Частицы

Последнее, что помнит Дезмонд, это то, как, уходя с выставки, завернул в подворотню, чтобы побыстрее добраться до метро. А теперь он почему-то лицезрел белый потолок, явно не больничный. – Что за хрень? Голос звучал тихо и хрипло. Голова раскалывалась. Точно, его же по затылку ударили... – Где я? Он лежал на большой двухспальной кровати, слева находился письменный стол и стул, справа – дверь. Майлс встал и подошел к ней. Загерметизирована? Это что ещё за супер технологии? Дезмонд решил осмотреть место своего пребывания. Так сказать, разведать обстановку. В комнате, где он проснулся, также обнаружился шкаф. Неоткрывающийся (дьявол, даже не переодеться!). В комнате также обнаружился вход в ещё одно помещение, где располагался туалет и прозрачная душевая кабина. Парень подошел к раковине с зеркалом и повернулся спиной к отражению. Да уж, нехило его приложили. Вся толстовка сзади была запачкана кровью. Карие глаза американца наткнулись на полотенца, стопочкой лежавшие у стенки. Он смочил полотенце водой и, приложив к ушибу, вернулся на кровать. Кому он вообще был нужен? Ладно, кто-то же должен прийти и объяснить ему ситуацию, надо просто подождать. Ждать этого «кого-то» пришлось долго, несколько часов точно. Он даже поспать успел. С характерным звуком дверь разгерметизировалась, и в комнату вошли трое: два охранника, вставшие у двери, и крепкий мужчина в возрасте. Лицо у него было надменное, и на Дезмонда он смотрел с некоторой каплей презрения. – Добрый день, мистер Майлс, как вы себя чувствуете? – Кто вы такие и где я? – Как грубо отвечать вопросом на вопрос, – мужчина скривился. – Не стоит притворятся невинной овечкой, вы и так все знаете, мистер Майлс. Однако, раз вы можете грубить, значит, вполне здоровы, а это все, что меня интересовало. Пока седой мужчина говорил, Майлс мельком осмотрел двух амбалов, вставших у дверей. Синяя форма с белой полоской. Абстерго. Да, бармен действительно знал, кто его похитители. Даже назвал в честь них коктейль. – Возможно, но я понятия не имею, зачем здесь. – Здесь вы правы, признаю, моя ошибка. Вы нужны нам для благой цели, мистер Майлс. Видите ли, мы не отпустим вас, пока не получим в подарок от вашего отца кое-что важное для нашего дела. Так что располагайтесь поудобнее. – Тогда вы зря теряете время. – Это мы еще посмотрим, мистер Майлс. С этими словами, мужчина удалился, дверь за ними тихо закрылась. Они действительно полагают, что ассассины обменяют, его, предателя, на «кое-что» важное? Это глупо. Но, что будет, когда они поймут всю бесплодность этой затеи? В терзаниях от подобных мыслей прошло два дня, ну или так показалось заключенному. Ведь с тех пор его никто не навещал, времени не у кого спросить, а часов тут нет. Дезмонд ориентировался только по собственной усталости и по кормежке. От скуки он заново исследовал свои хоромы и обнаружил, что в ванной из вентиляции можно услышать, что говорят за стеной. Причем услышать можно было весьма отчетливо. Так что большую часть времени Майлс подслушивал разговоры работников фармацевтической компании. Из этих разговоров Дезмонд узнал, что тот седой мужик – местный ученый, являющийся куратором какого-то эксперимента со странным названием «Анимус», Уоррен Видик. Также он понял, что хоть его и уважают, но явно недолюбливают, раз дали ему кличку «бородатый козел», которую, правда, при нем, естественно, не озвучивали. Зачастую за стенкой были слышны препирательства этого «козла» с некой миссис Стилман, которая пыталась добиться для какого-то «Объекта 16» перерыва, а иначе последний может умереть. Видика это не волновало. На третий день Дезмонд проснулся в странном приподнятом настроении. На вопрос почему он бы не дал ответа, но Майлс и не пытался. Он просто снова сел под вентиляцией и слушал монотонный гул тысячи голосов, доносящихся с разных этажей. За стеной никто не разговаривал, потому этот гул только и был слышен. А пару часов