По собственному желанию...

      POV Катя Пушкарева…       По лицу Кю словно судорога прошла. Она побледнела и закусила губу. Везет мне сегодня на меняющих цвет лица дамочек. Одна краснеет пятнами, другая бледнеет вся и сразу.       — Врач больного не обидит? Ты это о чем? Что ты знаешь? Кто тебе рассказал?       — О чем вы, Кира Юрьевна, я не понимаю?       — Все ты прекрасно понимаешь, дрянь. Причем тут врач и больной?       — Дрянь, говорите? Была бы дрянью — отдала бы вам органайзер Андрея Павловича и не наживала бы себе неприятностей.       — Причем тут врач и больной?       — А причем тут солдат и ребенок? Так говорят. Просто так говорят, но, судя по вашей реакции на мою невинную поговорку… я даже не знаю, что и думать.       — А думать не твое дело, твое дело работать.       — Бездумно? Очень интересно. Я не умею бездумно, это же не тряпкой махать. Хотя и тряпкой махать бездумно тоже не стоит.       — А ты хамка. Дерзкая хамка.       — Очень интересно. Вы называете меня дрянью за то, что я честно выполняю свои обязанности, а хамка я.       — Я имею право называть тебя, как хочу, а вот ты не смеешь и рта раскрывать, потому что перед тобой акционер, начальник отдела продаж и невеста президента.       — Вы не имеете права называть меня, как вам заблагорассудится, я не ваша раба, что же касается начальника отдела продаж и акционера… Так вы же меня уволили, с какой стати мне сохранять лояльность по отношению к вам? А что касается невесты президента, — я зажмурилась, но решила идти до конца, — бедный Андрей Павлович.       Она задышала так, словно ей в легкие вдруг почти перестал попадать воздух, однако, меня уже было не остановить. Дрянь, значит, дрянь.       — Даю вам слово, Кира Юрьевна, я найду способ рассказать о нашем разговоре Андрею Павловичу. У меня для этого есть все возможности. Вы считаете, что вместе с моим исчезновением из компании исчезнут и все ваши проблемы? Вы заблуждаетесь. Уверяю вас, ваши проблемы с этого момента только начинаются. До свидания.       Я быстренько побросала в сумку свои вещи, заодно незаметно прихватив органайзер и личную записную книжку Андрея, и собралась выйти из чулана, но Кю меня остановила.       — Катя, поверь мне. Мне очень не хочется тебя увольнять. Но мы здесь одна команда, а ты отказываешься работать по нашим правилам. Еще не поздно все изменить. Ведь ты же не хочешь потерять это место?       — Нет, не хочу. Но и работать с вами я тоже не хочу. Потому что играть по вашим правилам — это значит стать дрянью.       — Катенька, ты ведь умная девушка. Ты должна понимать, что для того, чтобы работать в коллективе, мало иметь образование и знать языки. Для работы важно уметь находить общий язык с важными тебе людьми.       — Важными? Или нужными, Кира Юрьевна?       — Важными, Катя. Неужели я предлагаю тебе что-то неприличное? Ты же женщина, и должна понимать, что за мужчинами нужен глаз да глаз. Мне нужна информация об Андрее Павловиче, только и всего. Если ты будешь дружить со мной, то я сделаю все возможное, чтобы ты могла здесь не только долго и счастливо работать, но и получать за это достойную зарплату. Если я задаю тебе какой-то вопрос, то на него нужно честно ответить. А если я тебя о чем-то прошу, то ты просто должна выполнить эту просьбу.        — Дружить? Кира Юрьевна, Вы меня простите, но дружбу я по-другому понимаю. А моя зарплата меня вполне устраивает, а если бы и не устраивала, я все равно не стала бы дрянью и не приняла бы ваше «приличное» предложение, — я ее презирала, и скрывать свое презрение не посчитала нужным.       — А у тебя уже нет никакой зарплаты. И работы у тебя тоже нет.       — Зато у меня есть совесть, в отличие от вас и вам подобным, — я кивнула ей, повернулась и вышла за дверь.       — Я ошиблась, назвав тебя женщиной, ты не женщина, ты пародия на нее, — понеслось мне вслед, но я даже не обернулась, потому что прямо передо мной стоял Андрей Павлович, сложив руки на груди и слегка перекатываясь с пятки на носок. Я достала из сумки его вещи и молча подала ему, он помотал головой.       — Не нужно, Катенька, ступайте на свое рабочее место. Кирюша, пойдем в твой кабинет, нам нужно поговорить.       Кю стала не просто белой, а какой-то даже зеленой, но беспрекословно последовала за Андреем.       POV Андрей Жданов…       Однако, как вовремя, как удачно я вернулся с обеда, ничего нового о Кире я не узнал из услышанного разговора между ней и Катей, разве что вскрылось еще одно пренеприятное обстоятельство — Кира пытается вербовать доносчиков, одной Клочковой ей мало. Зато о Катерине я узнал очень много нового.       Девушка, как оказалась, имела несгибаемый внутренний стержень, имела свой кодекс чести и умела за себя постоять. Это радовало. Видно, помощница мне досталась, что надо.       Войдя в Кирин кабинет, я без слов снял с крючка ее плащ и подал ей.       — Мы куда-то идем? — встревоженно спросила Кирюша.       — Едем. К Нине Алексеевне едем. И это не обсуждается.       — Подожди, Андрей! Вначале ты должен уволить Пушкареву.       — Я ничего не должен, и Пушкареву я увольнять не собираюсь. За что мне ее увольнять? За ее порядочность и честность?       — А что у тебя в этом органайзере, раз ты его от меня так усердно прячешь?       — Хороший вопрос. И ты должна была его задать мне, если тебя интересует содержимое моего органайзера. Мне, а не Катерине. Неужели такие прописные истины нужно объяснять? Неужели ты не понимаешь, что унизила не Катю, а меня и себя?       — Ты должен уволить Пушкареву. Она мне хамила и вела себя вызывающе! А просьбу дать мне твой органайзер она и вовсе проигнорировала!       — Я приказал ей никому не давать мои личные вещи. Она выполняла мой приказ.       — Она должна уважать меня, Андрей! Потому что я не уборщица, а акционер, твоя невеста и начальник отдела продаж! — Кира уже кричала.       Но все ее крики и скандалы — это даже неплохо. Чем сильнее у нее сейчас будет срыв, тем проще будет Нине Алексеевне резко купировать ее рецидив. Сразу вкатив ей ударную дозу, а потом только поддерживая медикаментозно. О! Я уже мог защищать диссертацию по Кирюшиной болезни!       — Девочка моя, а тебе не кажется, что уважать человека можно только за поступки, а не за должности? И, кстати, иная уборщица заслуживает уважения гораздо больше, чем иной акционер. Теперь пойдем дальше. Ты ошибаешься. Кем бы ты не была, если я отдал Катерине приказ, она должна его выполнить во что бы то ни стало. Ты не имеешь никакого права отменять мои приказы. А так же у тебя нет никакого права не только увольнять людей, но и угрожать им увольнением! Это понятно? Все, собирайся, поехали к Нине Алексеевне. Ты обещала мне, что поедешь.       — Я поеду, Андрюша, только дай мне слово, что не оставишь меня в клинике. Дай мне слово!       — Я даю тебе слово, что мы выполним все рекомендации врача. Даже если она скажет пройти электрошок! Я хочу, чтобы моя невеста поправилась, чтобы у нее периоды ремиссии были как можно дольше, чтобы мы с тобой смогли создать нормальную семью и быть всегда вместе.       Я врал, я беззастенчиво врал, но она меня достала, достала до мозжечка...