше не буду вас перебивать.       — Жорик, отбой, — я вернулся к девочкам. — Так вот, моими личными контактами и переговорами, звонками и записными книжками тоже будет заниматься Клава.       — Я Катя.       — Да, Катенька, конечно. Вот мое расписание на сегодня, — я передал Пушкаревой листок, — вопросы есть?       — У меня нет, — сказала Катя, погрузившись в изучение расписания.       — Тогда идите работать.       — А у меня есть вопрос, — Вика поджала губы.       — Слушаю.       — А я вообще вам нужна?       — Вы же прекрасно знаете, что нет. Но мы сделаем вид, что вы очень нужны мне. Как «лицо компании». Главное, не мешайте работать Кате.       Вика выскочила из кабинета, как ошпаренная, и уже через пять минут в приемной ее не стало. Это был прекрасный повод прямо сейчас избавиться от Клочковой, наглядно показав Кире, как та манкирует своими обязанностями. Я позвонил Кирюше, и услышал, как звонок ее мобильного запел в конференц-зале.       — Кирочка, мне нужно с тобой поговорить, родная.       — Я сейчас не могу, я уехала по торговым точкам, — раздалось из трубки и одновременно из-за двери в зал заседаний.       Это было что-то новенькое и я собрался распахнуть дверь, но услышал весьма интересный и противный диалог между моей невестой и моей же секретаршей. Нашли где секретничать. Дуры!