спустя послышались шаги и неприятный надменный голос Видика. – Миссис Стилман, как продвигается эксперимент? – Плохо, мистер Видик. Данные извлекать все сложнее, картинка путается, 16 прыгает с эпохи на эпоху. Уоррен, ему нужно отдохнуть. – Потом отдохнет. У нас итак мало времени. Что насчет этих дикарей? Вы отправили им уведомление о местонахождении мистера Майлса? – Да. Также службой безопасности было отмечено, что за последние время около здания была замечена подозрительная активность нескольких неизвестных лиц. – Хорошо, значит, уже скоро ловушка захлопнется. Неужели? Они решились на обмен? Но... Это же глупо. Сомнения одолевали Дезмонда. Сомнения и надежда. И эти моральные терзания весьма сильно измотали его за день, так что он уснул почти мгновенно после того, как его голова коснулась подушки. Сквозь уютную пелену сна доносились тихие и непонятные звуки. Но с каждым вдохом, с каждым выдохом они становились все громче и четче, пока наконец не обрели целостность: – Дезмонд, да вставай же! Майлс подскочил на кровати. – Альтаир?.. – Пойдем, у нас нет времени, мы должны торопится, пока твое отсутствие не заметили. Он схватил Дезмонда за рукав и потянул за собой в коридор. Дверь была открыта.  В самом коридоре было очень тихо, даже их торопливые шаги не нарушали его покой. Сквозь редкие окна лился слабый лунный свет, его хватало, чтобы не упасть в потемках, но разогнать мрак, забившийся по углам, этот скудный свет не мог. – Как ты открыл дверь, что ты вообще здесь делаешь? – Дверь с элементарным кодом, я взломал его за пять секунд, а причина моего здесь нахождения... Что, так не понятно? По-моему, вполне очевидно, что я вытаскиваю твою задницу отсюда. – Ты... – от неожиданности парень встал как вкопанный. Неужели тогда, в баре, еще в первый день их знакомства ему не показалось? – Ты ассассин? – Кто? Что за чушь ты несешь, Майлс? – Альтаир схватил бармена за локоть и поволок дальше по коридору, в сторону виднеющегося лифта. – Не стой на месте, я же сказал, у нас мало времени. Эцио и Коннор не могут их вечно отвлекать, я, конечно, отключил сигнализацию, но очень скоро охрана вернется на этот этаж. – Мы что, на лифте спустимся? – Нет, кто будет заниматься такой ерундой? Мы поднимемся по шахте лифта на крышу, – подойдя к лифту, Ла-Ахад поставил Дезмонда в самом темном углу и сказал ждать, пока он вызовет лифт. Там может кто-то быть. И правда. Из приехавшего лифта вывалилось семеро охранников, одного из них уложил бармен. Все же уроки отца даром не прошли, пусть и после стольких лет. Когда Дезмонд обернулся, чтобы помочь арабу, то поражено наблюдал, как Альтаир добивает шестого противника мощным ударом колена о голову оппонента. Причем на Альтаире не было ни царапинки, в то время как Дезмонду за время короткого боя отбили костяшки на руках и поставили фингал. – Эээ... – Не стой столбом, подсади, – указывая на лифт, попросил Альтаир. – Да, конечно. Дезмонд забежал в лифт и, встав у стены, сложил руки в замок, дабы подсадить друга. Ла-Ахад выбил люк на крыше лифта и, забравшись, помог залезть американцу. Они стали подниматься по неудобной и опасной лестнице. – А почему мы не могли воспользоваться лифтом? – А как бы ты выбирался из лифта, управление которого перехватили? – Вот тогда бы и полез в шахту. – Да? И это как? Они ведь загерметизировали бы люк, ты бы его и на миллиметр не сдвинул. – Фигово. А как... – Дезмонд, лезь молча. У тебя и так выносливость ниже среднего, а ты еще разговаривать пытаешься, – хах, грубая забота Альтаира. Вот он тебе вроде нагрубил, да только это ради твоего блага и было. Дыхалка и выносливость у Дезмонда и вправду были ниже среднего. Он ведь восемь лет ничего не делал, старался залечь на дно. У него уже руки и ноги немели от непрекращающегося подъёма, но Майлс лез первым и ударять в грязь лицом перед другом не собирался. – Потерпи, осталась пара этажей, – однако от его золотых глаз (без преувеличений) сложно было что-то укрыть. Зачастую Дезмонду казалось, что Альтаир замечает все, что происходит вокруг него. В отличии от Эцио, Альтаира можно было обмануть, но вот скрыть физическое состояние от него было нереально. Однако обмануть Ла-Ахада можно было только если пойти его же методом. Лицо-кирпич – и никто не скажет, солгал ты или нет, шутишь или всерьез. Вот Альтаир шутить не умел. Совсем. Вскоре они выбрались на крышу, с которой открывался великолепный вид на Нью-Йорк, но им на него сейчас было плевать. Здесь их уже ждали Эцио и незнакомый Дезмонду метис. – Отлично, вы наконец-то здесь, можно сваливать, – радостно произнес итальянец. – Стоп. Как? Мы же на крыше! – только сейчас Майлс понял, что они загнали сами себя в угол! Ну не прыгать же им, в конце концов, с самого высокого здания Квинса в, скажем, сено! Это чистой воды самоубийство! Троица, к которой обращался бармен, как-то гаденько усмехнулась. – Скажи, Дез, ты же не боишься высоты? – невинно поинтересовался Эцио. – Нет. – А с парашютом прыгал? – ехидно спросил Альтаир. – Да. – Значит, и сейчас сможешь прыгнуть, – подвёл итог метис. Он к, слову, возвышался над всеми аж на пол головы, да и в плечах был намного шире. Однако его доброе лицо, сохранившее какую-то детскую очаровательность, вызывало доверие. Все это, если честно, странно сочеталось с какой-то бэтменовской аурой, исходившей от него. – Че?! Вы с ума сошли?! – бармен был в шоке. – Какой, к черту, парашют в городе высоток, да тут ветра имеют свойство постоянно менять направление! – Успокойся, нам нужно только спланировать вон на то здание, – Ла-Ахад указал на соседнюю высотку, которая была раза в два меньше здания фармацевтической компании. – Не волнуйся, я уверен, что у тебя все получится! – задорно улыбнулся Аудиторе. Что ж, у него и правда вышло вполне не плохо. Но коленки он себе при приземлении все равно ободрал. Дезмонд даже был вынужден сам себе признаться, что ему понравилось планировать над ночным городом. – Вот, видишь! – к Майлсу подошел Эцио и протянул руку помощи. – Я же сказал, что ты смо... Конец фразы утонул в звуке взрыва. Четверка молодых людей пораженно уставилась на здание «Абстерго», у которого теперь отсутствовали верхние этажи. – Быстро, уходим! – раньше всех оклемался Альтаир и воодушевил остальных на более скорый спуск вниз, на улицу, где их ждала машина, которую можно приписать к разряду вёдер на колесах. Забравшись в машину, ребята двинули в сторону квартиры Эцио и Альтаира. – Кстати, – Эцио повернулся в сторону пассажирского сиденья, весело сверкая глазами. – Дез, знакомься, это Коннор, он очень хороший парень, хоть и не общительный. Но тебе ж не привыкать, да? Итальянец хихикнул, кивком головы указывая на Ла-Ахада. – А, и еще, это не его настоящее имя, но он не колется нам, как же его мать назвала при рождении. – Эцио! – возмутился метис, ведь итальянец загнул о слишком личном. Дезмонд окинул его взглядом, более внимательно рассматривая нового знакомого. Коннор явно относился, хотя бы на половину, к коренному населению Америки. И, видимо, очень гордился этим: в косичку с правой стороны лица и на повязку на левой руке были вплетены орлиные перья, да и узор повязки тоже был весьма характерным. – Дезмонд, зачем ты вообще понадобился фармацевтической компаний? – не отрывая внимательного взгляда от дороги, спросил Альтаир. – Они хотели, чтобы им что-то подарил мой отец. – А зачем такие радикальные меры? – удивленно вскинул брови Эцио. Значит, они и вправду понятия не имеют об ассассинах и тамплиерах. – Я не знаю... – Дезмонд. Майлс поднял взгляд на позвавшего его Альтаира. – Я... Я знаю, что ты еще не готов к этому, но у меня есть к тебе просьба. Бармен напрягся, голос Альтаира был взволнован, пусть и совсем чуть-чуть, но если сравнивать с обычным голосом араба, это было сродни тихой истерике. – Какая? – Ну... Наверное лучше сначала рассказать тебе, как я нашел Ковчег Завета...